Готовый перевод Relying on Beauty to Commit Crimes in the Escape Game / Я полагаюсь на красоту, чтобы совершать преступления в игре побега [✓]: Глава 16. ему

Группа людей уверенно двинулась наружу. По пути они не встретили ни единого человека: больница выглядела пустой и вымершей, даже насекомые не издавали ни звука.

Одна из задач заключалась в том, чтобы сбежать из больницы. Они решили воспользоваться моментом — пока вокруг никого нет, выйти наружу. Пусть сразу пройти задание и не получится, но хотя бы удастся раздобыть больше зацепок.

Двигались они без всяких преград — настолько гладко, что даже закрались подозрения: не кроется ли за этим подвох?

Вдалеке показались ворота больницы.

— Там охранник, — тихо сообщил Ли Си, слегка качнув рукой Дуань Чжэня.

Тот нахмурился и сразу принял решение.

— Перелезем через стену.

Они свернули, собравшись у стены подальше от проходной.

— На стене только осколки стекла — защита так себе, — прищурился Ся Цижун, отступив на пару шагов и окинув взглядом препятствие. — Нужно просто быть немного осторожным.

— Я пойду первым и проверю, — сказал Дуань Чжэнь.

Не обязательно, чтобы сразу лезли все: достаточно одного, кто посмотрит, можно ли считать задачу выполненной. К тому же, за пределами больницы не обязательно безопасно.

Он собрался перелезть и попытался высвободить руку, но Ли Си не отпускал. Дуань Чжэнь дёрнул ещё раз и, не сумев освободиться, невольно опустил взгляд вниз.

— Дуань-гэ, будь осторожен, — Ли Си выразил беспокойство, прямо глядя на него.

— Мгм, — коротко откликнулся тот.

И в следующее мгновение, гибкий и стремительный, как леопард, Дуань Чжэнь перемахнул через стену. Приземлившись, он даже не издал никакого звука.

Точно большая кошка… Сердце Ли Си бешено забилось. Интересно, когда же удастся прижать эту большую кошку к себе и хорошенько потискать?.. [1]

[1] rua上几把 (ruā shàng jǐ bǎ) — разговорное и вульгарное выражение; означает навязчивое желание «потискать», с сексуальным подтекстом.

Он всё ещё заворожено смотрел в сторону стены, но вдруг ощутил взгляд — липкий, жаркий и слишком знакомый.

Воспитание аристократа не позволяло ему выругаться. Магия рванулась назад, столкнулась с равной силой и застыла в мёртвом узле, ни в чём ей не уступая. Но обнаружить источник не удалось — лишь ощущение, что тот был совсем рядом.

— Что за странный ветер, — пробормотал Ся Цижун, поправляя сбившуюся одежду и оглядываясь. — Дует как-то чересчур странно.

Конечно, потому что никакого ветра не было — лишь отголосок схватки двух сил. Ли Си даже постарался часть скрыть, чтобы не слишком бросалось в глаза. Он промолчал, но внимательно оглядел своих спутников.

Ся Цижун и Сунь Лэ явно тут ни при чём: если бы Клеменс завладел ими, он почувствовал бы сразу. Судя по близости ощущения, если тот и явился в человеческом облике, то скрывался среди людей Бай Хуа.

Пока он думал, Дуань Чжэнь снова перелез обратно. Он не стал сразу спрыгивать, а присел на стене, глядя наружу, его брови были крепко сдвинуты.

— Снаружи что-то не так? — спросил Ли Си, дождавшись, пока тот спрыгнет.

Дуань Чжэнь не ответил сразу, а задумался на мгновение, прежде чем сказать:

— Снаружи ничего нет.

— Совсем ничего? — не удержался и спросил Ся Цижун. — Значит, опасности нет?

— Нет. Там только белая пустота. Будто весь этот мир состоит лишь из больницы.

Это место даже малым миром не назовёшь — тут существовала только одна заброшенная больница.

— И задание не выполнено, — добавил Дуань Чжэнь.

— Значит, сбежать можно только ночью, — подвёл итог Сунь Лэ.

Но это совсем не просто: монстры прошлой ночью наверняка были лишь верхушкой айсберга. Некромант способен повелевать мертвецами, а количество тел, погребённых на заднем дворе у самого подножия горы... поражало воображение.

Одна мысль об этом заставляла волосы встать дыбом.

Они вновь разделились, чтобы обыскать больницу. Ли Си привычно держался подле Дуань Чжэня. Заметив патрульную медсестру, тот среагировал мгновенно: сгрёб юношу в охапку и втиснул в тёмный угол, закрывая своим телом.

Он уткнулся головой в грудь Дуань Чжэня и почувствовал, что до райского счастья ему не хватало лишь поцелуя.

Хорошо ещё, что Дуань Чжэнь думал исключительно о деле. После того как медсестра ушла, он ещё и поучал Ли Си, что нужно постоянно следить за окружающей обстановкой, а не просто идти и искать зацепки.

На самом деле, Ли Си наслаждался каждым шагом рядом с Дуань Чжэнем, буквально упиваясь его запахом, и вовсе не искал зацепки.

Мысль у него уже созрела: вечером он найдёт момент и прикончит некроманта. В конце концов, нигде же не сказано, что Король Демонов не может помогать другим жульничать.

К тому же правило «десяти миров», после которых якобы можно обрести свободу, было навязано Главной Системой. Изначально Короли Демонов полагались на добровольный выбор: перед лицом богатства и абсолютной власти всегда находились те, кто готов был рискнуть жизнью ради участия в этой игре. Зачем нужна принудительность в такой степени.

Таким образом, пока они шли и прятались, время быстро подошло к вечеру. Дуань Чжэнь и его команда собрались на первом этаже и обменялись собранными уликами.

Выяснилось, что в больнице всего пять этажей, и палаты забиты пациентами до отказа. Странным было другое: на всю больницу — один-единственный врач, а остальные — медсёстры и санитары.

Обходя их, Ся Цижун и Сунь Лэ наткнулись на помещение, похожее на лабораторию, и нашли там журнал с записями экспериментов. Записи в журнале начинались с марта, на обложке стояла цифра «4». Судя по всему, перед ним должно было быть ещё три тома, но они их не нашли.

Сунь Лэ взял журнал и показал его Дуань Чжэню.

«21 марта, солнечно. Ввёл препарат пяти пациентам. Все выжили, отторжения нет».

«22 марта, солнечно. Ввёл препарат одному пациенту. Выжил, отторжения нет».

Пролистывая журнал, все записи были такого рода, пока не дошли до последних нескольких страниц. Почерк записей стал неразборчивым — по-видимому, это произошло незадолго до того, как больница была закрыта.

— А вот ещё газеты, — Бай Хуа держал несколько вырезанных статей. — Нашёл в архиве.

Дуань Чжэнь взял их и взглянул.

Это были статьи об этой больнице. В самом начале она прославилась феноменальным — стопроцентным — уровнем исцеления, однако руководство наотрез отказывало любым врачам, желавшим приехать для обмена опытом.

Кроме того, со временем у всех выздоровевших пациентов появились схожие изменения: холодный и молчаливый характер, нежелание находиться на солнце, любовь к сырому мясу и крови, бледная кожа. В то время кто-то даже проводил проверку и пришёл к выводу, что ничего необычного нет. Однако, у всех проявились подобные изменения, что явно не было совпадением.

— Всё лечение держалось на том препарате, — нарочито буднично заметил Бай Хуа. — Вот только что за диво-снадобье такое, что даже тяжелобольных на ноги ставит? Да ещё и в зомби обращает, — он скосил взгляд на Ли Си. — Ты ведь уже встречался с некромантами в инстансах. Знаешь, что это может быть за препарат?

— Вроде бы слышал… — Ли Си улыбнулся мягко и чуть беспомощно, прильнув к Дуань Чжэню. — Но не припоминаю точно. Наверное, что-то из магической области.

— Попробуй ещё вспомнить, — нетерпеливо сказал Бай Хуа.

— Ну правда, не помню, — Ли Си захлопал глазами. — Да и какая разница? С заданием это вряд ли связано.

— А вдруг как раз связано? — натянуто улыбнулся Бай Хуа.

— И как же это связано? — приподнял бровь Ли Си, скрестив руки на груди. — Объяснишь?

Такой тон совсем не вязался с прежним образом покорного мальчика. Дуань Чжэнь даже поймал себя на мысли: острые углы ему идут. До этого слишком уж мягкий был — тревожно за него становилось.

А когда Бай Хуа замолчал, Ли Си снова мягко прижался к плечу Дуань Чжэня, приподнялся на цыпочки и прошептал в самое ухо:

— Мне кажется, Бай Хуа с нами заодно только на словах.

Тот же мягкий голосок, что и раньше.

— Мгм, — равнодушно откликнулся Дуань Чжэнь и аккуратно поставил его обратно на землю.

С заходом последнего луча солнца больница наконец сбросила маску.

Белоснежные стены начали чернеть и желтеть, штукатурка потрескалась. Пол, стены и даже перила были покрыты засохшими, тёмно-чёрными пятнами крови, в углах висела паутина. Свет померк, оконные стёкла были давно почти полностью разбиты, и снаружи задувал завывающий ледяной ветер, пробирающий до костей.

Одновременно со всех этажей раздался рёв монстров, а с обоих концов коридора первого этажа — резкий скрежет, будто ногти скребли по полу.

— Бежим! — рявкнул Дуань Чжэнь, рывком притянув Ли Си к себе, и повёл всех к выходу.

Но стоило им выскочить к дверям, как они едва не врезались в армию скелетов.

…И среди них оказался мёртвый Бай Второй — с закатанными глазами, широко раскрытым ртом; слюна капала с подбородка на пол.

— Всё-таки скелеты симпатичнее, — не удержался от шутки Ся Цижун.

Перед ними были скелеты, позади — монстры, появлявшиеся со всех сторон. Казалось, они попали в безвыходное положение.

— В подвал! — быстро сказал Ли Си. — Если убить некроманта, то эти твари естественным образом вернутся в своё прежнее состояние.

— Нет! — вдруг выкрикнул Бай Хуа. — Он убьёт нас одним махом! Это верная смерть!

Раньше он соврал: возле двери они вовсе не теряли сознание. Тогда он послал Бай Второго на разведку — и тот рухнул замертво, связь по контракту оборвалась. Испуганный, он даже не стал смотреть, что произошло, а сам бросился наутёк.

— Здесь остаться — тоже верная смерть, — холодно бросил Дуань Чжэнь, не обратив на него внимания, и повёл остальных вниз.

Бай Хуа быстро оглядел окруживших их монстров, стиснул зубы и бросился вместе с командой наверх. Спутники взяли его в кольцо, оберегая со всех сторон и расчищая путь сквозь толпу чудовищ.

Дуань Чжэнь заслонил Ли Си и повёл его в подвал. Похоже, они выбрали верный путь: спустившись вниз, они не встретили ни одного монстра, и позади тоже никто не преследовал.

— Атмосфера босса прямо-таки ощущается, — проворчал Ся Цижун.

Как только он начинал нервничать, он становился болтливым, особенно в критические моменты.

Дуань Чжэнь зыркнул на него и повернулся, чтобы осмотреть коридор.

Всё и правда было так, как описывал Бай Хуа: темно, хоть глаз выколи [2]. Из рюкзака он достал несколько светящихся камней и метнул их вперёд.

[2] 伸手不见五指 (shēn shǒu bú jiàn wǔ zhǐ) — идиома, досл. «вытянешь руку — и не увидишь пяти пальцев»; описывает тьму такой плотности, что свет не доходит даже до собственной ладони.

Светящиеся камни, купленные в Магазине, могли осветить пространство в радиусе полуметра. Несколько камней, пролетев по идеальной параболе, упали на пол, прокатились несколько раз и с глухим стуком ударились о что-то.

В свете угадывалась тяжёлая железная дверь.

— Держите, — Ли Си покопался в кармане и достал несколько драгоценных камней, и протянул их Сунь Лэ и Ся Цижуну. — Это амулеты, они могут защитить вас от атаки некроманта, — он сделал паузу и добавил фразу: — Я даю вам это взаймы, потом вернёте.

— Дуань-гэ — так сразу «подарю», а нам — «взаймы». Да ещё и не удосужился оправить камень в подвеску! — возмутился Ся Цижун. — Ли Сяоси, это нечестно!

— Не зови меня «Ли Сяоси», — отрезал тот, проигнорировав первую часть.

Драгоценные камни были его страстью, и дарил он их, разумеется, лишь тем, к кому питал истинную симпатию. Не будь эти двое товарищами Дуань Чжэня, он, скорее всего, даже не подумал бы делиться с ними своими камнями.

***

Автору есть что сказать:

Сунь Лэ: «Не спрашивай — если спросишь, то получишь новую порцию ❝собачьей еды❞ [3]».

[3] 狗粮 (gǒu liáng) — «собачья еда»; ироничное обозначение романтических проявлений пары, которые «кормят» одиночек или тех, кто не в отношениях — то есть вызывают зависть, боль или смешанные чувства.

http://bllate.org/book/15219/1344557