Готовый перевод How I became a sissy to my mom and sister! / Как я стал неженкой для моей мамочки и сестры!: Как я стал неженкой для мамочки и сестры. Часть 7

— Как видите, ещё далеко до цели, но прогресс ЕСТЬ. Я бы сказал, Сэм теперь в восьмом процентиле по размеру члена и в пятом по размеру яичек. Поздравляю, Сэм! — говорит доктор Фримен с ноткой гордости.

— Ого, — восклицает мама. — Я не ожидала! Значит, пока никаких побочных эффектов, доктор?

— Пока всё выглядит нормально, миссис Роджерс. Но нужно провести ещё пару тестов, чтобы исключить проблемы. В анализах крови я заметил, что уровень ПСА немного повышен, так что мы ещё не в полной безопасности. Это частый побочный эффект тестостерона, поэтому сейчас проведём быструю пальцевую проверку, чтобы исключить будущие риски.

— Сэм, заберись, пожалуйста, на кушетку, на четвереньки, лицом к стене. Постарайся расслабиться, я возьму перчатки и лубрикант, — говорит доктор как можно спокойнее.

Что? Что он собирается проверять? Зачем лубрикант? Я забираюсь на кушетку и делаю, как велено. Чувствую, как мой маленький, но растущий член и голая попа открыты взглядам мамы и сестры через весь кабинет. Время тянется мучительно долго, пока доктор не возвращается, и я уже жалею, что позволил Карли поехать с нами.

— Так, раздвинь ноги чуть шире, чтобы я мог видеть, с чем работаю, — говорит доктор Фримен, выдавливая холодную струю лубриканта между моих ягодиц.

О боже, он собирается что-то проверять ВНУТРИ меня! Мой разум охватывает паника. Я бросаю на маму испуганный взгляд. Мой член тут же начинает набухать от нервов, тревоги и стыда.

— Мой хороший, хочешь, я подержу тебя за руку? — спрашивает мама самым утешающим голосом.

Я качаю головой, решив, что справлюсь, но в этот момент доктор вводит два пальца в моё тесное заднее отверстие.

— Ооох, — стону я от дискомфорта и начинаю паниковать. Мама, видя это, бросается ко мне и берёт за руку.

— Всё хорошо, милый, чем больше ты расслабишься, тем легче будет, — говорит она, положив руку мне на поясницу.

Я морщусь, когда его пальцы проникают ещё глубже. Мама мягко гладит меня по спине и говорит, что я молодец.

Это уже слишком, просто слишком! Я опускаю голову на подушку и замечаю тонкую струйку прозрачной жидкости, вытекающую из моего маленького члена. Меня начинает трясти.

— Простите, миссис Роджерс, но у вашего сына очень негативная реакция на лечение. Простата сильно увеличена из-за введённого тестостерона. Это... это нехорошо, — говорит доктор.

— Боже мой, что нам делать, доктор? — паникует мама.

— Простите, я не хотел вас так встревожить, но мы должны немедленно прекратить лечение. Инъекции вызывают накопление клеток в простате, что является ранним признаком... серьёзных проблем с простатой в будущем или даже предвестником... того самого слова на «Р», — заявляет доктор Фримен.

— ПОНЯТНО, мы немедленно прекращаем лечение! — перебивает мама. — Сэм, прости, но я не стану рисковать твоим здоровьем или, хуже того, потерять тебя. Мы останавливаемся!

Я в ужасе смотрю на маму. Что всё это значит? Мысли кружатся в голове. Я не понимаю, всё казалось таким хорошим. Мы просто делаем паузу или совсем останавливаемся?

— Так, Сэм, мне нужно уменьшить отёк. К сожалению, это значит, что я должен помассировать тебя пару минут, чтобы, буквально, выдавить лишнюю жидкость. Это временно уменьшит отёк и риск осложнений. У тебя были проблемы с мочеиспусканием? — спрашивает доктор.

Я понятия не имею, о чём он, но чувствую сильное давление там, где он нажимает. — Ммм... немного, — бормочу я.

Мои ноги дрожат, как сумасшедшие, когда он начинает тереть внутри меня двумя пальцами, глубже и быстрее. Я чувствую, как его большие пальцы загибаются к передней части моего тела, скользя туда-сюда.

Через полминуты кажется, что что-то сейчас произойдёт. Странное чувство — я не уверен, обмочусь я или брызну на кушетку. Я закрываю глаза и ухожу в другое место — туда, где мне спокойно, где я сосредотачиваюсь на том, как мама гладит меня по спине.

— Вот так, мой хороший, ты отлично справляешься, — шепчет мама мне на ухо.

Я чувствую, как моё тело толкает вперёд с каждым движением, и слышу влажный звук лубриканта, пока доктор энергично двигает рукой.

— Ммммхм, — громко стону я, возвращаясь к реальности. — Мамочка, — невольно вырывается у меня, когда я смотрю между ног и вижу, как первая струйка прозрачной жидкости капает из меня.

Мама быстро подставляет ладонь перед моим маленьким членом, чтобы поймать жидкость. — Выпусти всё, малыш, пусть всё вытечет в мою руку. Я так горжусь, что ты такой храбрый, — шепчет она.

Мама ловит ещё пару струек. Я не знаю, боль это или удовольствие, но давление невероятное. Не понимаю, зачем мы это делаем.

Наверняка это скоро закончится, думаю я, но, к моему ужасу, доктор вводит третий палец, ещё сильнее растягивая меня, и делает несколько последних толчков к передней части моего живота. Я вижу, как мама убирает руку, когда из меня начинают капать желтоватые капли, а затем длинная струя стекает на полотенце на кушетке. Она капает и брызжет в такт его движениям, пока всё не заканчивается.

Я громко стону и падаю на кушетку, мои ноги продолжают дрожать.

Через минуту, слыша разговор доктора и мамы, я чувствую, как он вынимает три пальца, и за ними следует струйка лубриканта. Я не могу пошевелиться, а мама мягко вытирает меня полотенцем свободной рукой. Реальность прекращения лечения начинает доходить до меня, и слёзы наворачиваются на глаза. По крайней мере, я попытался, может, хоть какие-то изменения останутся? Если нет, я вернусь к тому, каким был... каким всегда был.

http://bllate.org/book/15707/1404781