Готовый перевод The Idol Group and the Crown / Супергруппа и корона: Глава 37

Из восьми песен в итоге прошли шесть. У одной мелодия немного совпадала с треком другой группы, а у другой текст оказался слишком слащавым.

Парни только успели почтительно поблагодарить продюсеров, директоров и наставников и попрощаться с ними, как тут же, зайдя в лифт, начали перекладывать вину друг на друга.

— Я же говорил, не надо столько раз петь «детка» в тексте...

— Эй, в той песне просто использовалась прогрессия 4536251, какое это к чёрту совпадение?

— Се-се, это просто глупая ошибка от лени.

— Капитан, я так устал писать, так хочу в отпуск...

Когда лифт доехал до шестого этажа, раздался звонок, и в дверях показался лучезарный, красивый паренёк, который пару раз моргнул, глядя на них.

Все шестеро замолчали на секунду, выстроились по стойке смирно и почтительно поздоровались:

— Здравствуйте, старший!

В этой индустрии всё же нужно было уважать старшинство по статусу.

Парень с улыбкой помахал рукой, вошёл и встал посередине.

В этом году ему исполнилось пятнадцать. Скоро будет год с момента его дебюта, и его аура непрерывно менялась.

Все молча ждали, пока лифт поднимется выше, попутно разглядывая подростка.

— Ци Линь, — позвал его Се Ляньюнь. — В этом году опять выпускаешь новый альбом?

— Почти закончил, — Ци Линь держался очень расслабленно. — Полностью англоязычный R&B, всё как и планировалось.

Бо Цзюэ машинально спросил:

— Сам написал?

— Ага, — улыбнулся парень. — Решил попытать удачи, даже не знаю, какие будут результаты.

Лифт со звоном остановился на десятом этаже. Он помахал рукой, прощаясь со старшими:

— Будет время — потусим вместе!

Когда Ци Линь отошёл подальше, лифт продолжил подниматься.

— И какие у него были результаты в прошлом году?

— Оглушительный успех, — Се Ляньюнь чувствовал колоссальное давление. — Из одного альбома сразу пять песен стали хитами. Его треки крутят даже в супермаркете при нашей компании.

— Ему же всего пятнадцать? — поразился Мэй Шэнъяо. — У него что, голос не ломается?

— Детка, тебе вообще-то тоже четырнадцать, — Бо Цзюэ протянул руку и взъерошил ему волосы. — Успокойся.

Мэй Шэнъяо был очень амбициозен:

— Мы тоже должны взорвать чарты после дебюта!

— Давайте пока не будем думать об успехе, — Хо Жэнь оставался спокойным. Он придержал кнопку лифта, ожидая, пока все по очереди выйдут на семнадцатом этаже, и вышел последним. — Мы прошли первый раунд проверок и вступили в стадию официального производства. Нам нужно написать ещё как минимум шесть песен.

— И не только написать текст и музыку. Нужно подготовить аранжировки и сведение, — сказал Се Ляньюнь, идущий впереди, и открыл дверь в квартиру. — У нас осталось всего три месяца.

Все синхронно вздрогнули и ускорили шаг, врываясь в гостиную.

— Сначала собрание, — Хо Жэнь постучал по дверному косяку. — Не спешите писать. Юнь-гэ, положи конфету.

Се Ляньюнь уже развернул фантик и праведно возмутился:

— Я в последнее время слишком много думаю, мне нужна подпитка для мозга.

— Можешь выпить злаковой каши. — Хо Жэнь покачал головой. — Положи конфету на место.

Се Ляньюнь поправил очки и холодно бросил:

— Надо было мне тогда побороться за должность капитана.

— Ага, и тогда средний вес в группе был бы под семьдесят пять кило, — язвительно заметил Бо Цзюэ. — Просто отлично, тебе бы очень подошло.

Чи Цзи помог Хо Жэню выкатить маркерную доску, и парни продолжили обдумывать план творческой работы.

— В июне сдача, значит, к началу мая у нас должны быть готовы все черновики. Оставим месяц на аранжировку и правки. — Хо Жэнь писал быстро, его почерк на доске был твёрдым, размашистым и выразительным. — Для начала: что будем делать с двумя забракованными песнями?

— Думаю, можно набросать ещё парочку песен о любви, — сказал Се Ляньюнь, покусывая трубочку от сока, чтобы хоть как-то унять тягу к сладкому. — Максимум сделаем ещё один медляк, а остальное нужно уводить в сторону взрывных и весёлых треков.

Лун Цзя вдруг предложил:

— Как насчёт того, чтобы написать боевой гимн?

— Боевой гимн? — Хо Жэнь повернулся к нему. — Что ты имеешь в виду?

— Это не клубный стиль, — Лун Цзя спрыгнул с дивана, взял маркер и написал рядом ключевые слова: — Это для всех людей, которые находятся в состоянии борьбы... Может, они готовятся к экзаменам или всю ночь делают проект.

— Например, мой старший брат открывает компанию. Каждый день собрания, бизнес-планы, он пашет до трёх-четырёх часов утра, — серьёзно пояснил он. — Если бы была какая-нибудь вдохновляющая песня, которая поддержала бы его, у него прибавилось бы мотивации.

— Наш альбом ведь наверняка будут слушать многие студенты? — сообразил Чи Цзи. — Или те, кто сейчас находится на важном жизненном этапе и нуждается в толчке вперёд.

— Отличная идея, — кивнул Хо Жэнь и приписал рядом со словами Лун Цзя: — Музыкальное сопровождение должно быть эпичным и вдохновляющим.

— Как насчёт того, чтобы одну песню сделать электронной, а в другую добавить симфоническую музыку? — с улыбкой спросил Мэй Шэнъяо. — Это тоже способ доказать коммерческую ценность и мастерство нашей группы. Если мы создадим музыку, как из эпичного кино, чтобы она была одновременно и популярной, и с классическими мотивами, результат должен быть потрясающим.

— Я как раз знаю одного спеца в этом деле, — вдруг сказал Се Ляньюнь. — Сегодня днём у нас нет занятий. Может, съездим и пообщаемся с ней?

С электронной музыкой Се Ляньюнь и Мэй Шэнъяо были хорошо знакомы, но вот для симфонической музыки и гармонии всё же требовалось руководство эксперта.

Хо Жэнь счёл идею здравой и позвонил дяде Цзяну, чтобы доложить об этом.

— Хорошо, только будьте осторожны на улице, — Цзян Шу всё ещё был на каком-то застолье и, говоря это, прикрывал рот рукой, зевая. — Водитель уехал по делам. Запасные ключи от машины лежат у тебя на книжной полке, на третьем ярусе в углу. Пусть Лун Цзя поведёт.

До Хо Жэня не сразу дошло:

— Но ведь Лун Цзя весь прошлый год тренировался с нами? Он что, получил права?

— Сдал на права в этом году во время новогодних каникул, — из трубки донёсся звук зажигалки. — Этот малец с десяти лет летал с отцом на самолёте. Водит уверенно, ему можно доверять.

Капитан Хо тут же передал ключи от машины Лун Цзя, не скрывая восхищения во взгляде.

— Дядя Цзян сказал тебе про права? — поинтересовался Лун Цзя. — Тогда днём я вас отвезу.

— Брат, — тихо произнёс Хо Жэнь. — Ты, оказывается, умеешь управлять самолётом...

— Вертолётом. Там нет ничего сложного. — Лун Цзя с улыбкой помог ему перенести стойки для инструментов. — Ничего сложного, если захочешь, потом научу.

Хо Жэнь заулыбался, словно белый волчонок, виляющий хвостом.

Они всей гурьбой надели маски, вышли на улицу и, следуя указаниям Се Ляньюня, вскоре доехали до Музыкальной академии Шиду.

— Сейчас посмотрю, пришла ли моя знакомая... — Се Ляньюнь, сидя на пассажирском сиденье, вытянул руку: — Сестра Чжу, мы здесь!

Стильно одетая длинноволосая женщина с улыбкой помахала им рукой и села в минивэн у ворот академии.

— Добрый день всем. Поехали в театр Шиду, мой оркестр сейчас там репетирует.

Лун Цзя коротко кивнул и ловко вывернул руль. Хо Жэнь, сидевший на втором ряду, протянул женщине бутылку воды:

— Спасибо, что согласились стать нашим наставником.

— Позвольте представить, — сказал Се Ляньюнь. — Это Чжу Инь, декан факультета дирижирования. Ей в этом году сорок три.

Все: !!!

— Вы выглядите на двадцать с небольшим, — невольно вырвалось у Чи Цзи. — И я не пытаюсь вам льстить...

— Детей не рожала, ничем не болела, — самодовольно улыбнулась Чжу Инь. — Можете и польстить, я люблю такое слушать.

Она была одним из ведущих специалистов Музыкальной академии Шиду, а также руководила репетициями и дирижировала филармоническим оркестром Шиду. В аранжировках она придерживалась академического стиля, но в свободное время слушала поп-музыку.

Профессор Чжу отвела их в свой личный кабинет в театре Шиду. Выслушав их примерные пожелания, она достала несколько книг и передала Хо Жэню, а затем включила компьютер, чтобы продемонстрировать несколько распространённых музыкальных стилей.

Се Ляньюнь взглядом велел капитану убрать учебники по аранжировке, а сам сел на корточки рядом, вслушиваясь в мощные, волнующие симфонии.

— Мы хотим передать ощущение эпичности через мелодию во вступлении и припеве, — Мэй Шэнъяо уже полностью погрузился в работу и показывал ей несколько придуманных ранее демо-фрагментов. — Но в аранжировке, скорее всего, придётся использовать электронную музыку, чтобы сохранить поп-звучание.

— Традиционные инструменты тоже могут звучать современно. — Чжу Инь подпёрла подбородок рукой, крутя ручку пальцами. — Ты хочешь использовать электронику, чтобы держать ритм и нагнетать эмоции, потому что боишься, что звуки скрипки и фортепиано будут слишком сухими и скучными, верно?

Мэй Шэнъяо завис на пару секунд, а потом съёжился, придвинулся к Хо Жэню и молча уставился на неё.

Эта женщина — просто какой-то демон.

Хо Жэнь, сидевший в самомпереди, с горящим взглядом спросил:

— Что вы имеете в виду?

— Всё очень просто. Возьмём, к примеру, вот эту демку, — Чжу Инь перевернула страницу нот и указала на бит, написанный Мэй Шэнъяо. — Если этот фрагмент сыграть на треугольнике и пиццикато на струнных, знаешь, какой будет эффект?

Все остолбенели:

— ...На треугольнике?

Чжу Инь загадочно улыбнулась и повела их прямо в зал для ежедневных репетиций. Она в двух словах объяснила ситуацию своим музыкантам.

— Я начну, а вы подхватывайте и играйте эту основную мелодию.

Она взяла скрипку у концертмейстера и взмахнула смычком. Раздался сильный, яркий звук. Музыканты тут же вскинули свои инструменты, и струнные, и духовые слились в едином резонансе с её скрипкой.

Короткая демка, которую Мэй Шэнъяо написал на ходу, в совместном исполнении нескольких десятков человек стала звучать мощно и страстно. Острота и новизна звучания оказались настолько идеальными, что превзошли все их ожидания.

Чжу Инь вернула скрипку солисту, взяла треугольник и ловко повернула кисть.

Звонкий, лёгкий металлический звук внезапно превратился в шаги, отсчитывающие время. Словно кто-то внезапно ускорил бег, спасаясь от полчища демонов и чудовищ. Ощущения паники или острой спешки передавались невероятно живо.

Оркестр пошёл на второй круг, повторяя этот отрывок. Женщина взяла деревянные молоточки, встала рядом с тубулярными колоколами и в такт величественной музыке ударила по серебряным трубам.

Звон тубулярных колоколов, напоминающий звук музыки ветра, обладал потрясающей проникающей способностью. В одно мгновение он придал симфоническому звучанию оттенок мистической, фантастической сказки, таящей в себе бесконечное очарование.

Сами того не заметив, парни просидели в репетиционном зале до самого вечера.

Се Ляньюнь и Мэй Шэнъяо настолько прониклись симфонической музыкой, что у них случился взрыв вдохновения. Они слушали объяснения Чжу Инь и безостановочно строчили в тетрадях. Даже перед самым уходом они продолжали делать заметки, чтобы по возвращении домой продолжить работу над аранжировкой.

Хо Жэнь раньше никогда не сталкивался с этой сферой. С самого момента, как они переступили порог, он непрерывно навёрстывал упущенное, освободив в мозгу огромный кусок памяти для новых знаний. Перед уходом он вернул книги, но чувствовал, что ему всё ещё недостаточно.

— Если понадобится помощь с остальными песнями, тоже обращайтесь ко мне, — с улыбкой помахала им Чжу Инь, провожая до машины. — Сяо Се, будет время, своди меня в рейды, давно с тобой не играли.

— Замётано, — бодро ответил Се Ляньюнь. — Как только добьём альбом, я буду свободен.

Когда Лун Цзя повёз их обратно в SPF, трое парней на заднем сиденье заснули и завалились друг на друга.

Бо Цзюэ давно не играл здесь на рояле, и у него чесались руки. Он сыграл с кем-то дуэтом несколько произведений Баха и Шопена, а затем заскочил к знакомым в соседнюю труппу мюзикла, где его едва не узнали фанаты.

Хо Жэнь, сидя на переднем пассажирском сиденье, всё ещё прокручивал в голове написанную сегодня основную мелодию. Он медленно проводил подушечкой пальца по нотному стану, а на губах играла улыбка.

Эта песня звучала просто потрясающе.

В ней была мощь, способная раскалывать горы и разрезать моря, в ней чувствовалась безудержная отвага. Как только начиналось вступление, оно сразу же захватывало слух. Если слушать её, бросаясь в атаку на поле боя, не почувствуешь ни капли страха, даже истекая кровью и ломая кости.

В ней не было того синтетического раздражающего удовольствия, которое создаёт электронная музыка. В ней были образы, напряжение, перепады настроений. В тот миг, когда зазвучали семь инструментов в гармонии, кровь закипала так, что пробирала дрожь.

— Мне она тоже очень нравится. — Лун Цзя смотрел на сменяющиеся вдалеке цвета светофора и с улыбкой сказал: — Для второго альбома можно подумать о смешении классического и современного стилей. Уверен, он тоже будет очень популярен.

— Обязательно, — хором ответили Хо Жэнь и Се Ляньюнь.

Они переглянулись и широко улыбнулись.

— Обязательно будет.

-2-

Вдохновение приносит радость, а сорванные дедлайны — сущий ад.

Десять песен с горем пополам были написаны, одобрены и отправлены на этап сведения и аранжировки, но последние две они никак не могли вымучить из себя.

Мэй Шэнъяо под конец уже катался по ковру в обнимку с подушкой:

— Я хочу пиццу, пиццу, пи-иццу!

Се Ляньюнь растекся по дивану с видом человека, потерявшего смысл жизни:

— Я больше в жизни не хочу заниматься музыкой.

Чи Цзи сидел рядом на корточках, обмахивая их веером:

— Очнитесь, до сдачи осталось шесть дней.

— Чи Цзи, ты просто дьявол во плоти!!

Они разделились на две группы, чтобы одновременно атаковать задачу, но либо мелодия получалась слишком попсовой, либо текст никак не ложился на музыку. Как ни крути, всё выходило нелепо.

Бо Цзюэ под конец впал в такое бешенство, что заиграл «Канон» на четырехкратной скорости, да так, что рояль аж задрожал.

Хо Жэнь сидел в оцепенении в обнимку со стопкой книг. Вдруг Лун Цзя щелкнул его по лбу:

— О чём задумался, капитан?

— Я думаю... — он не удержал книги и, наклонившись, чтобы поднять блокнот, запнулся: — О чём бишь я думал?

— У кэпа даже мозг завис! — возмутился Мэй Шэнъяо. — Это всё потому, что дядя Цзян дал нам слишком мало времени! Так нельзя!

— Я думаю... — Хо Жэнь поднял парочку упавших книг и вдруг снова пришел в себя. — Скажите, а писать тексты для песен — это не то же самое, что писать стихи?

— Долгое время стихи и были древним аналогом текстов песен, — лениво протянул Се Ляньюнь, всё так же раскинувшись на диване звездочкой. — Но наш альбом выдержан в современном поп-стиле с уклоном в западную музыку. Если впихнуть туда песню в древнекитайском стиле, это будет звучать неуместно.

— А как насчет западной поэзии? — машинально спросил Хо Жэнь. — Мы как раз можем написать медленную песню, добавив немного английской лирики?

— Капитан Хо, ходячая энциклопедия, ты уже придумал что-то подходящее? — Бо Цзюэ тут же сел. — Шекспир?

Хо Жэнь протянул ему томик «Сонетов», который держал в руках:

— Восемнадцатый — самый известный.

— Сравню ли с летним днем твои черты?
Но ты милей, умеренней и краше.

<...>
Твой вечный день не убежит во тьму,
И смерть тебя похитить не похвалится.
В моих стихах ты будешь жить в веках,
Доколе дышит грудь и видит око...

Он сидел у стола и продекламировал весь сонет наизусть. На несколько секунд в гостиной повисла тишина.

— У меня есть все основания полагать, — ровным голосом произнес Се Ляньюнь, — что ты просто нашел способ отлынивать от работы.

Хо Жэнь склонил голову и посмотрел на него:

— Никто не сможет усомниться в таланте Шекспира.

Если уж стихи Шекспира недостаточно трогательны, то им, обычным старшеклассникам, тем более нечего ловить.

— Написано-то отлично... Но кое-где слишком много эпитетов, — Бо Цзюэ пролистал пару страниц вперед и назад. — А не завернут ли учителя-цензоры этот текст с вердиктом «слишком слащаво»?

— И вот тут-то в дело вступает английский! — выпалил Чи Цзи, не раздумывая. — Он поёт первую половину, а мы на бэк-вокале поём текст на английском, создавая эффект переплетения и повторения, как в репризе.

Он вскочил с дивана, вставил диск с оригинальным саундтреком мюзикла «Пробуждение весны» в проигрыватель и перемотал до песен «Touch Me» и «The Song of Purple Summer».

— Послушайте этот стиль аранжировки, разве он не идеально подходит для чтения стихов?

Лирично, нежно, с долгим послевкусием и сильным ощущением пространства и времени.

Бо Цзюэ помахал рукой:

— Круто звучит, включи еще раз.

Се Ляньюнь наконец сел и попытался воззвать к их разуму:

— Но обычно, когда пишут песни о любви, так не делают...

Бо Цзюэ посмотрел на Мэй Шэнъяо:

— Как думаешь, пойдет?

Тот кивнул:

— Пойдет.

Хо Жэнь взял карточку-пропуск, переобул кроссовки и пошел к выходу:

— Пойду спрошу в юридическом отделе, не нарушает ли это авторские права.

Лун Цзя пошел в свою комнату и включил компьютер:

— А я поищу похожие зарубежные адаптации.

Се Ляньюнь снова завалился на диван.

— ...Ну вы даёте.

В своё время я срывал дедлайны, но до таких безумств не доходил.

И ведь это и вправду прокатило.

Юридический отдел никак не ожидал, что к ним заявится стажер с томиком Шекспира. Они проверили информацию об авторских правах на стихи и вскоре дали положительный ответ.

Черновики двенадцати песен один за другим были одобрены и перешли на финальную стадию аранжировки. Компания SPF также договорилась о сотрудничестве с филармоническим оркестром, запланировав запись аккомпанемента на период с июля по август.

Чжун Фэнъюй вместе со своей командой помогал им делать аранжировки и симуляцию сведения. Они безвылазно просидели в студии звукозаписи больше полумесяца, изо дня в день не снимая наушников, пока не заболели уши.

И именно в этот момент наконец снова объявился дядя Цзян.

Он за полгода вперед начал бегать, чтобы выбить ресурсы и составить расписание на следующий год. Во время этой встречи он без лишних слов загнал всю шестерку в минивэн и повез в сторону Международного выставочного центра.

Только сев в машину, Хо Жэнь обнаружил на переднем сиденье Пэй Жуе. Он удивленно спросил:

— Учитель Пэй тоже едет с нами?

— Я нашел для вас работенку. Сегодня тренируетесь, завтра репетиция, послезавтра — выступление.

— Работенку?

— Да. — Дядя Цзян поправил солнцезащитные очки, и голос его прозвучал холодновато: — В эти выходные у Фэн Цзинь концерт. Вы будете у неё на подтанцовке, заодно наберетесь опыта и проветрите мозги.

— Фэн Цзинь? — машинально переспросил Мэй Шэнъяо. — Старшая соученица моего отца?

— Именитая поп-дива SPF. Она хороший человек, но это не значит, что вы можете облажаться на её концерте и перепутать движения. — Дядя Цзян обернулся и окинул взглядом всю шестерку: — Танцуйте как следует, привыкайте к сцене и освещению. В следующий раз выйдете на сцену только во второй половине года.

В этом году группа CORONA работала над альбомом и уже подписала соглашения о неразглашении, поэтому им нельзя было светиться на улице Цинси.

Мелодии всех этих песен должны были храниться в строжайшем секрете до самого дебюта, так как являлись коммерческой тайной.

Он невозмутимо закурил и, глядя на проносящийся за окном пейзаж, добавил:

— Во второй половине года я отправлю вас выступать на концертах других старших коллег. И там вы уже будете не просто массовкой на подтанцовке, а дадите полноценное самостоятельное выступление на большой сцене, чтобы артист успел переодеться, попить воды и перевести дух.

Хо Жэнь опомнился и торопливо кивнул.

Их дебют был всё ближе и ближе.

— Да, кстати, еще кое-что, — дядя Цзян затянулся и медленно выпустил дым. — Я уже почти составил вам расписание на следующий год.

За этот год от работы у него прибавилось седых волос, а в следующем году объем работы должен был удвоиться.

— Дядя Цзян... Сейчас ведь только май, — зевая, сказал Мэй Шэнъяо. — Вы слишком торопите события.

— Время съемок дебютного развлекательного шоу уже согласовано. Вы примете участие в новогоднем спецвыпуске «Я — король новичков». Съемки пройдут первого февраля, а трансляция — десятого февраля.

— С февраля по май — промоушен и музыкальные шоу. Вы должны пройти по всем основным сценам. В июне и июле — съемки в развлекательных передачах и рекламе, в августе — фан-встречи и подготовка следующего альбома. А в сентябре начнется общенациональный концертный тур, как минимум четыре выступления.

— В ноябре-декабре, возможно, примем участие в церемонии вручения азиатской музыкальной премии OSC. Остальные награды будут зависеть от ваших результатов.

— Церемония награждения OSC! — Се Ляньюнь мгновенно очнулся ото сна: — Группа «Корона» должна взять корону!

Хо Жэнь моргнул:

— Что?

— А еще «Я — король новичков»! — быстро подхватил Лун Цзя. — Кажется, рекорд группы FIFI по количеству побед подряд держится уже девять месяцев?!

— Нет, — покачал головой Бо Цзюэ. — Ци Линь побил рекорд, когда пришел на шоу, но он дебютировал сольно. А FIFI возглавляют рейтинг среди групп.

Хо Жэнь растерянно хлопал глазами.

Дядя Цзян посмотрел на него со сложным выражением лица:

— Ты вообще не смотришь развлекательные шоу в свободное время?

— Когда капитан заканчивает работу, он сразу идет читать книги или играть на музыкальных инструментах... Он только в этом году начал сидеть на форумах и в Tieba. — Мэй Шэнъяо попытался прийти ему на помощь: — В любом случае, компания заранее выдаст нам сценарий перед шоу, так что ничего страшного.

— Вы во всем этом разбираетесь, так что в свободное время почаще вытаскивайте его посмотреть телевизор. — Дядя Цзян дал им наказ с долей беспокойства, а затем перешел к главному: — Лун Цзя сдал TOEFL еще в позапрошлом году, так что об его учебе можно не волноваться.

— Бо Цзюэ — иностранец. С рекомендательными письмами и внутренними связями у него тоже не должно быть проблем.

— Се Ляньюнь решил связать с этим свою жизнь и вообще не планировал поступать в университет. Мы с его родителями давно об этом договорились.

Мужчина посмотрел на Хо Жэня и Чи Цзи, снял темные очки и многозначительно произнес:

— А вам скоро исполнится по восемнадцать.

— Есть вещи, которые необходимо сделать, но времени у вас осталось совсем мало.

Хо Жэнь понял, что речь идет о Гаокао — едином государственном экзамене.

Чи Цзи тут же отозвался:

— Я уже готовлю документы для Беркли.

— Подашь в ноябре. По раннему зачислению собеседование будет в январе. Лучше всего уладить эти вопросы до дебюта. — Дядя Цзян кивнул: — Действуй быстро. У тебя сильные данные, плюс рекомендательные письма от руководителей Бродвея, лондонского Вест-Энда и актеров А-класса. Думаю, проблем не возникнет.

Он повернулся к Хо Жэню, и голос его стал неуверенным.

— Капитан, я знаю, что для тебя экзамены — не проблема, голова у тебя соображает хорошо.

Хо Жэнь не выказал ни капли страха:

— Вы хотите, чтобы я сдал экзамены в этом году досрочно?

Даже если бы он начал готовиться к экзаменам прямо сейчас, времени было бы предостаточно.

Он родился семнадцатого сентября. По логике, ему должно было исполниться восемнадцать в выпускном классе старшей школы, и сдавать экзамены ему предстояло в следующем году.

Но судя по расписанию, которое озвучил дядя Цзян, во время Гаокао в следующем году у них будет самый пик загруженности.

Они только дебютируют, им придется выступать на разных сценах и телепередачах, а также готовиться к эстрадным концертам и записи нового альбома.

Сдать экзамены в этом году, поступить в университет, а затем оформить академический отпуск — это обычная практика в индустрии.

Достаточно было просто иметь бумажку о зачислении, а на задержку с выпуском всем было плевать.

— Нет, — со значением произнес дядя Цзян. — Если ты согласишься, я бы хотел, чтобы ты сдавал Гаокао в следующем году.

То есть прямо в разгар суматохи вокруг дебюта выкроить два дня, чтобы пойти на госэкзамены.

— Я знаю, что ты не собираешься поступать в творческий вуз, и, скорее всего, метишь в двойку лучших, например, в Шидуский университет.

— Если ты поступишь, первое место в горячих поисках Weibo будет твоим на целый день.

Се Ляньюнь машинально удивился:

— Разве горячие поиски — это не естественный рейтинг, который формируется запросами пользователей?

Эта штука явно была показателем главных трендов. Как можно было просто взять и купить место, да еще и самому решать, сколько оно провисит?!

— Это было в прошлом году, когда приложение только появилось. — Дядя Цзян бросил на него спокойный взгляд. — Времена меняются.

Внедрялись сети 4G, число пользователей мобильного интернета росло с бешеной скоростью. Цены на трафик падали каждый месяц, и в будущем интернет мог стать невероятно дешевым.

Новостные порталы, развлекательные форумы и государственные телеканалы уже понемногу, незаметно для окружающих, теряли свои позиции. Эпоха всенародного онлайн-безумия могла наступить с минуты на минуту.

— Думаете, я последние полгода даже в компанию не заезжал просто ради того, чтобы выбить парочку контрактов на съемки и рекламу?

Пэй Жуе, молча сидевший на переднем сиденье, крутил в руках серебряную перьевую ручку с узором мифического зверя Чаофэна — отличительный знак директора компании. Взгляд его был задумчивым.

Дядя Цзян снова надел солнечные очки. Тон его стал ровным.

— Капитал начал вмешиваться в правила игры.

Несколько развлекательных компаний сейчас боролись за влияние на новом поле битвы. За последние несколько месяцев они провели больше проверок и столкновений друг с другом, чем за все предыдущие годы вместе взятые.

— Капитан.

Хо Жэнь тут же поднял голову и посмотрел на него, крепко сжав кулаки.

— Я знаю, что даже если ты начнешь готовиться с этого года, тебе все равно придется совмещать очень многое.

Дядя Цзян снова посмотрел на него, не скрывая ничего:

— Учитель Пэй уже говорил тебе об этом, но я обязан повторить.

— Когда ты попадаешь в эту индустрию, все, что с тобой связано — от твоей внешности, фигуры и голоса до личной жизни и оценок за экзамены — абсолютно всё может стать инструментом для хайпа и пиара.

Полем битвы прошлой эпохи были телеэкраны и передовицы развлекательных журналов.

Сейчас все изменится. Изменится сам мир вокруг нас.

Остальные пятеро молча смотрели на них. В машине стояла такая тишина, что был слышен лишь глухой рокот мотора.

Они никак не ожидали, что дядя Цзян просчитывает все настолько далеко. И никто из них даже подумать не мог, что Гаокао можно использовать как гирю на весах, чтобы протолкнуть группу на вершину Олимпа.

Пэй Жуе поднял глаза и посмотрел в зеркало заднего вида, наблюдая за выражением лица Хо Жэня.

— И дядя Цзян скажет тебе то же самое.

— Если ты не хочешь — спокойно готовься к экзаменам в этом году и без нервов сдавай их в июне. Ни о чем другом можешь не переживать.

— Но если ты готов рискнуть — я, твой дядя Цзян, поставлю на тебя всю команду и все ресурсы.

В этот момент Хо Жэнь смог прочесть взгляд Цзян Шу даже сквозь темные очки.

Решительный и безжалостный взгляд полководца, который управляет армией из-за кулис.

— В феврале дебют. В июне — Гаокао.

— Если сдашь плохо, в ближайшие годы у тебя не будет шанса отыграться. Компания вряд ли сможет выделить тебе еще один отпуск.

Голос менеджера звучал хрипло, но твердо. Он совершенно не скрывал своих колоссальных амбиций.

— Но если ты поступишь в топ-2 вузов страны, первое место в трендах Weibo будет твоим на целый день.

Все внимание и охваты достанутся только тебе, и эта волна вознесет тебя на самый пик популярности.

— Хо Жэнь, ты готов сыграть в эту игру?

Хо Жэнь вдруг рассмеялся.

— Готов.

Он смотрел прямо на Цзян Шу, и в его улыбке сейчас сквозила острая, как клинок, уверенность.

— Если я не пойду на экзамен, кто тогда станет лучшим учеником Шиду?

http://bllate.org/book/16092/1594239