Готовый перевод Broken bound / Оборванные узы: Глава 2.

Перевод и редакция lizzyb86

Глядя на измученного и истерзанного родами человека на кровати, Бэйтан Ао почувствовал неуверенность. Родимое пятно в форме цветка сливы наследуется только старшими сыновьями семьи Бэйтан. И наличие его на груди младенца напрямую доказывает его отцовство. Неожиданно, но старший сын Бэйтана Ао не только принадлежал ортодоксальному окружению, а также был дан ему мужчиной. Этим обессиленным, но по-прежнему красивым мужчиной.

Нижняя часть тела Яня Фэйли, являющаяся сплошной раной, всё ещё причиняла ему дичайший дискомфорт, однако крик ребёнка временно рассеял всю боль. Цю Еюань аккуратно положил его рядом на подушку. Внешне младенец выглядел здоровым — с ровным количеством пальчиков, с пропорциональными конечностями и маленьким сморщенным личиком, что в общем-то присуще всем новорождённым. Убедившись в том, что с ним всё хорошо, Янь Фэйли откинулся на подушку и впал в сонное изнеможение.

А Бэйтан Ао ещё раз с интересом взглянул на ребёнка. Покрасневшее от слёз лицо, редкие волосёнки, выпуклый лоб и глазки-щелочки...

— На редкость некрасивый! — первым делом подумалось лидеру.

Если бы не невежество его августейшей особы, то он бы знал, что все младенцы в мире рождаются такими, но сейчас его сознание было занято не наплывом отеческих чувств, а поиском наилучшего решения для возникшей проблемы. Поэтому, скользнув озадаченным взглядом по спящему человеку, Бэйтан Ао обратится к Цю Еюаню и генералу Хуа.

— Вы здесь, чтобы позаботиться о нём. Не позволяйте никому входить и беспокоить его! А вы, генерал Хуа, имейте в виду, если о случившемся узнает кто-то четвёртый, то ваша голова полетит с плеч!

— Разумеется! Этот покорный слуга ничего не знает и ничего не видел. Пожалуйста, будьте покойны, Мастер Северных Врат.

Но про себя генерал Хуа содрогнулся от ужаса. Мужчина родил ребёнка! Сам факт сего явления абсурден. А уж с привязкой к генералу Северных Врат, так тем более. Существование «обрезанных рукавов» порицалось не только в их обществе, но и во всём мире. Так как же этот доблестный воин, генерал Янь, мог оказаться одним из них?

Продолжая размышлять над превратностями судьбы, или скорее её иронией, Хуа Сянъянь поспешил присоединиться к делегации, прибывшей на празднество из Восточных Врат. После ухода лидера ему незачем было оставаться в покоях Яня Фэйли.

А тот между тем безмятежно проспал до вечера следующего дня. Причиной его пробуждения стал надрывный плач младенца. Откуда взялся ребенок? Спустя некоторое время, он наконец вспомнил, что сам же и произвёл его на свет. Всё это время лекарь Цю находился подле него.

— Генерал Янь, вы проснулись. Думаю, вам пора подкрепиться. Вставайте и поешьте.

— Тогда мне придётся побеспокоить вас.

Говоря это, Янь Фэйли с усилием приподнялся, поскольку нижняя часть тела всё ещё ощутимо болела. Цю Еюань помог ему сесть, а ещё поднёс ему миску с едой и кувшин с водой.

— Подождите! — жестом остановил его генерал Янь. — Ребёнок плачет…

Цю Еюань несколько смутился, потому как новорожденный и вправду, не умолкая, плакал. Он уже пробовал и качать его, и уговаривать успокоиться, и не обращать внимания, но ничего не помогало. Посему выходило, что, несмотря на богатейший опыт врачевания, он совершенно не имел представления о том, как обращаться с младенцами. Обычно ими занимались сами роженицы, кормилицы или служанки. А тут он не знал что делать, ведь призывать постороннего на помощь было запрещено.

— Мне необходимо отлучиться, генерал. Не волнуйтесь, я скоро, — всучив младенца отцу, лекарь Цю торопливо шмыгнул за дверь.

Если даже у врачевателя не нашлось знаний справиться с ребёнком, то откуда они должны были быть у воина? Янь Фэйли неловко похлопал сына по плечику, однако тот всё равно не успокоился, заходясь в жалобном плаче и морща красное личико. Он тотчас почувствовал себя расстроенным и никчёмным. Ну какая из него мать?

Он мужчина до мозга и костей. С чисто мужским телосложением, ростом и статью. Как природа могла так злостно подшутить над ним? И что теперь будет с этим несчастным созданием? Думая об этом, Янь Фэйли покрылся холодным потом от загривка до поясницы. А руки сами бессознательно прижали ребёнка к груди…

Спустя несколько минут, в комнату вернулся Цю Еюань. В руках он держал поднос с какими-то горшочками и мисками на нём. Обеспокоенный непрерывным плачем сына, генерал тут же обратился к нему.

— Лекарь Цю, посмотрите, пожалуйста! Может с малышом что-то не так? Почему он всё время плачет? У него что-то болит?

— Генерал Янь, не нервничайте. Я аккуратно поспрашивал у знающих людей, возможно, ребёнок просто очень голоден. Я также попросил на кухне миску жидкой пшенной пшённой каши. Давайте попробуем дать её ему.

Поставив поднос на стол, Цю Еюань передал Яню Фэйли миску с кашей. Вспоминая свой недавний разговор с поварами на кухне, он клял себя за глупость. Почему он сразу не догадался о том, что младенец голоден? Генерал понятное дело, почему далёк от всего этого. В конце концов, Янь Фэйли не женщина, в которую природой был заложен материнский инстинкт. И у него по определению отсутствует молочная железа для вскармливания.

Итак, двое взрослых мужчин не без труда накормили одного младенца жидкой кашей. И когда тот, наконец наевшись, удовлетворённо срыгнул, они оба вздохнули с таким облегчением, будто скинули с себя пудовый камень. Новоиспечённый родитель за столь короткое время уже преисполнился невыразимой нежностью к этому маленькому комочку плоти. И выражалось это в трепетном замирании сердца при каждом взгляде на него.

Не желая выпускать сына из рук, он внимательно рассматривал подрагивающие во сне веки, слегка приоткрытый ротик, крошечные, но уже цепкие пальчики и мягкий пушок на голове. Ему очень хотелось оградить его от всех мирских тягот, а помочь ему в этом должна была его безграничная любовь.

Цю Еюань также был несказанно тронут идиллической картиной. Ему вдруг непроизвольно вспомнилось, что около полугода назад, потерявшего сознание на тренировочной площадке из-за физического дискомфорта, Яня Фэйли доставили к нему на осмотр. До сих он в деталях помнил свой шок, когда померил его пульс. Пульс, характерный для беременных женщин! Долго не веря своим же умозаключениям, всё же в один прекрасный момент лекарь сдался и поделился ими с генералом. Конечно, тот отреагировал однозначно.

— Невозможно… Невозможно…, — бормотал отопревший Янь Фэйли.

Но против фактов, подтверждённых симптомами и чуть позже растущим животом, не пойдёшь. Так что, скрепя сердце, им обоим пришлось их признать. К тому же, согласно медицинским записям и сведениям, переданным из уст в уста, давным-давно в этом бренном мире существовал народ под названием Мойе. Мужчинам этого племени, наряду с женщинами, природа даровала способность вынашивать детей.

Однако в результате кровопролитных войн, распрей и междоусобиц народ Мойе вымер более 300 лет назад. Но, по-видимому, не весь, если единичные его представители до сих пор ходили по земле. Генерал Янь и сам не подозревал о своей принадлежности к нему. Да и откуда ему было знать, если родился он сиротой среди хаоса войны? О своих биологических родителях он не знал ровным счётом ничего.

Таким образом, уже тогда не было никакого смысла в гаданиях, ибо беременность уже наступила и важно было сохранить её в тайне. Цю Еюань посоветовал ему больше отдыхать, воздерживаться от езды верхом и по возможности избегать физических нагрузок. К счастью, на тот момент великая битва с адептами демонического культа завершилась победой, посему лидеры Четырёх Небесных Врат разъехались по своим вотчинам.

Вернувшийся домой Янь Фэйли уединился в покоях, отделённых от главного дворца Бамбуковым садом. Он редко выходил из дома, предпочитая ни с кем не общаться и не видеться. Один лишь Цю Еюань знал о его интересном положении. До самых родов оба решили максимально отдалиться друг от друга, дабы не вызывать ничьих подозрений. И вот в день Х лекарь Цю, напрочь забывший о договорённости, спохватился только тогда, когда за ним примчался Хуа Сянъянь.

— Генерал Янь сказал, что у него отошли воды… Лекарь, прошу, вам следует поторопиться…

Казалось, мужчина никак не мог совладать со смущением, однако Цю Еюань всё прекрасно понял и поспешил вместе с ним в Бамбуковый сад. По дороге туда он мысленно ругал себя за халатность. Кто, кроме него, мог помочь несчастному генералу, что в одиночку собирался воспитывать ребёнка? И всё-таки кто же его отец? Не в первый раз он задавался этим вопросом и далеко не в последний. Но в отличие от некоторых, он не обладал и малой толикой того любопытства, коим был наполнен каждый живущий во дворце.

Кем бы ни был человек, обрюхативший Яня Фэйли, его это не касалось. Поэтому, отогнав прочь непрошеные мысли, лекарь Цю ни о чём не спрашивал. Только то было тогда, а сейчас обстоятельства изменились.

— Генерал Янь, я понимаю, что вам неловко говорить об этом, но поскольку вы благополучно родили ребёнка, может позволить отцу ребёнка ... Ну, я имею в виду другого отца... узнать о столь радостном известии?

От сих слов Янь Фэйли резко напрягся и побледнел. Было заметно, что эта тема ему крайне неприятна.

— Генерал Янь, мне жаль, — быстро извинился Цю Еюань.

— Лекарь Цю оказал генералу великую услугу! — вымученно улыбался молодой родитель, — Просто ему не хочется говорить на эту щекотливую тему. Он просит у лекаря прощения…

Тот, всё поняв, устыдился своей самонадеянности.

— Мастер Бэйтан уже в курсе. Как генерал планирует объяснить лидеру происхождение ребёнка? — с беспокойством осведомился Цю Еюань, вспомнив выражение лица Бэйтана Ао, когда тот покидал покои.

Руки Яня Фэйли сжались в кулаки при одном лишь упоминании об этом человеке. И словно вторя его внутреннему смятению, в ту же минуту заплакал ребёнок. Они оба по очереди укачивали его, прежде чем малютка успокоился. Видя, что генерал утомился, Цю Еюань уложил ребёнка на соседнюю подушку, а затем помог тому удобно устроиться в постели. Пусть отдыхает, пока он сходит на кухню отнести грязные миски и заодно принести свежей еды и каши для младенца.

В его отсутствие Янь Фэйли предался панике. Мастер Северных Врат узнал о рождении сына самым неожиданным образом. И как теперь этот человек себя поведёт? Учитывая его маниакальную боязнь запятнать репутацию, что предпримет по отношению к собственному сыну? Его плоти и крови? Генерал долго не мог заснуть, прокручивая в голове всевозможные варианты развития событий. Но в конце концов, послеродовая слабость взяла своё .

Проснулся он уже от гнетущего чувства, что что-то идёт не так. Дурное предчувствие, или же то была особая связь с ребёнком, но он открыл глаза ровно в тот момент, когда скрипнули половицы, а соседняя подушка опустела.

— Кто здесь? Положи ребёнка! — нараспев закричал он человеку, стоявшему к нему спиной.

В темноте было ясно, что посторонний был одет в белые, сияющие, как снег, одежды. Неужели сам Мастер Северных Врат пожаловал сюда?

— Мастер!? — в ужасе воскликнул Янь Фэйли.

Так и есть. То был Бэйтан Ао, как раз повернувшийся, чтобы уйти.

— Мастер ордена! — поспешил генерал бросить вызов самому Бэйтану Ао, игнорируя всё остальное и опускаясь на колени, — Мастер, куда вы хотите унести ребёнка ?

— Этот ребёнок не может здесь оставаться… Я хочу забрать его.

— Куда? Куда вы хотите его унести?

— Не беспокойся об этом!

— Мастер Бэйтан, я прошу вас, нет, умоляю! Не забирайте дитя. Оставьте его со мной…

— Нет!

— Мастер! Вы ведь знаете, что этот ребёнок...

— Заткнись! — завизжал Бэйтан Ао, белея лицом. — Этот ребёнок не может оставаться здесь! Не может оставаться рядом с тобой! Он вообще не должен был родиться!

— Нет! Мастер ордена. Нет, пожалуйста! Это всё моя вина. Если хотите кого-то наказать, пожалуйста, накажите меня! Только не забирайте моё дитя!

Роняя крупные слёзы на ворот одеяния, Янь Фэйли дрожащими руками вцепился в подол Бэйтан Ао. Его сердце обливалось кровью от безутешного плача малыша. Он должен вернуть его! Во что бы то ни стало. Без него терялся весь смысл его жизни. Всю свою любовь, которую он так и не смог вытравить из сердца к этому не заслуживающему её человеку, он хотел отдать сыну.

А в это время отец упомянутого ребёнка мечтал забыть о том позорном «инциденте». Разве мог он предположить, что всего лишь разовое, и то произошедшее против воли, возлежание с мужчиной, приведёт к столь непредвиденным последствиям? Если об этом узнают люди, то он, Бэйтан Ао, навсегда превратится в посмешище. Этот ребёнок и есть позор, извечное клеймо и несмываемое пятно на благородном имени его семьи. Ему ни за что не отмыться! Ни за что!

— Нет! Фэйли, не вини меня. Я не могу позволить ребёнку остаться с тобой! — зло отчеканил Бэйтан Ао.

— Нет! Мастер, пожалуйста! — Янь Фэйли уже коснулся ног лидера своим лбом. — Я ваш преданный слуга! И я лучше умру, чем кому-нибудь открою тайну рождения своего дитя! Позвольте мне отослать ребёнка со слугами в глухую деревню, где ни одна живая душа не сможет добраться до него. Никто никогда не узнает, кто отец ребёнка. Я не расскажу, даю слово чести! Прошу, пожалуйста! Оставьте его мне…

— Никто не узнает? — Бэйтан Ао усмехнулся про себя. — Как же!

Родимое пятно в виде сливы на левой груди младенца лучшее подтверждение! Само собой разумеется, что любой, кто его увидит, поймёт, кем является этот ребёнок . Поэтому он никогда не должен оставлять его с Янем Фэйли.

— Отстань!

Стряхнув с себя руки генерала, он крепко обхватил ребёнка и уже было собрался уйти, но тот преградил ему путь, отчаянно размахнувшись кулаком. Удар, пришедшийся в левое плечо, отозвался болью, отчего Бэйтан Ао тотчас разъярился.

— Как ты смеешь поднимать на меня руку?

Больше всего в жизни он ненавидел, когда люди ослушивались его приказов. Поэтому он расценил нападение Яня Фэйли как вызов и повод немедленно дать отпор. Ему потребовалось всего около пяти секунд, чтобы освободиться из его хватки.

При других обстоятельствах генерал Янь легко одолел бы Мастера Северных Врат, однако ослабленное родами тело почти растеряло прежнюю силу. Да и его внутренние меридианы ещё толком не восстановились. Так что Бэйтан Ао, отшвырнув его прямо на кровать, ядовито зашипел на него, цедя при этом каждое слово.

— Янь Фейли, ты сегодня совершил преступление! Отныне мне на тебя плевать! Тебе лучше вообще забыть о существовании этого ребёнка и больше не упоминать об этом всуе!

Сверкнув глазами полными ледяного пренебрежения, Бэйтан Ао с плачущим ребёнком на руках покинул опостылевшую ему комнату. А Янь Фэйли, захлёбываясь слезами, остался безмолвно провожать взглядом его прямую, как тетива, спину. От пережитого потрясения взбунтовавшаяся внутри него Ци выплеснулась наружу изо рта в виде кровавого сгустка. Горло жгло и саднило, в глазах потемнело, а голова потяжелела. Более не в силах держаться, он потерял сознание.

Очнулся Янь Фэйли на следующее утро от тряски. Это Цю Еюань глядел на него с нескрываемой тревогой.

— Генерал Янь, ты не спишь?

Лекарь Цю не владел боевыми искусствами. Ему приказали не входить к больному, когда Бэйтан Ао вошёл в дом прошлой ночью. Он понятия не имел, что произошло в этих стенах после.

— Что случилось? Куда делся ребёнок?

Янь Фэйли с трудом принял вертикальное положение. Весь мир нещадно вращался перед его глазами.

— Генерал Янь! — бросился к нему Цю Еюань, — Вы сильно ослабли, и ваше тело ещё нуждается в покое и отдыхе!

— Нет!

Он собирался найти ребёнка, поэтому совсем не внимал словам лекаря. Бесцеремонно отпихнув его руку, Янь Фэйли, шатаясь, поднялся на ноги и вышел из дома, даже не накинув на себя верхнюю одежду.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/16537/1570973