Готовый перевод The Koi Immortal Wants to Debut / Карп-бессмертный хочет дебютировать: Глава 13

— Потом дело получило огласку, даже председатель совета директоров поинтересовался. Похоже, хотели «заморозить» Цяо Линьэр. Я не мог допустить, чтобы такая перспективная девушка в самом расцвете карьеры оказалась в опале. Поэтому сказал, что это я выклянчил роль у одного мажора, а Цяо Линьэр тут ни при чём.

Теперь Су Цзиньли понял, почему уволили Хоу Юна.

— Наверное, Цяо Линьэр была тебе очень благодарна? — спросил он.

Услышав вопрос, Хоу Юн ненадолго замолчал.

— Она… — начал он и не стал продолжать.

Су Цзиньли осознал, что затронул больную тему, и тут же поспешил утешить:

— Юн-гэ, не переживай. Теперь я с тобой. Я обязательно помогу тебе всё исправить.

— Ты непременно станешь звездой! — Говоря о Су Цзиньли, Хоу Юн оживился. Чтобы подбодрить себя, он пару раз нажал на клаксон.

— Я буду стараться, — Су Цзиньли похлопал себя по груди.

***

Четыре месяца спустя.

Чжан Хэмин вернулся в компанию, вошёл в кабинет и швырнул папку на стол.

Ранее он обращался в развлекательную компанию «Муцзытао», но, к своему удивлению, получил отказ.

Он был продюсером, в основном занимавшимся реалити-шоу, а на этот раз задумал программу по поиску талантов.

Он был уверен в этом проекте: его цель — отобрать перспективных молодых идолов среди обычных людей и тренирующихся из развлекательных агентств.

Однако многие отнеслись к этой затее скептически.

В последние годы шоу талантов плодились как грибы, какое-то время они действительно были на пике популярности и породили целую плеяду знаменитостей.

Например, такие программы, как «Ты сияешь ярче всех», «Идеальная девушка», «Идеальный юноша», имели оглушительный успех лишь в первом сезоне. Второй сезон прошёл уже без особого ажиотажа, хотя и привлёк некоторое внимание. К третьему сезону популярность почти сошла на нет, а четвёртый и вовсе закрыли.

Задуманное Чжан Хэмином шоу мало чем отличалось от этих программ.

Из-за скептицизма ему не удалось привлечь крупных инвесторов. Не было денег — не было и масштабного производства. Не удалось заполучить и достаточно звёздных, профессиональных артистов в качестве судей.

Не было ничего. Даже развлекательные компании не хотели отправлять своих тренирующихся, предпочитая продвигать артистов другими способами.

Чжан Хэмин несколько раз обошёл несколько агентств. Крупные компании интереса не проявили, зато мелкие активно выходили на связь.

Но Чжан Хэмин понимал: самые способные ученики обычно собраны в крупных компаниях. В мелкие же попадают те, кого отсеяли из больших.

Те, кто пробивается в крупные агентства, либо имеют связи, либо действительно на что-то способны.

«Муцзытао» заинтересовало его по одной причине: он надеялся, что они отправят на шоу Ань Цзыханя.

Тот факт, что Ань Цзыхань собирался войти в шоу-бизнес, уже вызывал ажиотаж. Он был окружён ореолом славы, и многие, кто следил за Ань Цзыянем, проявляли интерес и к его брату.

К тому же, хотя Ань Цзыхань раньше и не был частью индустрии, его имя постоянно мелькало в новостях.

Была тема для обсуждения — значит, был и интерес.

Однако он вновь наткнулся на стену: «Муцзытао», похоже, не были заинтересованы.

Это сильно ударило по его настроению.

В этот момент в телефоне раздался звук уведомления. Чжан Хэмин взглянул на экран и невольно вздохнул.

Хоу Юн: «Ты в офисе? Я внизу, у твоего здания».

Опять этот толстяк Хоу.

Чжан Хэмин и Хоу Юн были старыми одноклассниками. Обычно люди, оказавшись в затруднительном положении, не жаждут встреч со знакомыми — не хочется показывать свою неудачу.

Но Хоу Юн ради своего подопечного был готов на всё. Он отбросил гордость и уже две недели не отставал от Чжан Хэмина, не собираясь сдаваться.

Чжан Хэмин подумал и ответил: «Скинь фото своего артиста».

Ранее Хоу Юн уже присылал резюме, но Чжан Хэмин даже не открыл его — полагал, что новичок из жалкой студийки Хоу Юна вряд ли будет лучше случайного участника с уличного кастинга.

Получив фото, Хоу Юн добавил: «Всё натуральное, без пластики, фото не редактировалось».

Чжан Хэмин открыл изображение, увеличил его — и вдруг выпрямился в кресле.

Он внимательно рассмотрел снимок, затем свернул его и набрал ответ: «Я в офисе. Поднимайся».

***

Выйдя с учебных курсов, Су Цзиньли вновь приехал к зданию «Муцзытао» на велосипеде. Упершись ногами в землю, он достал из кармана пакетик с закуской и принялся жевать. Не успел он проглотить и пару кусочков, как к нему быстрым шагом направился человек.

Это был Чан Сыинь. Подойдя, он сразу же потянул Су Цзиньли в тенистый угол.

— Пойдём, мне нужно с тобой поговорить, — сказал он.

Су Цзиньли, не спеша, покатил велосипед следом. Остановившись в углу, он спросил:

— Что случилось?

Чан Сыинь прошёл тот самый отбор и теперь был одним из тренирующихся компании «Муцзытао».

Су Цзиньли часто наведывался сюда, но в разное время, когда Чан Сыинь обычно был занят на тренировках, поэтому они редко пересекались. В прошлый раз они лишь быстро обменялись контактами в WeChat и больше не связывались.

По сравнению с другими тренирующимися, у Су Цзиньли было куда больше свободного времени, и он походил на бездельника.

Выражение лица Чан Сыиня было невесёлым. Он помедлил, прежде чем выговорить:

— Тебе больше не стоит сюда приходить.

— Я что, нарушаю общественный порядок? — Су Цзиньли всё ещё не понимал, в чём дело.

Чан Сыинь даже ногой притопнул от досады, но объяснил:

— Ты слишком часто околачиваешься у входа в нашу компанию, и многие это заметили. Помнишь, на отборе был один мужчина, преподаватель Ху Хай-гао?

— Помню, — спокойно ответил Су Цзиньли. — Он меня тогда критиковал.

— Он тебя часто видит. И сегодня на занятии снова о тебе заговорил.

— Что сказал?

— Сказал… что некоторые только и умеют, что строить воздушные замки. Не хотят трудиться, надеются прорваться в шоу-бизнес одной лишь внешностью. Ещё сказал, что на отборе был один такой тренирующийся, который ничего не умел, да и отношение было никудышное. Назвал твоё имя. Сказал, что тебя выгнали, а ты всё не унимаешься.

— Я… — Су Цзиньли почувствовал лёгкую беспомощность.

— Он упомянул тебя на занятии, сказал, что постоянно видит тебя у входа, но никакой жалости к тебе не испытывает. Предупредил нас: если не будем выкладываться, станем такими же бездельниками, которые только и могут, что завидовать другим. Мол, наш шанс — большая удача, а такие, как ты, только и делают, что мечтают о нашей жизни, так что мы должны ценить возможность и пахать. Я, когда это услышал, чуть не лопнул.

— Я просто человека ищу… — тихо оправдался Су Цзиньли.

— Кого?

— Брата.

— Как зовут? Из какого отдела?

— Не знаю…

— Что?

Чан Сыинь не успел добиться ясности, как к ним подошли ещё двое. Увидев Су Цзиньли, они усмехнулись.

— Так это тот самый парень, что вечно торчит здесь на велосипеде, как какой-то сталкер? Что, Чан-гэ, знакомый?

Среди тренирующихся Чан Сыинь, как выпускник университета, считался старшим, и все в их группе звали его «гэ».

Подошедшие парни были молоды. Внешность у них была ничего, скорее брутальная, чем утончённая. Спасали неплохие фигуры.

Взгляды, которые они бросили на Су Цзиньли, были откровенно насмешливыми, и Чан Сыиню стало неловко.

— Это мой друг, ко мне зашёл, — твёрдо ответил Чан Сыинь.

— Я его много раз видел, но не припоминаю, чтобы ты каждый раз выходил его встречать. Может, он за тобой бегает, а ты его игнорируешь?

Чан Сыинь был натуралом до мозга костей, и такие намёки его раздражали.

— Что за чушь! — огрызнулся он. — Мало того, что выходной, так ещё и чешется язык поболтать?

— Ладно, ладно, раз Чан-гэ говорит, — один из парней уже собрался уходить.

Второй же, до этого молчавший, уставился на Су Цзиньли и вдруг спросил:

— Красавчик, хочешь с нами сфоткаться? А то потом может не случиться — мы-то, гляди, знаменитыми станем, а ты так и будешь тут шляться.

Чан Сыинь тоже мечтал о музыке, но, казалось, удача всегда была не на его стороне: его либо прокатывали на отборах, либо возможности упускались.

http://bllate.org/book/16282/1466227