Готовый перевод In Our Line of Work, The Biggest Taboo is Falling in Love with A Client / В нашей работе самое большое табу - влюбиться в клиента: Глава 13

На следующее утро, вернувшись в офис, Лин Чэнь первым делом отправился докладывать о своих «достижениях» директору Суну.

Разумеется, Лин Чэнь не мог рассказать, как все было на самом деле.

- Я встретил Великого шамана... Великий шаман, хм, господин Ху, он… Хороший человек, - после долгой паузы Лин Чэнь смог сказать только это.

- И все? - Спросил директор Сун, даже не подняв головы, полностью занятый подписанием документов.

Лин Чэнь ненадолго задумался.

- Он показал мне свою коллекцию и рассказал, что в последнее время занят разработкой программного обеспечения.

Как только он замолчал, рядом раздался смех. Лин Чэню не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что один несносный призрак наслаждается представлением.

Несносный призрак лениво протянул:

- Сяо Лин, почему бы тебе не рассказать, что у него за коллекция? Фигурки Хацунэ Мику или Гандам? Что касается разработки программного обеспечения, то как только он добавит функцию MBTI, ты сможешь протестировать ее на директоре Суне.

Пользуясь моментом, пока директор Сун не видит, Лин Чэнь занес кулак, как будто собираясь ударить Хэ Цзиньчжао, однако тот отлетел назад, с легкостью уворачиваясь.

Хуже всего было то, что директор Сун как раз в этот момент поднял голову и с удивлением уставился на поднятый кулак Лин Чэня.

- …

Рука Лин Чэня неловко застыла в воздухе.

В этот момент Хэ Цзиньчжао снова подлетел и небрежно положил руку Лин Чэню на плечо, практически повиснув на нем. Притворяясь обеспокоенным, он дал совет:

- Сяо Лин, послушай меня. Начни махать рукой и делать движения, будто то сжимаешь, то разжимаешь ладонь в кулак.

- ?

Лин Чэнь был озадачен, но рефлекторно последовал его инструкциям.

Взгляд директора Суна становился все более недоуменным, пока он наблюдал, как его любимый сотрудник разыгрывает в кабинете пантомиму.

- ...

Лин Чэнь наконец понял, что его одурачили, и едва слышно прошипел сквозь зубы:

- Хэ Цзиньчжао, ты выставляешь меня идиотом.

Хэ Цзиньчжао ухмыльнулся.

- Вовсе нет! Ты очень убедительно играешь. Когда директор Сун спросит, что ты делаешь, просто скажи, что ты пытаешься поймать жука.

- Лин Чэнь, пытаешься поймать жука? - Понимающе воскликнул директор Сун. - В горах так много насекомых. Утром я открываю окна для проветривания, и они всегда залетают внутрь. Ты не поверишь, но на днях я действительно видел многоножку длиной с предплечье, ползущую по моему столу. Это было абсолютно ужасающе!

Лин Чэнь:

- ...

Хэ Цзиньчжао заинтересованно поднял брови.

- Сяо Лин, я же говорил, что ты убедительно играешь.

Проигнорировав Хэ Цзиньчжао, Лин Чэнь стиснул зубы и поддержал диалог с директором:

- Многоножка - это действительно жутко. Как вы от нее избавились?

- Избавился? Зачем? - Директор Сун загадочно улыбнулся и указал на незаметный угол кабинета. - Раз она уже здесь, почему бы не позволить ей остаться в качестве гостя?

Лин Чэнь проследил взглядом за его рукой и увидел темно-коричневую бутылку с лечебным вином, стоящую в углу!

Сквозь прозрачное стекло можно было увидеть плавающий внутри SR%T#%amp;R, и H%@%^*O, и даже VY￥#@#%*... Вся бутылка напоминала зелье злой мачехи, пузырящееся так, будто из него в любой момент может вылезти шипящее и визжащее чудовище с восемью ногами и двенадцатью парами глаза.amp;R, и H%@%^*O, и даже VY￥#@#%*... Вся бутылка напоминала зелье злой мачехи, пузырящееся так, будто из него в любой момент может вылезти шипящее и визжащее чудовище с восемью ногами и двенадцатью парами глаза.

Лин Чэнь резко втянул воздух.

Хэ Цзиньчжао погрузился в глубокое молчание.

Лин Чэнь подумал про себя: «Почему кажется, что директор Сун гораздо более ужасающий, чем эта многоножка?»

- Сяо Лин, давай выбираться отсюда, - сказал Хэ Цзиньчжао с редкой робостью. - Боюсь, если я задержусь тут, директор Сун оставит и меня в качестве гостя.

Лин Чэнь:

- ...

Вряд ли.

- Я настаиваю это лечебное вино уже более десяти лет. Оно тут с тех пор, как я въехал в этот кабинет. Оно очень крепкое, поэтому обычно я не решаюсь его пить, - директор Сун с энтузиазмом представил свое лечебное вино и великодушно сказал: - Лин Чэнь, тебе удалось встретиться с Великим шаманом и так долго с ним поговорить. Я не ошибся: у вас, молодых, есть общие темы. Давай я налью тебе, отпразднуем.

- Нет, нет, нет, - поспешно отказался Лин Чэнь. - Сегодня у меня шесть заказов, мне скоро нужно в зал прощания. Если родственники увидят меня пьяным, у них обязательно будут претензии.

- Ах, конечно, работа важнее, - с сожалением сказал директор Сун. - Ничего. Это вино всегда стоит у меня в кабинете. Когда захочешь выпить, просто заходи в любое время.

Лин Чэнь:

- ... Спасибо.

Он никогда в жизни больше не переступит порог этого кабинета.

***

Лин Чэнь не врал, у него действительно было шесть заказов на сегодня, а это означало, что ему предстояло нанести грим шести умершим людям.

Сегодняшняя работа не была особенно сложной - все умершие были пожилыми людьми, скончавшимися от болезней. С недавней сменой сезонов участились респираторные инфекции. Даже обычная простуда могла стать причиной угасания жизни.

Лин Чэнь припарковал скутер у входа в зал прощания, взял свой чемоданчик и направился внутрь. Когда он уже собирался открыть дверь помещения с гробом, его рука замерла. Он повернулся к Хэ Цзиньчжао:

- Подожди меня здесь. Не заходи.

Хэ Цзиньчжао удивился:

- Почему?

С момента его смерти, он и Лин Чэнь, связанные красной нитью, были практически неразлучны - куда бы ни пошел Лин Чэнь, он следовал за ним. За исключением посещения ванны и туалета, это был первый раз, когда Лин Чэнь запретил ему сопровождать его.

Лин Чэнь лаконично ответил:

- Уважение к умершим.

Хэ Цзиньчжао стало любопытно:

- Но я тоже мертв. Разве мертвому нельзя видеть мертвых?

Лин Чэнь покачал головой.

- Это другое. Никто не хочет, чтобы посторонние видели их истощенными после долгой болезни. Моя работа - сохранить последнее достоинство умерших.

Хэ Цзиньчжао в конце концов согласился и остался ждать снаружи в незаметном углу. Новый телефон еще не доставили, ему было нечего делать, поэтому он бесцельно парил по двору, наблюдая за людьми.

Семья покойного прибыла рано. Несмотря на потерю близкого родственника, на их лицах почти не было печали. Несколько мужчин среднего возраста курили и болтали на местном диалекте.

Хэ Цзиньчжао просто проплывал мимо, но их слова долетели до его ушей.

- ... Я спросил, место на кладбище стоит более ста тысяч. Черт возьми, в наше время и жить дорого, и умирать дорого.

- ... Что ты беспокоишься? Мы просто скинемся по несколько десятков тысяч, и все.

- ... Несколько десятков тысяч? Легко сказать! Детям нужны деньги на школу, на дополнительные занятия, а у нас ипотека и кредит на машину. Где мы возьмем такие деньги?

- ... Тогда найди того, у кого есть деньги.

- ... Ты имеешь в виду?

- ... Разве Линьлинь из семьи двоюродного дяди не актриса? Она теперь стала знаменитой, даже снялась с Хэ Цзиньчжао в последнем фильме. Ты не видел? У нее наверняка есть деньги. Что для нее сто тысяч?

- ... Ее родители разведены уже много лет. Эта Линьлинь даже сменила фамилию. Она уже дала десятки тысяч, когда мать лежала в больнице. Как-то неудобно еще просить.

- ... Сменила фамилию или нет, в ее жилах все равно течет кровь нашей семьи! Если она не даст деньги, я напишу в интернете, назову ее, эм, назову ее неблагодарной по отношению к старшим, холодной и безжалостной! Актеры, такие как она, боятся подобных слухов.

Услышав знакомое имя, Хэ Цзиньчжао удивился.

Линьлинь, о которой говорили эти люди, если он не ошибался, была новой актрисой, подписавшей контракт с его агентством в прошлом году, выпускницей театральной школы, чья игра была еще сыровата. Для ее продвижения компания специально дала ей роль второго плана в новом фильме Хэ Цзиньчжао. У нее было всего несколько минут экранного времени, в основном чтобы она засветилась и получила опыт. Ходили слухи, что ее агент планировал вскоре взять ее на вторую женскую роль в низкобюджетном веб-сериале.

Хотя они оба были актерами одного агентства, Хэ Цзиньчжао был киноимператором, и у них не было личных связей. Он и понятия не имел, что ее семейная ситуация была настолько сложной. Ее родители развелись давным-давно, но эти дальние родственники все еще ожидали, что она будет оплачивать их счета.

Как у некоторых людей может быть настолько толстая кожа? Такая жадность к чужим деньгам была поразительна.

Услышав это, Хэ Цзиньчжао не мог остаться в стороне. Он махнул рукой, и на телефонах тех мужчин внезапно раздались уведомления о сообщениях.

Они одновременно достали телефоны, посмотрели на них и были совершенно шокированы!

Старший брат и его жена казались счастливой парой, но на самом деле они отдалились друг от друга. Он страдал от импотенции в течение многих лет и посещал несколько урологических клиник, тем временем жена возобновила отношения со своей первой любовью и требовала развода. Ребенок второго брата прогуливал занятия в университете, списывал, и был пойман с поличным преподавателем. Его исключили, но он не осмелился рассказать об этом родителям и скрывал это. Третий брат погряз в онлайн-казино и обманывал родственников, убеждая их, что у него есть отличный инвестиционный проект, и занимал деньги у всех вокруг...

Все эти доказательства были отправлены в семейный чат WeChat [Любящая семья] неизвестным пользователем. Никто не знал, как этот пользователь с ником «@Ощущение, что тело теплое» проник в группу и получил эту тщательно скрываемую информацию. Однако после того, как он все обнародовал и погрузил чат в полный хаос, он тут же вышел и удалил аккаунт.

В одно мгновение только что «любящая семья» набросилась друг на друга.

- Молодец, брат! Ты обманул нас, присвоив наши с трудом заработанные деньги под видом инвестиций! Верни нам наши деньги!

- С трудом заработанные деньги? Кто знает, может, это были деньги за молчание от твоей первой любви?

- И ты еще смеешь говорить! Ты без умолку хвастался достижениями своего замечательного сына - сначала об обучении за границей, потом о получении стипендии. Оказалось, что все это было пустыми словами! Готов поспорить, что ты купил его аттестат о среднем образовании!

Тихий, пропитанный скорбью зал прощаний мгновенно превратился в рынок. Люди стояли, уперев руки в бока, и их крики становились все громче, пока не заглушили даже рыдания из соседнего зала прощания. Другие скорбящие семьи бросали на них осуждающие взгляды.

В итоге члены семьи начали драться! Один хватал за волосы, другой рвал одежду, они царапались и кусались, вскоре у одного слетел парик... Увидев это, подоспели охранники и быстро разняли ссорящихся родственников.

Даже когда их оттащили в стороны, поток ругани не утихал. Они бросали друг в друга самые жестокие оскорбления, их слова становились кинжалами, вонзающимися в сердца их близких.

Хэ Цзиньчжао стоял в стороне, скрестив руки, на его красивом лице читалось презрение, а на губах играла холодная усмешка.

Когда Лин Чэнь услышал шум из зала прощаний и вышел, он увидел картину полного хаоса.

Невозмутимый, он подошел со своим рабочим чемоданчиком в руках к одному из мужчин и медленно спросил:

- Грим готов. Кто из родственников пойдет подтвердить?

Мужчина средних лет, раскрасневшись и вспотев, размахивал в руках париком, пытаясь натянуть его на голову.

- Кто ты вообще, мать свою? Откуда ты взялся? Не видишь, что я занят?

Лин Чэнь отступил на шаг, уворачиваясь от брызг слюны, равнодушно пожал плечами и обошел их, направляясь к выходу из зала прощаний.

Хэ Цзиньчжао, насмотревшись на представление, последовал за ним.

Хэ Цзиньчжао спросил:

- Сяо Лин, почему ты ни капли не удивлен?

Лин Чэнь ответил:

- Чему тут удивляться?

- Такой бардак, а ты даже бровью не повел, - заметил Хэ Цзиньчжао, становясь все более любопытным.

Лин Чэнь ответил:

- Господин киноимператор, как ты представляешь себе похороны? Члены семьи с выражением глубокой скорби на лицах, все прошлые конфликты забыты перед лицом смерти, все обнимаются и плачут вместе? Извини, но такое бывает только в сериалах. Настоящие похороны гораздо интереснее любого сериала в прайм-тайм.

- ...

- Из-за наследства дети покойного устроили драку со своими бабушкой и дедушкой. После смерти отца, внезапно объявилось несколько внебрачных детей и стали ссориться из-за имущества, называя друг друга незаконнорожденными. Умер должник, и пришел кредитор, чтобы устроить сцену. Умер мужчина, и его любовница залезла в гроб, чтобы в последний раз поцеловать его, а ее застукала законная жена… Видишь металлоискатель у входа в зал прощания? Здесь однажды произошло нападение с ножом, поэтому директор Сун утвердил его установку...

Каждая история звучала совершенно невероятно, но Лин Чэнь рассказывал о них с абсолютным спокойствием, словно пересказывал скучные истории из книг.

Только тогда Хэ Цзиньчжао понял, почему во время недавнего хаоса сотрудники похоронного бюро так быстро прибыли на место и так эффективно разняли дерущихся.

Оказалось, что подобные инциденты происходили уже бесчисленное количество раз.

- Это действительно..., - начал Хэ Цзиньчжао, но не смог подобрать слов. В конце концов, он просто покачал головой и усмехнулся.

Он вспомнил, что на его похоронах Лин Чэня заставили подписать соглашение о конфиденциальности и обыскали его, и он спокойно выполнил все требования. Может быть, в глазах Лин Ченя его смерть тоже была не более чем интересным зрелищем?

Единственным исключением стало то, что Хэ Цзиньчжао не растворился в пустоте после своей физической смерти. Его душа осталась неразрывно связанной с Лин Чэнем.

При этой мысли на лице мужчины появилась легкая улыбка.

Лин Чэнь, не подозревая о мыслях Хэ Цзиньчжао, остановился и обернулся, оглядывая охваченное хаосом помещения. Его взгляд упал на черно-белый портрет. На фотографии пожилая женщина была опрятно одета, с седыми волосами и улыбающимися глазами, она смотрела на своих почтительных сыновей и внуков, которые ссорились в зале прощания.

Час назад, когда Лин Чэнь открывал дверь комнаты с гробом, он на мгновение напрягся - он боялся, что, открыв дверь, увидит призрак старушки, растерянно парящий над телом. Он боялся снова столкнуться с призраком.

К счастью, он ничего не увидел.

Как сказал Ху Ичжи, не каждая душа остается в этом мире в виде призрака. Старушка окончательно ушла, и ей не придется видеть уродливые лица людей в зале прощания.

- Как жаль..., - пробормотал Лин Чэнь себе под нос.

Хэ Цзиньчжао думал, что понимает его чувства, и спросил:

- Что жаль? Что старушка не обрела покой после смерти?

- Нет, - вздохнул Лин Чэнь. - Жаль, что все родственники слишком заняты ссорой и я не получу от них красный конверт.

- ...

http://bllate.org/book/14930/1501850