Готовый перевод Everywhere in Jianghu is Wonderful / Повсюду в Цзянху удивительно: Глава 78. Голубой лотос!

Молодой господин Лосюэ вернулся!

***

Из-за невероятного энтузиазма молодого воина Циня этой ночью, Шэнь-сяошоу только и оставалось, что терпеть его домогательства. Его задница уже не могла этого выносить, и в итоге он слабо запротестовал:

— Я устал!

— Поспи, если устал. — Склонившись, Цинь Шаоюй поцеловал его в щеку.

— Тогда слезь с меня! — сердито сказал Шэнь Цяньлин.

— Нет. — Цинь Шаоюй ущипнул его за попу. — Я хочу еще.

— В жопу твои хотелки! — поперхнулся Шэнь Цяньлин. — Если будешь продолжать в том же духе, завтра я вообще не смогу подняться.

— Если не сможешь встать, тогда не вставай. Можешь спать хоть весь день. — Цинь Шаоюй погладил его тонкую талию.

— Если я буду спать днем, тогда что буду делать ночью? — упрекнул его Шэнь Цяньлин.

— Сам знаешь что! — спокойно ответил Цинь Шаоюй.

Шэнь Цяньлин готов был разрыдаться:

— Молодой воин, тебе обязательно быть таким испорченным?

— Разве моя вина в том, что Лин-эр столь соблазнителен? — ничуть не стыдясь, парировал Цинь Шаоюй.

Сам обожрался, еще и обвиняешь рис, в том, что он слишком вкусный?! Шэнь Цяньлин пожаловался:

— Семь раз за ночь — так можно умереть от собственного стояка.

И не вини меня за то, что я не предупредил об этом раньше!

— Если я умру на тебе, то лучшего и желать нельзя, — прошептал Цинь Шаоюй ему на ухо.

Шэнь Цяньлин чуть не разревелся. Да блин, как ты мог такое сказать? Молодой воин, у тебя вообще скромность есть?

— Давай в последний раз, будь хорошим мальчиком, — подбодрил его Цинь Шаоюй.

— Без обмана! — Глаза Шэнь Цяньлина слегка покраснели. — Последний раз.

— Никакого обмана. — Держа его на руках, Цинь Шаоюй встал с кровати.

Эй-эй, это еще что?! Шэнь-сяошоу выпучил глаза:

— Ты-ты-ты куда?!

— А сам как думаешь? — Цинь Шаоюй поставил его перед подоконником.

Не хочу опять стоя, это уже невыносимо! Прикрыв своего сяо Лина, Шэнь Цяньлин побежал обратно.

— Давай вернемся в кровать... Ай!

Нужно быть совсем бессовестным, чтобы бесцеремонно таскать людей, полагаясь только на собственную силу!

— Обопрись получше. — Цинь Шаоюй похлопал его по заднице.

— Нет! — запротестовал Шэнь Цяньлин.

Цинь Шаоюй прижал его к окну и настойчиво поцеловал. А затем, пока тот был в замешательстве, прижал его к подоконнику и снова медленно вошел.

— Легче, ах! — жалобно вскрикнул Шэнь-сяошоу.

— Потерпи. — Цинь Шаоюй крепко сжал его талию.

— Почему это я должен терпеть? В момент близости всем должно быть хорошо, — снова запротестовал Шэнь Цяньлин. — Конечно же, нужно высказывать свое мнение, только с поправками можно добиться прогресса!

От этого шума у Цинь Шаоюя закружилась голова.

— А еще не забудь в следующий раз сменить мазь! — продолжал ворчать Шэнь Цяньлин. — Эта банка пахнет кремом для лица!

Едва учуяв этот запах, он сразу вспомнил свою бабушку. Это уже слишком!

Цинь Шаоюй усилил свой натиск.

— Ах! — Шэнь-сяошоу с шипением втянул воздух.

— Больше ничего не говори, просто кричи. — Рука Цинь Шаоюя приласкала его член.

— С чего вдруг? — недовольно спросил Шэнь Цяньлин. — У меня тоже есть права!

— С того, что я твой муж. — Цинь Шаоюй скрипнул зубами. — Еще слово, и я заткну тебе рот.

— ... — Шэнь Цяньлин.

Дикарь!

— Хороший мальчик. — Цинь Шаоюй наклонился и поцеловал его спину.

Почувствовав, как кончик языка слегка лизнул его спину, Шэнь Цяньлин прохрипел:

— Не надо...*

*П.п.: Жаль терять весь прикол. Он использовал 亚麻跌 yàmádiē жарг. не надо!, прекрати! (яп. 止めて).

— ... — Цинь Шаоюй.

Шэнь-сяошоу повернул голову и серьезно сказал:

— Диалект соседней страны.

Хозяина дворца Цинь сердился, но его все равно это позабавило.

Шэнь Цяньлин изогнул бровь и покосился на него.

— Так мы продолжаем или нет? — Цинь Шаоюй сжал его член.

— Конечно. — Бравада Шэнь-сяошоу взлетела просто до небес. — Служи господину как следует, и в будущем тебя ждут горы шелка и атласа.

— ... — Цинь Шаоюй.

Шэнь Цяньлин быстро опустился на подоконник, напрочь игнорируя тот факт, что сказал вовсе не свою реплику!

Как развязно!

Цинь Шаоюй откинул набок свои черные волосы и медленно провел пальцами по его позвоночнику. Мозоли на кончиках пальцев вызывали легкое покалывание. Шэнь Цяньлин прикусил губу и застонал.

Невероятно нежная эротическая сцена.

Неизвестно, сколько прошло времени, когда в комнате снова воцарилась тишина. Шэнь Цяньлин лежал на подоконнике, слегка задыхаясь, его тело будто лишилось всех сил.

— Лин-эр? — Цинь Шаоюй обнял его сзади. — Ты в порядке?

— Угу. — Шэнь Цяньлин откинулся в его объятьях.

— Я так тебя люблю. — Цинь Шаоюй куснул его за ухо.

— Я... тоже тебя люблю. — У Шэнь Цяньлина кружилась голова, и он чувствовал себя уставшим до невозможности. Одной рукой он уперся в окно, пытаясь встать поустойчивее, и не ожидал, что то распахнется.

На скрип деревянной рамы с крыши спрыгнул Шэнь Цяньфэн с кувшином вина в руках — его жилище находилось в глубине этого двора. Ему было лениво делать крюк до двери, и он решил напрямую перемахнуть через крышу. В итоге, едва он приземлился, перед глазами предстали стоящие у окна Шэнь Цяньлин с Цинь Шаоюем, и оба голые.

— А! — Шэнь Цяньлин вздрогнул от испуга.

Шэнь Цяньфэн в удивлении замер. Хотя он предчувствовал нечто подобное, но все равно первым желанием было хорошенько вдарить Цинь Шаоюю.

— Мы просто любовались луной, — невозмутимо заявил Шэнь Цяньлин.

Цинь Шаоюй сдерживал смех до боли в животе.

— Доброй ночи, брат. — Шэнь Цяньлин быстро захлопнул окно.

У Шэнь Цяньфэна помутилось в глазах.

Тайные стражи усадьбы Солнца и Луны с сочувствием посмотрели на своего старшего молодого господина.

Еще пару раз, и вы привыкните. Мы тоже прошли через все это!

В спальне Шэнь Цяньлин завернулся в халат, приник к окну и прислушался, затем повернул голову и шепотом спросил:

— Он ушел?

Цинь Шаоюй кивнул.

— Уверен? — усомнился Шэнь Цяньлин.

Цинь Шаоюй, взмахнув рукой, порывом воздуха распахнул окно.

Во дворе действительно никого не было.

— Ты меня до смерти напугал. — Шэнь Цяньлин перевел дух.

— Чего испугался? — Цинь Шаоюй ущипнул его за щеку. — Даже управляя небом и землей, разве можно еще управлять нами, когда мы хотим любоваться луной?

Ага, луной, как же! Шэнь Цяньлин отпихнул его.

Уверен, утром меня будет ждать еще одна порция нотаций.

Это куда хуже смерти!

Однако оказалось, что это были совершенно беспочвенные опасения Шэнь-сяошоу. На следующее утро Шэнь Цяньфэн ушел и даже не стал завтракать.

— Куда ушел брат? — спросил Шэнь Цяньлин, поедая кашу.

— В деревню Цяньу. — Цинь Шаоюй полил маринадом соевые ростки. — Обсудить, как они будут бороться с демонической сектой.

— А почему ты не пошел? — озадаченно спросил Шэнь Цяньлин.

— Почему я должен идти? — улыбнулся Цинь Шаоюй.

— ... — Шэнь Цяньлин.

Что значит "почему"? Разве это не само собой разумеющееся?!

— Четыре великие школы взяли это дело в свои руки. Что мне там делать? — Цинь Шаоюй скормил ему ложку соевых ростков.

— Но их цель — Фэн Цзюе, — сказал Шэнь Цяньлин. — Может, стоить объединиться?

— Ты уверен, что хочешь, чтобы я пошел? — Цинь Шаоюй с улыбкой посмотрел на него.

— Почему я не должен этого хотеть? — недоумевал Шэнь Цяньлин.

— В состав четырех великих школ входят Бесснежные Врата, — многозначительно произнес Цинь Шаоюй.

— ... — Шэнь Цяньлин.

Не могу поверить, что я забыл о лисице! Непозволительно!

— Мне все еще нужно идти? — Цинь Шаоюй продолжил кормить его паровыми булочками. — Младшего брата не нашел, кучу денег потерял, да еще и люди Цзянху сплетничают у него за спиной. Наверное, сейчас у него отвратительное настроение, но если тебе его жаль...

— То это не наше дело, — невозмутимо прервал его Шэнь Цяньлин.

Цинь Шаоюй разразился хохотом.

— Что тут смешного?!

Это же правда!

— Ага, это не наше дело. — Цинь Шаоюй доел оставшуюся булочку. — Пойдем прогуляемся.

Шэнь Цяньлин смутился.

Как можно бездельничать, когда все остальные заняты? Как можно идти гулять?!

— Нет ничего хорошего в том, чтобы сидеть дома, — сказал Цинь Шаоюй. — Пойдем погуляем, может, найдем какие-нибудь зацепки.

— Ну ладно. — Все равно делать было нечего. Шэнь Цяньлин кивнул, и после завтрака они ушли.

Скорее всего, из-за множества речушек в городе воздух утром был влажным и чистым. Шэнь Цяньлин глубоко вздохнул полной грудью. Без выхлопных газов и смога дышится очень здорово!

Людей в городе было немного. Цинь Шаоюй медленно повел его вдоль городской стены. На углу стояла старушка, продающая желтые магнолии. Шэнь Цяньлин подтолкнул Цинь Шаоюя.

Хозяин дворца Цинь вытащил серебряный слиток.

Старушка махнула рукой:

— Слишком много.

— Возьмите. — Шэнь Цяньлин присел перед ней на корточки. — Я куплю всю корзинку.

Женщина несколько раз поблагодарила его, поднялась, дрожа, и ушла.

В изящной плетеной бамбуковой корзинке благоухала желтая магнолия. Шэнь Цяньлин взял ее и встал, но вдруг заметил, что Цинь Шаоюй сидит на прежнем месте.

— Что такое? — Шэнь Цяньлин проследил за его взглядом и увидел, что в углу на камне кладки нарисован нежно-голубой цветок лотоса.

— Что-то не так? — тихо спросил Шэнь Цяньлин, заметив, что на его лице написано явно не восхищение рисунком.

— Это тайный знак банды Цянгу. — Цинь Шаоюй поднялся. — Появился голубой лотос, мир погрузился в хаос.

— Что это значит? — испугался Шэнь Цяньлин.

— Несколько лет назад банда Цянгу была кучкой безумцев, — сказал Цинь Шаоюй. — Теперь, объединившись с демонической сектой, они станут еще более сумасшедшими.

— Этот знак означает, что они начинают действовать? — спросил Шэнь Цяньлин.

— Да, — кивнул Цинь Шаоюй.

Шэнь Цяньлин забеспокоился.

— Идем. — Цинь Шаоюй потянул его за руку. — Вернемся в деревню Цяньу!

Шэнь-сяошоу послушно пошел за ним, глубоко вздохнув про себя.

Почему нельзя жить в мире?..

Тем временем в водной деревне Цяньу Инь Ушуан одной рукой опирался на стол, его брови были нахмурены, и он казался до предела уставшим.

— Глава Инь, вы плохо себя чувствуете? — спросил Шэнь Цяньфэн.

— Я плохо спал прошлой ночью, ничего страшного. — Инь Ушуан потер виски и, запрокинув голову, выпил чашку холодного чая.

Шэнь Цяньлин и Цинь Шаоюй подошли как раз в тот момент, когда тот аккуратно поставил чашку на место. Его движения были грациозными, как у лебедя, поэтому Шэнь-сяошоу, сравнив себя с ним, до глубины души расстроился!

— Шаоюй, Лин-эр, — удивился Шэнь Цяньфэн. — Что вы здесь делаете?

Взгляд Сяо Чжаня запылал.

Шэнь Цяньлин кашлянул. Большой брат, тебе стоит сдерживаться. Кстати, боярышник отлично утоляют жажду!

Инь Ушуан сделал вид, что не замечает их, и налил себе еще чашку чая.

— У западной стены я обнаружил голубой лотос банды Цянгу, — сказал Цинь Шаоюй.

Руки Инь Ушуана дрогнули, и чай пролился на стол.

Пережитое несколько лет назад в городе-призраке в пустыне все еще давало о себе знать, ведь тогда он впервые понял, что значит "сердце — словно потухший пепел". Тогда он окончательно сдался и никак не ожидал, что кто-то, рискуя жизнью, бросится его вытаскивать.

К сожалению, его глубокая сердечная привязанность так и не обрела взаимности.

— Голубой лотос? — Шэнь Цяньфэн тоже удивился, услышав о нем.

Цинь Шаоюй кивнул, но не успел и слова сказать, как к нему, спотыкаясь, подбежал окровавленный подчиненный.

— Что случилось? — Шэнь Цяньлин испуганно вздрогнул.

— Глава Инь, молодой господин Лосюэ вернулся. — Губы слуги дрожали от страха. — Он сошел с ума!

Перевод: Lissa_R

http://bllate.org/book/15170/1340658