Готовый перевод Reunion / Неожиданная встреча: Глава 6. В тени. Часть 3

***

Припарковавшись на подземной стоянке, я ещё некоторое время пребывал в размышлениях. А всё из-за гостьи, которая сейчас находилась в этом доме. Я так и не узнал, кто это был, однако был уверен, что столкнуться с ней – не очень хорошая идея. Поскольку мужчина так ничего и не сообщил по этому поводу, я решил, что гостья в скором времени уйдёт.

Это случилось именно в тот момент, когда я достал телефон, чтобы спросить о ней. Дверь здания открылась, и на парковку вышли Чан Юнсон и женщина. Не знаю почему, но я резко пригнулся и украдкой попытался вглядеться в лицо незнакомки. Но поскольку они тут же оказались спиной ко мне, так и не смог понять, кто же это был. Поэтому просто рассеянно наблюдал за Чан Юнсоном, который в этот момент улыбался.

Если подумать, то когда я в последний раз видел улыбку Чан Юнсона, адресованную кому-то ещё, кроме меня? Он в принципе редко улыбался, даже когда находился в компании друзей. Настолько редко, что на его фоне Со Киджун, который всегда обо всех заботился, в том числе и об этом парне, казался бодхисаттвой.

Пока я вцепился в руль, предаваясь своим бесполезным мыслям, незнакомка села на пассажирское место автомобиля. Это было люксовое авто известной марки, впрочем, как и все остальные машины на этой стоянке. Чан Юнсон искренне попрощался и машина тут же тронулась. Развернувшаяся картина вызвала у меня странное чувство дежавю. И пока я копался в своих воспоминаниях, задаваясь вопросом, когда же видел нечто подобное – Чан Юнсон неожиданно приблизился ко мне и постучал в окно.

– И что ты тут делаешь? Стоило подняться, раз приехал.

– А? Нет, я только что подъехал.

По непонятным мне причинам я растерялся, хоть и ненарочно подглядел за ними. Возможно, потому, что мне показалось, что знаю эту женщину, пусть и не разглядел её лица. Я попытался выйти из машины как ни в чём не бывало, но в итоге пошатнулся, потому как ноги онемели и совершенно обессилили за то недолгое время, проведённое в машине.

Мужчина быстро подхватил меня и подтянул вверх. Я же невозмутимо продолжил идти вперёд, словно это была лишь минутная слабость.

– Говоришь, только что приехал?

Чан Юнсон направился вслед за мной и тут же спросил, будто не поверил моим словам.

– М-м-м…м-мне нравятся машины. Нет, точнее, мне понравилась твоя машина. Настолько, что я решил посидеть в ней некоторое время.

Даже особо не понимая, какую чепуху я несу, сказал первое, что пришло в голову.

– Эта машина?

– Ага-ага. Эта машина.

Я отчаянно закивал, когда Чан Юнсон переспросил, особо не понимая, о чём я. Затем перевёл взгляд с машины на меня, и, в конце концов, улыбнулся:

– Тогда забирай.

– А…А?!

Когда он сказал, что отдаст мне свой автомобиль с достаточно дорогими затратами на обслуживание, я встал как вкопанный. Чан Юнсон, который шёл в ногу со мной, тоже остановился и обернулся.

– Ты ведёшь себя несколько странно. Что-то случилось?

Ладонь Чан Юнсона коснулась моего лба. Я решил, что он хочет проверить температуру, но тот откинул мою чёлку и пристально посмотрел мне в глаза, словно пытаясь что-то разглядеть. Я сам завороженно смотрел в его карие глаза, а потом отмахнулся от мужской руки.

– Нет, всё в порядке.

– Хорошо. Давай поднимемся.

Чан Юнсон согласился со мной намного охотнее, чем я ожидал, будто он решил оставить всё как есть. Затем мужчина обнял меня за талию, как бы поддерживая. Нет, это больше выглядело не как поддержка друга, а как объятие парочки на прогулке.

– Мне уже лучше, можешь убрать руки.

– Всё равно никак не уступаешь, да?

В конце концов, Чан Юнсон засунул руки в карманы, потому как их больше некуда было деть. Уступка. Не думаю, что мне следовало так поступать с человеком вроде Чан Юнсона.

– Ты уже выбрал фильм?

– Угум.

– И какой?

– Тот, что давно хотел посмотреть.

Мы болтали о всяком, пока лифт поднимался наверх. Юнсон рассказал, что хотел посмотреть один фильм в кинотеатре, но настолько был занят, что совершенно позабыл о нём, а показ к тому времени уже закончился. Примерно в тот момент, когда Чан Юнсон спросил меня о любимом жанре, в лифте раздался короткий звонок, оповещая о прибытии.

Сняв обувь, я прошёл в гостиную и сразу заметил следы чьего-то недавнего присутствия. На столе стояли две чашки и лежал конверт с документами, также повсюду были разбросаны фотографии девушек, очень приятных на вид. И я тут же понял, что чуть не пропустил один важный шаг в моей лжи:

– Кто-то приходил?

Чан Юнсон точно бы попытался установить какие-то взаимосвязи с потерей памяти, если бы узнал, что его гостья возможно мне знакома и я не считаю её визит чем-то необычным.

– И ты спросил только сейчас? Господин Ли Хагён действительно во мне не заинтересован? Сам же до этого видел меня с девушкой.

Чан Юнсон разочарованно бурчал, прибирая чашки со стола, в попытке навести порядок. Хотя, даже если бы я не знал, кто та гостья – недопонимания не возникло бы. Может, он и улыбался приветливо, но при этом всё равно не выглядел как человек, заинтересованный в противоположном поле.

– Это моя невестка.

По итогу он сразу сказал правду, возможно, посчитав бесполезным делом попытки прощупать меня. Затем поставил чашки в раковину и вышел из комнаты.

Я оказался прав. Это была Ли Ынджо. И только сейчас я задался вопросом, почему до этих пор считал, что Чан Юнсон оторван от собственной семьи? Стоило мне только вспомнить Ли Ынджо, как тут же пожалел, что приехал сюда. И как бы мне ни хотелось притвориться, что это меня не касается, я произнёс:

– Невестка? И часто она приходит?

– Нет. Обычно я сам навещаю родительский дом.

Получается, если бы я не поехал сегодня в бар или приехал чуть раньше и меня заметил Чан Юнсон – мы бы точно столкнулись. Между тем, мужчина как ни в чём не бывало продолжил:

– Не волнуйся. Они не из того типа людей, кто вмешивается в личную жизнь. Тем более, в вопрос того, с кем я живу.

Даже если им было плевать на то, с кем жил Чан Юнсон, огромное значение для них имело то – что непосредственно со мной. Похоже, Чан Юнсон действительно всё забыл. Учитывая, что он не видел какой-то особой проблемы в том, если я случайно пересекусь с кем-то из его семьи. Только вот, лично меня ничто так сильно не беспокоило, как этот факт.

– Всё равно не хотелось бы сталкиваться с твоей семьёй. Тем более…

“По истечении оговорённого времени мы больше не увидимся. Независимо от того, вернёшь ты свои воспоминания или нет”.

Чан Юнсон, должно быть, уловил, что я пытался до него донести, потому что несколько изменился в лице.

– Ладно. Не беспокойся. Я позабочусь о том, чтобы этого больше не повторилось.

С этими словами он стал собирать бумаги, разбросанные по столу. Я бросил взгляд на них и заметил, что это документы касательно чьей-то личной информации.

Затем вытащил фотографию, торчащую между бумаг. На снимке была изображена девушка с лёгким макияжем и светлым лицом. И я тут же догадался, с какой целью предназначались подобного рода фотография для такого человека, как Чан Юнсон.

– Идёшь на свидание вслепую?

– Нет.

Резкий, без колебаний ответ.

– Почему? Она очень симпатичная.

– Как сказать. Я не планирую ни с кем знакомиться таким образом.

Похоже, он против подобного, потому что это всё ещё походило на брак по расчёту. В конце концов, он тот человек, который в один миг пересёк Тихий океан только чтобы расторгнуть брак, самовольно заключённый его дедушкой. Когда я подумал об этом, то не смог сдержать усмешки. И чем в итоге всё это обернулось? А ведь та "невестка" даже не могла сравниться по красоте с этой девушкой на снимке.

– Знаешь, вопреки ожиданиям, вы можете отлично подойти друг другу.

Когда я пробормотал эти слова, фотографию из моих рук неожиданно вырвали. Чан Юнсон внимательно всмотрелся в лицо девушки на снимке, будто пытаясь убедиться в этом.

– Не знаю, и даже знать не хочу. Интересно другое, почему тот, кто так отчаянно целует мужчину, улыбается, глядя на фотографию девушки? Это твой типаж?

– Мне кажется, ты что-то недопонял. Я с мужчиной…

Не успел закончить фразу, а Юнсон вновь бросил на меня этот взгляд. И я быстрее затараторил, боясь, что тот опять скажет что-то неловкое вслух:

– Я не делаю ничего подобного. С тобой это вышло по ошибке…

Голос звучал ровно, но при этом я, даже сам того не осознавая, старался избегать его взгляда. Мне казалось нелепым сваливать все эти бесчисленные поцелуи, которые Чан Юнсон не помнил, на простую случайность. Между тем, мужчина, внезапно наклонившись, чтобы встретиться со мной взглядом, с неподдельным любопытством спросил:

– Господин Ли Хагён, так вот как вы целуете девушек? Это что получается, они такого же роста, как и я?

– Что…

Я собирался спросить о значении его слов, но быстро осознал, что тот имел в виду. Парень, который, целуя, повис на его шее, должно быть, произвёл на него сильное впечатление. И хотя я многое оставил позади, покинув виллу в далёком прошлом, но так и не смог избавиться от некоторых привычек, которые не приносили ни гроша.

– Какое тебе дело до того, с кем и как я это делаю?

– Любопытно.

Откровенные люди всегда ставили в неловкое положение тех, кто неискренен в своих словах. Я застыл, потеряв дар речи от такого простого ответа. Чан Юнсон же грубо сложил фотографию и убрал её к другим документам, а затем продолжил говорить:

– Потому что я очень заинтересован в тебе.

Затем он небрежно сложил документы в папку. Весь его вид говорил о том, словно он более никогда их не достанет. После Чан Юнсон развернулся, точно не и ожидал услышать от меня ответа, и велел пойти ополоснуться.

А когда я вернулся из ванной, то обнаружил папку с документами в мусорном ведре. Как глупо. Если бы он направил свой интерес в это русло – всё стало бы в десять раз легче. Возможно, его жизнь была скучна, потому что он ни в чём не нуждался? Поэтому теперь пытался вернуть бесполезные воспоминания, держа меня в доме по столь банальным причинам – только для меня всё это казалось таким заносчивым развлечением.

В этом отношении я был лучше Чан Юнсона. По крайней мере, я не продолжал глупо упорствовать. Кинув невозмутимый взгляд на конверт с документами, в конце концов, я подошёл к дивану и сел.

– Точно, завтра я собираюсь…

Поставив на стол пиво, которое достал из холодильника, Чан Юнсон на мгновение замолчал, а затем продолжил:

– Нет, хочешь поехать со мной?

– Куда?

– Канвондо.

– Канвондо?

Даже без лишних подробностей и уточнений, мне казалось, я знал куда собрался Чан Юнсон. Но разве там кто-то ещё жил? Мужчина сел рядом со мной и нажал кнопку воспроизведения на пульте.

– У меня есть вилла в Канвондо. После смерти дедушки она пустовала какое-то время, но недавно невестка сказала, что там собираются делать ремонт.

– А…

Значит, вилла пустует с тех самых пор. Чан Юнсон открыл банку пива и протянул её мне.

– Там осталось много моих вещей и не хочу, чтобы кто-то другой прикасался к ним. Так что, думаю, следует туда наведаться.

Я кивнул и сделал глоток пива. Протянув мне крекер с сыром, мужчина снова спросил:

– Поедешь?

– Если купишь мне что-нибудь вкусненькое.

Юнсон, улыбнулся, и выглядел так, будто был удивлён выдвинутому по-щедрому легкомысленному условию – и поднёс пиво ко рту. При этом он выглядел так, будто собирался накормить меня чем-то невкусным.

Вскоре начался фильм. Мы замолчали и стали смотреть на экран. Чан Юнсон со всей серьёзностью сосредоточился на сюжете. Разве фильм, который он выбрал, не был просто предлогом?

Сколько времени прошло с начала фильма? Мы уже давно перестали пить пиво и тянуться к закускам. Неожиданно Чан Юнсон, который всё это время непринуждённо смотрел фильм, без моего разрешения прилёг мне на бедро.

– Тяжёлый, – пожаловался я и немного пошевелил ногами, но Чан Юнсон настолько сильно прижался ко мне головой, будто не собирался уходить.

– Потерпишь минутку.

На самом деле он был не такой уж и тяжёлый. Тот самый вес, который не доставлял дискомфорта. Тем более, всего лишь на мгновение в середине двухчасового фильма. Поэтому я перестал ворчать и снова сосредоточился на экране.

Только вот как бы ни пытался, у меня абсолютно не получалось на нём сконцентрироваться. Не то чтобы фильм оказался неинтересным, нет, просто мне приходилось сосредоточить всё своё внимание, чтобы контролировать взгляд, который постоянно опускался к моим ногам.

В тот момент я подумал, что было бы неплохо, если бы время шло быстрее. И без особой на то причины склонил голову так, чтобы, если вдруг мы и пересеклись взглядами, это выглядело как случайность.

Только после того, как сцена сменилась несколько раз, я опустил взгляд на лицо Чан Юнсона, который продолжал лежать на моих ногах. Но несмотря на все мои переживания, он спал.

Его глаза были плотно закрыты, он не двигался, и в этот момент вовсе не казался живым. Это ощущение только лишь усиливалось из-за того, что я не мог расслышать его неровное дыхание за постоянными звуками, раздающихся из динамиков. Поэтому я осторожно коснулся его плеча.

– Спишь? – спросил равнодушным тоном.

Он не проснулся, и я осторожно провёл тыльной стороной ладони по его щеке. Судя по теплу, он всё же был жив.

“И зачем ему в комнате снотворное, если он и без него прекрасно засыпает?”

Мужчина так крепко спал, что сколько бы я ни прикасался к его лицу – не просыпался.

Так, я сидел некоторое время, а когда поднял взгляд на экран – уже шли финальные титры. А я даже не мог вспомнить, чем закончился фильм.

– Эй, фильм закончился. Иди спать.

На этот раз я с большей силой потряс Чан Юнсона за плечо. Однако тот лишь произнёс:

– М-м-м, – как бы говоря, чтобы я его не беспокоил.

Он снова что-то промычал и уткнулся носом в мой бок.

“Ты же сказал, это только на минутку”.

http://bllate.org/book/14925/1579594