Готовый перевод Seizing Dreams / Ловцы снов/Утраченные сны: Глава 24. Заседание суда

Чжоу Шэн, выглядя довольно беззаботно, курил с Хуан Тином, стоя возле здания суда. Заметив рассеянность Юй Хао, Хуан Тин спросил:

– Что случилось? – Юй Хао, ничего не говоря, просто покачал головой. Тогда Хуан Тин продолжил. – Просто отвечайте на вопросы, которые вам зададут. Все будет в порядке, если вы скажете правду.

Юй Хао и Чжоу Шэн согласно кивнули. Вскоре после этого вышел кто-то из сотрудников суда, чтобы забрать их, поэтому Хуан Тину пришлось с ними расстаться. Секретарь привел их в небольшую комнату для ожидания.

Увидев, что Юй Хао молчит, Чжоу Шэн попытался его подбодрить:

– Не нервничай слишком сильно. Мы свидетели, а к свидетелям относятся как к королевским особам.

Юй Хао рассмеялся.

– Последние несколько дней я кое о чем думал, – Чжоу Шэн поднял бровь, предлагая ему продолжать говорить, поэтому Юй Хао произнес, глядя на Чжоу Шэна. – Теперь, когда Ни-Ни решила дать показания против своего отца, кажется, что она сильно изменилась по сравнению с тем, какой она была в начале.

Чжоу Шэн небрежно лег на диван и скучающим голосом ответил:

– Может, она что-то поняла?

В этот момент Юй Хао почувствовал, что Чжоу Шэн о чем-то задумался, его взгляд, казалось, был направлен не на него, и тут на губах Юй Хао появилась лёгкая улыбка.

– За такой короткий промежуток времени, может ли человек набраться смелости и измениться до такой степени, чтобы лицом к лицу встретиться со страхами, которые ему никак не удавалось преодолеть в прошлом?

– Почему бы и нет? – тон Чжоу Шэна стал серьёзным, совершенно не похожим на его обычный. Иногда Юй Хао чувствовал, что не может понять Чжоу Шэна. Большую часть времени он был ленив, но когда он становился серьёзен, в нём появлялась уникальная аура, делающая его решительным и твердым.

Чжоу Шэн был очень проницательным и умным человеком, он был намного умнее многих. Юй Хао считал, что он даже умнее Чэнь Екая и Хуан Тина. Он чувствовал, что поведение, которое Чжоу Шэн демонстрировал большую часть времени, было своего рода маскировкой. Его истинная сущность обладала хорошими наблюдательными способностями, но большую часть времени Чжоу Шэн их не демонстрировал. Однако его развитая наблюдательность проявлялась в отношении к близким, так, например, он поддерживал Фу Лицюня, помогая тому справиться с разбитым сердцем, или заботился о Юй Хао. Когда Чжоу Шэн заставил Юй Хао сменить общежитие, он, понимая, что Юй Хао не желает пользоваться добротой других людей, предложил тому оплачивать комнату. После того, как Чжоу Шэн угощал его едой, он иногда позволял Юй Хао угощать его взамен. Однако он всегда выбирал блюда, которые Юй Хао смог бы оплатить.

Чжоу Шэн подмечал даже такие незначительные детали, как то, что Юй Хао этим утром вымыл волосы другим шампунем. Иногда он непринужденно шутил об этом, но в другие моменты его взгляд становился еще более пристальным, чем у Хуан Тина.

– Студенты, теперь ваша очередь давать показания, – поторопил их, вернувшийся секретарь.

Представления Юй Хао о судах были полностью основаны на том, что он видел в драмах по телеканалу TVB: истец сидит с одной стороны, ответчик – с другой, а адвокаты расхаживают по залу. Теперь, когда он впервые оказался в зале суда, он понял, что все выглядит совсем не так. Прокуратура и суд отнеслись к этому делу серьезно: в зале сидело несколько человек в полицейских фуражках.

Истцами были дядя и тетя Ши Ни. После того, как было представлено краткое изложение дела, все прошло неожиданно гладко, и у Юй Хао спрашивали только об основных событиях. Юй Хао лишь оставалось кивать и большую часть времени говорить «да» и «верно», поскольку собранные доказательства были исчерпывающими. Ши Лян на протяжении всего заседания просидел с опущенной головой, и адвокат ответчика задавал свидетелям не слишком много вопросов. За исключением того времени, когда ответчик давал свои показания, Ши Лян молчал.

Сердце Юй Хао охватили смешанные чувства. Он взглянул на Чжоу Шэна, который оставался спокойным, видимо, ожидая, что произойдет что-то подобное.

– Я признаю свою вину, – наконец произнес Ши Лян. – Я не разграничил должным образом свою любовь к дочери.

Ши Лян признал себя виновным!

Юй Хао был совершенно ошеломлен. Адвокат начал ходатайствовать о снисхождении к Ши Ляну, называя отношение Ши Ляна к Ши Ни всего лишь слишком сильной «любовью и желанием защитить дочь». Юй Хао мгновенно почувствовал присутствие другого вида «зла» – зла в рамках правовой системы, зла, которое ревностно ищет возможности защитить того, кто совершил преступление.

– Я умоляю дочь простить меня…

– Нет, мы не принимаем его извинений, – тот час ответил дядя Ши Ни. – Ши Ни тоже их не принимает.

– Ты, черт возьми, заслуживаешь попасть в ад! – раздался гневный крик Юй Хао, который прямо сейчас находился за свидетельской трибуной. Его крик был таким яростным, что даже Чжоу Шэн был поражен. В зале суда раздался гул, и к Юй Хао подошел сотрудник суда, чтобы попытаться его вывести. Однако Юй Хао все же выкрикнул. – И это то, что ты называешь «признанием своей вины»? Это твое раскаяние?

– Не трогайте его! – произнес Чжоу Шэн. – Мы уйдем сами.

Ши Лян посмотрел на Ши Ни, которая, проигнорировав его, перевела взгляд на Юй Хао, которого уводили. Затем она улыбнулась и кивнула Юй Хао и Чжоу Шэну.

В результате было вынесено постановление, что истец, дядя Ши Ни, заберет ее из города Ин, чтобы она могла начать новую жизнь. После того, как Ши Лян признал себя виновным, судья нетерпеливо выслушал его раскаяние, прежде чем, наконец, завершить это судебное заседание.

***

Юй Хао поспешно шел по коридору, желая найти Ши Ни.

– Давай, поторопись! – крикнул ему Чжоу Шэн. – Ни-Ни!

Дядя и тетя Ши Ни уже отвели ее к машине. Затем дядя побежал к Юй Хао и сказал:

– Я поймал еще одно такси. Мы подождем вас в том месте, где вчера договорились встретиться.

Юй Хао и Чжоу Шэн вышли на улицу. Возле здания суда толпилось множество репортеров, которые бог весть знает откуда узнали об этом деле. Протолкнувшись сквозь толпу, Юй Хао и Чжоу Шэн сели в такси и поехали к парку развлечений, чтобы там встретиться с Ши Ни.

– Идем! – Чжоу Шэн достал билеты и повел Юй Хао внутрь.

Ши Ни сначала вернулась в отель, чтобы переодеться, и уже потом отправилась в парк.

– Где же они? – взволнованно произнесла она, выходя из такси.

Почти одновременно Юй Хао и Чжоу Шэн, одетые в приталенные костюмы, белые рубашки, черные галстуки и очки, вежливо встали по обе стороны от входа в парк и произнесли:

– Ваше Высочество, пожалуйста, сюда.

Ши Ни чуть с ума не сошла от такого сюрприза. Оказывается, Юй Хао и Чжоу Шэн заранее подготовились, арендовав в парке развлечений два костюма для косплея по мотивам «Черного дворецкого», и теперь только и ждали Ши Ни.

– Вау! Юй Хао, ты такой красивый! – увидев их, тут же воскликнула Ши Ни.

Юй Хао бросил быстрый взгляд в зеркало, когда переодевался. Он не ожидал, что его фигура будет так хорошо смотреться в костюме. Чжоу Шэну же, напротив, не хватало утонченности и обаяния.

– Эй, эй, – ответил Ши Ни Чжоу Шэн. – Ты что-то имеешь против меня? Разве я не красив?

– Ты тоже очень красивый, – Ши Ни посмотрела на Юй Хао. – Вау, ты и вправду похож на темного дворецкого!

– А как насчет меня?! – опять вмешался Чжоу Шэн.

– Ты выглядишь как босс мафии…

Чжоу Шэн от такого ответа потерял дар речи.

– Мы заберем тебя вечером, – дядя Ши Ни помахал ей рукой, затем Юй Хао и Чжоу Шэн провели девочку внутрь.

Юй Хао всегда считал странным вместе с Чжоу Шэном приводить Ши Ни в парк развлечений, как будто они привели сюда свою дочь. Но в этих двух черных костюмах, которые Чжоу Шэн взял напрокат, они превратились в дворецких, сопровождающих свою принцессу. Их наряды привлекали взгляды бесчисленных отдыхающих, и все они завидовали Ши Ни, которая, казалось, жила в атмосфере, похожей на атмосферу романа о Мэри Сью.

Благодаря тому, что Чжоу Шэн купил три VIP-пропуска, они смогли избежать очередей. Они прокатились на американских горках целых семь раз, после чего Ши Ни не выдержала:

– Вы двое продолжайте развлекаться, а я подожду вас внизу.

– Это всё, на что ты способна? – поддразнил ее Чжоу Шэн.

– Меня сейчас вырвет! – смеясь, ответила Ши Ни. – Кто вообще будет семь раз катать девушку на американских горках?!

– Я хочу прокатиться еще несколько раз, – отмахнулся Чжоу Шэн. – Юй Хао, идем!

– Я больше не могу, – выдохнул Юй Хао. – Ты можешь идти один…

– В чем смысл кататься одному?! – ответил Чжоу Шэн, а после обнял Юй Хао и потащил его прочь, не позволяя тому больше протестовать.

Если американские горки для Юй Хао были просто кошмаром, то быть в компании Чжоу Шэна, у которого был VIP-пропуск, это был кошмар в кошмаре, потому что он предпочитал сидеть в первом ряду.

– Ты не можешь выбрать что-нибудь другое? – взмолился Юй Хао.

– Могу. Хочешь что-то еще более захватывающее? Давай купим по миске кисло-острой лапши и пойдем ее есть прямо на американских горках. Посмотрим, кто первым доест свою лапшу!

– Не нужно! – тут же остановил его Юй Хао. – Всё в порядке! Я поеду!

– А-а-а… – совершенно искренне кричал Юй Хао, пока они, в очередной раз летели вниз. Он широко распахнул глаза, ощущения парения были точно такими же, как в тот раз, когда он взмыл в небо вместе с Генералом.

– Ладно, я накатался, – через полчаса Чжоу Шэн, наконец-то, устал от американских горок. – Идем на башню свободного падения.

– Ни за что! – в один голос ответили Ши Ни и Юй Хао.

– Тогда колесо обозрения, – сказал Чжоу Шэн. – Колесо обозрения – нормально же?

– Вы двое, идите вперед, – махнула рукой Ши Ни. – Мне нужно в туалет!

Поскольку они не могли помочь ей с очередью в туалет, то Чжоу Шэн потянул Юй Хао прокатиться на колесе обозрения вдвоем. Оказавшись в кабинке, они сели лицом друг к другу, и Чжоу Шэн произнес:

– Как-то это странно.

После этих слов Чжоу Шэн снял свой пиджак и теперь остался только в одной белой рубашке, в то время как Юй Хао все еще был одет в костюм.

– Должно быть, все думают, что мы гангстеры, которые приехали сюда на отдых, – улыбнулся Юй Хао.

– Это больше похоже на то, что мы «сопровождаем дочь нашего босса», – Чжоу Шэн выглянул из колеса обозрения и признался. – Я впервые на колесе обозрения.

– Сегодня я тринадцать раз был на американских горках, семь раз на гигантских качелях и первый раз на колесе обозрения, – серьезно ответил Юй Хао.

– Посмотри туда, – Чжоу Шэн жестом пригласил Юй Хао выглянуть наружу.

– Что такое? – и Юй Хао посмотрел в указанном направлении, за окнами кабинки виднелось облако, окутывающее вершину горы. – Что там?

– Просто выглядит красиво, – пожал плечами Чжоу Шэн. – Хотел тебе показать.

В этот момент Юй Хао внезапно понял, что Чжоу Шэн сегодня в хорошем настроении, хотя он и не знал, почему тот был счастлив.

– Как думаешь, Ни-Ни станет лучше? – спросил Юй Хао.

Чжоу Шэн откинулся на спинку сиденья и задумался, а затем искренне ответил:

– Конечно, станет. А тебе? – Юй Хао почувствовал, что сегодня Чжоу Шэн был совершенно другим человеком. Чжоу Шэн немного помолчал, а после продолжил. – Когда ты повезешь ее в аэропорт, я напечатаю сегодняшние фотографии и сделаю для нее фотоальбом.

Юй Хао улыбнулся ему. Чжоу Шэн был сбит с толку. Он посмотрел в окно, затем вновь перевел взгляд на Юй Хао:

– Чему ты улыбаешься?

– Вокруг тебя ореол, – ответил Юй Хао.

Чжоу Шэн в недоумении посмотрел на него.

– Когда я выступал на сцене, мне сказали, что мое тело окружено ореолом…

– О, теперь я вспомнил. Шань-цзе тоже так говорила. Она сказала, что ты кажешься совершенно другим человеком, словно тебя освещает прожектор.

– Сегодня ты выглядишь так же, – улыбнулся Юй Хао.

Чжоу Шэн подозрительно посмотрел на него и спросил:

– Я?

– Да, – серьезно ответил Юй Хао.

Чжоу Шэн внезапно смутился:

– Ладно, перестань нести чушь, это все мой неотразимый нынешний костюм!

– Твой костюм так себе, – рассмеялся Юй Хао. – Но ты выглядишь великолепно.

Чжоу Шэн, еще сильнее смутившись, ничего на это не ответил.

– Было весело кататься на колесе? – спросила их Ши Ни, едва они сошли.

– Это было действительно весело. Если хочешь, могу прокатиться и с тобой, – ответил Чжоу Шэн. – Нам все равно не придется стоять в очереди.

– Я хочу прокатиться с Юй Хао, – призналась Ши Ни. – А ты пока можешь сходить в туалет.

Чжоу Шэн растерянно посмотрел на девочку, а Юй Хао вновь пошел к колесу.

– Надеюсь, Чжоу Шэн не рассердится, я просто хотела поговорить с тобой наедине… – обеспокоенно произнесла Ши Ни.

– Не волнуйся, он не рассердится, – успокоил ее Юй Хао.

– Ты выглядел таким крутым, когда сегодня кричал на моего отца, – сказала Ши Ни.

Юй Хао немного смутился.

– Я просто очень разозлился.

– Не волнуйся, теперь я в порядке. Сегодня со мной связалась женщина и спросила, не соглашусь ли я дать интервью.

– Что за женщина? – занервничав, спросил Юй Хао.

– Представитель Муниципального народного конгресса.

– Кто?!

Ши Ни достала визитную карточку и передала ее Юй Хао:

– Я сказала ей, что ты и Чжоу Шэн были теми, кто помог мне, поэтому она хотела встретиться и с вами. Ты согласен? Вы много чего знаете… И я думаю, вы можете рассказать ей мою историю.

Юй Хао внимательно посмотрел на карточку, затем ответил:

– Чего она хочет?

– Она хочет организовать несколько занятий по общественной безопасности в детских садах и начальных школах города…

– Уроки общественной безопасности? – переспросил Юй Хао. – Ладно, думаю, мы можем ей помочь. Было бы здорово, если бы она смогла организовать подобные занятия!

Юй Хао сфотографировал карточку, и они вдвоем сошли с колеса обозрения. Они увидели недовольного Чжоу Шэна, который купил немного напитков и жареной курицы, пока ждал их.

– Теперь твоя очередь, – улыбнулась Ши Ни и потащила уже Чжоу Шэна на колесо обозрения.

В пять часов вечера Юй Хао и Чжоу Шэн переоделись и вывели Ши Ни из парка, чтобы проводить ее в аэропорт.

– Мне еще нужно приготовить тебе подарок, увидимся перед вылетом, – сказал Чжоу Шэн, наклоняясь к Ши Ни.

Когда они прибыли в аэропорт города Ин, дяди и тети Ши Ни еще не было. Они договорились встретиться возле контрольно-пропускного пункта.

– Ты… – произнес Юй Хао. – Ты же еще вернешься, Ни-Ни?

– К тому времени, как я вернусь, я, наверное, уже буду взрослой, – ответила девочка.

– Береги себя, – с улыбкой сказал Юй Хао.

– Тебе тоже нужно беречь себя. Больше не встречай такого ужасного ребенка, как я.

Юй Хао внезапно рассмеялся, но глаза Ши Ни наполнились слезами, и эти слезы грозили пролиться наружу. После того, как Юй Хао закончил смеяться, он сказал:

– Ты не «ужасный ребенок». Одна из вещей, о которых я никогда в жизни не жалел, это встреча с тобой.

Слезы хлынули из глаз Ши Ни, и она бросилась вперед, крепко обнимая Юй Хао.

– Не надо, когда Чжоу Шэн придет, он снова расстроится, – рассмеялся Юй Хао. – На самом деле, Чжоу Шэн – моя опора в этом деле. Так что если ты будешь благодарить только меня, это будет слишком несправедливо по отношению к нему.

Ши Ни отстранился от Юй Хао и смущенно произнесла:

– Он... он мне тоже нравится, но он такой высокомерный. Юй Хао, посмотри... мое платье выглядит красиво?

Она деликатно подняла края своего платья – прямо как в тот момент, когда поклонилась им во сне, стоя под тотемом.

Юй Хао внимательно осмотрел платье и вспомнил ее сон. То ее платье было материализацией ее тотема. Оно одновременно было и ее доспехами, и великолепным платьем принцессы.

– Оно прекрасно, – ответил Юй Хао. – Весь день хотел это сказать.

– В тот день, когда арестовали моего отца, мне даже приснилось, что я носил это платье во сне.

– И в том сне ты видела меня, да?

– Я несколько раз видел вас обоих во снах, – улыбнувшись, ответила Ши Ни.

Юй Хао кивнул:

– Хм… а что я делал в твоем сне?

– В моем сне… – Ши Ни изо всех сил старалась вспомнить детали того сна, и сердце Юй Хао внезапно забилось быстрее. – Мне приснились ты и Великий Мудрец, – Ши Ни немного подумала и добавила. – Вы оба победили… монстра, в которого превратился мой отец. Затем солнечный свет разлился повсюду, и я перестала бояться.

– Великий Мудрец? Кто это? Ты когда-нибудь видела Сунь Укуна раньше?

Ши Ни немного подумала, затем рассмеялась:

– Почему ты спрашиваешь меня об этом? Да… Я, должно быть, видела его раньше. Мне кажется, что ночью снится то, о чем думаешь днем, так что это, вероятно, были ты и… Чжоу Шэн? Разве вы не всегда вместе? Вот почему я спросила, твой ли он парень. Что-то не так?

В этот момент все звуки вокруг Юй Хао смолкли. Наконец-то в аэропорт приехал дядя Ши Ни, и девочка замолчала, многозначительно улыбнувшись Юй Хао. Тот попрощался с ней, и Ши Ни прошла через контрольно-пропускной пункт.

В этот момент Юй Хао обернулся и увидел бегущего Чжоу Шэна, который растерянно и взволнованно оглядывался по сторонам, разыскивая их в толпе.

– Юй Хао! Юй Хао! – выкрикнул Чжоу Шэн, пробежав больше половины аэропорта с фотоальбомом в руке.

Его остановила охрана, но тут Ши Ни крикнула:

– Чжоу Шэн!

Она снова выбежала к ним, и Чжоу Шэн передал ей фотоальбом. Затем они попрощались, стоя перед контрольно-пропускным пунктом, прежде чем Ши Ни снова прошла проверку.

– Уф, – выдохнул Чжоу Шэн. – Едва успел! По дороге были такие пробки!

Говоря это, он сделал жест «V» Юй Хао.

Сердце Юй Хао колотилось, словно внутри него прорвало плотину. Он тупо уставился на Чжоу Шэна. Заходящее солнце, ослепительным прожектором, лилось сквозь крышу аэропорта, освещая Чжоу Шэна.

Конец 1 тома: Великая стена

http://bllate.org/book/15009/1337939