Готовый перевод Everywhere in Jianghu is Wonderful / Повсюду в Цзянху удивительно: Глава 111.2 Ты должен помочь мне приготовить лекарство!

Скорее возвращайся, поиграем вместе в холостяцкую жизнь!

— Что ты планируешь делать после того, как все закончится? — спросила Хуа Тан.

Ответ Чжао У был серьезен:

— Попрошу у хозяина дворца позволения посвататься.

Хуа Тан надула щеки и посмотрел в небо.

— И тогда выходи за меня замуж. — Чжао У сел рядом с ней. — Я буду хорошо к тебе относиться.

— Я не умею готовить, — сказала Хуа Тан.

— Я сам буду! — сяо У кивнул.

— И стирать я тоже не умею, — Хуа Тан развеселилась.

— Я сам буду стирать! — сяо У сделался очень решительным.

— И вышивать не умею, — сказала Хуа Тан.

— Этого... я тоже не умею, — смущенно пробормотал сяо У. — Да и к чему нам вышивание?

— И рожать я не хочу. — Хуа Тан спрыгнула с дерева.

— ... — Чжао У последовал за ней и проговорил, с трудом подбирая слова: — Может быть... ты над этим еще раз подумаешь?

— Сам рожай! — Хуа Тан ущипнула его за нос.

На лице Чжао У появилось горестное выражение.

— Я... не могу родить!

Хуа Тан изогнула бровь.

— Дурак.

Чжао У взял ее за руку и притянул к себе.

— На тебе будет только это, а остальное предоставь мне, хорошо?

Хуа Тан подняла на него глаза.

В окружении яркой зелени деревьев вряд ли бы их кто-нибудь увидел...

Рискуя получить пощечину, Чжао У набрался смелости склонился к мягким губам

Хуа Тан закрыла глаза и нежно обхватила его за талию.

Молчи! Темный страж прятался на дереве неподалеку и крепко зажимал клюв юного хозяина дворца. Сяо У и так едва хватило решимости, чтобы поцеловать ее, нельзя им мешать!

— ... — Маленький феникс пищал, но ни звука так и не вырвалось наружу. Все, что ему оставалось, — это в гневе пинаться. Пушистик чувствовал себя крайне подавленным.

Жизнь птицы — боль.

Солнце постепенно двигалось к западу. Цинь Шаоюй, помогая Е Цзиню, зажег свечу.

— Долго еще?

— Нет. — Е Цзинь бросил высушенную смесь в нефритовую ступу и растер содержимое в порошок, затем аккуратно пересыпал в маленький флакон, после чего испустил долгий вздох.

— Готово? — спросил Цинь Шаоюй.

Е Цзинь кивнул и протянул ему флакон:

— Придумай, как подмешать это в еду глав сект, и через три дня они избавятся от паразитов.

— Благодарю за труды. — Цинь Шаоюй убрал флакон. — Тебе нужно что-нибудь съесть.

Е Цзинь кивнул, но не успел даже дойти до двери, когда перед глазами потемнело, и ноги подкосились.

— Эй! — Цинь Шаоюй среагировал моментально и тут же поймал его.

— Я в порядке. — В противовес словам лицо Е Цзиня выглядело бледным.

— Это у тебя называется "в порядке"?! — поддерживая, Цинь Шаоюй помог ему сесть. — Я позову Цяньфэна.

— А он-то как поможет? — Е Цзинь тяжело дышал.

Цинь Шаоюй распахнул дверь и тут же оказался в кольце ожидавших.

— Как все прошло? — первым подал голос встревоженный Шэнь Цяньлин.

— Противоядие готово. — Цинь Шаоюй указал в сторону дома. — Он слишком вымотался, и ему сделалось нехорошо.

Не успел он договорить, как Шэнь Цяньфэн бросился внутрь. Шэнь Цяньлин было засеменил за ним, но Цинь Шаоюй быстро поймал его и увлек за собой.

— Зачем тебе туда? Пойдем лучше поедим.

— Я хочу сначала взглянуть на брата Е! — пожаловался Шэнь Цяньлин.

— О нем есть кому позаботиться. — Цинь Шаоюй постучал его по голове. — Я не ел целый день, у тебя сердце за меня не болит?

— Совершенно нет! — Шэнь-сяошоу невозмутимо замотал головой.

— Врунишка! — Цинь Шаоюй ущипнул его за талию.

Шэнь Цяньлин дернулся в сторону и в ответ грубо пнул его.

— Пи! — В это момент с дерева свалился пушистый комок. Переполненный радостью, он повис на Цинь Шаоюе, покачиваясь и вынуждая нести себя.

Темные стражи сидели на крыше. Они были растроганы до глубины души!

Семья хозяина дворца воистину наполнена миром и гармонией!

Инь Ушуан смотрел, как постепенно удаляются силуэты двух мужчин, а затем с отрешенным видом вернулся в свою комнату.

— Со мной все хорошо. — В спальне Е Цзинь лежал на кровати. Он зашелся в кашле, и даже губы его были бледными.

— Что ты, в конце концов, натворил, чтобы довести себя до такого состояния?! — Шэнь Цяньфэн держал забинтованную левую руку, а брови его почти скрутились в мертвый узел.

— Я хочу немного поспать. — Е Цзинь ощущал тяжесть в голове.

— Сначала съешь что-нибудь, ты целый день голодаешь. — Шэнь Цяньфэн помог ему сесть. — Слушайся.

Е Цзинь прислонился к изголовью кровати и, не чувствуя вкуса, съел две ложки каши с ласточкиными гнездами, после чего оттолкнул миску.

— Я наелся.

Шэнь Цяньфэн вздохнул и вдруг заключил его в объятия.

Е Цзинь перевел на него взгляд, он выглядел измотанным.

— Доешь, хорошо? — Шэнь Цяньфэн поднес к его рту еще одну ложку. — Иначе долго ты не протянешь.

Е Цзинь, смирившись, открыл рот.

После столь изматывающих суток тело Е Цзиня было будто замотано в тюк хлопка, окружающие предметы виделись словно сквозь туман. На последних ложках каши он ел уже почти во сне. Он не помнил, в какой момент заснул или, вернее сказать, в какой момент отключился.

Шэнь Цяньфэн уложил его, укрыл одеялом и, наклонившись, поцеловал бледный лоб.

— Отдыхай.

Дыхание Е Цзиня было спокойным, а выражение лица умиротворенным.

В столовой Шэнь Цяньлин хмурился и жаловался:

— Я больше не съем!

— Будь умницей, — Цинь Шаоюй поцеловал его в щеку и протянул миску пибимбапа со свининой, — съешь пару кусочков.

— Я хочу похудеть! — серьезно заявил Шэнь-сяошоу.

— А я хочу животик! — Цинь Шаоюй был еще серьезнее.

Черта с два! Шэнь Цяньлин пнул его. Ты не можешь сместиться к более возвышенным целям?! Что за убогие желания?!

— Темные стражи говорили, что ты все эти дни, пока меня не было, не ел нормально. — Цинь Шаоюй скормил ему ложку овощей. — Ты должен это компенсировать.

— Пи! — Пушистик в это время как раз с очень холодным выражением на морде рвал на куски говядину.

— Ты вернешься сегодня ночью? — Шэнь Цяньлин проглотил овощи.

— Да, конечно, я должен вернуться, сказал Цинь Шаоюй. — Сяо Чжань хуже меня знаком с местностью водной деревни, если он слишком долго пробудет там, то неизбежно выдаст себя. К тому же противоядие уже готово, и мне бы хотелось как можно скорее разобраться с Фэн Цзюе.

— Хорошо. — Шэнь Цяньлин сжал его ладонь. — Будь осторожен.

— Не волнуйся. — Цинь Шаоюй приблизился. — Поцелуй меня.

— ... — Шэнь Цяньлин.

Разве мы сейчас не обсуждали нечто весьма серьезное? Почему тема вдруг так переменилась?

— Поторопись! — Цинь Шаоюй не собирался отступать.

Ты меня раздражаешь! Шэнь-сяошоу быстро чмокнул его в щеку.

— Пи! — Пушистик, следуя его примеру, принялся клевать головой.

— Поцелуй нормально! — запротестовал Цинь Шаоюй.

Ну уж нет! Шэнь-сяошоу решил твердо отказаться от этой идеи, но на деле оказался оказался совершенно бесхребетным и через мгновение уже одаривал его французским поцелуем.

Он только что пил взвар из тыквы с машем, и поцелуй вышел очень сладким.

— Кхе! — кашлянул появившийся в дверях столовой Шэнь Цяньфэн.

Шэнь Цяньлин вздрогнул, инстинктивно оттолкнул Цинь Шаоюя, едва не прикусив ему язык.

— Воин... — Прерванный на середине дела хозяин дворца Цинь был крайне недоволен, — если ты простудился, то мог бы кашлять в другом месте.

— Как именно Е Цзинь готовил это лекарство? — у Шэнь Цяньфэна не было желания препираться с ним, поэтому он сел и сразу перешел к делу.

— Он не сказал тебе? — спросил Цинь Шаоюй.

Шэнь Цяньфэн покачал головой.

— Он отключился.

Шэнь Цяньлин вздрогнул.

— Он в порядке?

— После осмотра Хуа Тан сказала, что у него изначально слабое здоровье, а нынче он был слишком изможден и потерял много крови. Также имеется небольшое отравление. — Шэнь Цяньфэн скрипнул зубами и посмотрел на Цинь Шаоюя. — О первых двух вещах я и так знал, но объясни мне, каким образом изготовление противоядия способно вызвать отравление и кровотечение?

— Все так серьезно? — Шэнь Цяньлин тоже был удивлен.

— Для получения противоядия используется паук-волк с Западного края, — сказал Цинь Шаоюй, подчеркнув ключевой момент.

— Хочешь сказать, что ты просто стоял и смотрел, как его жрет паук? — от услышанного Шэнь Цяньфэн пришел в ярость. Шэнь Цяньлин почти почувствовал, как вокруг его брата появился ореол ревущего пламени. Очевидно, это было предвестником трансформации в греймона...*

П.п.: Греймон — дигимон-тиранозавр, виртуальное существо из игры и аниме "Дигимон". Греймон невероятно агрессивен и трудноприручаем, считается сильнейшим дигимоном.

— Пи! — Пушистик тоже ощутил угрозу и немедленно распахнул свои крылышки. И для чего же? Чтобы храбро броситься на защиту хозяина?

Как бы не так! Реальность оказалась жестока. В момент своей трансформации великий воин Шэнь так громко ударил ладонью по столу, что Пушистик слегка обделался и теперь стоял, остолбенев и глупо разинув рот.

— ... — Шэнь Цяньлин.

Ты точно феникс?

— А что я еще мог? — Цинь Шаоюй посмотрел на него. — Тебе должен быть лучше меня известен характер Е Цзиня. Кроме того, это дело затрагивает твое будущее положение в Улинь, так что он все равно нашел бы способ помочь, даже если пришлось бы рискнуть собственной жизнью.

Шэнь Цяньфэн хранил молчание, но по глазам было видно, что его переполняют противоречивые эмоции.

— Не принимай это слишком близко к сердцу, — утешал его Шэнь Цяньлин. — Нужно поскорее покончить с делом, и тогда ты сможешь отвести брата Е домой, где он будет поправляться и восстанавливать силы.

— Не волнуйся, ему нужно лишь отдохнуть и все будет в порядке, — добавил Цинь Шаоюй. — Кроме того, он упоминал, что ты должен ему объяснение, поэтому он не позволит чему-то с собой случиться.

Шэнь Цяньфэн долго молчал, а затем слегка кивнул.

Этой ночью Шэнь-сяошоу хотел дать Цинь Шаоюю немного вздремнуть, чтобы тот не слишком устал ночью. К сожалению, у хозяина дворца Циня были совершенно иные планы. Он щипал Цяньлина за живот и целовал его ступни. Под конец тот уже переменил свое отношение с "не хочу отпускать тебя в деревню Цяньу" на "молодой воин, умоляю тебя, уходи поскорее", и даже подумывал пинками согнать его с кровати. Что, конечно, было бы в высшей степени бессердечно!

Ближе к полуночи Шэнь Цяньлин, задыхавшийся и лишенный сил, распластался по кровати. Его куртка была задрана, а весь живот и даже ягодицы покрывали засосы!

— Сдаешься? — Цинь Шаоюй был в хорошем настроении.

Поцелуй меня в зад! Шэнь-сяошоу обуяла печаль.

— Ты бессовестный распутник!

— Я такой только рядом с Лин-эром. — Цинь Шаоюй поцеловал его в щеку и щелкнул пальцами, метнув шарик успокаивающего благовония в курильницу.

Шэнь Цяньлин откатился в угол, крепко вцепившись в одеяло.

Цинь Шаоюй увидел в этом призыв и потянулся ущипнуть его за задницу.

Шэнь Цяньлин отчаянно пытался вжаться в стену, но попытка, очевидно, провалилась! Поскольку вскоре его вновь прижали к кровати и втянули в глубокий поцелуй!

Комнату наполнял слабый аромат цветов, а поцелуй становился очень чувственным. Почти мурлыча, Шэнь Цяньлин обнимал мужчину за шею.

Изначально интенсивные, прикосновения через какое-то время стали почти невесомыми. Шэнь Цяньлина все сильнее охватывала дремота, пока он в конце концов не заснул, посапывая и пуская слюни.

Цинь Шаоюй улыбнулся, склонился над ним и снова поцеловал, после чего с грустью укрыл его одеялом и встал с кровати.

— Хозяин дворца. — Темные стражи охраняли двор.

— Пи! — Пушистик сидел на плече темного стража, и взгляд его также выражал решимость!

— Вы должны хорошо защищать Лин-эра, — сказал Цинь Шаоюй сказал. — Распоряжения получите от сяо У.

— Да! — хором отозвалась толпа, принимая приказ.

— А теперь расходитесь. — Цинь Шаоюй направился к воротам.

— Договаривались, что ты уйдешь в полночь. — Его встретил голос Шэнь Цяньфэна. Тот сидел пределами двора и пил вино. — Ты опоздал на четверть часа.

— И что? — Цинь Шаоюя не взволновала эта претензия. — Я не хотел, чтобы Лин-эр видел, как я ухожу, поэтому мне пришлось помочь ему заснуть.

Шэнь Цяньфэн протянул ему кувшин с вином.

— За то, чтобы все прошло хорошо.

— Конечно, все пройдет хорошо. — Цинь Шаоюй усмехнулся. — Чем раньше с этим делом будет покончено, тем скорее я смогу жениться на Лин-эре и вернуться во дворец Погони за Тенью.

Шэнь Цяньфэн улыбнулся и похлопал его по плечу.

В лучах чистого лунного света словно стрела, выпущенная из лука, стремительно мчался вдаль Тасюэбай, распугивая бесчисленных голубых светлячков, рассыпанных вдоль его пути точно звезды в небе.

В водной деревне Цяньу Сяо Чжань лежал на кровати и считал время.

— Шаоюй скоро должен прийти, — сказала бессмертный.

— Интересно, как у них продвигаются дела. — Сяо Чжань перевернулся и сел, чувствуя легкое беспокойство.

— Не волнуйся, добро всегда побеждает зло. — Бессмертный похлопал его по плечу. — К тому же беспокойство твое делу не поможет, так что незачем себя изводить.

— Легко сказать. Только вот наши желания не всегда совпадают с возможностями. — Сяо Чжань лег на спину и невольно вздохнул.

— Как в случае с Лин-эром? — спросил бессмертный.

Сяо Чжань молча повернулся к нему.

...

— Зная, что должен отпустить, ты все равно не можешь этого сделать, — сказал бессмертный. — Но я все же советую тебе поскорее отпустить его. Так будет лучше и для тебя, и для него.

Сяо Чжань молчал.

— Ты, подойди. — Бессмертный протянул руку, указывая на кого-то в стороне.

— Ох! — Воодушевленный Чжан Дафу немедленно подбежал к нему — эта обстановка, наполненная атмосферой Цзянху, была невероятно волнующей!

— Расскажи, каковы Шаоюй и Лин-эр в глазах простых людей? — небрежно произнес бессмертный.

Чжан Дафу тут же затараторил:

— Молодой господин Шэнь изначально был цветочным духом с гор, и, чтобы спасти хозяина дворца Циня, случайно упавшего со скалы, он извергнул свое золотое ядро, уничтожив сотни лет самосовершенствования. Бессмертные Небесного пантеона так этим растрогались, что протянули между ними красную нить судьбы и даровали идеальный брак!

— ... — Сяо Чжань.

Бессмертный кивнул.

— А есть другие версии?

— Есть-есть! — Чжан Дафу говорил очень быстро. — Легенда гласит, что в древности на небе было девять солнц. Хоу И* не мог сбить их, как ни старался, поэтому он попросил хозяина дворца Циня...

П.п.: Хоу И — лучник, герой китайских мифов.

— Довольно-довольно. — У Сяо Чжаня разболелась голова.

— Просто переходи сразу к концовке. — Бессмертный улыбнулся.

Чжан Дафу на мгновение задумался, а затем продолжил:

— Это трагедия, в конце молодой господин Шэнь вознесся.

Сяо Чжань прижал ладонь ко лбу.

— Есть еще одна, в ней говорится, что молодой господин Шэнь однажды спустился на землю, чтобы омыться, а хозяин дворца Цинь спрятал его одежду... Ай!

— Скажешь еще хоть слово, и я зарежу и спрячу тебя. — От слов Сяо Чжаня мороз пошел по коже.

...

Закрывая рот руками, Чжан Дафу убежал обратно на кровать.

— Видишь? — Бессмертный похлопал его по плечу. — Это называется общими чаяниями народа.

— Ну и что? — раздраженно спросил Сяо Чжань.

— Тебе уже сказали и так и этак, ты просто не желаешь с действительностью примириться, — сказал бессмертный. — Лучше с легким сердцем отпустить наваждение, чем продолжать упрямствовать.

— Сейчас вопрос первостепенной важности — усмирение демонической секты, — сказал Сяо Чжань сказал, — а не то, отпускать мне или нет.

— На самом деле глава школы Инь довольно хорош, — мгновение спустя неожиданно заявил бессмертный.

Сяо Чжань едва не подавился собственной слюной. Если бы этот старец не был уважаемым человеком в Улинь, второй господин Сяо уже намотал бы ему на голову одеяло.

Сидевший рядом Чжан Дафу кивнул. Да-да, я тоже слышал историю о Сяо Мими и главе Ине, которые, истерзанные любовными ранами, вместе превратились в бабочек! Это было так трогательно!

Со стороны двора донеслось стрекотание цикады, трое в комнате насторожились. Взмахнув рукой, бессмертный распахнул окно, в которое мгновенно проскочил Цинь Шаоюй.

— Ну что? — Сяо Чжань выпрямился.

— Все идет по плану, — сказал Цинь Шаоюй сказал. — Противоядие готово. Нужно придумать, как добавить его в еду глав сект, и уже через три дня они избавятся от гу.

— Ядовитый пруд тоже в ближайшие дни выроют, — произнес бессмертный. — Что дальше?

— Есть два пути, — сказал Цинь Шаоюй сказал. — Мы можем подождать, пока главы сект восстановят боевые навыки, и тогда атакуем изнутри и снаружи, и станем прорываться из Цяньу, или же мы займем выжидательную позицию, а когда Фэн Цзюе выведет их из водной тюрьмы, сделаем свой ход.

— Если дождемся, когда Фэн Цзюе станет выводить их, сэкономим много сил. — Бессмертный нахмурился. — Однако будет трудно улучить подходящий момент для нападения, к тому же не получится своевременно согласовать наши действия с внешним миром.

Цинь Шаоюй кивнул.

— Значит, выбираем первый путь. Через несколько дней я найду способ связаться с Цзян Иньлуном, и если их внутренние силы к тому времени восстановятся, то мы будем действовать немедленно!

— Здесь еще есть несколько моих друзей. Может, привлечь их, когда придет время? — сказал Сяо Чжань. — Они хоть и не великие бойцы, но их навыков более чем достаточно, чтобы справиться с мелкими прихвостнями.

Цинь Шаоюй кивнул и похлопал его по плечу.

— Спасибо.

— После того, как все закончится...

— Мы вернемся к вопросу Лин-эра, — прервал его Цинь Шаоюй, подняв руку. — Я согласен.

Сяо Чжань улыбнулся и выпрыгнул из окна.

— Тц-тц. — Бессмертный покачал головой, увидев засос на шее Шаоюя.

— Долгое прощание лучше, чем новый брак, — бесстыдно оправдался тот.

Сидевший рядом Чжан Дафу был невероятно взволнован. Они и правда так сильно любят друг друга! Все так, как и говорят!

В таком случае, быть может, молодой господин Шэнь и в самом деле способен плакать жемчужинами?

Хозяину дворца Циню действительно очень-очень повезло!

http://bllate.org/book/15170/1340692