Готовый перевод Royal Bluffing / Королевский Блеф: Глава 7

Зеленая стеклянная бутылка взмыла донцем вверх. Следом за ней судорожно задергался кадык Ынхо, жадно сглатывающего жидкость.

Соджу он нашел в холодильнике. Сам он его точно не покупал, так что, скорее всего, это была заначка, оставленная О. Никакой гордости. И зачем он только сохранил это пойло, которое стоило бы просто вылить в раковину?

На вкус соджу, которое он попробовал впервые в жизни, оказалось отвратительным. При каждом глотке его плечи пробивала мелкая дрожь. И зачем люди только тратят на это деньги? Но чем больше он пил, тем сильнее туманилось в голове, а для побега от реальности лучшего было и не придумать.

Опершись отяжелевшей головой о стену, Ынхо взял лежащую рядом увесистую бутылку. Председатель Чхве Ёрок оставил в его доме не только визитку. Лишь спустя приличное время Ынхо заметил этот подарок, аккуратно оставленный в прихожей.

Бутылка вина, которая даже на первый взгляд казалась безумно дорогой. Ынхо совершенно ничего не смыслил в винах, но сомневался, что такой человек оставил бы ему дешевку.

— Я ведь даже дешевку от хорошего не отличу...

Черную фольгу, обхватившую горлышко, оказалось не так-то просто снять. Когда он с трудом содрал её, обнаружилось, что отверстие плотно заткнуто пробкой. С губ Ынхо сорвался пустой, бессмысленный смешок.

— Надо же, подарил, а выпить-то я и не могу.

Мышление богача, который даже представить не мог, что у кого-то дома нет штопора, казалось просто смешным. Так он в очередной раз ощутил пропасть между их мирами.

Ынхо принялся жадно хлестать соджу, куда больше подходящее его положению. Как только горький алкоголь обжег язык, плечи снова содрогнулись.

— Горько... Неприятно... — тихие бормотания заполнили пустую комнату.

Пока он глушил спиртное без единого глотка воды, слух резанул резкий, противный скрип дверных петель. Бесцеремонно ввалившийся О с широкой ухмылкой посмотрел на обмякшего Ынхо.

— Ха, вы только посмотрите на этого ублюдка.

Ынхо медленно поднял глаза. При виде О у него тут же вырвались тяжелый вздох и ругательство. Давно ли он ушел? Из-за опьянения эмоции вырывались наружу куда откровеннее, чем обычно.

О наверняка расслышал короткое, пробормотанное сквозь зубы «блядь», но не придал этому значения. Наоборот, казалось, такой вид Ынхо его только забавляет: он подошел, гадко ухмыляясь.

— Ынхо, наш Ынхо-то, оказывается, сидит тут и хлещет водку.

От напевающего себе под нос О тоже разило кислым запахом перегара. Бросив на пол пластиковый пакет с бутылками, он грузно плюхнулся рядом. Его испачканные в грязи армейские ботинки раз за разом задевали бледные ступни Ынхо.

Ынхо подтянул колени, сжимаясь и без того худым телом в комок. Глядя, как тот изо всех сил старается избежать прикосновений, О презрительно фыркнул.

— Какую же хуйню ты творишь.

— ...

— Эй, ты ведь так и не достал денег? Блядь, и что теперь делать будешь? Может, попробуешь задницей поторговать? Подсказать местечко?

О украдкой скосил глаза. Из-под свободных шорт Ынхо виднелась бледная кожа. Облизнув покрытые коркой губы, мужчина достал сигарету и закурил.

— А это еще что?

С дьявольской скоростью О выхватил бутылку вина.

— Раз у тебя есть деньги на такую роскошь, лучше бы долги вернул, ублюдок.

Увидев дорогой алкоголь, совершенно не вязавшийся с положением парня, он разразился ругательствами и насмешками. Ынхо обхватил раскалывающуюся голову руками. Ему было тошно слышать этот голос, а сигаретный дым вызывал еще большее отвращение.

— Отдайте... Это не мое.

— Ого, посмотрите-ка на него. А ну убрал руки!

О неожиданно вытаращил глаза. У Ынхо не было сил препираться, поэтому он опустил протянутую руку и откинул голову назад.

Тем временем О достал из кармана штанов перочинный нож. Он поковырял исцарапанную рукоятку, и оттуда выскочило штопорообразное лезвие. Несмотря на ясные слова Ынхо, что вино принадлежит не ему, мужчина самовольно вытащил пробку.

Дорогой напиток булькающим потоком полился в глотку О. Понимал ли он вообще, сколько это стоит? О, будучи таким же местным жителем, как и сам Ынхо, понятия не имел об истинной ценности вина. Его привыкший к дешевому пойлу вкус сейчас наслаждался незаслуженной роскошью.

Ынхо мутным взглядом наблюдал за этой картиной. Было жаль вина — уж лучше бы он вылил его в канализацию.

Половина бутылки исчезла в мгновение ока. Глубоко затягиваясь сигаретой вместо закуски, О протянул бутылку Ынхо.

— Какая-то безвкусная херня. На, попробуй.

— ...

Ынхо не стал отказываться. В конце концов, вино предназначалось ему. В обычном состоянии он бы и не подумал притронуться к тому, из чего пил О, но сейчас алкоголь ударил в голову, и брезгливость притупилась.

Глоток, еще глоток — кадык на горле проворно заходил вверх-вниз. Чтобы поймать вытекающее из узкого длинного горлышка вино, Ынхо плотно прижался к нему губами, посасывая стекло.

Щека О, молча наблюдавшего за этой сценой, нервно дернулась. Он резко бросил на пол наполовину истлевшую сигарету и грубо схватил Ынхо за затылок.

— Ах ты ж сученыш...

Выплюнув внезапное ругательство, О резко подался вперед. Колючая щетина царапнула влажные губы Ынхо. От неожиданности парень аж подскочил на месте.

— Угх, не над...

Но не успел он даже воспротивиться, как О впился в него поцелуем. Схватив парня за волосы, он с силой запрокинул его голову назад и грубо всосался в мягкие губы.

— Ммп, ммм!

Ынхо изо всех сил задергался, пытаясь вырваться. Выронив бутылку, он уперся пустыми руками в плечи О и со всей мочи оттолкнул его. Чувство омерзения превысило все мыслимые пределы. Внезапно вспыхнувшая похоть этого человека вызывала лишь липкий ужас.

В ходе отчаянной борьбы их сплетенные тела с грохотом повалились на пол.

— Хаа, блядь, вообще-то я парней и даром не ебу...

Тяжело дыша, О навалился на Ынхо всем своим весом. Глубоко втягивая воздух, он начал тереться напряженным пахом о бедра парня.

— Но каждый раз, как вижу тебя, член так и встает, аж с ума схожу. И почему ты такой красивенький?

— Пусти!

— Ынхо, давай перепихнемся всего разок, а дядя простит тебе долг за этот месяц.

— А-а-ак! Пусти! Не хочу!

Придавленный к полу Ынхо вопил что есть мочи. Он отчаянно сопротивлялся, но перед грубой силой О мог лишь беспомощно извиваться. И чем больше он дергался, тем сильнее чужой член терся о его низ живота, а влажное, мерзкое дыхание обжигало лицо.

— Да замри ты! Говорят же тебе, приласкаю!

Возбужденный О щедро обслюнявил рот Ынхо. Его толстый язык, словно склизкий угорь, поддевал верхнюю губу парня, облизывая десны и зубы.

Ынхо до хруста стиснул зубы. К горлу подкатывала тошнота, но он отказывался разжимать челюсти.

— Сука, ну и заноза.

О злобно оскалился. Поскольку сопротивление Ынхо оказалось сильнее, чем он ожидал, ублюдок жестоко сдавил парню нос. Воздух перестал поступать, бледное лицо начало наливаться багрянцем, а ноги судорожно забили по воздуху.

В какое-то мгновение стиснутые зубы разжались. Ынхо жадно, с хрипом вдохнул недостающий кислород.

О не упустил момент и тотчас протолкнул свой толстый язык в приоткрытый рот Ынхо. Заодно он крепко перехватил мечущиеся руки парня.

Чмок, чавк — по комнате разнеслись мерзкие, жадные звуки поцелуя.

Ынхо извивался всем телом. Но навалившаяся на него тяжелая туша никуда не делась, а грязный язык О, словно присоска, продолжал хозяйничать в его рту.

И тогда Ынхо изо всех сил сомкнул челюсти. Язык О оказался зажат между коренными зубами, раздался мерзкий хруст. С диким криком О моментально отпрянул назад.

— Хх, ха-а, а...

Ынхо что было силы оттолкнул его и перекатился в сторону. Всё вокруг его рта было измазано смесью слюны и крови, но обращать на это внимание не было времени. Он попытался выскочить из дома, но у самой прихожей его грубо схватили за волосы на затылке.

— Ак!

— Ах ты ж!..

О со всей дури впечатал голову Ынхо в стену. Раздался глухой удар, и парень безвольно сполз вниз.

Не дав ему и секунды на то, чтобы прийти в себя, О схватил Ынхо за грудки и поволок обратно вглубь комнаты.

— Хотел, блядь, по-хорошему тебя приласкать, а ты вечно нарываешься на побои.

Под градом глухих ударов Ынхо скрутился в комок. Его тело, уже привыкшее к побоям, рефлекторно пыталось защититься. Но лицо моментально превратилось в кровавое месиво. Живот пронзила тупая боль, перед глазами всё поплыло и начало меркнуть. О сопротивлении не могло быть и речи — ему оставалось лишь безропотно сносить это одностороннее избиение.

— Хаа, сегодня ты у меня точно подохнешь.

Вдоволь выплеснув гнев, О потянул за ремень и расстегнул штаны. Даже вид тела, мало чем отличавшегося от трупа, вызывал в нем похоть. Точнее, сломленный, потерявший волю к сопротивлению Ынхо возбуждал его еще сильнее.

— ...Не надо.

Ынхо пробормотал это едва слышно, словно испуская последний вздох.

Из глаз беззвучно покатились слезы. И почему его жизнь так похожа на кромешный ад? Ему уже до смерти осточертели побои и нищета, а теперь его еще и собираются изнасиловать. Это жалкое существование вызывало у него невыносимую тошноту.

— Лучше просто... убей.

Уж лучше умереть, чем отдаться на милость О. Но на эту жалобную мольбу О не обратил никакого внимания, методично продолжая свое мерзкое дело.

Пока с него стягивали штаны, Ынхо судорожно шарил руками по полу. В какой-то момент его пальцы коснулись чего-то мокрого. Опрокинутая бутылка вина валялась совсем рядом.

— Ынхо... хаа, ты хоть понимаешь, сколько я с тобой нянчился? Да завалить тебя было раз плюнуть.

О раздвинул парню ноги и грубо смял кожу на внутренней стороне бедер. Бледная плоть, заполнившая его ладони, оказалась удивительно упругой. Этот сопляк выглядел тощим, как комарик, но кожа у него была такой мягкой и податливой.

В конце концов он приставил свой багрово-черный член к заднему проходу Ынхо. Потыкавшись головкой, он понял, что плотно сжавшееся от напряжения отверстие так просто его не впустит.

О с силой сплюнул Ынхо прямо между ног. Слюна, стекающая по разведенным ягодицам, из-за примеси крови имела красноватый оттенок. Прокушенный язык всё еще болезненно пульсировал. Взбешенный этим, О наотмашь влепил Ынхо пощечину.

Ынхо царапал пальцами голый пол. То, как он отчаянно пытался вырваться, выглядело поистине жалко. О шумно выдохнул, пытаясь успокоить вздымающуюся грудь.

— А кто знает, может, ты распробуешь и тебе так понравится, что глаза на лоб полезут? Глядишь, привяжешься, будешь меня «милым» называть. Жизнь — штука простая. Раз уж она такая дерьмовая, нужно хоть в сексе удовольствие находить.

Как только Ынхо срывался на отчаянный крик, что ему это противно, неизменно следовала жесткая пощечина. Блядь, ну и тяжело же тебя трахнуть, Сим Ынхо. И насколько же ты должен быть сладок, раз так ломаешься?

В тот момент, когда влажный язык коснулся бледной шеи, Ынхо выгнулся в приступе тошноты. И это стало для О последней каплей. Ах ты ж сука, муженька своего не признаешь.

Выкрикнув ругательство, он уже собирался вогнать в него свой член. И тут Ынхо изо всех сил вытянул руку. Бутылка вина, до которой было почти не дотянуться, наконец оказалась в его хватке.

О, ослепленный похотью, совершенно перестал следить за происходящим. И в это краткое мгновение, пока он отвлекся, Ынхо с силой размахнулся зажатой в руке бутылкой.

Хрясь!

Точный удар пришелся прямо в висок О, и с глухим стуком винная бутылка разлетелась на куски. Ошеломленный мощным ударом, О на мгновение замер, часто моргая. А затем из его пробитой головы ручьем хлынула кровь.

— ...Ах ты ж ублюдок!

Ынхо замахнулся снова. На этот раз он с размаху вонзил в голову мучителя расколотую «розочку». Острые края вошли точно в висок О. Зрелище мужчины с торчащим из головы куском стеклянной бутылки выглядело жутко и гротескно.

— Хх, ха-а!

Когда О застыл с вытаращенными глазами, Ынхо в ужасе отшатнулся назад. Под коленями О уже натекла красная лужа вина. И теперь в нее обильным потоком вливалась густая кровь.

Спустя секунду окоченевшее тело тяжело завалилось набок.

Словно это был не человек, а кусок бревна.

http://bllate.org/book/15037/1607374