Готовый перевод Forensic Traversing Notes / Записки трансмигрировавшего судмедэксперта: Глава 80

Фан Инъин кивнула, сосредоточилась и вернулась к осмотру тела. Она раздвинула ноги Ню Саньнян и начала осматривать ее половые органы. Ню Саньнян умерла совсем недавно и все еще сохраняла вид, который был у нее при жизни, поэтому все присутствующие мужчины, кроме Чжуан Чжуна и Люй Да, невольно отвели взгляд в сторону.

Фан Инъин сначала нахмурилась, затем взяла увеличительное стекло и внимательно присмотрелась, а затем даже засунула руку в перчатке внутрь, отчего у наставника Туна невольно покраснели кончики ушей.

- Дажэнь, посмотрите. Половые губы погибшей опухли, видны волдыри, а из влагалища вытекает серовато-белая слизь.

От волнения Фан Инъин невольно повысила голос, и теперь все присутствующие, кроме Чжуан Чжуна, - и мужчины, и женщины, - поперхнулись от неожиданности и смущенно закашлялись.

Только тогда Фан Инъин осознала, что она сказала, и тоже густо покраснела, но все же, выпрямившись, продолжила излагать свои мысли:

- Здесь явно что-то не так, прошу вас, дажэнь, провести вскрытие.

Чжуан Чжун одобрительно кивнул. Надо сказать, что Фан Инъин была действительно умной и прилежной: она училась у него недолго, но уже освоила базовые знания и умела их применять, и делала это гораздо лучше, чем он сам в свое время.

Услышав это, Чжуан Чжун понял, что это дело принимает странный оборот, и взял инструменты, готовясь к вскрытию.

У матери Люй забегал взгляд, и она поспешно возразила:

- Что значит «не так»? Что ты вообще можешь знать? У всех женщин так! Не неси чушь.

Старшая невестка Ню возмутилась и плюнула в нее.

- Старуха, что ты несешь? Это у тебя там все так выглядит, так что не болтай ерунду.

Мать Люй посмотрела на нее с видом глубокого разочарования.

- Я делаю это, чтобы защитить репутацию Саньнян! Если там что-то не так, значит, она точно подхватила какую-то грязную болезнь, а ты, напротив… Я же говорила, что она не соблюдает женские добродетели, смотри, вот это и подтвердилось.

Старшая невестка Ню терпела долго, но теперь не выдержала и пнула ее.

- Да пошла ты! Еще раз осмелишься нести чушь, и я разорву тебе рот!

Сказав это, она бросилась на мать Люй с кулаками, но ее остановили стражники. Однако старшая невестка Ню не сдавалась, выглядя так, будто готова бороться до последнего. Не зря же она постоянно помогала мужу в деле - она не только была остра на язык, но и обладала немалой силой, так что потребовалось двое стражников, чтобы ее сдержать.

Люй Да метался рядом в беспокойстве, пытаясь успокоить старшую невестку Ню, но не знал, как это сделать. С убитым видом он обратился к Чжуан Чжуну:

- Дажэнь, давайте на этом закончим. Это мы, семья Люй, виноваты перед семьей Ню. Мы будем служить им, как волы, чтобы искупить вину. Но если сейчас продолжить расследование, боюсь, мирно дело не закончится.

Старшая невестка Ню в ярости воскликнула:

- Кто сказал, что мы хотим закончить все мирно? Раз осмелились убить человека, то должны ответить за это жизнью!

Мать Люй сказала:

- Это я убила. Если хотите отомстить, мстите мне, мой сын ничего не знает. В тот день он ушел из дома ранним утром, собирался уехать на несколько дней, но, узнав, что с Саньнян что-то не так, поспешил вернуться. Он ничего об этом не знал. Убийца - я, расследование все равно приведет ко мне, зачем же тревожить покой Саньнян? Пусть она уйдет с миром. В таком состоянии, даже после смерти она не находит покоя и лежит здесь обнаженная - разве вам от этого легче?

Хотя старшая невестка Ню и не хотела слушать мать Люй, она не могла не признать, что та попала в точку. Она, хотя и не испытывала предубеждений, вид невестки, лежащей обнаженной вот так, вызывал у нее невольное чувство неловкости. Одно дело, если бы истинного убийцу не удалось найти, но теперь, когда преступник уже пойман, разве не излишне продолжать расследование? К тому же, увидев то, что держал в руках глава уезда, она вздрогнула.

Раньше она настаивала на том, что, возможно, в этом деле замешан и Люй Да, но, вспомнив, что он действительно ушел из дома ранним утром, решила, что, скорее всего, он не имеет к этому отношения. Даже если бы у него и был такой умысел, раз мать Люй упорно утверждает, что все сделала сама, с Люй Да было ничего не поделать. Если и мстить, что через официальное расследование вряд ли получилось бы чего-то добиться, оставалось только ждать возможности расправиться самостоятельно.

Подумав об этом, старшая невестка Ню заколебалась, но решать было не ей. Как бы близка она ни была с Ню Саньнян, она была всего лишь невесткой семьи Ню, а не родной сестрой.

- Дажэнь, можно мне пойти посоветоваться с родными? - Неуверенно спросила старшая невестка Ню.

Чжуан Чжун разложил инструменты и бросил на нее взгляд.

- Я уже неоднократно говорил: меня не интересует, как предыдущие чиновники выносили приговоры. Для меня, если это уголовное дело, я буду расследовать его до конца, независимо от того, есть ли заявитель.

Хотя старшая невестка Ню не совсем поняла некоторые слова, смысл последней фразы был ясен. Не смея идти наперекор Чжуан Чжуну, она быстро ответила:

- Да, да, я поступила опрометчиво, дажэнь, продолжайте, продолжайте.

Чжуан Чжун не стал придираться к ней, в конце концов Да Ю не был похож на его прежний мир: там в подобных делах, даже если родители не требуют правосудия, закон не позволяет оставить преступника безнаказанным, и дело не могло быть закрыто на основании одних лишь показаний. Здесь в основном действовало правило: «Если народ не подает жалобу, чиновники не расследуют», многие не хотели нарываться на неприятности, и по-другому происходило только если чиновник не был чрезвычайно справедливым или на то имелись веские причины.

А в Юньчжоу такие представления были особенно укоренившимися, особенно в отношении смерти женщин, к чему относились довольно легко. Если женщина нарушала супружескую верность, ее могли даже утопить в клетке для свиней, и власти в это не вмешивались.

Фан Инъин училась быстро, но это были в основном теоретические знания. Проводить внешний осмотр она умела уже неплохо, но вскрывать тело ей еще было рано. Чжуан Чжун попросил ее помогать, взял инструменты и приготовился к вскрытию. Присмотревшись, он действительно увидел ненормальную отечность и покраснение на нижней части тела покойной.

Нож Чжуан Чжуна работал быстро и ловко, рассекая ткани по слоям, словно резал тофу. Но зрелище было настолько отвратительным, что даже присланные Фэн Хуанем стражники не могли на это смотреть, а всегда смелая Фан Инъин почувствовала, как у нее онемела кожа головы. Это был первый раз, когда она видела вскрытие собственными глазами. Раньше она тренировалась на мелких животных, это было совсем не то же самое, что вскрытие человека. Она с трудом сдерживала тошноту, но заставила себя смотреть не отрываясь.

Старшая невестка Ню тоже была смелой, но в этот момент даже ей стало дурно. У этого главы уезда и этой молодой женщины такие нежные лица, как же они могли так… Она не знала, как это описать. Вспомнив, как она впервые увидела Чжуан Чжуна и Фан Инъин и была потрясена их красотой, словно это были небесные золотой мальчик и нефритовая девочка, она одновременно испытывала страх и не могла не восхищаться: как в этом мире могут быть такие красивые люди? А теперь она испытывала смешанные чувства. Эта пара небожителей была особенной!

А Люй Да и мать Люй побледнели как полотно, Люй Да даже не смог сдержаться и отбежал в сторону, где его вырывало. Увидев это, остальные почувствовали облегчение - вот это и есть нормальная человеческая реакция.

Руки Чжуан Чжуна двигались уверенно и быстро, и если бы не необходимость объяснять Фан Инъин, он работал бы еще быстрее. Это был навык, отточенный годами: даже в современном мире ему часто приходилось проводить осмотр на месте, чтобы не уничтожить улики при перемещении. В таких крайне тяжелых условиях если бы он работал слишком медленно, это было бы неудобно, к тому же приходилось учитывать погоду и время суток.

- Что это такое? - Старшая невестка Ню, хотя и была сильно напугана, не отрывала взгляда от происходящего, поэтому, когда Чжуан Чжун пинцетом извлек из влагалища Ню Саньнян что-то непонятное, не похожее на плоть, она не смогла сдержаться и спросила. Она даже наклонилась поближе и обнаружила, что это был размокший бумажный сверток, внутри которого виднелись белые крупинки.

Чжуан Чжун не спешил отвечать, тщательно осмотрел все еще раз и, не обнаружив ничего другого, только тогда позволил Фан Инъин приступить к наложению швов. Это было проявлением уважения к покойной: после вскрытия нужно было по возможности сохранить целостность тела.

Фан Инъин еще чувствовала легкое головокружение, но как только ей поручили работу, сразу успокоилась. Раньше она уже практиковалась на мелких животных, и, глубоко вздохнув, приступила к делу. Хотя ее руки слегка дрожали, это не повлияло на результат. Чжуан Чжун дал ей пару указаний, а когда увидел, что она вошла в нужное состояние, вместе с советником Туном приступил к изучению извлеченного предмета.

Хотя советник Тун только что, увидев эту сцену, выглядел так, будто жизнь потеряла для него всякий смысл, но как только дошло до дела, он сразу же вернулся к своему обычному состоянию. Он тщательно изучил под увеличительным стеклом крупинки в бумажном свертке и вскоре уверенно сказал:

- Это мышьяк.

Не имея приборов для анализа, Чжуан Чжун не осмеливался утверждать, что это такое, но он доверял суждению советника Туна, тем более что, увидев, как Люй Да побледнел и стал выглядеть, словно вот-вот упадет, он еще больше утвердился в этой мысли.

Старшая невестка Ню, услышав это, сразу все поняла: кто, кроме самого близкого человека, мог засунуть женщине туда мышьяк?!

- Так это ты! Это ты убил Саньнян, какое же у тебя злобное сердце! - Зарыдала она. - Саньнян, какая у тебя тяжелая судьба, почему ты вышла замуж за такого бездушного негодяя?! Это мы тебя погубили!

В этот момент подошли и остальные члены семьи Ню. Узнав, что виноват Люй Да, они возмутились еще сильнее, чем при мысли, что это сделала мать Люй. В конце концов, конфликты между свекровью и невесткой - дело обычное, и их еще можно понять, но муж и жена - другое дело, к тому же Ню Саньнян была действительно добра к Люй Да. Случившееся было просто ужасным злодеянием.

- Скотина! Ты - чудовище! Это ты убил мою Саньнян. Она хорошо к тебе относилась, почему ты так с ней поступил?!

Члены семьи Ню не переставали ругаться, выплескивая накопившуюся за несколько дней злобу, и набросились на Люй Да, избив его до полусмерти. Чжуан Чжун и его люди закрывали на это глаза, а стражники лишь символически попытались их остановить, но вскоре Люй Да был избит до неузнаваемости, и от его прежнего утонченного облика не осталось и следа.

- Это не я убил, не я! У меня не было причин убивать Саньнян, это не я засунул, это точно кто-то другой…

Лучше бы Люй Да этого не говорил. Услышав это, члены семьи Ню разъярились еще больше, и их удары стали еще сильнее. Мать Люй стояла в стороне и не переставала плакать, крича: «Не бейте моего сына, это я все сделала», но никто не хотел ее слушать, продолжая избивать Люй Да.

Хотя это происходило в деревне Люйцзя, на территории семьи Люй, но, услышав, что Люй Да совершил такое, никто не вступился за него, а некоторые даже говорили, что так ему и надо, ведь из-за такого человека вся деревня будет покрыта позором.

Чжуан Чжун в душе испытывал огромное удовлетворение. В прошлой жизни он не мог бы так отомстить. Хотя смертный приговор - это очень жестоко, но в отношении некоторых людей даже казни казалось недостаточно, и хотелось, чтобы их четвертовали. Хотя он и государственный служащий, но иногда ему казалось, что пытки древности имели смысл, и для некоторых людей даже смерть от удара ножом - слишком мягкое наказание.

Чжуан Чжун, посчитав, что уже достаточно, приказал остановить избиение - если бы Люй Да умер сейчас, это было бы неправильно.

Члены семьи Ню все еще не хотели останавливаться, и отец Ню выступил вперед, с болью в сердце спросив:

- Почему ты это сделал?

Люй Да был избит до полусмерти, его речь стала невнятной, но он упорно не признавал вины:

- Это не я, это не я. Это моя мать, все это сделала моя мать.

Теперь все не только ненавидели Люй Да, но и презирали его: ради оправдания он возложил вину на мать. Такой человек был просто отвратителен.

В этот момент подошел служащий, которого посылали за сведениями, и что-то прошептал Чжуан Чжуну на ухо. Выслушав, Чжуан Чжун проникся к Люй Да еще большим отвращением: вот он, настоящий злодей Чэнь Шимэй!*

___________

Примечания:

* Чэнь Шимэй - отрицательный персонаж классической оперы, который бросил жену и детей ради собственной выгоды. Краткий сюжет оперы: Чэнь Шимэй - бедный ученый, у которого была жена и двое детей. Он уезжает в столицу на императорские экзамены и с блеском сдает их, занимая первое место, пока жена заботится о хозяйстве. Император выдает за Чэнь Шимэя свою дочь, так как тот что у него уже есть жена и дети. Когда его бывшая жена с детьми приходит в столицу, он отказывается их признать, и чтобы скрыть свой обман посылает подчиненного их убить. Однако тот не смог заставить себя их убить, в итоге злодеяния Чэнь Шимэя вскрываются и его казнят.

http://bllate.org/book/14926/3046125