Готовый перевод The Minister Who Just Won’t Die / Министр, который никак не умрет 👻: Глава 37. Инспектор прибывает с проверкой.

Чэнь Шу той же ночью, используя цингун, покинул уезд Тяньлань, отдохнул одну ночь в городке в сорока ли от Тяньлань, а на следующий день снова отправился в путь. Он закупился в ближайших лавках, сменил ткань на своем узле с одеждой, купил длинные халаты, какие носят ученые, надел один из них, кое-как соорудил подобие приличной прически, нанял повозку и возницу.

Черную металлическую заготовку он засунул под повозку, сам сел внутрь и велел вознице ехать по торговой дороге, ведущей из столицы в Тяньлань.

Повозка снова проехала через большие горы Цин. Горы спокойно возвышались, омытые дождем и туманом, словно никогда не знали крови.

Проехав около часа, возница остановился в чайной у дороги, чтобы передохнуть и набрать воды. Чэнь Шу приоткрыл полог, выглянул, а затем снова откинулся на сиденье и прикрыл глаза.

Немного погодя повозка слегка качнулась.

Чэнь Шу поднял глаза и увидел, что на месте возницы уже сидит темная фигура. Тень, заметив движение внутри повозки, повернула голову, показав половину длинного, тонкого, раскосого глаза.

— Линь-дажэнь.

Голос снаружи был очень знакомым. Это был Лу Ци, которого Чэнь Шу вчера оглушил.

Лу Ци, должно быть, и был тем человеком, которого Се Чжэнь специально оставил в горах Цин и Тяньлань, чтобы встретить Линь Чэньшу.

Чэнь Шу выпрямился, посмотрел на спину Лу Ци и тихо кашлянул. Его голос был низким:

— Вы…

Внутри повозки пахло китайскими травами. Лу Ци обернулся и увидел, что сидящий в повозке человек одет в простой синий халат ученого. Волосы его были собраны под шапку, но множество прядей рассыпалось по щекам, оттеняя брови, похожие на далекие горы, и мягкие черты лица. В сочетании с бледным цветом лица, если бы не низкий, хрипловатый голос и кадык на шее, его можно было бы принять за девушку.

Всего лишь месяц назад он видел этого человека дважды, но тогда тот был без сознания и вряд ли мог его запомнить.

— Я послан императором, чтобы встретить Линь-дажэня, — ответил Лу Ци.⁠⁠​​‌​​‌‌‌​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​‌‌​​​​​​​​​​‌‌​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

— Ах! Так вы и есть… Как мне к вам обращаться? — Чэнь Шу подстроил тембр голоса.

— Линь-дажэнь может обращаться ко мне так же, как император, — Лу Ци.

Чэнь Шу тихонько хмыкнул в ответ.

Его лицо было настолько бледным, что сразу бросалось в глаза: видимо, рана еще не зажила. К тому же этот человек был важен для императора, и император его проверял. В душе Лу Ци вдруг возникло странное чувство. Он несколько раз окинул взглядом дорожный узел Линь Чэньшу, но ничего не сказал, только отпустил нанятого Линь Чэньшу возницу и сам повез его в Тяньлань.

Линь Чэньшу не был таким разговорчивым, как Цзи Чанмин. Они проехали некоторое время в молчании, и наконец из повозки послышался сухой кашель и тихий вопрос:

— Лу-дажэнь, что мне нужно делать, когда мы приедем в Тяньлань?

Лу Ци, не останавливаясь, смотрел на дорогу и ответил:

— Император послал вас расследовать дело об исчезновении военных припасов. В горах Цин серьезная проблема с разбойниками, и дело о припасах неразрывно связано с ними. Когда прибудете к месту службы, вы должны возглавить облаву на разбойников, выяснить у них правду об ограблении, найти припасы и вернуть их ко двору.

Разбойники уже были уничтожены Се Чжэнем, а те, кто остался, наверняка прошли «обработку» Лу Ци и были специально оставлены, чтобы Линь Чэньшу их поймал. И скорее всего, после поимки они расскажут, что ограбление припасов связано с военным советником Ци. Так будет подтверждена вина Ци Яньчу.

Дело об ограблении припасов было важным и серьезным, и теперь, имея и свидетелей, и улики, оно станет ключом к тому, чтобы Се Чжэнь мог законно снять с должности Ци Яньчу.

Главарь северного стана Тан Бяо до самой смерти думал, что эта тайна может спасти ему жизнь, но в глазах Се Чжэня она ничего не стоила.

Теперь Линь Чэньшу оставалось лишь пройти формальную процедуру по тем фактам, которые Се Чжэнь уже выяснил, чтобы военные припасы увидели свет, а преступления Ци Яньчу стали известны всему миру.

— Хорошо, — отозвался Чэнь Шу и снова замолчал.

Он был спокоен и, казалось, не испытывал никаких трудностей с этим заданием. Лу Ци, правивший лошадьми впереди, обернулся и посмотрел на Линь Чэньшу:⁠⁠​​​​​​​​​‌​​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​‌‌​​​​​​​​​​‌‌​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

— Линь-дажэнь, я думал, вы прибудете в Тяньлань только через несколько дней.

Лу Ци, должно быть, слишком долго пробыл рядом с Се Чжэнем: даже его взгляд стал испытующим. Чэнь Шу услышав это, улыбнулся, выпрямился и сказал:

— Император возлагает на меня большие надежды. Я хочу поскорее помочь ему разобраться в этом деле.

… Он и вправду так думает?

Лу Ци пристально посмотрел на лицо Линь Чэньшу. Но Линь Чэньшу, похоже, не собирался лгать. Его взгляд был ясным и чистым.

То, что он приехал раньше, было не так уж плохо. Испытующий взгляд Лу Ци смягчился, и он сказал:

— Облаву на разбойников нужно провести как можно скорее. Уездная управа Тяньлань в сговоре с разбойниками. Если тянуть с этим, могут возникнуть проблемы.

Лу Ци, конечно, не боялся управы, но он, вероятно, опасался, что прибудут люди Ци Яньчу.

— Хорошо, — Чэнь Шу достал из нового узла форменное платье. — Как только приедем в Тяньлань, я сразу пойду в управу.

Платье было красным, с узорами белых облаков и морских волн. На нем была вышита птица с распростертыми крыльями, готовая взлететь. Чэнь Шу развернул одежду и начал расстегивать свой халат.

Лу Ци опешил. Он, конечно, предупредил Линь Чэньшу, что дело нужно раскрыть как можно скорее, но не ожидал, что тот воспримет это так серьезно и начнет прямо сейчас. Увидев, как Линь Чэньшу расстегнул ворот и показалась нижняя рубашка, он вдруг вспомнил, что этого человека сам император поил лекарством, и поспешно отвел взгляд, сосредоточившись на дороге.

Только что сбежал Цзи Чанмин, о котором так заботится Ханьшань Линьсюэ, а теперь появился еще и Линь Чэньшу, который когда-то заслонил императора от ножа. Лу Ци потер затылок и почувствовал, что место, по которому его ударили, снова заболело.

Вчера Цзи Чанмин появился в его комнате так внезапно, что он не успел среагировать, и до сих пор не понимал, почему порошок превращения в бессмертного, данный Се Чжэнем, вдруг перестал действовать, и он позволил себя оглушить.

Когда он очнулся, то быстро окинул взглядом в комнату Цзи Чанмина. Там, кроме аккуратно сложенной на кровати белой одежды, никого не было.⁠⁠​​​​​​​​​‌​​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​‌‌​​​​​​​​​​‌‌​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

Цзи Чанмин ушел, и ушел с тяжелой раной. Если Се Чжэнь узнает об этом, Лу Ци даже представить не мог, что произойдет.

Он поспешно вышел на поиски, но Цзи Чанмин, восстановивший свои силы, был сильнее его. Как же он мог позволить себя найти?

Обойдя весь Тяньлань, Лу Ци оставил надежду найти Цзи Чанмина, снова написал письмо и отправил голубя в столицу, а затем покинул уезд, чтобы встретить Линь Чэньшу. В результате, едва он добрался до чайной у торговой дороги, как увидел повозку с приподнятым пологом, а в ней — очень знакомый силуэт…

Лу Ци медленно пришел в себя, и его внезапно осенило: у Линь Чэньшу, сидевшего в повозке, дыхание было слабым: это, должно быть, последствия удара ножом в грудь. А у Цзи Чанмина, который ушел с тяжелой раной, он видел, что грудь была в крови. Не могло ли быть так, что рана у того была в том же самом месте?

В душе Лу Ци зародилась странная мысль. Он снова резко повернулся и украдкой посмотрел на Линь Чэньшу. Но тот уже надел красное форменное платье и, нахмурившись, пытался водрузить на голову черную шапку, постоянно ее поправляя.

Судя по его движениям, он, похоже, не очень-то умел надевать эту шапку…

Лу Ци, глядя на Линь Чэньшу с распущенными волосами, который никак не мог найти нужного положения для шапки, в конце концов остановил повозку еще до прибытия в Тяньлань, забрался внутрь и помог Линь Чэньшу привести внешний вид в порядок.

На лице Линь Чэньшу отразилось легкое смущение. Хорошо, что красные ленты по бокам шапки свисали вниз, скрывая его выражение лица.

А Лу Ци, помогая Линь Чэньшу поправить одежду, незаметно влил ему в спину немного внутренней силы. Сила беспрепятственно прошла по телу Линь Чэньшу полный круг. Его даньтянь и море энергии были совершенно пусты: он выглядел как человек, совершенно не владеющий боевым искусством.

Зато сам Линь Чэньшу, ощутив в своем теле чужую энергию, инстинктивно съежился, а затем посмотрел на Лу Ци с недоумением и любопытством.

Глядя на красивое лицо Линь Чэньшу в красном платье, выражающее удивление, Лу Ци тоже почувствовал неловкость. Ему пришлось оставить свои попытки проверить его, и они въехали в Тяньлань, направившись прямо к уездной управе.

Перед управой двое стражников у ворот скучающе зевали, как вдруг увидели, что у ворот остановилась повозка. Из нее спрыгнул человек в темной одежде. Потом он обернулся, откинул полог, и из повозки показалась фигура в красных одеяниях.

Когда фигура в красном показала свое лицо, стражники опешили. Перед ними был человек с белой кожей и красивым, похожим на женское, лицом. Но на голове у него была черная шапка, под которой проглядывали глаза со стальным блеском, а на красной одежде были вышиты узоры, как на форменном платье чиновника.

Кто это?⁠⁠​​​​​​​​​‌​​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​‌‌​​​​​​​​​​‌‌​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

Стражники смотрели на вновь прибывшего и не могли отвести от него глаз. Человек в красном форменном платье, держась за поручень, медленно спустился из повозки, поднял голову, посмотрел на табличку и слегка улыбнулся.

Когда он улыбнулся, его брови и глаза распустились, словно цветы. Стражники опешили, а затем услышали его смеющийся голос:

— Это и есть уездная управа Тяньлань?

— Да, — растерянно ответили стражники, но тут же очнулись от его улыбки и поспешно шагнули вперед. — Осмелюсь спросить, лао е…

— Я инспектор гор Цин Линь Чэньшу, направлен императором расследовать дело в горах Цин. Быстро доложите вашим в управе: прибыл императорский уполномоченный, назначенный самим императором. Пусть немедленно явятся ко мне, — сказал Чэнь Шу.

Стражники опешили, затем сообразили, что этот чиновник в красном — тот самый инспектор шестого ранга, с которым вчера главный писарь специально велел быть настороже.

Только вчера главный писарь говорил, что инспектор еще в пути, а сегодня он уже у них в управе.

Инспектор был чиновником выше шестого ранга, и теперь, появившись в горах Цин, в Тяньлане, он становился самым высокопоставленным чиновником в этих местах. Стражники переглянулись, не посмели медлить и бросились внутрь докладывать.

Лу Ци стоял позади Линь Чэньшу и удивлялся: только что он казался таким слабым и безвольным, а теперь сразу же выставил себя важной персоной. Он несколько раз бросил взгляд на красную спину впереди.

Но обладатель этой красной спины не стояла на месте. Увидев, что стражники ушли докладывать, не дожидаясь приглашения, он просто пошел за ними прямо в управу.

Как это он ходит по управе как у себя дома?!

Стражники, заметив, что Линь Чэньшу идет за ними, внутренне напряглись. Но раз он был высокопоставленным чиновником, а они мелкими сошками, они не могли его остановить. Стиснув зубы, они пошли докладывать уездному начальнику, главному писарю, помощнику уездного начальника, начальнику стражи и другим.

Линь Чэньшу прошел несколько шагов и привлек внимание многих стражников в управе. Некоторые как раз подумали, откуда в управе взялся такой красивый юноша, как вдруг увидели узоры на его форменном платье, испуганно расступились и поклонились.

Но Линь Чэньшу не обратил на них особого внимания и один прошел прямо в главный зал управы. В это время в зале еще не было никакого суда, вокруг никого не было.

Чэнь Шу оглядел интерьер зала: перед ним были изображения восходящего солнца и морских волн, а прямо над ними висела табличка с надписью «Яркое зеркало высоко висит»^[1]. Он мельком взглянул на табличку, сделал несколько шагов к столу в центре зала и, прямо под этими четырьмя иероглифами, опустился в кресло уездного начальника.⁠⁠​​​​​​​​​‌​​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​​‌‌‌‌​​​​​​​​​‌​‌​‌‌​​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​‌‌​​​​​​​​​​‌‌​‌‌‌​​​​​​​​​​‌​‌‌​‌​​​​​​​​​​‌‌​​​​​​​​​​​​​​‌‌​​​‌⁠

Комметарий переводчика:

Лу Ци, который снова появляется буквально из ниоткуда и садится на место возницы, — это уже не телохранитель, это карма. А сам выход Линь Чэньшу в Тяньлань получился просто шикарный: красивый, холодный, официальный, с этим его “я инспектор, быстро докладывайте!", хе-хе, вот это я понимаю, приехал человек и сразу испортил всем день.

Нравится глава? Ставь ❤️

[1] Яркое зеркало высоко висит (明镜高悬) — традиционная надпись в китайском судебном зале, символизирующая справедливое и беспристрастное правосудие.

http://bllate.org/book/17087/1610892