Глава 1
Му Цзяньго был пятнадцатифунтовым рэгдоллом, настоящей «Большой телегой».
Му Синхуай подобрал его по дороге в университет — как раз в тот день, когда отмечали седьмой день после смерти бабушки Му. Тогда это был обычный бродячий кот, который важно восседал на каменной тумбе у входа в торговый центр.
Они пристально смотрели друг на друга секунд десять, после чего Синхуай, затормозив на своём электроскутере, немного подвинулся, освобождая место. Кот, недолго думая, сам подошёл к нему и запрыгнул на подножку. Му Синхуай забрал его домой, и с тех пор питомец стал его единственным оставшимся в этом мире близким родственником.
До недавнего времени рацион Му Цзяньго был поистине королевским: основной пищей служили чилийский лосось, аргентинские креветки и турецкий сибас, которыми его подкармливали соседи — владельцы ресторана японской кухни. Перекусывал он сублимированным кормом по сто пятьдесят юаней за полкилограмма, когти точил о соседское кресло из красного дерева стоимостью в тридцать тысяч, а в свободное время отвешивал оплеухи пробегавшему мимо золотистому ретриверу соседа снизу.
Соседям по лестничной клетке кот был безмерно дорог. Однажды, когда вся семья спешно ушла по делам, их пятилетний внук проснулся в пустом доме и, не найдя никого, дополз до открытого окна спальни на пятом этаже. Увидев это, Му Цзяньго распахнул окно в своей квартире, перепрыгнул на соседский карниз и лапами загнал ребёнка обратно в комнату.
Позже, когда у старой хозяйки того же дома развилась деменция, она втайне от родных ушла за два километра к каналу собирать дикие травы. И снова её нашёл кот — он буквально пригнал старушку домой точными ударами лап. Так что теперь за все стычки питомца с местным золотистым ретривером извинялись перед хозяевами собаки именно владельцы ресторана.
Однако сейчас Му Цзяньго вместе с хозяином сидел на обочине под проливным дождём. Его маленькие ушки, обычно чуткие, словно радары, поникли под ударами капель, а некогда пушистая, похожая на облако шерсть свалялась и мокрыми прядями прилипла к телу.
— Мяу-у! — кот вновь недовольно ударил лапой по земле.
Му Синхуай поправил накинутую куртку, стараясь прикрыть голову любимца.
— Потерпи, дружок. На этой дороге всегда много машин, мы быстро поймаем попутку.
Стоял июль, и, несмотря на то что они промокли до нитки, было не слишком холодно. Вскоре из пелены дождя вынырнул внедорожник. Стоило юноше поднять руку, как машина замедлила ход и плавно остановилась прямо перед ними.
Из окна водительского сиденья высунулся молодой человек лет двадцати пяти:
— Куда путь держите? Подбросить?.. Синхуай? Неужели ты и вправду вернулся?
— У Ханьлинь? — удивился тот.
Собеседник выскочил из машины с зонтом в руках.
— На кого вы похожи? Быстро в салон!
— Мы взяли такси, но у самой деревни Лицзя лопнуло колесо, — объяснял Му Синхуай, пока они забирались внутрь. — Я сказал водителю, что дальше дойдём сами. Думал, тут всего полчаса ходу, кто же знал, что ливанёт как из ведра...
Он попытался хоть немного отжать мокрую одежду.
— Мы насквозь мокрые, не испортим тебе обивку?
У Ханьлинь уже захлопнул за ними дверь:
— Пустяки, я всё равно собирался на мойку. Видишь грязь на ковриках? Утром помогал бабушке возить дрова — сделал пять рейсов.
Машина тронулась. Водитель крутил руль, поглядывая на друга:
— Если память мне не изменяет, последний раз мы виделись на похоронах твоей бабушки. Четыре года назад?
— Верно, — подтвердил пассажир.
У Ханьлинь посмотрел в зеркало заднего вида на его волевое, четко очерченное лицо:
— А ты возмужал. Помню, в начальной школе мы всем общежитием решили побрататься, как в сериалах. И хотя ты был младше всех, тебя единогласно выбрали «старшим братом» только потому, что ты был самым видным парнем.
Собеседник невольно улыбнулся, вспоминая беззаботное детство.
— Кто бы мог подумать, что время пролетит так быстро. Мы совсем взрослые. Кстати, чем ты сейчас занимаешься?
— Ну, ты же знаешь, с экзаменами у меня тогда не заладилось, — усмехнулся Ханьлинь. — Окончил колледж по специальности «менеджмент». Профессия — «мастер на все руки, мастер ни в чём». К выпуску работы не было, пришлось идти в страхование. Поначалу было туго: связей нет, да ещё и проходимцы всякие репутацию отрасли подпортили. В первый месяц закрыл всего три договора, едва на еду хватало. А потом мне пришла в голову идея. Я ведь заядлый рыбак, а прямо под офисом нашего филиала течёт река. Там каждый день сотни стариков с удочками сидят. А в наше время, если у пожилого человека есть и силы, и время на рыбалку, значит, семья у него не бедствует. Стал я ходить туда в свободное время. Деды видят: я таскаю рыбу одну за другой. Разве они устоят? Стали подходить, советоваться. Я с ними контактами и обменивался... В общем, меньше чем за год я стал лучшим агентом филиала. А в начале года у нас в уезде была реорганизация, я подал прошение о переводе. Теперь я начальник отдела продаж в нашем уездном отделении.
— Впечатляет, — искренне сказал Му Синхуай.
Это означало, что доход друга был не меньше пятнадцати тысяч юаней в месяц. Для такого маленького городка, как уезд Юэчуань, в двадцать пять лет зарабатывать такие деньги — значит превзойти девяносто девять процентов сверстников.
Тем временем машина остановилась перед старым домом. Это был небольшой сыхэюань, построенный из натурального камня — за сорок лет стены ничуть не пошатнулись. Раньше дом стоял заброшенным: из щелей в кирпичах лез сорняк, а фруктовые деревья в саду превратились в непролазные дебри. Но теперь всё изменилось — двор был расчищен, а старинный медный замок на воротах сиял, избавленный от ржавчины.
Юноша вышел из машины вместе с котом:
— Спасибо, выручил. Зайдёшь на кофе? У меня как раз созрели желтые персики. Хоть и мелкие, но очень сладкие — соберу тебе корзинку с собой.
— В другой раз, — покачал головой Ханьлинь. — Сегодня у отца день рождения, нужно маме помочь с готовкой.
Он немного помолчал, а потом всё же не удержался:
— Послушай, Синхуай... Моя мать говорит, ты вернулся насовсем? Не планируешь уезжать?
— Да. Хочу возродить дедовскую клинику китайской медицины. Собственно, сегодня ездил в город за лекарствами и оборудованием.
Тот замялся:
— Можно спросить... Почему ты уволился из Больницы традиционной китайской медицины города Сюй? Это же ведущее учреждение, статус «три А».
Му Синхуай вздохнул. Он не знал, как объяснить правду.
«Не рассказывать же, — размышлял он, — что три месяца назад, в свой двадцать четвёртый день рождения, он из чистого любопытства зашёл в лотерейную лавку и купил билет. Лотерея ничего не принесла, но на следующее утро он проснулся, обнаружив, что в его сознании отпечатались пять наследий Святых Медицины из иных миров»
Это открыло перед ним двери в совершенно иную реальность. Но чтобы постичь эти знания, требовались годы сосредоточенной работы. В больнице же, где ради карьеры нужно было вкалывать по три лишних часа в день и брать по два ночных дежурства в неделю, у него просто не оставалось времени. А когда он окончательно разругался с семьёй старшего дяди, то просто собрал вещи и уехал домой.
— Причин много, — уклончиво ответил юноша. — В основном — изматывающий график. В больнице я не мог заниматься тем, что мне по-настоящему интересно.
Собеседник промолчал, предпочитая верить другу. Му Синхуай всегда был для него кумиром.
— Просто... в деревне об этом разное болтают.
Молодой врач кивнул:
— Я знаю. Они думают, что я не сам ушёл. Никто в здравом уме не бросит такую кормушку. Решили, небось, что я угробил пациента и меня выставили с позором?
У Ханьлинь опешил:
— Откуда ты...
Юноша усмехнулся:
— Ты забыл про тётушку Лю? У неё такой зычный голос, что сплетни слышны за пару ли в округе.
Водитель невольно огляделся по сторонам. Если бы тётушка Лю сейчас проходила мимо, это был бы шах и мат. К счастью, из-за дождя на улице не было ни души, даже собак не видать.
— Спасибо, что предупредил, — мягко сказал Му Синхуай. — Но объясняться бесполезно. Они уже всё для себя решили. Вот открою клинику — тогда и посмотрим, кто был прав.
В его голосе звучала спокойная уверенность.
— Ну что ж... тогда желаю удачи, — ответил Ханьлинь.
***
Авторское примечание:
http://bllate.org/book/15810/1422026
Сказали спасибо 0 читателей