Готовый перевод Wu Chang Jie / В оковах непостоянства: Глава 18

Се Биань взял две пачки чая Байхао, прихватил кувшин вина Сяояо и отправился с Фань Ушэ в Красный дворец. Этот чай он купил в свою прошлую поездку в Фэнду и изначально собирался подарить Цуй Цзюэ. Но сегодня Чжун Куй отдал Фань Ушэ Цепь похищения душ, и Се Биань подумал: если судья Цуй узнает об этом, двумя пачками чая тут точно не откупишься. Поэтому он решил пока не соваться в резиденцию Судьи.

По пути им попалось немало посланников Подземной обители, и все они при виде этой парочки выказывали глубочайшее почтение. Поскольку духовное оружие несло в себе частицу божественной воли Великого императора Бэйиня, оно считалось магическим артефактом особого рода и наводило на духов ужас.

— Шисюн, — внезапно окликнул Фань Ушэ, — ты когда-нибудь бывал за пределами Подземного мира?

— Что ты имеешь в виду? Ад?

На этом слове зрачки Фань Ушэ мгновенно сузились:

— Ты бывал в аду?

— Бывал, но возвращаться туда больше не хочу. — Се Биань воспользовался случаем, чтобы прочесть ему нравоучение. — Прошу тебя, в мире людей будь осмотрительнее и ради своего же блага поменьше плоди кармических долгов. Порой у человека и в мыслях нет творить зло, но если он непреднамеренно совершит роковую ошибку, после смерти его всё равно настигнет карма. Он попадёт в ад, где будет терпеть муки и наказания.

Фань Ушэ промолчал.

— Что такое? Тебе любопытно? Хочешь взглянуть на ад?

— Нет нужды.

Сотню лет он терпел жесточайшие пытки в аду Бесконечных мук — кто в этом мире знает ад лучше, чем он? Он не вернётся туда, но вполне способен принести ад в мир живых.

— Вот и славно, нечего там делать. Ужасное место.

— Я имел в виду Девять бездн.

— А, конечно бывал. Я много раз сопровождал наставника в дозорах.

— И что он из себя представляют?

— Смертные строят множество догадок, но на самом деле это просто место, где обитают духи. Трёх видов. Больше всего с Пути голодных духов. Например, Цзян Цюйлянь — истинный местный житель, выросший в Девяти безднах. Ещё есть свирепые духи, порождённые Путём ада. Те, кто попадает на него, при жизни совершали величайшие злодеяния. Отбыв наказание в аду Подземной обители, они ступают этот Путь, и у них нет ни человеческого облика, ни разума, ни памяти — есть лишь бесконечные страдания без надежды на освобождение. Эти свирепые духи обычно прячутся под водой, в густых лесах или среди гор. И, наконец, есть духи, которые по разным причинам не желают перерождаться. Все они делят территорию и живут обособленно, ведь голодные и свирепые пожирают себе подобных, — объяснил Се Биань. — Пять Призрачных императоров охраняют барьер Девяти бездн, следя за тем, чтобы миры людей и духов не пересекались, но в распри между самими духами они не вмешиваются. Поэтому там нет ни законов, ни порядка. Это крайне опасное место.

— Девять бездн вызывают любопытство, — произнёс Фань Ушэ.

— Когда наставник в следующий раз отправится туда, мы сможем пойти с ним. Но самовольно туда соваться нельзя.

— Почему?

Се Биань рассмеялся:

— Разве твой шисюн только что не сказал, что Девять бездн — крайне опасное место?

— Но ведь с духовным оружием духи не посмеют напасть без причины?

— Одиночек, разумеется, нечего бояться. Но если их будет много, мы просто не выстоим.

— Вот как. Неудивительно, что большинство тех, кто тайно пробирается в Девять бездн, пропадают там без вести.

Се Биань обречённо покачал головой:

— Верно. Вот уже сотню лет то один, то другой умудряется найти брешь в барьере и пробраться туда в поисках Талисмана небесной тайны Сюаньюаня. Будто место, запечатанное самим Великим императором, так просто отыскать!

Фань Ушэ слегка прищурился и тихо пробормотал:

— Непросто отыскать…

— И ведь не только люди ищут это Талисман — духи тоже за ним охотятся. Этот артефакт обладает поистине невероятной мощью. Я, признаться, всегда подозревал, что Владыка уже давно уничтожил его, но наставник утверждает, что даже сил Великого императора недостаточно, чтобы уничтожить божественное сокровище.

— Ещё бы. Ведь это артефакт, способный повелевать войсками трёх миров — Небес, Земли и Людей, — Фань Ушэ словно задавал вопрос, но в то же время говорил это самому себе. — И где же может быть запечатано подобное сокровище...

— Какое счастье, что Цзун Цзысяо в конце концов оставался всего лишь смертным. Даже достигнув вершины совершенствования в мире людей, он смог призвать лишь армию мертвецов. Иначе мир людей неминуемо превратился бы в ад.

За разговором перед ними вырос дворец тёмно-охристого цвета. В сумраке мира теней он выглядел особенно зловеще.

— Пришли, — глубоко вздохнув, с явной неохотой произнёс Се Биань.

Охранявшие вход посланники Подземной обители проводили их внутрь. Цзян Цюйлянь лежал на кушетке и ел виноград, попутно листая книжку с картинками.

Се Биань с первого взгляда узнал в ней невероятно популярный в мире людей иллюстрированный роман «Сказание о восхождении Дракона». История о юноше из бедной семьи, достигшем вершин на пути бессмертия. Сюжет был на редкость пафосным и неправдоподобным, но весьма затягивающим. Это, должно быть, тридцать девятый том — свежий выпуск, который Се Биань ещё даже не успел себе купить.

Цзян Цюйляня, как глава десяти генералов Подземной обители, мог самыми разными способами заполучить любые диковинки из мира людей, ему для этого даже не требовалось покидать Красный дворец. Се Биань, естественно, не питал иллюзий, что тому действительно были нужны эти чай и вино.

Окинув взглядом двух прекрасных юношей — одного в белом, другого в чёрном — Цзян Цюйлянь чуть прищурился в улыбке:

— Учан, что за гостинцы ты мне принёс?

— Надеюсь, Алое бедствие не побрезгует. Вот две пачки чая Байхао и кувшин вина Сяояо.

— А с чего ты взял, что я не побрезгую?

Се Биань слегка смутился. Цзян Цюйлянь тихо рассмеялся:

— Я просто дразню тебя. Ты принёс это мне в знак уважения, и я, разумеется, очень доволен. Оставь здесь.

Только Се Биань опустил подношения на столик, как Цзян Цюйлянь внезапно издал удивлённое «Ого!» и уставился на Фань Ушэ:

— Почему это от тебя вдруг повеяло призрачной аурой? — И тут же догадавшись, он поражённо добавил: — Высочайший наставник передал тебе духовное оружие?

Се Биань серьёзно ответил:

— Теперь шиди будет нести службу в должности Учана вместе со мной.

— Вместе нести службу? — Цзян Цюйлянь чуть прищурил свои длинные, выразительные глаза феникса. — И как же именно?

— Наставник сказал, что мы двое — чёрное и белое, инь и ян, что и есть суть Дао.

— Белый Учан и Чёрный Учан? — Цзян Цюлянь холодно хмыкнул. — С каких это пор Высочайший наставник наделён властью назначать генералов Подземной обители? Или он решил, что раз Владыка в уединении, то здесь он сам себе хозяин?

— Это так называемое назначение — не настоящее. Во-первых, я не состою в рядах призрачных небожителей, а во-вторых, не получаю жалованья. У меня есть лишь титул, чтобы повсюду сопровождать шисюна и вместе собирать души, — взгляд Фань Ушэ заледенел. — Что же касается духовного оружия: раз уж Владыка даровал его наставнику, кому наставник решит впоследствии его передать — не чужого ума дело.

Се Биань принялся отчаянно подавать Фань Ушэ знаки глазами, призывая замолчать. Цзян Цюйлянь прыснул от смеха. Он сел, поправил небрежно распахнутый ворот одеяния и, лениво поднявшись с кушетки, шаг за шагом приблизился к ним двоим. Се Биань настороженно следил за каждым его движением. Уровень совершенствования этого создания был настолько высок, что он запросто мог бы потягаться с самим Чжун Куем. К тому же у него был на редкость зловредный нрав, предсказать его действия было невозможно, поэтому опасения Се Бианя были не беспочвенны.

Цзян Цюйлянь остановился прямо перед Се Бианем:

— Биань, ты всегда был таким очаровательным, с самого детства, но вот твой шиди… ни капельки не очарователен.

С этими словами он протянул руку, намереваясь коснуться щеки Се Бианя тонкими, изящными пальцами. Раздался звонкий металлический лязг. Тинмо наполовину вылетел из ножен, преграждая путь руке Цзян Цюйляня. В то же мгновение Цзян Цюйлянь зажал лезвие между большим и указательным пальцами, слегка оттопырив мизинец. Движение казалось настолько лёгким и изящным, будто он держал цветок, но при этом меч замер, словно влитой.

— Ушэ, не дерзи, — тихо осадил его Се Биань.

Фань Ушэ был на полголовы ниже Цзян Цюйляня, однако ничуть не уступал тому в силе духа. Се Биань решительно не понимал: этот его шиди, похоже, вообще ничего не боится?

Цзян Цюйлянь разжал пальцы и с насмешкой спросил:

— Что, твоего шисюна и пальцем тронуть нельзя?

— Нельзя.

Цзян Цюйлянь тихо рассмеялся:

— Я ошибался. На самом деле, ты тоже весьма очарователен.

На лбу Се Бианя выступила испарина:

— Алое бедствие, мой шиди ещё мал, не стоит с ним спорить.

Цзян Цюйлянь лишь улыбнулся в ответ. Он прямо в воздухе сделал хватательное движение рукой — и кувшин вина Сяояо сам скользнул ему в ладонь. Сорвав глиняную печать, он высоко поднял его и лихо влил вино в рот.

— Хорошее вино! — похвалил он.

— Алое бедствие, время позднее, мы, пожалуй, откланяемся, — произнёс Се Биань.

— Погодите. У меня есть к вам просьба.

Нервы Се Бианя натянулись до предела. Слова «просьба» и «помощь» из уст Цзян Цюйляня заставили его сердце уйти в пятки.

— В последние дни из дворца Высочайшего наставника несколько раз посылали людей выяснить о призраке по имени Мэн Кэфэй. Говорят, он был племянником Ли Буюя.

— Верно.

— И всё потому, что он умер от того, что кто-то похитил его золотое ядро?

— Верно.

— Полагаю, его смерть наделала немало шума в ордене Улян, не так ли? — Цзян Цюйлянь искоса взглянул на Се Бианя. — Зная характер Высочайшего наставника, он вряд ли останется в стороне.

— В конце концов, это дела мира людей. Наставник знает, что делает.

Цзян Цюйлянь издал презрительный смешок:

— Больше всего на свете мир людей боится демонических заклинателей, крадущих золотые ядра. Ведь даже при одном упоминании имени Владыки Демонов Цзун Цзысяо они все дрожат как осиновые листы. Небось, Высочайшему наставнику тоже страсть как хочется узнать, кто именно убил Мэн Кэфэя?

Се Биань посмотрел на него:

— Неужели Алое бедствие знает ответ?

— Я — нет. Но есть тот, кто знает.

— Кто же?

— Мэн Кэфэй.

— Он ещё не переродился? — опешил Се Биань.

— Он у меня. Если хотите узнать, кто его убил, просто спросите у него.

— И чего же Господин хочет взамен? — с осторожностью спросил Се Биань.

— У Высочайшего наставника есть кое-что, что мне нужно, — уголки губ Цзян Цюйляня слегка приподнялись. — Передай ему, он поймёт.

***

Покинув Красный дворец, оба юноши выглядели мрачнее тучи. Фань Ушэ не удержался от вопроса:

— Он что, всегда позволяет себе такие вольности по отношению к тебе?

Но Се Биань совершенно его не слушал:

— Нужно как можно скорее доложить обо всём наставнику. Но он, должно быть, уже лёг спать. Хм… лучше подождать до утра.

— Шисюн, — Фань Ушэ внезапно преградил ему путь. От неожиданности Се Биань налетел прямо на него. Пытаясь удержать равновесие, он нечаянно схватил Фань Ушэ за руку.

Тонкий аромат орхидей ударил тому в нос. Сердце дрогнуло, и он поспешно стряхнул с себя руку Се Бианя, которому тоже стало не по себе. Совсем недавно Фань Ушэ говорил, что не терпит чужих прикосновений. Даже если это было сказано не в его адрес, подобная реакция заставляла почувствовать себя отвергнутым, а это всегда неприятно.

Се Биань с недоумением посмотрел на юношу:

— Шиди, что ты только что сказал?

Глаза Се Бианя были большими, чёрными, чистыми и невинными, как у оленёнка. И из-за этого было просто невозможно отделаться от мысли о том, как они будут выглядеть, затуманенные страстью.

Кадык Фань Ушэ дрогнул:

— Он что… всегда так с тобой обращается?

— Как так?

Отчаянно подавляемое, затуманивающее рассудок желание, уже готовое вырваться наружу, заставило Фань Ушэ резко протянуть руку и сжать щёку Се Бианя. Тот вздрогнул.

— Вот так, — глухим голосом произнёс Фань Ушэ. Подушечки пальцев, прижатые к щеке, обжигали. Ему так хотелось прикоснуться ещё, так хотелось…

Се Биань был озадачен странным поведением Фань Ушэ, но так и не понял, о чём тот на самом деле спрашивал. Он лишь ответил:

— Он редко мне угрожает. Чаще просто забавляется, глядя, как я пугаюсь. — С этими словами он мягко отвёл руку Фань Ушэ: — Тебе не о чем волноваться. Пока с нами наставник, он не посмеет нам ничего сделать.

Фань Ушэ спрятал руку за спину и крепко сжал её в кулак — словно пытаясь удержать быстро ускользающее тепло, исходящее от этого человека.

http://bllate.org/book/17076/1632868