Готовый перевод Passing Through the Heavens Gate / Сквозь небесные врата: Глава 13. Мастер кисти

Глава 13. Мастер кисти

Выйдя из переулка, они оказались на оживлённой улице посреди нескончаемого бурлящего потока толпы. Цзян Чжо свернул налево, потом направо, куда ни глянь — всё блистало роскошью, повсюду висели фонари и красочные украшения, от которых у него рябило в глазах. Он растерялся, не зная, что делать, но вдруг заметил на обочине дороги чайную лавку:

— Идти ещё далековато. Давай угощу тебя чаем!

Не дожидаясь ответа Ло Сюя, он потянул его за собой. Хозяин лавки, увидев гостей, поспешно отвлёкся от созерцания праздничной суматохи и пригласил их присесть. Такие чайные лавки в Мичэне встречались повсюду. Это были временные сооружения, где можно было утолить жажду разными отварами и травяными чаями. Цзян Чжо заказал две чашки чая и, пока Ло Сюй пил, тайком спросил у хозяина, где находится улица Вымышленная. Хозяин задумался.

— Сказать по правде, господин, — ответил он, — я живу у Западного храма. Только сегодня из-за состязания мне позволили поставить чайную лавку здесь. Про улицу Вымышленную я даже не слышал. Возможно, это там, где живут благородные и бессмертные.

— Благородные и бессмертные? — спросил Цзян Чжо. — А где они живут?

— Господин, вы, должно быть, с севера? — сказал хозяин лавки. У нас в Южной Эрчжоу давно ввели разделение по статусам. Теперь певички, актёры, мясники, рабочие, солдаты, торговцы и их семьи — все называются низшими домами. Я вот тоже из низших. А такие, как господин Тао, относятся к «благородным домам». Что же до «бессмертных кланов», господин, не сочтите за грубость, но вы и есть представитель бессмертных!

Увидев, что Цзян Чжо заинтересовался, хозяин подробно объяснил ему разделение на сословия. Оказалось, что в Южной Эрчжоу, с тех пор как там обосновалось Управление Тяньмин, установили шесть классов: грязные рабы, низшие, простолюдины, благородные, кланы бессмертных и верховные магистраты. Из них хуже всех жилось грязным рабам: помимо того, что они были слугами, их разрешалось покупать и продавать. Низшим домам запрещалось свободно перемещаться по городу, и в центр их почти не пускали.

Цзян Чжо прежде никогда не сталкивался с таким делением сословий. Он никак не ожидал, что Управление Тяньмин окажется настолько бессовестным, что других объявит рабами, дешёвым товаром, а себя возведут в ранг самых достойных и почтенных людей.

Хозяин испугался, что сболтнул лишнего и быстро перевёл разговор с разделения сословий на другую тему:

— Господин, если пойдёте дальше по этой улице, то выйдете к резиденциям благородных и бессмертных. Может там и находится эта улица Вымышленная.

Цзян Чжо поблагодарил хозяина лавки, вернулся к Ло Сюю и увидел, что тот как раз допил последний глоток чая.

— Вкусно? — спросил он.

Ло Сюй растянул малюсенькую чашку чая на дюжину глотков, дожидаясь, когда тот вернётся. Он приподнял веки и посмотрел на него:

— Неплохо. Пойдём дальше?

— Пойдём…да, пошли вперёд, — кивнул Цзян Чжо.

Тем временем людей вокруг становилось всё больше — словно людской водоворот, который едва не смёл чайную лавку. Не то что идти вперёд, даже полшага сделать было трудно. Ло Сюй, тесно прижавшись к нему плечом, вдруг спросил:

— Тот человек тоже твой друг?

Цзян Чжо, перепив вина, не понял, о ком речь. Он огляделся по сторонам и только тогда заметил в толпе знакомое лицо. То лицо при виде Цзян Чжо тут же перекосилось от ярости и разразилось нецензурной бранью:

— ()&@！%？

— Что он говорит? — спросил Цзян Чжо в замешательстве.

— Хвалит тебя, — ответил Ло Сюй.

Молодой господин Тао продолжал орать, но, так и не получив от этих двоих никакой реакции, махнул рукой, указал на них и прикрикнул на своих сопровождающих:

— Что вы стоите? Жить надоело? Схватите их!

— Это ты понял? — спросил Ло Сюй.

Цзян Чжо схватил Ло Сюя за руку, а другой рукой выхватил веер:

— Понял. Про…

Он хотел произнести «Провал», но вокруг было слишком много людей — если земля провалится, что будет с простыми горожанами? Он замешкался — и в тот же момент посланные молодым господином Тао мастера духов уже подскочили!

— Как же вы надоели, жалкие шавки! — Цзян Чжо уворачивался то вправо, то влево, увлекая за собой Ло Сюя. — Чего вы увязались за этим господином? Ждёте, что косточка перепадёт?

— Терпеть не могу эту его пасть! — взревел молодой господин Тао. — Отрежьте ему язык!

Четверо мастеров духов были настоящими знатоками своего дела. Они как стая волков взяли Цзян Чжо с его спутником в кольцо и одновременно сложили пальцы в печати.

— Оковы души! — хором выкрикнули они.

Один или два противника для Цзян Чжо не составили бы проблемы, но трое или четверо — это уже раздражало. Да ещё и вокруг сплошным потоком текла толпа — негде развернуться!

В последний момент он распахнул веер и произнёс:

— Тайфун!

Налетел резкий порыв ветра, отбросив всех людей вокруг и расчистив пространство вокруг чайной лавки. Четверо мастеров духов тоже отступили под натиском ветра, но были лучшими из лучших — не растерялись и тут же синхронно атаковали в ответ:

— Путы!

Заклинание «Путы» было техникой мастеров духов, которая позволяла призвать души умерших, чтобы те опутали тело человека, сковали ему руки, так что ему оставалось лишь стоять на месте и беспомощно ожидать, когда его прикончат. Как только заклинание прозвучало, Цзян Чжо действительно почувствовал, как его тело отяжелело, но он тут же выкрикнул новое заклинание:

— Гори дотла!

Рукава и полы его одеяния вспыхнули кармическим огнём, огненные рыбы засияли золотом, и все духи, осмелившиеся прикоснуться к нему, вмиг обратились в пепел. Он встряхнул рукава, смахивая с них остатки праха:

— Здорово, у меня даже дух захватило! Что стоите так далеко? Подходите ближе!

Как только его голос стих, четверо мастеров духов вдруг почувствовали тяжесть в ногах, словно их что-то схватило. Один за другим они повалились на землю, и их потащило прямо к Цзян Чжо!

— Плохо дело! Это заклинание «Захват», он нас провёл! — воскликнул один из мастеров духов.

Происхождение заклинания «Захват» было весьма загадочно, и мало кто умел им пользоваться. Говорят, оно способно призвать могущественных духовных стражей, которые из-под земли хватают жертву за ноги и утаскивают её. Искусный заклинатель может с его помощью утащить человека даже на несколько сотен ли.

— Нехорошо, нехорошо, — сказал Цзян Чжо, — раз так глупо попались, нечего теперь жалеть.

С каждым его словом глаза мастеров духов раскрывались все шире — они боялись, что следующее слово станет новым заклинанием, и тряслись от страха!

— Не бойтесь так, — подбодрил их Цзян Чжо. — я мало что умею. На самом деле все эти «Разящий гром», «Рывок» я знаю лишь понаслышке.

Он говорил спокойно, не складывая печатей, как будто просто болтал. Мастера духов с замиранием сердца ожидали услышать раскаты грома… Но ночное небо оставалось ясным. Они уже успели вздохнуть с облегчением, но тут увидели, что Цзян Чжо исчез.

— «Рывок», «рывок» был настоящим! — ошеломлённо воскликнул один из них.

А Цзян Чжо в этот момент уже схватил молодого господина Тао за шиворот. Мастера духов были в бешенстве — они-то считали себя коварными и хитроумными, а этот человек играл с ними, как кошка с мышкой. Не разберёшь, где в его словах правда, а где ложь, настоящий дьявол! Один из мастеров духов вырвался из пут заклинания «Захват» и закричал:

— Не тронь молодого господина Тао!

Цзян Чжо уже стоял на его паланкине, держа молодого господина Тао так, что тот болтался в воздухе. Его ворот врезался в шею, и с поджатыми ногами видом он походил на только что вырванную из земли редьку.

— Зря только хлеб жрёте, бездари! — вопил молодой господин Тао. — Дважды проиграть какому-то неотёсанному деревенщине! Лучше уж собак держать, чем вас кормить! Вот вернусь домой, скажу отцу перебить вас всех!

Избалованный юнец и не думал раскаиваться. Из его уст лились одни угрозы и ругань: то он грозился убить Цзян Чжо, то схватить слепую музыкантшу — крайне неприятный человек. Цзян Чжо немного послушал тираду молодого господина Тао, но потерял терпение и уже занёс ногу, чтобы пинком отбросить его на землю, как вдруг в воздухе со свистом пронеслась ледяная стрела! Она вонзилась рядом с молодым господином Тао, и через мгновение в том месте образовалась ледяная корочка. На первый взгляд лёд казался безобидным, но от него исходил страшный мороз. Будучи потомками богини солнца Тайшао, чьим источником силы был кармический огонь, ученики школы Посо не выносили холод! Огненные рыбы на одежде Цзян Чжо потускнели, он ногой отшвырнул молодого господина Тао и отступил к чайной лавке.

Рядом с ним вдруг оказалась чья-то рука — он повернулся и увидел Ло Сюя. Тот стоял, облокотившись на свой ящик, и пил чай.

— Выпей, согрейся, — Ло Сюй протянул ему недопитую чашку.

Цзян Чжо посмотрела на чай, потом на Ло Сюя:

— Почему не убежал?

— Я так испугался, — ответил Ло Сюй с совершенно невозмутимым лицом, — что ноги не слушались.

Пока они разговаривали, рядом с ними приземлился человек в белых одеждах — тот самый магистрат, которого Цзян Чжо встретил в трактире. Увидев Цзян Чжо, тот улыбнулся и сложил руки в приветственном жесте:

— Друг мой, мы снова встретились!

— О, это ещё один твой друг? — холодно спросил Ло Сюй.

— Я его не знаю, — отмахнулся Цзян Чжо, так и не допив чай.

Однако тот ничуть не смутился.

— Как говорится, без драки друг друга не узнаешь, — говорил он мягко и исключительно вежливо. — Пусть ты меня не знаешь, но я давно хотел с тобой познакомиться. Раз вино с людьми из Управления Тяньмин ты не пьёшь, то чай…

В этот момент ящик Ло Сюя внезапно качнулся и опрокинулся прямо на стойку, и чайная лавка рухнула с оглушительным треском! Чая и так уже почти не оставалось, а теперь уж точно не было ни капли. Даже самый непонятливый уловил бы намёк.

Магистрат посмотрел на Ло Сюя, и его улыбка слегка померкла:

— Как мне к тебе обращаться, друг?

Ло Сюй даже не посмотрел в его сторону, его взгляд был прикован к Цзян Чжо:

— Он пустил в тебя ледяную стрелу. Ты боишься?

— Нельзя сказать, что не боюсь, есть немного, — лениво протянул все ещё хмельной Цзян Чжо, держа чашку в руке. — Он может меня одолеть.

Уголки губ Ло Сюя чуть приподнялись:

— Пока я рядом, никто тебя не одолеет.

— Добрый мой братец, а ты самоуверен. И что же сделаешь? — спросил Цзян Чжо.

— Дай руку, — потребовал Ло Сюй.

Цзян Чжо, недоумевая, поднял руку с красной нитью на пальце и протянул её Ло Сюю. Тот взял её, окунул палец в остатки чая на дне чашки Цзян Чжо и начертил на его ладони несколько линий. Чай растекался по ладони, щекотно и горячо. Цзян Чжо не мог понять, было ли это тепло неостывшего чая или жар пальцев Ло Сюя.

Закончив рисовать, Ло Сюй осторожно накрыл его ладонь своей, будто скрывая от посторонних глаз. Он не стал бесцеремонно сжимать кисть Цзян Чжо, но казалось, что эта большая, изящная рука с длинными пальцами крепко держит его ладонь.

— Что это? — с любопытством спросил Цзян Чжо.

— Ярость волн, — ответил Ло Сюй.

«Ярость волн» — это древнее заклинание народа Ку’у, способное вызвать огромные волны. Цзян Чжо не обучался такому заклинанию и не знал, как его использовать. Но едва Ло Сюй произнёс эту фразу, как щекочущее покалывание на ладони сменилось сильным чувством прохлады. Холодок пробежал от ладони вверх по руке, и он внезапно осознал, что владеет этим заклинанием.

Почувствовав неладное, магистрат в белом шагнул вперёд:

— Господа…

— Ярость волн! — с азартом выкрикнул Цзян Чжо.

В тот же миг из земли со всех сторон поднялись волны и стремительно ринулись на магистрата в белом! Тот не ожидал встретить здесь таинственного мастера кисти. Его окатило с головы до ног, волны высотой с дом обрушивались на него одна за другой, не давая ему собраться с мыслями. Когда магистрат наконец опомнился, те двое уже удрали!

Выполнив приём «Ярость волн», Цзян Чжо не забыл расплатиться с хозяином лавки. Он бросил деньги, схватил Ло Сюя и три раза подряд применил «Рывок». Когда они выбрались из толпы, на арене Наньхуан как раз запускали фейерверки, и яркий свет озарил всё вокруг. Цзян Чжо решил больше не блуждать, а остаться здесь и дождаться помощи. Он набрал в лёгкие побольше воздуха, задрал голову и закричал что было сил:

— Тянь! Нань!! Сиииин!!!

Возглас «Сиииин!..» висел в воздухе ещё очень долго. Неизвестно, каким заклинанием воспользовался Цзян Чжо, но этот звук потряс небеса и землю, заставив замереть даже бегущие облака. Окружающие люди зажимали уши, а вдали показалась молодая девушка. Прыгая по вывескам винных лавок и магазинчиков как по ступеням, она в мгновение ока подлетела к ним. Держа меч, Тянь Наньсин приземлилась и замерла:

— Кто это?

— Мой добрый братец! — объявил Цзян Чжо.

Тянь Наньсин склонила голову в лёгком недоумении.

— Четвёртый брат, у тебя так много добрых братцев, — прокомментировала она.

— О? — заинтересовался Ло Сюй. — И сколько же?

Но Цзян Чжо уже понял, что тот магистрат в белом так просто не сдастся и непременно станет их преследовать. Поэтому, не дав им договорить, он снова подтолкнул Ло Сюя вперёд:

— Штук пять-шесть-семь-восемь! Младшая, бежим! А то тебе придётся драться!

http://bllate.org/book/17320/1632159