— Ничего, я… — Нин Чжицянь хотела объяснить.
Чу И не стала слушать, тут же прикрыла её своей ладонью, чтобы согреть своим теплом, а затем, вернувшись в офис, сразу же нашла для неё грелку.
— Ты вся покраснела, Джо не разрешает тебе отдыхать?
— Разрешает, поэтому сейчас я могу прийти к тебе.
Чу И выглядела слишком взволнованной, Нин Чжицянь подумала, что её покрасневшие руки напугали её.
— Это ничего, сейчас пройдёт.
Чу И не согласилась.
— Ты только пришла, а Джо уже такой строгий?
— Нет, он не строгий. Сегодня я хорошо себя проявила, и он меня наградил.
Чу И взглянула на пакет с печеньем.
— Это что, похвальная грамота в мире десертов?
— Да! — Нин Чжицянь вспомнила об этом и обрадовалась, потянувшись к упаковке.
Чу И не дала ей.
— Я сама, ты грей руки.
Нин Чжицянь послушно замерла.
Вскрыв упаковку, Чу И взяла влажную салфетку и вытерла руки. Её пальцы были белыми и тонкими, и на фоне слишком бледной, безжизненной салфетки они выглядели естественно красивыми, с округлыми ноготками, слегка блестящими. Даже без украшений они выглядели удивительно привлекательно.
Нин Чжицянь посмотрела на свои покрасневшие от холода руки, и они показались ей ужасными, поэтому она тихо спрятала их, чтобы не мешать.
— Попробуй. — Чу И взяла первый кусочек и накормила её.
Нин Чжицянь откусила и, почувствовав начинку, с радостью воскликнула:
— М-м-м! Промежуточный слой из засахаренных роз — я делала!
— Правда? — Чу И лизнула кончик пальца, на который попала крошка, её язык был проворным, а губы, чуть приоткрытые, были ярче розы.
Нин Чжицянь застыла в изумлении.
Почему ей показалось, что тот крошечный кусочек, который попробовала Чу И, был особенно вкусным?
— Да, неплохо. — Чу И не обратила внимания на её прямой взгляд и тоже взяла печенье на пробу.
Нин Чжицянь тряхнула головой, стараясь выкинуть из головы соблазнительный жест Чу И, и заговорила о другом важном деле.
— Моя старшая сестра звонила мне.
— Когда?
— Час назад. Она с мужем в путешествии, телефона рядом не было, поэтому и не ответила.
— Вот как. — Чу И услышала это уже второй раз и всё ещё могла удивиться, настолько милая улыбка была у Нин Чжицянь. — Это замечательно.
Нин Чжицянь, получив одобрение, непроизвольно заговорила больше.
— Сестра ещё сказала…
Они разговаривали, и когда дошли до обсуждения, что поесть на обед, их прервал звонок Джо.
— Гостю очень понравился торт, он хочет тебя поблагодарить, — сказал Джо. — Есть время?
— Есть! — Нин Чжицянь не ожидала, что за написание букв её будут благодарить, и поспешно ответила. — Я сейчас спущусь.
Она повесила трубку, и Чу И спросила:
— Что случилось?
— Гость хочет меня поблагодарить. Мне нужно сходить. Ты заказывай и ешь, меня не жди.
Чу И спросила ещё раз:
— Куда ты идёшь?
— В ресторан на 7-м этаже. — Нин Чжицянь сказала это и заметила, что выражение лица Чу И изменилось. — Что случилось?
Чу И снова улыбнулась.
— Ничего, беги скорее, не заставляй Джо и гостя ждать.
— Угу!
Гость оказался щедрым и арендовал весь этаж. Нин Чжицянь шла по тихому коридору, где по желанию гостя повесили гирлянды в форме сердечек, и восхищалась тем, как тщательно подготовились к этому приёму. Она шла по ковру, устланному цветами, и увидела группу шумной молодёжи, поднимавшей бокалы и веселившейся.
Джо помахал рукой, и молодая женщина в центре что-то сказала, а люди вокруг тут же подхватили:
— Не шумите!
Шумная компания действительно затихла.
Нин Чжицянь подходила всё ближе и всё лучше видела женщину, которая могла отдавать приказы и была в центре внимания.
Заметка не врала, хозяйка вечера «Жофэй» действительно была красавицей: средней длины вьющиеся волосы, маленькое лицо с тонкими чертами, одетая в простое и элегантное платье, она не терялась на фоне ярко одетых подруг, излучая мягкую и нежную ауру.
— Жофэй. — Джо смог правильно произнести это имя, значит, они были знакомы. — Это мой помощник, Нин.
Нин Чжицянь улыбнулась в знак приветствия.
— Здравствуйте.
Ань Жофэй встала и вышла из окружения друзей.
— Нин Чжицянь, наконец-то я встретила тебя.
— Вы знаете меня? — Нин Чжицянь удивилась.
Ань Жофэй остановилась в шаге от неё, её безупречные туфли на шпильке противостояли её испачканным от работы кроссовкам.
— Да, Чу И упоминала тебя.
Нин Чжицянь поняла.
— Вы её подруга.
— Нет, — Ань Жофэй погасила улыбку и, глядя на неё, сказала, — Я её первая любовь.
Нин Чжицянь изумилась.
Люди вокруг чётко услышали эту фразу, почувствовав напряжённую атмосферу, и затаили дыхание. Джо не понимал, что происходит, озирался по сторонам и в итоге решил, как и все, молча стоять в стороне и смотреть, как две женщины с непростыми отношениями будут взаимодействовать.
Однако…
— Вот как. — Нин Чжицянь уже встречалась с кинодивой Чжао и Юй Жоцзы, и сейчас подумала: «О, ещё одна бывшая», и безразлично произнесла вежливую фразу. — Здравствуйте.
Ань Жофэй сама призналась, что была первой любовью Чу И.
Нин Чжицянь удивилась, но совершенно не осознавала, что попала в поле битвы: первая любовь — это тоже бывшая, она только что видела Юй Жоцзы, у неё уже был опыт, она знала, как общаться, поэтому спокойно произнесла вежливую фразу.
Ань Жофэй нахмурилась, а затем улыбнулась с непонятным подтекстом.
— Ты, кажется, не удивлена?
— … — Нин Чжицянь замешкалась, хотя в душе думала: «Ты не такая чувственная, как кинодива Чжао, и не такая буйная, как Юй Жоцзы, какой бы красивой ты ни была, ты не красивее Чу И, так чему тут удивляться?», но из уважения к статусу гостя всё же сказала:
— Нет, я удивлена, мир тесен.
Её актёрская игра была не очень, Ань Жофэй снова нахмурилась, но затем сменила тему.
— Да, спасибо вам за такой замечательный торт.
Когда речь зашла о торте, Джо не мог остаться в стороне и подошёл:
— Нин очень старалась, без неё торт не был бы таким красивым.
— Вы самый усердный. — Ань Жофэй похвалила. — Вы даже надпись учли, вы действительно идеальный шеф-повар.
Джо покачал головой.
— Я не идеален, журналисты ошиблись.
— Не скромничайте. Если бы мои друзья не попросили написать по-китайски, вы бы в одиночку создали идеальное произведение.
Начальника хвалили, и Нин Чжицянь, послушно стоявшая рядом как фон и просто улыбавшаяся, услышав это, почувствовала неладное: на первый взгляд это была похвала мастерству Джо, но в лёгком голосе Ань Жофэй слышалось: «её китайские иероглифы сделали торт неидеальным».
Нин Чжицянь взглянула на Ань Жофэй.
Ань Жофэй тоже смотрела на неё, слегка приподняв подбородок и с высокомерным видом окидывая взглядом с ног до головы.
Нин Чжицянь поняла.
Это было не просто лёгкое пренебрежение, Ань Жофэй одновременно расхваливала Джо и смотрела на неё свысока.
Как человек, который практиковался много раз, чтобы написать две строчки по-китайски, Нин Чжицянь была очень недовольна, но, учитывая присутствие Джо и статус Ань Жофэй как гостя, не могла ничего сказать, поэтому просто отвернулась, чтобы выразить своё недовольство.
— Мисс Нин. — Нин Чжицянь отвернулась, но Ань Жофэй не хотела оставлять это так и сама перевела разговор на неё. — Спасибо, что так красиво написала моё имя.
Нин Чжицянь ответила с неестественной улыбкой.
— Не за что, это моя работа.
— Давайте вместе попробуем торт, — предложила Ань Жофэй. — Мы специально ждали.
Джо согласился, и Нин Чжицянь могла только последовать за ним.
Когда начали резать торт, Ань Жофэй взяла нож и, размазывая надпись, объяснила Джо:
— Резать ножом своё имя — к плохой примете. Чжицянь, ты понимаешь, да?
— Да. — Нин Чжицянь смотрела, как надпись, которую она тренировалась писать сотни раз, размазывается, и хотя поначалу было жалко, но, увидев фальшивую улыбку Ань Жофэй, почувствовала дискомфорт и вежливо напомнила:
— Размазывать тоже не очень хорошо, в будущем лучше избегать этого.
Она редко говорила, и неожиданно сказанное ею заставило Ань Жофэй растеряться.
Джо, будучи иностранцем, очень хотел влиться в тусовку, и, услышав то, чего он не понимал, сразу же подошёл спросить:
— Почему?
Ань Жофэй пришлось объяснять Джо, и она упустила возможность ответить Нин Чжицянь.
Хозяйка Ань Жофэй выглядела недовольной, а остальные не решались говорить, поэтому дальнейшее поедание торта прошло в тишине.
Хотя Ань Жофэй была не самой приятной, торт был ни в чём не виноват: бисквит был пропитан кокосовым сиропом, в начинке были орехи, сладость умеренная, а текстура богатая. Нин Чжицянь, с учебной целью, наслаждалась тортом, не обращая внимания на то, что Ань Жофэй с Джо и друзьями оживлённо болтали, игнорируя её.


http://bllate.org/book/16857/1552256