Готовый перевод Restricted Area / Запретная зона: Глава 18. Принцесса

На заключенных обычных камер надевали наручники только в особых случаях, а содержащимся в блоке №1 — сразу при выходе из камеры и снимали их только во время прогулок или работы.

Цзян Чицзин открыл дверь небольшой комнаты для совещаний и сказал следовавшему за ними охраннику:

— Сними с него наручники.

Охранник в нерешительности посмотрел на него:

— Это не очень хорошая идея.

— Все в порядке, — ответил Цзян Чицзин. — Я беру на себя ответственность в случае чего.

Чжэн Минъи размял запястья и последовал за ним в комнату. На этот раз он сел в первом ряду, а не позади, и сказал:

— Спасибо, офицер Цзян.

Тот не ответил, а просто открыл «Правила поведения заключенных», которые держал в руках, и начал читать.

На самом деле, это была скорее беседа для общения, а не для воспитания. Конечной целью было не промыть заключенному мозги, а выяснить, изменилось ли его отношение.

Если бы тот по-прежнему демонстрировал вызывающее, непокорное поведение, его бы вернули в карцер.

Цзян Чицзин в соответствии с процедурой зачитал раздел о драках, а затем поднял глаза на Чжэн Минъи и спросил:

— Тебе все ясно?

Мужчина сидел со скучающим видом и, казалось, не слушал, что говорил Цзян Чицзин, но все же послушно ответил:

— Все понятно.

Цзян Чицзин был вполне уверен в отношении Чжэн Минъи, иначе он бы не позволил охраннику снять с него наручники.

Закрыв брошюру, он отошел от кафедры, присел на край стола и, скрестив руки на груди, сказал:

— У тебя короткий срок, ты скоро выйдешь. Не стоит создавать проблемы в тюрьме.

— Угу, — ответил Чжэн Минъи, бросив беглый взгляд на ноги Цзян Чицзина.

Опершись на стол, он слегка вытянул их вперед, от чего его ноги казались необычайно длинными и стройными. Они были от природы прямыми, а будучи обтянуты форменными брюками, производили впечатление аскетичной строгости.

Цзян Чицзин заметил взгляд Чжэн Минъи, слегка нахмурился и спросил:

— Ты меня слушаешь?

— Да, — он поднял глаза, встретившись взглядом с Цзян Чицзином. — Я могу делать несколько дел одновременно.

Это было равносильно признанию в том, что он отвлекся.

На лбу Цзян Чицзина едва заметно вздулась вена:

— Тебе кто-то разрешал делать несколько дел одновременно?

Чжэн Минъи поднял правую руку и постучал указательным пальцем себе по голове:

— Ничего не могу с собой поделать.

От этих слов гнев, разгоревшийся в груди Цзян Чицзина, внезапно угас.

Ему было знакомо это ощущение, потому что он тоже не мог не анализировать других, не мог не брать монокуляр и не подглядывать в окна дома Чжэн Минъи.

Иногда мозг человека подобен подсознательному "я", которое совершенно не подчиняется здравому смыслу.

Цзян Чицзин больше ничего не сказал, вернулся за кафедру и сменил тему:

— Почему ты научился драться?

На самом деле, Цзян Чицзин хотел спросить о боксе, но это раскрыло бы его, поэтому он выбрал более безопасный подход.

Удары Чжэн Минъи были методичными, очевидно, он прошел серьезное обучение. Среди заключенных, с которыми сталкивался Цзян Чицзин, не было никого, похожего на Чжэн Минъи. Хотя тот и совершил экономическое преступление, но дрался он столь же яростно, как и самые матерые зеки.

— Вы действительно хотите знать? — спросил Чжэн Минъи.

— А что, это секрет? — приподнял бровь Цзян Чицзин.

— Не совсем, — улыбнулся он. — Просто некоторые заслуживают хорошей взбучки.

— Например?

Казалось, Чжэн Минъи не хотел углубляться в эту тему, но, увидев, что Цзян Чицзин все еще ждет продолжения, помолчал, а затем все же со вздохом ответил:

— Например, те, кто насмехается над моей неграмотностью.

Такой ответ оказался для Цзян Чицзина несколько неожиданным, и он уточнил:

— Но ты ведь умеешь читать?

— Да, просто мне это дается с трудом, — ответил Чжэн Минъи. — Я вижу комбинации штрихов не так как обычные люди, но это не значит, что я совсем не умею читать.

Люди с дислексией обладают иным, отличным от прочих людей, восприятием пространства, что позволяет им иметь более гибкое мышление. Но мышление трудно продемонстрировать, в то время как "неумение читать" создает более конкретное впечатление.

По мнению Цзян Чицзина, нормальный взрослый человек не станет высмеивать в лицо чье-то неумение читать. Вспомнив, что Чжэн Минъи окончил среднюю школу, он предположил:

— Ты избивал своих одноклассников?

— Да, — ответил тот. — Поэтому я часто переводился из одной школы в другую, в глазах учителей я был типичным "неучем".

Цзян Чицзину вдруг вспомнилась поговорка: "Призывающий других к великодушию будет покаран небесами" (прим.пер.: здесь имеет место устойчивое китайское выражение 劝人大度，天打雷劈). У всех свои радости и горести, и не испытав на собственном опыте чужих проблем, было бы бестактно взывать к человеколюбию.

Он не имел права судить о поступках Чжэн Минъи, но, учитывая сложившуюся ситуацию, все же заметил:

— Тюрьма — довольно специфичное место. Тебе придется набраться терпения.

Чжэн Минъи усмехнулся и сказал:

— Я ведь уже сказал, офицер Цзян, что прислушаюсь к вашему совету.

По сравнению с серьезным тоном Цзян Чицзина, он выглядел довольно расслабленным. Цзян Чицзин почувствовал, что лезет не в свое дело, но тут Чжэн Минъи добавил:

— Кстати, офицер Цзян, я рассказал вам о себе. Может, и вы что-нибудь расскажете?

— У меня вполне обычный жизненный опыт, — ответил он.

Он родился в обеспеченной семье, и его родители хорошо ладили между собой. Просто он был более любопытен, чем другие, но четко осознавал, где находятся границы, за которые нельзя переступать.

— У вас нет каких-нибудь особых увлечений? — спросил Чжэн Минъи.

Сердце Цзян Чицзина тревожно забилось. Он был уверен, что Чжэн Минъи неспроста задал этот вопрос.

Решив перейти из обороны в наступление, он невозмутимо взглянул на мужчину и спросил:

— А ты разве не знаешь?

Чжэн Минъи слегка приподнял бровь, явно не ожидая подобного хода. Его глаза загорелись неподдельным интересом, и он слегка вздернул уголки губ:

— Не уверен.

Значит, он еще не полностью раскрылся.

Цзян Чицзин уже изучил тактику Чжэн Минъи: намеренно показать кончик хвоста, чтобы заманить противника на наживку, а затем выудить из него нужную информацию.

Неожиданно этот прием оказался довольно эффективным.

Цзян Чицзин посмотрел на часы:

— Время почти вышло, тебе пора возвращаться.

В итоге Цзян Чицзин поставил в оценочном листе Чжэн Минъи штамп "Зачет". Вскоре, чуть позже двенадцати пополудни, Чжэн Минъи снова появился в библиотеке.

Он как обычно сидел в углу у окна и читал комиксы, но сегодня другие заключенные инстинктивно держались от него подальше.

Цзян Чицзин окинул взглядом тихий зал библиотеки и, увидев, что все спокойно заняты чтением, бесцельно нажал на иконку программы наблюдения и открыл изображение из соседней комнаты отдыха.

На самом деле, он не каждый день проверял, что там происходит. Заключенным нужно было пройти мимо главного входа в библиотеку, чтобы добраться до комнаты отдыха, и иногда Цзян Чицзину было достаточно одного взгляда на них, чтобы примерно понять, что там будет происходить.

Если они там курили или играли в карты, он не утруждал себя наблюдением, но если там собиралась неожиданная компания, это уже другое дело.

Например, сегодня в комнату отдыха направились два человека, одним из которых был мелкий хулиган, попавший в тюрьму одновременно с Чжэн Минъи, тот самый, который лапал задницу Цзян Чицзина.

Другим же был печально известный во всей Южной тюрьме "Принцесса".

Подобное прозвище мужчина получил, безусловно, в силу своей распутной натуры, однако мало кто из заключенных осмеливался провоцировать его, поскольку тот был «девушкой» старшего брата Козырного Девятки, Сюй Шэна.

Ранее Чжэн Минъи избил Девятку так, что того отправили в больницу за пределы тюрьмы, но Сюй Шэн ничего не предпринял по этому поводу. Однако если бы кто-то осмелился прикоснуться к Принцессе, это задело бы Сюй Шэна за живое.

Те, кто уже какое-то время провели в тюрьме, не рисковали связываться с Принцессой. И только такие новоприбывшие мелкие бандиты не знали, что к девушке босса прикасаться нельзя.

Двое на экране быстро предались неописуемым телодвижениям. Цзян Чицзин почтил память мелкого хулигана минутой молчания, а затем закрыл изображение с камеры.

У тех, кто приглянулся Принцессе, могло быть только два пути: либо трахнуться с Принцессой и быть наказанным за это Сюй Шэном, либо не делать этого и быть наказанным Сюй Шэном за то, что посмел проявить неуважение к его человеку.

В общем, как только Принцесса западал на кого-то, тот неизбежно становился занозой в заднице Сюй Шэна. К тому же Принцесса был по натуре взбалмошным, и ему нравилось провоцировать Сюй Шэна.

Цзян Чицзин раньше находил странным, почему Сюй Шэн проявлял такую преданность Принцессе, учитывая, что в тюрьме были и другие «девушки», которые могли бы его заинтересовать.

Позже он понял почему. Если кто-то осмеливался посягнуть на Сюй Шэна, Принцесса наказывал этого человека еще суровее.

Когда Цзян Чицзин только перевелся в Южную тюрьму, Принцесса преследовал его целую неделю только за то, что он перекинулся парой слов с Сюй Шэном. Позже, увидев, что он действительно не заинтересован в Сюй Шэне, Принцесса перестал околачиваться в библиотеке.

Среди этих двоих Сюй Шэн был меньшим злом, по крайней мере, он не стал бы причинять вред невинным людям.

Минут через десять задняя дверь библиотеки распахнулась, и в зал вошел Принцесса.

Цзян Чицзин взглянул в сторону главной двери и увидел, как мелкий хулиган проскользнул мимо, на ходу натягивая штаны. Видимо, они уже закончили свои дела.

Но тогда что Принцесса забыл в библиотеке?

В прошлый раз он приходил сюда, чтобы следить за Цзян Чицзином, а сейчас в этой самой библиотеке...

Цзян Чжицзин мгновенно напрягся, наблюдая, как Принцесса направился прямо к Чжэн Минъи.

Столы в библиотеке были длинные и с большим количеством мест, и обычно незнакомые люди вообще не садились рядом.

Но как только Принцесса вошел, он тут же уселся рядом с Чжэн Минъи, подпер подбородок рукой и принялся бесцеремонно пялиться на него.

Чжэн Минъи немного отклонился в сторону окна, бесстрастно взглянул на Принцессу и снова уставился в комикс.

В библиотеке было очень тихо, и Цзян Чицзин расслышал, как Принцесса тихо сказал ему:

— Гэгэ, ты такой мужественный.

Когда он произносил слово "мужественный", его губы плотно сжались, а затем приоткрылись, будто обдавая жарким дыханием.

Чжэн Минъи нахмурился и недоумевающе посмотрел на него:

— В чем дело?

— Это ты отделал Чэнь Эра? — Принцесса склонился ближе и, вздернув подбородок, уставился на Чжэн Минъи.

— А что, если так? — спросил тот в ответ.

Цзян Чицзин невольно нахмурился: зачем Чжэн Минъи так честно отвечает на вопросы Принцессы?

— Ты потрясающий, — Принцесса поднял руку и провел пальцами по плечу Чжэн Минъи, скользнув вниз. — Научишь меня?

Взгляд Принцессы был таким, словно он хотел сорвать с Чжэн Минъи одежду прямо здесь. Цзян Чицзин, не в силах больше это терпеть, хлопнул газетой по столу, нахмурился и бросил Принцессе:

— Тишина!

http://bllate.org/book/14918/1324518