Готовый перевод After a happy marriage / После брака на счастье [💗]✅: Глава 55: Соленья

Цзян Юй знал, что брат Вэньчэн всегда беспокоился, как бы он, торгуя в одиночку на пристани, не попал в беду.

Но Цзян Юй никак не ожидал, что Гу Вэньчэн, оказывается, уже давно, у него за спиной, попросил стражников из уездной управы, которые патрулируют этот район, присмотреть за ним.

Сердце Цзян Юя переполняла такая теплота, что, казалось, вот-вот разорвётся. Ему вдруг безумно захотелось увидеть брата Вэньчэна, прямо сейчас, сию минуту.

— И вам большое спасибо, — сказал он, стараясь успокоиться, и обратился к стражникам: — Если бы вы вовремя не подоспели, мой лоток, чего доброго, разнесли бы. Давайте я угощу вас лапшой хэлэ.

Начальник стражи Сунь поспешил отказаться:

— Ну что вы, как можно! Мы при исполнении, не положено нам у простых людей угощение принимать.

Цзян Юй улыбнулся:

— Вы, господа стража, хоть и при исполнении, но время-то утреннее, начальство же не запрещает людям завтракать? Да и вы только что столько сил потратили, небось, проголодались. Давайте по одной миске, я угощаю.

Начальник стражи Сунь хотел было ещё что-то возразить, но тут у него за спиной кто-то кашлянул.

— Командир, не отказывайся, это ж от чистого сердца маленького хозяина Цзяна.

— Да, командир, я утром не завтракал, уже есть хочется.

— И я тоже.

В последние дни они все слышали про новый лоток с лапшой хэлэ на пристани. Поговаривали, что лапшу там варят прямо на мясном бульоне — откусишь раз и вовек не забудешь.

Они и сами давно хотели попробовать, но всё времени не было. А тут такой удобный случай!

Начальник стражи Сунь обернулся и с укоризной посмотрел на свою нерадивую братию — ну что с ними поделаешь?

Но запах от лапши и правда был умопомрачительный, и у него самого в животе предательски заурчало.

— Ладно, — сдался он. — Тогда по одной миске на пятерых. Я угощаю.

— Ура!

— Командир, ты настоящий!

— ...

Стражники поснимали с поясов мечи, положили на стол и приготовились есть.

Начальник стражи Сунь, раз уж вызвался угощать, настойчиво полез за деньгами. Цзян Юй спорить не стал, деньги взял.

Но кроме пяти мисок с лапшой он выставил на стол ещё три больших тарелки с холодными закусками и по отдельности — яйца и соевые полоски.

— Дядя Сунь, — обратился Цзян Юй к начальнику стражи, — вы уж не отказывайтесь. Эти закуски, яйца, соевые полоски — всё по моим собственным рецептам, больше нигде таких не попробуешь. Я и хотел попросить вас как бы «сертификацию» у меня пройти. Если вы скажете, что моя стряпня вкусная, значит, в Нинлуне уже никто не посмеет сказать, что это не так.

Сунь Фучжун подумал, что маленький Хозяин Цзян — парень что надо, простой и открытый.

— Ладно, тогда спасибо, маленький Хозяин Цзян.

— Дядя Сунь, зовите меня просто Сяо Юй, — улыбнулся Цзян Юй. — Приятного аппетита.

Стражники, уже изголодавшиеся по запаху, дружно взялись за палочки. С первого же кусочка они просто обалдели.

— А у лапши и правда мясной вкус!

— И яйцо тоже мясом отдаёт!

— А соевые полоски — объеденье! Совсем не такие, как я раньше ел.

— И закуска отличная! В ресторанах на Западной улице и то хуже готовят.

— Да ну? Дай-ка попробую.

— Ого, и правда, вкуснотища!

Сунь Фучжун, глядя, как его подчинённые уплетают за обе щеки, тоже взялся за лапшу. Первый же укус заставила его удивлённо распахнуть глаза.

Лапша пахла божественно, а на вкус оказалась ещё лучше: упругая, скользящая, бульон наваристый, аромат — пальчики оближешь.

Сунь Фучжун перевёл взгляд на стоящую перед ним тарелочку с закуской — та имела аппетитный вид. Он потянулся палочками и попробовал.

И был сражён наповал.

Закуска оказалась свежей, острой, с лёгкой пикантной ноткой, но эта острота была приятной, не то что терпкая кислинка плодов дерева чжу юй.

Вкуснее просто не бывает!

Сунь Фучжун, всё ещё пережёвывая и смакуя, опустил глаза и обнаружил, что тарелка с закуской опустела больше чем наполовину.

Он поспешил подцепить остатки палочками, пока не расхватали.

Уличные торговцы, работавшие по соседству, стали свидетелями удивительной сцены. Кто бы мог подумать, что этот скромный лоток с лапшой хэлэ окажется знаком с уездными стражниками?

Они переглянулись. Похоже, им стоит завязать дружбу с маленьким хозяином Цзяном.

Кому ж из торговцев не страшны хулиганы? А если подружиться с маленьким хозяином Цзяном, может, и он, в случае чего, сможет помочь.

Стражники, быстро расправившись с едой, вскоре ушли. Цзян Юй и Чжоу Хан молча убирали со столов.

Казалось бы, только что на лоток нападали, но настроение у Цзян Юя, Чжоу Хан это чувствовал, было отличное.

На пристани кипела жизнь, слышались крики зазывал, и только что случившееся происшествие, словно лёгкий ветерок, уже рассеялось без следа.

Никто не обращал на него внимания, да и мало кто о нём знал.

Чжоу Хан был неразговорчив. Он не стал спрашивать, откуда Цзян Юй знает начальника стражи, а просто молча делал своё дело.

К полудню всё, что они привезли, распродалось.

Цзян Юй взглянул на небо:

— Сегодня погода какая-то странная. Утром солнце светило, а к обеду всё затянуло тучами.

— Похоже, дождь собирается, — сказал Чжоу Хан, ускоряя сборы.

Цзян Юй заторопился:

— Тогда давай быстрее собираться.

...

Днём погода так и не наладилась, а Гу Вэньчэн, уходя в школу, зонт не взял. Цзян Юй подумывал, что, если пойдёт дождь, надо будет встретить брата Вэньчэна.

Но дождь так и не пошёл. К вечеру Гу Вэньчэн вернулся домой.

— С самого обеда небо хмурится, — сказал Цзян Юй, выходя ему навстречу. — Я уж боялся, что ты под дождь попадёшь.

Гу Вэньчэн улыбнулся:

— Не попал.

Цзян Юй смотрел на его улыбку и молчал о том, что сегодня на лоток нападали. Он знал, что брат Вэньчэн и так устаёт в школе, и не хотел загружать его ещё и этими переживаниями.

К тому же, он сегодня специально угостил стражников, чтобы все окрестные торговцы знали: у него со стражниками хорошие отношения.

Цзян Юй был не дурак. Его лапшичная в последнее время шла в гору и отбивала клиентуру у соседей.

На пристани толчётся всякий народ, много и подонков, и хулиганов. Те, кто торгует здесь не первый год, знают местную публику получше его.

Так что Цзян Юй внутренне был готов к тому, что неприятности рано или поздно случатся.

Просто так вышло, что сегодня они случились, и удачно разрешились. Теперь, когда те типы увидели, что он знаком со стражниками, вряд ли они посмеют к нему сунуться.

Сегодня Цзян Юй смотрел на Гу Вэньчэна с каким-то особенным жаром. Тот потрогал своё лицо.

— У меня что-то на лице?

Цзян Юй покачал головой:

— Нет, просто мне нравится на тебя смотреть.

Гу Вэньчэн: ... Ну всё, пиши пропало. До чего ж у Сяо Юя язык сладкий!

— Я сегодня пораньше закрылся, — сказал Цзян Юй. — Дома скучал, налепил маленьких вонтонов. Давай вечером их поедим.

Гу Вэньчэну нравилось, когда Цзян Юй делился с ним такими простыми, домашними мелочами. Он снял верхний синий халат, собираясь переодеться в домашнее.

— Отлично. Твои вонтоны обязательно будут вкусными. Кстати, как сегодня на лотке? Всё прошло гладко, ничего не случилось?

Взгляд Цзян Юя на мгновение скользнул в сторону.

— Да нет, всё отлично. Мы с Чжоу Ханом всё утро провозились, торговля шла бойко.

Гу Вэньчэн чуть замешкался, словно что-то почувствовав.

Но Цзян Юй уже направился к выходу:

— На кухне, кажется, вода закипает, пойду посмотрю.

Глядя на его стремительно удаляющуюся спину, Гу Вэньчэн усмехнулся.

Сяо Юй по-прежнему полон жизни. Эта его способность радоваться каждому дню и смотреть в будущее с надеждой — вот что больше всего привлекало в нём Гу Вэньчэна.

Гу Вэньчэн открыл платяной шкаф и окинул взглядом висевшую там одежду.

Он вспомнил, что однажды, когда он надел одежду светлого цвета, Цзян Юй в тот день смотрел на него заметно чаще.

А сегодня в школе он видел одного соученика в халате цвета лунного света*. (п/п: *(月牙白, yuèyá bái) — Очень светлый, бледно-жёлтый или серовато-белый цвет, напоминающий лунный свет).

Гу Вэньчэн задумался: если он сошьёт себе такой же халат, понравится ли это Сяо Юю?

Наверняка понравится.

За время, проведённое вместе, он уже примерно понял, что нравится Сяо Юю.

Сяо Юю... нравится его лицо.

Гу Вэньчэн улыбнулся собственным мыслям и достал из шкафа светлую верхнюю одежду.

...

Цзян Юй зашёл на кухню и обнаружил, что вода в котле ещё не закипела. Он посмотрел на слепленные вонтоны и слегка приуныл.

Вот незадача! Он сегодня так развеселился, что налепил целую гору. Этого им с братом Вэньчэном на три-четыре дня хватит.

«Надо отнести часть Чжоу Хану», — решил он.

Сказано — сделано. Цзян Юй отобрал немного вонтонов и отправился к Чжоу Хану.

Было ещё не поздно, солнце только клонилось к закату. Юньнян сидела в своём дворике и перебирала овощи. Увидев Цзян Юя, она поспешно поднялась.

— Хозяин Цзян, вы к Чжоу Хану? Он только что вышел.

Цзян Юй мягко улыбнулся, и на щеках у него появились две очаровательные ямочки.

— Тётушка, зовите меня просто Сяо Юй. Я сегодня налепил много вонтонов, нам с братом Вэньчэном столько не съесть, вот и решил к вам занести.

Юньнян застеснялась:

— Неудобно как-то...

— Мы с Чжоу Ханом хорошо знакомы, да и соседи, — улыбнулся Цзян Юй. — Тётушка, не надо церемониться.

Юньнян была женщиной тихой и приятной. Не красавица, но смотреть на неё было легко и спокойно.

— Ну, тогда и я с тобой, Сяо Юй, церемониться не буду. Я как раз недавно овощей насолила, сейчас они уже готовы. Подожди минутку, я тебе немного дам с собой.

Так что Цзян Юй ушёл к Чжоу Хану с вонтонами, а вернулся домой с небольшим горшочком солений.

Вечером они с Гу Вэньчэном сидели за квадратным столом в центральной комнате и ели вонтоны.

Цзян Юй смотрел на сидящего напротив Гу Вэньчэна и вдруг покраснел.

Не показалось ли ему, или сегодня брат Вэньчэн и правда был какой-то особенно сияющий?

Гу Вэньчэн, заметив, что Цзян Юй то и дело украдкой на него поглядывает, словно маленький хомячок, сделал вид, что ничего не замечает, и завёл разговор о торговле.

Честно говоря, поначалу он и представить себе не мог, что Цзян Юй сумеет раскрутить свой маленький лоточек до такой степени.

Посмотреть на дневную выручку — почти столько же, сколько его отец зарабатывал, забивая и продавая свинину.

Но, глядя на заметно похудевшее лицо Цзян Юя, Гу Вэньчэн огорчался: он с таким трудом откармливал его, а эти щёчки, которые только начали округляться, опять исчезли.

— Скоро жара начнётся, будет совсем тяжело.

Цзян Юй, наоборот, горел энтузиазмом:

— А когда станет жарко, я побольше холодных закусок буду делать! Их ещё больше покупать станут!

Гу Вэньчэн: ... Ладно, похоже, его пыл так просто не остудить. Цзян Юй сейчас явно «подсел» на заработки.

Цзян Юй вспомнил про соленья.

— Тётушка Чжоу дала мне горшочек солений. Будешь, брат Вэньчэн?

Гу Вэньчэн, слушая его радостный голос, кивнул.

Цзян Юй принёс с кухни соленья, отдельную чистую миску и палочки, положил немного себе.

Попробовал кусочек и... замер.

— Эти соленья... — выдохнул он.

— Что? — насторожился Гу Вэньчэн.

Цзян Юй растерянно посмотрел на него:

— Они... они такие же на вкус, как те, что моя мама делала, когда была жива.

http://bllate.org/book/16026/1441974