Готовый перевод Isn’t This a Single-Player Game!? / Разве я не играю в одиночную игру!?: Глава 31

В момент смерти того рослого и странного зверолюда Цзи Гуан ощутил некий диссонанс.

...Возможно, из-за того, что такой громила при побеге позволил так легко себя остановить.

...А может, из-за того, что его серебряные, словно луна, глаза были слишком спокойными и полными разочарования.

Это вселяло в Цзи Гуана тревогу, словно он сделал неверный выбор.

Если все это действительно, как предполагал Мерлин, было ловушкой, подстроенной демоном для достижения какой-то цели, то это было бы слишком жутко.

Но демоны в большинстве легенд обычно предстают существами с подвешенным языком, невероятно искусными в словесных играх.

Хотя сказки и слухи нельзя использовать как доказательства, стереотипы тоже не возникают на пустом месте.

Цзи Гуан растерялся.

Будучи неопытным молодым студентом, еще не битым жизнью, которого на рынке торговцы могли легко задурить своим радушием, всучив товар втридорога или обвесив, он совершенно не был уверен в своем умении разбираться в людях.

Просто Цзи Гуан предпочитал думать о людях хорошо.

Но реальность такова, что искренность не всегда вознаграждается искренностью, и Цзи Гуан понимал, что ему не всегда будет так везти на надежных людей.

К счастью.

Цзи Гуан подумал: «Это всего лишь игра».

— Есть возможность начать заново.

Поэтому, несмотря на чувство диссонанса, выбирая между загрузкой сохранения и бездействием, Цзи Гуан предпочел пока понаблюдать.

Он еще ничего не знал об этом мире, и все, что он видел и слышал, было лишь его крошечной частью.

Поэтому в данном вопросе Цзи Гуан решил последовать выбору Мерлина.

С намерением понаблюдать, изучить сюжет и собрать информацию, Цзи Гуан хотел посмотреть, что же изменится на Пограничном кладбище после того, как этот странный зверолюд, считавшийся источником лесного проклятия, был убит.

Пойдет ли ситуация на кладбище в лучшую сторону...

Или все станет еще хуже?

Пограничное кладбище.

Деревянный дом охотников.

С трудом вырвавшись из восторженного окружения жителей кладбища и убедившись, что жизни Мерлина ничто не угрожает, Цзи Гуан просто вдоволь напился воды, умылся и, едва волоча ноги от крайней усталости, в одиночестве вернулся в гостиную охотничьего домика, где и уснул в первом попавшемся углу.

Он проспал мертвым сном с самого рассвета, когда солнце только взошло, и вплоть до сумерек.

Когда он наконец проснулся, усталость в его панели статуса исчезла.

В то же время он обнаружил, что лежит на незнакомой кровати: с него не только сняли броню, но и переодели в чистую одежду.

Цзи Гуан, опершись на руки, сел и растерянно взъерошил волосы. Когда он поднял руку, слишком широкий для него рукав соскользнул к локтю.

Тогда Цзи Гуан сразу заметил, что несколько ссадин на его руке смазаны коричневой мазью.

«...Кажется, кто-то обработал мне раны, пока я спал».

Подумав об этом, он бросил взгляд на шкалу здоровья и с удивлением обнаружил, что она почти заполнена. Осмотрев намазанные мазью раны на руке и другие мелкие и крупные царапины на теле, он увидел, что все они практически покрылись коркой и зажили.

— Вау! — невольно вырвалось у Цзи Гуана, и его сердце радостно забилось.

Эта мазь казалась такой же, как та, что была среди припасов, подготовленных для него Анатолием и остальными.

Та самая лечебная мазь.

Скорость восстановления здоровья казалась весьма неплохой. Вот только интересно, она помогает только от поверхностных ран или вообще от любых?

Цзи Гуан, который до сих пор так и не нашел способа лечиться прямо в бою, почти сдался. Если подумать, возможно, это была плата за возможность сохраняться — лишение важнейшей функции игр жанра ARPG, флаконов восстановления здоровья. Поэтому Цзи Гуан умерил аппетиты и решил сосредоточиться на поиске способов восстановления здоровья и лечения ран после боя.

Например, с помощью этой мази.

У Цзи Гуана были лишь небольшие поверхностные раны.

В этом не было ничего удивительного, учитывая, какой хрупкой и короткой была его шкала здоровья.

В волне зверей такого масштаба право на ошибку было крайне мало. Даже один пропущенный удар от монстра означал для Цзи Гуана неминуемую смерть. Броня, конечно, могла поглотить часть урона, но если его баланс и ритм будут нарушены, он просто утонет в стае монстров, поймает бесконечную цепочку ударов без шанса на сопротивление и будет разорван на куски клыками и когтями.

Поэтому нельзя сказать, что Цзи Гуану «повезло» отделаться легкими ранениями. Просто легкие ранения — это его предел.

Получи он рану хоть немного серьезнее, пришлось бы загружать сохранение.

Сейчас его статус практически полностью восстановился, если не считать урчащего живота, который непрерывно сигнализировал о голоде. Цзи Гуан встал с постели, толкнул дверь и, выйдя наружу, понял, что находился в комнате Анатолия.

— А, ты проснулся, Латус.

В гостиной деревянного дома столы и стулья были сдвинуты в стороны. На наскоро сколоченной кровати-носилках Альберт делал Мерлину свежую перевязку.

Дежуривший рядом Анатолий, завидев вышедшего после сна Цзи Гуана, тут же выпрямился и поприветствовал его.

— Доброе утро... То есть, наверное, уже добрый день? — поправился Цзи Гуан, заметив в окне предзакатное солнце.

Затем он увидел Мерлина, который тоже уже проснулся и лежал на носилках, и поспешно подошел к нему.

Цзи Гуан с замиранием сердца посмотрел на обнаженного по пояс темнокожего охотника, который был забинтован чуть ли не с ног до головы. Встретившись взглядом с единственным уцелевшим глазом Мерлина, он неуверенно и нерешительно спросил:

— Наставник, ты... как ты сейчас?

— Отлично, — Мерлин, чье лицо было наполовину скрыто бинтами, посмотрел на него и смягчил тон. — Господин Альберт сказал, что с моим телосложением и благодаря лечению зельями я полностью восстановлюсь максимум через месяц. Это не слишком сильно повлияет на процесс заготовки припасов во время осенней охоты.

Благодаря своему превосходному мастерству, Мерлин в ходе боя надежно защищал свои жизненно важные органы. Хотя раны на его теле были глубокими, ни одна из них не была смертельной и не задела артерии. Было очевидно, что он намеренно подставлял под удар менее важные части тела, разменивая раны на раны, чтобы в итоге успешно зарубить зверолюда.

Перед сном Цзи Гуан специально расспросил Альберта и знал, что жизни Мерлина ничто не угрожает, но...

— А что с твоим лицом... и глазом? Все в порядке? — спросил Цзи Гуан. Количество бинтов выглядело действительно пугающе.

— М? Это-то? Просто веко повредил, — беззаботно ответил Мерлин. — И глазное яблоко слегка поцарапано.

— Глазное... яблоко?!

— Что за бурная реакция? — удивился Мерлин. — Ни на что же не влияет.

— Это же глазное яблоко, как это не влияет?!

— Рана совсем поверхностная, — Мерлин посмотрел на Альберта. — Глаза не такие уж и хрупкие.

Глаза не хрупкие?

Серьезно?

Цзи Гуан вопросительно посмотрел на Альберта. Пожилой лекарь, закончив накладывать мазь на последнюю рану Мерлина, выдохнул и спокойно произнес:

— Успокойся, действительно ничего страшного. Не слушай бредни этого Мерлина, глазное яблоко очень хрупкое, просто шанс на ошибку все же есть. Ему крупно повезло, глаз поврежден слабо, и мои лекарства еще способны это вылечить.

Сказав это, Альберт опустил глаза и невнятно пробормотал себе под нос:

«Я, может, и не способен снять проклятие, но неужели не смогу вылечить внешние раны?»

Пробормотав это, Альберт немного погодя добавил:

— Конечно, шрамы обязательно останутся, особенно на лице. В конце концов, слой плоти там тонкий.

Если слой плоти тонкий, то рана легко может достать до кости. Шрамы на лице Мерлина были обречены стать глубокими и заметными.

Но для охотника шрамы — совершенно обычное дело. Достаточно было взглянуть на торс Мерлина: даже сквозь бинты виднелись старые шрамы всех форм и размеров.

Мерлин, как и ожидалось, тут же выпалил:

— По сравнению с тем, что мне удалось успешно прикончить того демона, шрамы — сущая ерунда. Да даже если бы этот глаз ослеп полностью, мне было бы плевать. У меня есть еще один здоровый, и я бы смог приспособиться к зрению одним глазом за день.

— Как же завидно, — пробормотал Анатолий, сидя со скрещенными ногами. — Знай я об этом раньше, тоже пошел бы следом. Я бы тоже согласился ослепнуть на один глаз.

Анатолий погладил свой нож, говоря это совершенно искренне. Узнав, что жизни Мерлина ничего не угрожает, его первоначальное беспокойство мгновенно сменилось юношеским бунтарством и недовольством.

Еще в детстве он лелеял фантазию — мечтал о том, как вырастет и собственноручно зарубит того демона в лесу.

Во-первых, чтобы вернуть лесу его прежний вид, а во-вторых...

Ну, в прошлом он также намеревался убить этого демона, чтобы доказать свою непоколебимую преданность Богу Света.

В то время маленький Анатолий все еще жил надеждой, думая: «Если я убью того демона, возможно, люди перестанут бояться моей внешности».

Но нынешний Анатолий ни за что бы не произнес подобного вслух.

Слишком уж это было смущающе.

Впрочем, предавшись воспоминаниям, Анатолий вдруг понял, что его неучастие вряд ли бы что-то сильно изменило.

Цель все равно была достигнута.

Демон мертв.

Пусть и не от его руки, но он определенно мертв.

Раз источник проклятия исчез, то скорость распространения и усугубления проклятия в лесу и его окрестностях должна заметно снизиться. Так что первую цель можно, пусть и с натяжкой, считать достигнутой.

Что же касается второй цели: заслужить признание окружающих и перестать вызывать у них страх...

Анатолий украдкой взглянул на Цзи Гуана.

...Она уже была достигнута в тысячи, в десятки тысяч раз лучше, чем он мог себе представить.

Ему не нужно было убивать демона, чтобы кто-то с самого начала без тени страха искренне восхитился им и сказал, что он красив.

Его уши запылали. Опустив голову, он потер кончик носа, втайне радуясь своим мыслям.

А в следующую секунду он получил неожиданный и сильный хлопок по спине.

Анатолий охнул и с шипением втянул холодный воздух.

— Вы, отец с сыном, совсем с головой не дружите? — с редко встречающимся у него суровым выражением лица, сердито и так сильно хлопнул Анатолия по спине Цзи Гуан, что раздался весьма громкий звук.

— Разве глаза — это то, чем можно так легко разбрасываться? Еще и говорите, что вам плевать. Вбейте себе в головы, что нужно беречь себя! Не хочу, чтобы в следующий мой визит на кладбище меня встречали два глупца без рук и без ног.

— Наставник, тебя это тоже касается! Когда я притащил тебя на спине, Анатолий чуть с ума не сошел от страха! Он же переживает за тебя, и я тоже. Хватит накликать беду! А вдруг ваши слова станут реальностью?

Анатолий мгновенно повысил голос:

— Кто тут за него переживает?! Ничего подобного!

Мерлин приподнял бровь и на мгновение задумался:

— Интересная мысль. Регулярное повторение недобрых слов может привести к их воплощению в реальность... Считается ли это разновидностью самопроклятия? Но у меня нет таланта к магии, сработает ли это на мне? Или же это незримое проклятие, доступное любой расе? Это откровение, полученное тобой от божества, как от избранника Богини Судьбы?

— ...?

Цзи Гуан на мгновение завис.

Помедлив, он вздохнул:

— Я просто... А, забудь. Считай, что так оно и есть.

Эта теория не была лишена смысла.

Например, если человек каждый день занимается самоуничижением, он действительно может потерпеть неудачу в любых начинаниях. Или если кто-то постоянно твердит о самопожертвовании, то в момент опасности он может перестать думать о выживании. Это напоминало некое невидимое самовнушение, которое вполне можно было назвать «самопроклятием».

И наоборот, то же самое работало и с «самоблагословением»: те, кто каждый день подбадривают и поощряют себя, легче других сохраняют оптимизм и концентрацию, что косвенно помогает им лучше справляться с делами.

И пусть это всего лишь не самый универсальный психологический анализ... но если он поможет этим двум, стоящим друг друга охотникам, перестать накликать на себя беду, то оно того стоило.

— Кстати, Латус, — внезапно произнес Мерлин.

— А? Что такое? — отозвался Цзи Гуан.

— Твоя физическая сила... она стала гораздо больше, чем раньше, — сказал Мерлин.

Цзи Гуан опешил:

— Разве?

— Да, и причем значительно, — подтвердил Мерлин.

Анатолий тоже кивнул в знак согласия:

— Если подумать, то это действительно так. От твоего удара у меня аж спина онемела.

— Может, это из-за недавних тренировок?.. — ответил Цзи Гуан, открывая окно своего уровня.

【Рыцарь Судьбы】Уровень: 8

Здоровье: 11

Выносливость: 15

Сила: 17

Ловкость: 16

Магия: 1

Проклятие: 10

Общее количество смертей: 148

Благодаря опыту, полученному в битве с волной зверей, его показатель Силы достиг 17 единиц, а Ловкости — 16.

По сравнению с теми жалкими характеристиками, что были у него по прибытии на кладбище, они, несомненно, значительно выросли. Чтобы свободно пользоваться 120-фунтовым охотничьим луком Анатолия, требовалось всего 22 единицы Силы и 15 единиц Ловкости.

Значения уже были весьма близки к требуемым.

Неудивительно, что физическая сила Цзи Гуана заметно возросла.

«...Но неужели NPC способны замечать такие изменения?»

Цзи Гуан задумчиво посмотрел на свои руки, размышляя: «Какая необычная игровая механика».

Услышав его ответ, Мерлин не стал больше задавать вопросов.

Он лишь опустил глаза, про себя размышляя: «Нет, дело не в недавних тренировках. Сила Латуса изменилась именно после битвы с волной зверей».

«Выходит...»

«...Это действительно из-за "благословения", которое несет в себе Латус?»

— Кстати, Анатолий, — Цзи Гуан сменил тему. — А почему я спал в твоей комнате?

Анатолий замер и начал заикаться:

— А... ну... просто, когда я вернулся, то увидел, что ты лежишь в углу гостиной. Так ведь нормально не отдохнешь, вот я и... перенес тебя в комнату.

— Я был слишком грязным, поэтому и прикорнул в углу гостиной, — сказал Цзи Гуан. — Но на кровати спать и вправду удобнее. А еще ты переодел меня и обработал раны, верно? Спасибо, Анатолий. На тебя всегда можно положиться.

— ...Подумаешь, запачкалась бы кровать, постирали бы, — Анатолий отвернулся, подставив Цзи Гуану затылок, и, глядя в стену, добавил: — Главное, чтобы ты хорошо отдохнул.

— Слушай, если я занял твою комнату, то где спал ты? Ты ведь тоже не спал всю ночь, должен же был хоть немного отдохнуть?

— Я спал в комнате Мерлина, — ответил Анатолий. — Проснулся часа на два раньше тебя.

— А наставник? — Цзи Гуан опешил и перевел взгляд на Мерлина и деревянную кровать-носилки под ним: — ...Прямо здесь?

— Мерлину ведь нужно менять повязки, а в комнате слишком тесно, господину Альберту было бы очень неудобно. К тому же здесь лучше проветривается. Господин Альберт сказал, что это пойдет на пользу выздоровлению, — пояснил Анатолий.

Вот так пациента с более тяжелыми травмами и оставили спать снаружи.

Звучало это не слишком гуманно, но на самом деле особой разницы не было.

Вся мебель в охотничьем домике была сделана грубо, по принципу «работает — и ладно». Кровати в комнатах были ничем не лучше тех носилок, на которых лежал Мерлин, и вряд ли были бы удобнее, разве что для тех, кто привык спать на своем месте.

Если отбросить вопрос личного пространства, Цзи Гуану казалось, что спать в гостиной было бы даже комфортнее.

Однако.

Почему я спал в комнате Анатолия, а Анатолий — в комнате Мерлина?

Цзи Гуан, который раньше всегда отдыхал в комнате Мерлина, пару секунд недоумевал, но вскоре сам все понял: «Наверное, потому, что я был слишком грязным?»

Анатолий мог по своей инициативе уступить ему свою комнату, но Мерлин в то время проходил лечение и не мог говорить. Анатолию было бы неудобно принимать решение за Мерлина.

«Ох уж этот хороший брат».

Цзи Гуан широко и благодарно улыбнулся Анатолию, и тот, как раз украдкой повернувший голову, чтобы понаблюдать за ним, наткнулся прямо на эту улыбку.

В голове седоволосого охотника что-то зазвенело, словно произошел локальный тепловой взрыв. Он с хрустом отвернулся и снова уставился в стену.

Цзи Гуан: ?

Альберт, все это время сидевший у кровати, закончил перевязку Мерлина и неторопливо убрал все неиспользованные вещи обратно в свою аптечку. Поднимаясь, чтобы уйти, он перевел мутный взгляд на остальных троих.

— Я закончил с перевязкой, мне пора, — сказал Альберт. — Но есть кое-что, о чем я хотел бы спросить ваше мнение.

— Что такое? — машинально переспросил Цзи Гуан, опередив Анатолия и Мерлина.

Охотники тоже посмотрели на старика.

— Думаю, мы закончим разбираться с трупами монстров на кладбище послезавтра. Сломанный забор пока заделали досками, — начал Альберт. — Когда я шел сюда, госпожа Ивонна предложила одну вещь. Она спросила, не устроить ли нам трехдневный фестиваль после того, как кладбище будет восстановлено, чтобы отпраздновать гибель лесного демона.

— Фес... тиваль? — Анатолий произнес это незнакомое слово и на мгновение впал в ступор.

Он лишь однажды видел фестиваль. Это было в далеком прошлом, когда он еще жил в одном из городов-государств, и этот город еще не погрузился в пучину безумия из-за ужасающего распространения проклятия.

Кажется, тогда правитель города только-только женился. Он так сильно любил свою жену, что специально устроил праздник для всех желающих. Там рекой лилось вино, повсюду была горячая еда, пели искусные барды, а у костров танцевали танцовщицы...

Вот только тогдашнему Анатолию оставалось лишь кутаться в плотную одежду и наблюдать за всем этим издалека, прильнув к окну своего жилища.

С затаенной надеждой Анатолий нерешительно кивнул, поддержав это предложение.

А Мерлин и вовсе прямо сказал, что это отличная мысль:

— Жителям кладбища действительно нужен повод, чтобы хорошенько сбросить накопившееся напряжение. Это подходящий случай.

Цзи Гуан задал уточняющий вопрос:

— Прямо здесь, на кладбище?

Альберт приподнял бровь:

— А где же еще?

— Ну... тоже верно, — Цзи Гуан моргнул и, не став озвучивать свои мысли, после некоторого колебания сказал: — В конце концов, я всего лишь чужак, так что решайте сами.

Сказав это, Цзи Гуан мысленно проворчал: «Но разве это не то же самое, что пляски на костях?»

http://bllate.org/book/16948/1579716