Готовый перевод Fake Prince Consort, Real Empress / Моя фальшивая принцесса: Глава 14

Стоило ему произнести эти слова, как У Дэхуай — не говоря уже об остальных — первым изменился в лице.

Этот наглец то и дело твердил, что благородные господа «поддались навету низких людей, потому и поверили, будто Хэ Гу обладает истинными талантами». Да как он смеет?! Ведь список всех кандидатов лично составлял он, управляющий Управления внутреннего двора! Разве эти слова не равносильны обвинению его самого в кумовстве, нарушении закона и обольщении государей?

У Дэхуай тут же разразился гневной отповедью:

— Какая дерзость! Разве можно в присутствии Его Величества и императрицы указывать на ошибки Ее Высочества старшей принцессы? При талантах и знаниях Ее Высочества, неужели она не смогла бы по достоинству оценить сочинение какого-то жалкого студента?!

Услышав этот окрик, молодой человек наконец-то пришел в себя. Осознав, что позволил себе подобную бестактность перед императорской семьей, он вмиг побледнел. Но, увы, слова уже были сказаны, и сожалеть о них было поздно.

Император махнул рукой. Заметив это, У Дэхуай поспешно опустил голову и, низко поклонившись, отступил назад. Взгляд императора обратился к стоявшему на коленях у подножия лестницы юноше в белых одеждах:

— Если мне не изменяет память, твой отец — Чжао Бинчжи из Цензората?

Юноша в белом мгновенно почувствовал, как по рукам и ногам пробежал холодок, а зубы непроизвольно отбили мелкую дробь.

— Чжао Бинчжи — человек долга, — равнодушно произнес император. — Кто бы мог подумать, что он воспитает такого нерадивого сына. Стража...

Однако не успел он договорить, как из-за жемчужной занавески раздался голос старшей принцессы:

— Отец, подождите.

Все присутствующие опешили. А старшая принцесса продолжила:

— Раз уж ты то и дело твердишь о моей предвзятости, я позволю тебе остаться. Посмотришь следующий этап — испытание по боевым искусствам.

Император с императрицей переглянулись и, к удивлению, возражать не стали.

И хотя в глубине души У Дэхуай терпеть не мог этого недалекого сынка Чжао Бинчжи, раз уж старшая принцесса приняла решение, ему оставалось лишь, скрепя сердце, смириться.

Но смириться — не значит упустить возможность слегка проучить наглеца.

У Дэхуай тут же подозвал двух рослых внутренних чиновников. Те подхватили остолбеневшего молодого господина Чжао под руки и поволокли следом за толпой, направляющейся к месту проведения боевого испытания.

Испытание по боевым искусствам проходило на небольшой тренировочной площадке, временно обустроенной в императорском саду.

Хэ Гу прекрасно понимал: хоть он и прошел литературный экзамен, его сочинение было совершенно заурядным, без единой изюминки. Назвать его блестящим язык бы не повернулся. Если бы он рассчитывал выделиться только за счет литературного таланта, это было бы попросту невозможно.

В боевом испытании он обязан занять первое место!

К счастью, раз уж речь зашла о боевых искусствах, то для молодого маркиза Хэ это была родная стихия. При одном только упоминании об этом сердце его перестало бешено колотиться, а дыхание выровнялось.

Он лишь про себя размышлял о том, что во время спарринга, если ему вдруг выпадет сражаться со вторым братом Ваном, главное — не покалечить его ненароком.

После полудня солнце стояло высоко, нещадно паля. Однако У Дэхуай позаботился обо всем заранее: на площадке уже был установлен императорский шатер, где император, императрица и старшая принцесса могли отдохнуть в прохладе. Хэ Гу и остальных же разместили прямо на поле.

Увидев, как несколько внутренних чиновников ведут ко входу на площадку четырех рослых коней, Хэ Гу невольно опешил.

«Неужели сегодняшнее испытание не ограничится одними лишь поединками, и нам придется состязаться еще и в конной стрельбе из лука?»

...Вот так дела. Перед тем как прийти сюда, он всецело был поглощен мыслью о том, чтобы предстать перед Его Величеством и матушкой-императрицей в образе воспитанного и утонченного юноши. Надетый на нем наряд был, конечно, великолепен, но состоял из широкого халата с просторными рукавами — такие Хэ Гу надевал крайне редко, и для верховой езды со стрельбой они совершенно не годились.

Хэ Гу быстро сориентировался. Заметив, что внутренние чиновники с лошадьми еще не подошли, он попросту оторвал кусок ленты от своих волос, обмотал ее вокруг плеч и спины, туго стянул рукава и талию, а на груди завязал бант.

Ван Мучуань бросил на него холодный взгляд, не проронив ни слова. А вот наследник графа Жунъюаня, Лу Гуйнин, посмотрел на него, изогнув бровь, и с неподдельным интересом усмехнулся.

Хэ Гу заметил, как в императорском шатре У Дэхуай, низко поклонившись, приник ухом к старшей принцессе. Неизвестно, какие наставления она ему давала, но лишь спустя долгое время он неспешно подошел и объявил четверым юношам правила боевого испытания.

Испытание состояло из двух этапов: сначала — конная стрельба из лука, затем — поединки на арене.

У Дэхуай понимал: скорее всего, Его Величество и Ее Высочество старшая принцесса просто сжалились. Они не хотели бросать их сразу на арену, где те неминуемо получили бы хорошую трепку. Куда лучше заставить их отступить перед трудностями еще на этапе верховой езды и стрельбы. И если все так и выйдет, это будет только к лучшему.

Как и ожидалось, стоило четырем внутренним чиновникам подвести лошадей, Ван Мучуань, едва взглянув на них, тут же нахмурился. Сложив руки в поклоне, он произнес:

— Чуань не силен в конной стрельбе из лука. Прошу внутреннего чиновника У передать Его Величеству, императрице и старшей принцессе: раз уж нам предстоит состязаться в этом искусстве, я вынужден отказаться от участия.

— Раз так, то прошу второго молодого господина понаблюдать за состязанием со стороны, — ответил У Дэхуай. — Как только испытание завершится, я прикажу слугам проводить вас из дворца.

Ван Мучуань кивнул, бросил взгляд на Хэ Гу и отошел в сторону.

Хэ Гу задумался: если недавно, зачитывая их имена, старшая принцесса руководствовалась качеством сочинений, то выходит, что второй брат Ван, чья работа была лучшей, уже выбыл...

А его главным соперником оказался этот с виду ничем не примечательный Вэй Шихэн, которому перевалило за тридцать.

Сочинение самого Хэ Гу оказалось на последнем месте. Если в боевом испытании он не станет первым, то вряд ли сможет превзойти остальных.

Нужно собраться с силами!

С этой мыслью Хэ Гу первым перехватил у внутреннего чиновника поводья и одним прыжком взмыл в седло.

Его прыжок был четким и отточенным, без малейшей заминки — легкий, словно полет ласточки.

Даже У Дэхуай, ни разу в жизни не сидевший в седле, по одному этому простому движению понял, что навыки верховой езды у молодого маркиза Хэ на высоте. Глаза евнуха слегка блеснули, и он мысленно крикнул: «Хорош!»

Шесть искусств благородного мужа: этикет, музыка, стрельба из лука, управление колесницей, каллиграфия и математика.

В свое время император Тай-цзу завоевал Поднебесную верхом на коне. За долгие годы конная стрельба из лука в Великой Юэ стала не только способом уничтожения врагов для воинов, но и превратилась в целую систему состязаний для знати.

Стрелять без промаха — это, конечно, мастерство. Но истинное искусство заключается вовсе не в том, чтобы стоять столбом и слепо палить по неподвижной мишени.

— Настоящее мастерство — это способность поразить цель со ста пятидесяти метров, даже находясь в седле скачущей галопом лошади.

Временная тренировочная площадка в императорском саду была невелика, но чтобы проскакать ее из конца в конец и обратно, требовалось целых десять минут.

На огромное поле выпустили пятьдесят кроликов. Тот, кто подстрелит меньше всех, отправится на скамейку запасных пить чай вместе со вторым братом Ваном.

Приняв из рук внутреннего чиновника лук и стрелы, Хэ Гу взвесил их в руке. «Почему такой легкий?» — нахмурившись, подумал он. Опустив взгляд на стоящего внизу евнуха, он спросил:

— Нет ли лука потяжелее?

Чиновник почтительно кивнул и принес другой лук. Хэ Гу снова взвесил его в руке — все равно слишком легкий, совсем не то.

И дело было вовсе не в его привередливости. Хэ Гу с детства отличался недюжинной силой. В юные годы, тренируясь в стрельбе, он сломал если не сотню, то уж точно восемьдесят луков. Если во время скачки он неосторожно натянет тетиву, то вполне может порвать ее и сломать сам лук. Испорченная вещь — полбеды, главное — не провалить испытание.

Наблюдавший за этой сценой У Дэхуай не смог скрыть удивления:

— Молодой маркиз, у этого лука самое тугое натяжение из всех, что есть на площадке. Неужели вам все еще не подходит?

Хэ Гу тоже чувствовал неловкость. Потерев нос, он ответил:

— Все равно слишком легкий.

У Дэхуаю ничего не оставалось, кроме как вернуться в императорский шатер и доложить обо всем Его Величеству. Вскоре он вернулся, а следом за ним шел молодой евнух, сжимавший в объятиях до боли знакомый огромный лук.

— Его Величество передал, — начал У Дэхуай, — что это тот самый роговой лук, который он даровал вам на днях. Вы так спешно ушли, что забыли его забрать. Изначально планировалось отдать его вам после сегодняшнего испытания. Но раз уж под рукой не нашлось подходящего оружия, почему бы не попробовать его сейчас?

Хэ Гу, недолго думая, взял лук и взвесил его в руке. Знакомая тяжесть легла в ладонь так же идеально, как и в тот день. Он тут же расплылся в улыбке:

— Благодарю вас, гунгун.

Морщинистое лицо У Дэхуая озарилось легкой улыбкой:

— Что ж, тогда начнем.

Хэ Гу, Вэй Шихэн и Лу Гуйнин подъехали ко входу на площадку. Оставалось лишь дождаться сигнала У Дэхуая, чтобы начать состязание.

Хэ Гу повернул голову и взглянул на видневшийся вдалеке шатер. К своему удивлению, он заметил стройный красный силуэт, незаметно покинувший пределы тента.

Издалека разглядеть лицо было невозможно, но сердце подсказывало — это определенно была старшая принцесса. В груди мгновенно закипела кровь, и ему до дрожи захотелось тотчас же ворваться на поле и перестрелять всех кроликов до единого только ради нее.

Наверное, так устроены все мужчины на свете: влюбившись, они готовы на все, лишь бы доказать своей избраннице, что они — лучшие и самые достойные из всех.

— Начали!

Стоило У Дэхуаю произнести это слово, как трое юношей натянули поводья и, подняв тучу пыли, ворвались на арену.

И хотя после перерождения характер Хэ Гу под влиянием шестнадцатилетнего тела вновь стал дерзким и неугомонным, как в юности, более десяти лет, проведенных в военных лагерях, давали о себе знать. Навыки верховой езды и стрельбы из лука въелись в его плоть и кровь.

В свое время он не раз поражал вражеских полководцев одной стрелой прямо в гуще сражения. Что ему стоило подстрелить парочку жалких кроликов?

Не успел он выехать на поле, как его взгляд зацепился за цель. Натянув поводья, он вскинул лук. Всего несколько мгновений — и три стрелы, выпущенные единым, непрерывным движением, точно поразили цель.

Тем временем в императорском шатре уголки губ императора слегка дрогнули. Глядя на молодого маркиза Хэ, который натягивал лук до формы полной луны и посылал стрелы, подобно падающим звездам, он усмехнулся. «А в тот день этот мальчишка и впрямь скрывал свои способности», — пронеслось у него в голове.

И зачем ему это понадобилось?

Не удержавшись, император повернулся к сидевшей рядом императрице:

— А-Жун, если мне не изменяет память... В тот день, когда наследник Хэ пришел во дворец вместе с отцом, разве он не говорил, что не может натянуть этот лук?

Но императрица не обращала на него никакого внимания. Ее глаза блестели от восторга, пока она не отрывала взгляда от ослепительного будущего зятя на поле:

— Я же говорила, не нужно никаких выборов, не нужно... — пробормотала она.

Повернув голову в сторону старшей принцессы, она произнесла:

— Юй-эр, скорей посмотри... Ой?

Только тут она заметила, что скамья, на которой еще недавно сидела старшая принцесса, сейчас пустовала.

Старшая принцесса стояла снаружи, на краю площадки. Ее персиковые глаза, в которых обычно невозможно было прочесть ни единой эмоции, сейчас неотрывно смотрели на юношу в синих одеждах, скачущего верхом на белом коне.

Конь под ним летел подобно ветру. Развевающиеся волосы открывали белоснежный, гладкий лоб. Его брови-мечи взлетали к вискам, а глаза сияли, словно звезды.

До чего же пылкий и полный жизни юноша!

От белоснежной ленты, стягивавшей волосы на затылке Хэ Гу, остался лишь небольшой обрывок, который сейчас развевался на ветру, то и дело касаясь его щеки. Недолго думая, он просто поймал ленту зубами. Его взгляд уже выцепил новую жертву. Левая рука молниеносно выхватила стрелу из колчана на крупе лошади, легла на тетиву, и лук натянулся с невероятной грацией и легкостью —

Еще одна стрела попала в цель.

Опустив длинный лук, он озарил лицо ослепительной, самодовольной улыбкой и бросил взгляд вдаль, туда, где стояла старшая принцесса.

Лань Шу, стоявшая позади старшей принцессы, опустила голову и тихо произнесла:

— Ваше Высочество, солнце припекает, лучше вернуться.

Старшая принцесса по-прежнему была облачена в красное дворцовое платье, а лицо ее все так же скрывала легкая вуаль. Персиковые глаза оставались спокойными, словно осенние воды, а выражение лица — бесстрастным.

Заметив, что та не сдвинулась с места, Лань Шу позвала вновь:

— Ваше Высочество?..

— В нем и правда есть кое-какие способности.

Тон старшей принцессы был холодным, а голос прозвучал так тихо, что Лань Шу, уловив эти слова, невольно опешила.

Тем временем старшая принцесса выдержала паузу и добавила:

— ...По крайней мере, его не назовешь изнеженным бездельником.

http://bllate.org/book/15879/1614196