«Животное? Как это может быть животным?» — Инь Сюнь повернул голову и уставился на лужу.
Бай Юэху лениво отвел взгляд, не обращая на него никакого внимания.
Лу Цинцзю ответил: «Не знаю… давай просто оставим эту штуку, пойдем».
То, что Бай Юэху назвал животным, совершенно не соответствовало их представлениям о животном. Если бы они продолжали расспрашивать, кто знает, какие умопомрачительные вещи мог бы сказать Бай Юэху.
Они обошли маленькую лужицу и понесли свои корзины вниз по склону горы.
Обычно грибы лучше всего есть после высушивания на солнце, так безопаснее их готовить. Но раз Бай Юэху сказал, что грибы не ядовитые, то, вероятно, они безвредны.
Лу Цинцзю тщательно вымыл свежесобранные грибы. Инь Сюнь принес курицу, специально купленную для этого куриного рагу с грибами. Принесенный оказался молодым петушком с нежным мясом и хрустящими косточками. Когда они потушат его с грибами, он будет особенно вкусным.
Инь Сюнь зарезал курицу и присел на корточки, чтобы ощипать ее.
Когда Лу Цинцзю подумывал взять немного отрубей из дома и покормить свиней, зазвонил его телефон. Звонила бывшая коллега. После минутного колебания он снял трубку.
«Хэй, Чжу Мяомяо, что случилось?» — спросил Лу Цинцзю.
«Цинцзю, что нам делать без тебя? — из телефона донеслись жалобные крики бывшей коллеги Лу Цинцзю, Чжу Мяомяо. — Мы все так по тебе скучаем».
Лу Цинцзю: «Работаете сверхурочно?»
Чжу Мяомяо: «У нас столько сверхурочных, что мы все просто помираем. А хуже всего то, что нет новых сотрудников! Мы находим новых рекрутов, но они уходят, не проработав месяца, говорят, зарплата не стоит того, чтобы уработаться до смерти».
Лу Цинцзю ответил: «Я абсолютно точно не вернусь». Он зажал телефон между головой и плечом, вынул из мешка отруби для свиней и положил их в ведро.
«А-а-а-а!» — жалобно закричала Чжу Мяомяо.
Лу Цинцзю ответил: «Хочешь еще что-нибудь сказать?»
«Куда ты сбежал? Я узнала, что ты отказался от арендованного дома…» — спросила Чжу Мяомяо.
«Я же говорил тебе, я вернулся на ферму, — ответил Лу Цинцзю. — Сегодня днем я даже поднялся на гору, чтобы собрать целую кучу грибов».
«А где твой старый дом? Я взяла несколько дней отпуска, хочу приехать к тебе в гости», — сказала Чжу Мяомяо.
«Отпуск? Вам всё ещё дают отпуска?» — Лу Цинцзю был удивлён.
«А что? Если бы он не дал мне несколько выходных, я бы уволилась. Так что он согласился, — ответила Чжу Мяомяо. — Хватит об этом, я тоже хочу собирать грибы…»
Лу Цинцзю продиктовал ей свой текущий адрес и попросил известить, когда она будет в уездном городе, он приедет и заберёт её. Одинокой женщине небезопасно брать такси. Чжу Мяомяо легко согласилась и сказала, что немедленно купит билет на ближайший поезд.
Лу Цинцзю повесил трубку и пошёл в свинарник с кормом. За полмесяца, проведённые в его доме, маленькие розовые поросята совсем немного подросли, но Сяо Хуа и Сяо Хэй выглядели всё так же. Их маленькие тела, покрытые пёстрой шерстью, совсем не выросли. Наблюдая, как они с аппетитом уплетают корм, Лу Цинцзю постучал по ограде загона: «Вы столько едите, но почему совсем не толстеете?»
Сяо Хуа поднял голову, посмотрел на Лу Цинцзю, в его взгляде читалось презрение. Лу Цинцзю недооценивал их интеллект. Жирная свинья – плохой конец…
Лу Цинцзю, на которого свинья смотрела сверху вниз: «…»
«Айя, я просто хотел отпустить вас на волю, когда вы станете больше, — беспомощно сказал Лу Цинцзю. — Вы должны работать немного усерднее».
«Хрю-хрю», — Сяо Хуа дважды хрюкнул и перестал есть. На его нахальной мордочке читалось: «Я не наберу вес, я хочу продолжать жить за твой счёт».
Лу Цинцзю молчал. Он даже мельком подумал о том, чтобы вытащить этого маленького чёрного поросёнка из свинарника и хорошенько избить его, но всё же сдержался, сказав себе, что не стоит опускаться до спора со свиньёй.
Только что купленные цыплята были куда симпатичнее этих двух свиней. Каждый день они носились по двору, непрестанно щебеча, клевали камни и жуков на земле, отчего во дворе становилось куда оживлённее.
Лу Цинцзю разрезал на куски курицу Инь Сюня. Ополоснул её, обжарил в воке, затем добавил воду и масло, и, наконец, собранные им грибы. Он тушил их в кастрюле несколько часов.
Курица и грибы – это просто идеальное сочетание. Восхитительные свежие грибы в сочетании с нежной курицей приобрели ещё более насыщенный вкус и аромат. Лу Цинцзю ещё не пробовал, а его рот уже наполнился слюной.

Бай Юэху вернулся с поля и сказал Лу Цинцзю, что помидоры уже выросли и через два дня можно будет собрать урожай.
Лу Цинцзю был очень удивлён. Разве они не посадили их всего около месяца назад? Как же у них уже появились плоды? Он спросил: «Правда? А людям это не будет подозрительно?»
«Нет, — ответил Бай Юэху. — Я всё объяснил».
Лу Цинцзю спросил: «И как ты это объяснил?»
Бай Юэху ответил: «Я сказал, что использовал химические удобрения».
Лу Цинцзю: «…И они больше ничего не спрашивали?»
Бай Юэху покачал головой, зевая: «Нет. Они просто сказали мне, что использование стимуляторов роста ухудшит вкус овощей. Большинство фермеров в их деревне выращивали и продавали для себя, и, естественно, не добавляли химических удобрений и тому подобного к своим растениям. Ведь они сами их будут есть».
«О, — Лу Цинцзю не знал, что ответить, и только сказал, — Ты много работал и должен хорошо поесть сегодня вечером».
Бай Юэху кивнул, выглядя вполне довольным словами Лу Цинцзю.
Курицу тушили два часа. Она уже стала совершенно мягкой, и грибы полностью впитали вкус курицы. Также Лу Цинцзю пожарил стейки с перцем и разными овощами. Ужин был готов.
Они очень хорошо поужинали. Бай Юэху ел курицу, не выплевывая костей. Кости полностью съедались, они хрустели и перемалывались его белыми зубами на мелкие кусочки.
Инь Сюнь тихо пробормотал: «Твои зубы действительно крепкие».
Бай Юэху бросил на него косой, крайне недружелюбный взгляд, как у зверя, защищающего свою пищу.
Лу Цинцзю подозревал, что если бы Инь Сюнь съел больше, Бай Юэху высказался бы об этом…
После трапезы Инь Сюнь ушёл к себе домой, а Лу Цинцзю и Бай Юэху отправились отдыхать во двор. На закуску Лу Цинцзю принёс жареные дынные семечки и тушёную говядину.
«Через два дня к нам в гости приедет моя подруга, — сказал Лу Цинцзю. — Она останется здесь на несколько дней».
Бай Юэху промычал знак признательности, посмотрел на небо и сказал: «Скажи ей, чтобы не поднималась на гору».
«Но почему?» — Лу Цинцзю показалось это странным.
«Вы все не должны ходить на гору, — сказал Бай Юэху. — Весной там больше животных».
Лу Цинцзю сразу вспомнил о луже, с которой они столкнулись на горе. Бай Юэху назвал её животным: «А что это было за животное… тогда на горе?»
«Я не помню, — сказал Бай Юэху. — Потому что на вкус оно ужасно».
Лу Цинцзю: «…»
Похоже, Бай Юэху не утруждает себя запоминанием невкусных вещей.
«Они могут запомнить человека, — сказал Бай Юэху. — Когда ты смотришь в них». По словам Бая Юэху, вода была похожа на зеркало. Когда кто-то смотрел в лужу, она запоминала человека, и если он один, то затаскивала внутрь, топила и съедала душу».
Лу Цинцзю: «А что будет, если оно тебя запомнит?»
Бай Юэху: «Придёт и найдёт тебя».
Лу Цинцзю был шокирован: «…Тогда Инь Сюнь в опасности!»
Бай Юэху: «Не волнуйся, большинство из них не спускаются с горы. Они двигаются очень медленно и появляются только весной. Они бесполезны».
Когда он небрежно отзывался о ценности этого существа, то взял кусок говядины и положил в рот. Его глаза удовлетворённо сузились, и он сказал: «Вкусно».
Только тогда Лу Цинцзю расслабился.
Небо уже потемнело, когда они вдвоём съели большую часть говядины. Лу Цинцзю загнал всех цыплят обратно в курятник и вернулся в дом, чтобы поспать.
На следующее утро, ещё до рассвета, пошёл дождь. Дождь был не сильный. Он мягко моросил, лёгкий стук капель дождя убаюкивал людей. Как сказано в стихотворении «Весенний рассвет» – весной человек спит, не подозревая о наступлении рассвета. Лу Цинцзю долго лежал, не желая выбираться из кровати. Когда он, наконец, встал, Бай Юэху уже проснулся и стоял во дворе, занимаясь неизвестно чем. Капли дождя легко падали на его голову, придавая его волосам лёгкий серебристый ореол. В дымке дождя он выглядел как готовый вознестись бессмертный.
Лу Цинцзю попытался сделать несколько фотографий с помощью телефона, но Бай Юэху, почувствовав это, повернул голову и посмотрел на него.
«Доброе утро», — Лу Цинцзю положил телефон обратно в карман и спокойно поприветствовал Бай Юэху.
«Доброе утро, — сказал Бай Юэху. — Я покормил кур».
«Ооо, спасибо, — ответил Лу Цинцзю. — Что ты хочешь на завтрак?»
«Лапшу, — ответил Бай Юэху. — И я в настроении для яиц».
Лу Цинцзю кивнул. Едва он надел фартук и направился на кухню, как услышал стук в дверь. Думая, что это Инь Сюнь, он просто крикнул: «Входи!»
Когда дверь распахнулась, на пороге появилась мокрая Чжу Мяомяо.
«Чжу Мяомяо?! — Лу Цинцзю был ошеломлён. — Почему ты не предупредила меня о времени приезда?»
Чжу Мяомяо ответила: «Зачем беспокоиться, я самостоятельно добралась сюда».
Войдя во двор, первым делом она увидела бесстрастного Бай Юэху. Её глаза расширились, она сказала: «Лу Цинцзю, ты, правда!.. Мне было интересно, почему ты так спешил домой, а ты тайно свил любовное гнездышко с любимым!»
[Мяомяо имеет в виду, что это великолепное место, чтобы держать свою любовницу. Происходит от истории Ханьу, где император Ханьу специально построил золотой дворец, чтобы жениться на своей возлюбленной, Чэнь Ацзяо.]
Лу Цинцзю: «Я не такой, я ничего не делал!»
Сначала он думал, что Бай Юэху рассердится, но тот просто повернулся и ушёл, не изменив выражения лица. Оставшиеся двое смотрели ему вслед глубокомысленным взглядом.
Чжу Мяомяо посмотрела на Лу Цинцзю: «Тцк-тцк-тцк, ты сволочь. Ты даже не признаешь его статус. Видишь? Теперь он злится».
Лу Цинцзю: «…Ты действительно не боишься смерти».
Автору есть что сказать:
Чжу Мяомяо: «Какие у вас с ним отношения?»
Бай Юэху: «Я его лисий дух».
Чжу Мяомяо: «Вы двое находитесь в отношениях?»
Лу Цинцзю: «Нет, мы просто обычные друзья».
Чжу Мяомяо: «Я никогда не думала, что ты такой подонок».
Лу Цинцзю: «…Я не такой, я ничего не делал!»
Переводчику есть что сказать:
Кажется, название этой главы намекает на дальнейшее развитие сюжета. Наверное, если что, я не хотела спойлерить.
http://bllate.org/book/15722/1411513
Сказали спасибо 0 читателей