Готовый перевод Becoming the First Generation of Wealth with Dimensional Space / Перерождение: Стать богачом в первом поколении с помощью магического пространства: Глава 4.

Глава 4. Свежее мясо

— Два юаня — десять колец! Пять юаней — тридцать пять! На что попадёшь — то твоё! Проходи, не зевай, удачу пытай!

— Гляди-ка, чего тут только нет! Кролики, утки, цыплята, черепашки, золотые рыбки! И игрушек сколько! Хочу вон того плюшевого зайца…

Толпа гудела у лотка с кольцебросом. Шумное и дешёвое развлечение привлекало зевак, которые с азартом наблюдали за чужими попытками.

Ло Сяо лишь мельком взглянул на это сборище и пошёл дальше.

Он оставил велосипед под навесом у местного мастера-ремонтника. Три мао за присмотр и бесплатная подкачка шин — выгодное предложение.

С корзиной за спиной он нырнул в бурлящий котёл рыночной жизни. Давно он не был на ярмарке, и сейчас всё казалось ему новым, ярким и невероятно интересным. Бесконечные ряды прилавков, выкрики торговцев, запахи жареного, пряностей и свежих овощей — он впитывал эту атмосферу, жадно озираясь по сторонам и прицениваясь.

И тут он увидел его. Прилавок мясника.

На грубо сколоченных досках лежали огромные куски свинины. Розоватое мясо с белоснежными прожилками жира, явно откормленной на домашних харчах свиньи, выглядело так аппетитно, что у Ло Сяо невольно сжался желудок, и он сглотнул набежавшую слюну.

Он не стал подходить и спрашивать цену. Вместо этого он встал чуть поодаль, заметив, как к прилавку решительно движется пожилая женщина. Он подождёт. Такие тётушки — настоящие мастера торга. Когда она собьёт цену, он просто подойдёт и попросит взвесить ему кусок по той же стоимости.

Расчёт оправдался. Женщина оказалась профессионалом.

— Почём свининка? — деловито спросила она, бесцеремонно ощупывая и приподнимая приглянувшийся ей шмат.

— Пять юаней, сестрица! Бери, подкрепишься, жирком запасёшься, а? — с показным радушием ответил мясник.

— Пять? Дороговато. Глянь, одно постное мясо, какой тут жирок? За четыре отдашь? — она с ходу рубанула цену на целый юань.

Ло Сяо мысленно восхитился. Вот это хватка!

— Давай за четыре с половиной, — вздохнул торговец, делая вид, что идёт на огромную уступку. — Я ведь с раннего утра на ногах, свинью забивал, трудился. Давай так: я тебе взвешу с горкой, самый лучший кусок выберу, а?

— Четыре, — не отступала женщина, выставив вперёд подбородок с видом полководца, берущего крепость. — За четыре возьму два цзиня, не то пойду к другим.

Мясник на мгновение застыл, оценивая её непреклонность, и, тяжело вздохнув, сдался.

— Ладно, ваша взяла.

Ло Сяо тут же шагнул вперёд. Воспользовавшись пробитой брешью в обороне торговца, он протянул деньги.

— Мне тоже два цзиня, по той же цене.

Рука у мясника оказалась набитой, а глаз — алмаз. Он отрубил кусок, швырнул на весы, и те показали ровно два цзиня. Восемь юаней за увесистый шмат свежайшей свинины. Ло Сяо с трудом сдержал улыбку. Расплатившись, он бережно уложил драгоценную покупку в корзину. Сердце наполнилось тихой, почти детской радостью. Сегодня будет мясо.

Солнце уже начинало припекать, его лучи нещадно палили открытые участки кожи. Ло Сяо в очередной раз похвалил себя за предусмотрительность: длинные рукава старой рубашки спасали от ожогов, иначе к вечеру он бы облез, как змея.

Теперь оставалось главное — рис. Он намеренно отложил эту покупку на самый конец. Таскать на себе тяжёлый мешок по всему рынку — то ещё удовольствие. Он планировал взять двадцать цзиней, на первое время. Больше не получится. Не мог же он на глазах у всей ярмарки засунуть мешок с рисом в Пространство. Придётся обходиться тем, что можно унести своими силами.

В нос ударил сладкий, манящий аромат жареного теста. Впереди, у небольшого передвижного лотка, суетилась полная женщина, ловко орудуя щипцами в котле с кипящим маслом. Она продавала жареные цыба — клёцки из клейкого риса. Пять мао за три штуки, один юань — за семь. Не раздумывая, Ло Сяо протянул монетку.

Эти цыба были произведением кулинарного искусства. Их лепили в форме золотистых полумесяцев, размером с половину мужской ладони, а внутрь закладывали щедрую начинку из дробленого арахиса и коричневого сахара. Настоящая, сытная еда — ребёнку хватило бы одного, чтобы наесться до отвала.

Продавец протянула ему бумажный кулёк с семью горячими, дымящимися пирожками. Один он тут же достал, остальные спрятал в корзину. Не в силах больше терпеть, он откусил хрустящую, пропитанную маслом корочку. За ней последовала нежная, тягучая мякоть клейкого риса, а затем — взрыв вкуса. Горячая, сладкая патока с ароматным дроблёным арахисом хлынула на язык, грозя вытечь наружу. Настоящий бальзам для оголодавшего желудка.

Ло Сяо жадно ел, обжигая губы и язык, дуя на пирожок и тут же откусывая новый кусок. Его неподдельное наслаждение оказалось лучшей рекламой. Прохожие, видя, с каким аппетитом уплетает угощение худенький паренёк, останавливались и тоже покупали порцию. Торговка, радостно принимая деньги, бросала на Ло Сяо благодарные взгляды.

Один пирожок утолил первый, самый острый голод. Теперь можно было заняться делами. Он купил у старика-травника несколько пакетиков с семенами овощей. Жаль, что сейчас не начало года по лунному календарю. В то время на рынке можно было бы раздобыть саженцы фруктовых деревьев.

Впрочем, его это не остановит.

Полагаясь на обрывки воспоминаний из прошлой жизни, Ло Сяо свернул с оживлённых торговых рядов и направился к окраине посёлка. Его целью была стихийная свалка — пустырь, который когда-то давно один недобросовестный житель превратил в место для мусора, а остальные с радостью последовали его примеру.

Воздух наполнился тошнотворным запахом гнили. Как он и ожидал, среди куч прелой листвы и прочего хлама валялись выброшенные фрукты. Он нашёл два подгнивших яблока, потемневшую грушу и, что самое ценное, целых пять верхушек от ананасов. Вооружившись двумя палками, словно палочками для еды, он аккуратно подцепил свою добычу. Стоило опустить находки в корзину за спиной, как они тут же бесследно исчезли, переместившись прямиком в плодородную почву Пространства. Вокруг не было ни души — идеальные условия для его маленькой операции.

Выполнив задуманное, Ло Сяо вернулся на рынок, в ряды, где торговали зерном и крупами. Он отсчитал деньги за двадцать цзиней риса. Своей тары у него не было, так что пришлось доплатить пять мао за плотный холщовый мешок.

Основные покупки были сделаны. Больше задерживаться не имело смысла. Взвалив на спину потяжелевшую корзину, Ло Сяо забрал свой велосипед и двинулся в обратный путь.

Дорога домой оказалась куда медленнее. Увесистый мешок риса и мясо нарушали равновесие, заставляя ехать осторожно, крепко вцепившись в руль. Он не гнал, размеренно вращая педали и вглядываясь в пейзаж.

Изумрудная зелень вдоль обочины, пыль, вьющаяся из-под колёс, далёкое, подёрнутое дымкой мутное пятно солнца — он видел всё с невероятной, кристальной чёткостью. И от этого на душе становилось спокойно и хорошо.

Его глаза… его глаза были целы.

Какое же это счастье.

http://bllate.org/book/15175/1441514