Готовый перевод Criminal Investigation Files / Материалы уголовных расследований: Глава 45

Глава 45

Лу Сыюй сначала оставался в машине, но, услышав выстрелы и поняв, что в амбулатории началась перестрелка, на мгновение замешкался, но тревога за Сун Вэня пересилила. Он вышел из машины и направился к зданию как раз в тот момент, когда навстречу ему выскочил окровавленный Сюэ Цзинмин.

Увидев преграду на пути, Сюэ Цзинмин угрожающе взмахнул ножом, и лезвие просвистело совсем рядом. Лу Сыюй на долю секунды замер, глаза впились в заляпанного кровью нападавшего. Боль, пульсирующая в теле, взвинчивала нервы, заставляя чувства обостриться до предела. Заметив приближающегося Сун Вэня, Лу Сыюй плотно сжал губы и решился. Вместо того чтобы увернуться, он рванул навстречу противнику.

В тот миг, когда они сблизились, лезвие в руке Сюэ Цзинмина едва не задело грудь Лу Сыюя. Если бы удар прошёл чуть глубже, клинок с лёгкостью пробил бы внутренности и кровь брызнула бы во все стороны.

Но Лу Сыюй успел уклониться. Близость к смерти разожгла в нём холодный азарт. Он рванулся вперёд, перехватил запястье с ножом и резко выкрутил противнику руку вверх.

Одна рука Сюэ Цзинмина оказалась зажата, вторая с раненым плечом не могла помочь. Осознав, что вырваться не получится, он с силой толкнул Лу Сыюя назад. Тот, оказавшись недалеко от ограды клиники, пролетел пару метров и со всего размаха ударился спиной о стену. В следующую секунду Сюэ Цзинмин с перекошенным от ярости лицом вскинул колено и со всей силы ударил Лу Сыюя в живот.

В тот момент Лу Сыюй почувствовал, будто все внутренности сдвинулись с места. Боль была невыносимой, из горла вырвался сдавленный стон.

— Чёрт, отпусти! — рявкнул Сюэ Цзинмин, усиливая нажим, буквально вдавливая его в стену.

Но Лу Сыюй только вскинул взгляд, стиснув зубы. Он не собирался отпускать. В его глазах мелькнула жёсткость, почти звериная ярость. Одной рукой он продолжал крепко удерживать запястье с ножом, а второй резко всадил градусник прямо в рану на плечe Сюэ Цзинмина.

Градусник, словно игла, вонзился в плечо мужчины, разрывая зашитую рану. Кровь хлынула моментально, обезболивающее больше не помогало. Сюэ Цзинмин взвыл от боли и, не выдержав, выпустил нож. Тот с грохотом упал на землю.

Лу Сыюй не упустил шанс. Он резко нанёс удар локтем в голову противника и рана, нанесённая ранее, снова открылась, кровь залила Сюэ Цзинмину глаза. Следом раздался глухой удар кулака в лицо, и из уголка рта хлынула кровь. Прежде чем тот успел опомниться, Лу Сыюй резко всадил колено ему в корпус. Сюэ Цзинмина отбросило назад, он пошатнулся, сделав два неуверенных шага.

Несмотря на жар, Лу Сыюй, прошедший профессиональную подготовку, действовал почти на автомате. Боль лишь обострила инстинкты. Три удара слились в единое движение. Сюэ Цзинмин оказался полностью подавлен, не успев даже подумать о контратаке.

Хотя со стороны всё это выглядело долгим, на самом деле прошло не больше десятка секунд. Именно в этот момент к ним подоспел Сун Вэнь. Он бросился со спины, ловко зафиксировал локтем горло Сюэ Цзинмина и повёл его назад. Тот закашлялся, задыхаясь, споткнулся и рухнул на землю. Лицо с глухим шлепком врезалось в пыльную землю, мелкие камни распороли кожу, по щеке сразу потекла кровь.

Сун Вэнь не дал ему опомниться: одной рукой прижал его к земле за плечо, другой достал с пояса наручники и защёлкнул их, пристегнув руки преступника к ограде амбулатории. Только тогда Сюэ Цзинмин перестал вырываться. Он лежал, прижавшись щекой к асфальту и сбивчиво дыша, изрезанное лицо было залито кровью.

Поймав Сюэ Цзинмина, Сун Вэнь наконец-то выдохнул с облегчением. Он обернулся, внезапно охваченный тревогой, и крикнул:

— Ты не ранен?

Лу Сыюй, который в пылу схватки почти забыл о боли, после слов Сун Вэня будто вновь почувствовал, как живот вспыхнул огнём. Его лицо оставалось неподвижным, но взгляд потускнел, он пошатнулся, словно собирался упасть вперёд. Сун Вэнь мгновенно понял, что что-то не так, вскочил и бросился его подхватывать.

Лу Сыюй поднял на него глаза, будто хотел что-то сказать, но в груди и животе поднялся резкий вкус крови.

Свет в аптечном крыле клиники вдруг вновь вспыхнул, заливая всё холодным белым светом. В этом освещении лицо Лу Сыюя стало почти прозрачным, бледным до неестественности. Он тихо дважды кашлянул, и вдруг из его рта хлынула кровь.

Выплюнув кровь, Лу Сыюй на миг остолбенел. Он нахмурился, глядя на густой тёмно-красный оттенок, и попытался что-то сказать, но голос отказал, из горла не вырвалось ни звука.

— Лу Сыюй! — позвал Сун Вэнь, в груди вдруг расползлась ледяная пустота. Тот, кого он держал в объятиях, казался ещё более хрупким, почти невесомым. Это был первый раз, когда Сун Вэнь видел, как кто-то харкает кровью, и от ужаса у него будто замерло сердце.

Он потянулся, чтобы стереть кровь с уголка его губ, но в этот момент ресницы Лу Сыюя дрогнули, и он снова закашлялся, выплёвывая ещё один сгусток. Тёмная, почти чёрная кровь стекала по остро очерченному подбородку, запятнав белоснежный ворот рубашки.

Сун Вэнь, который всего минуту назад проявлял храбрость и решительность, теперь был полностью растерян. Он быстро осмотрел Лу Сыюя. Ножевых ран не было, и это только сильнее сбило его с толку.

На шум из дверей выглянула медсестра. Быстро окинув взглядом происходящее, она сказала:

— Похоже, желудочное кровотечение. Поверните голову набок, чтобы он не захлебнулся. Лучше занесите его внутрь, пусть доктор Дуань посмотрит. Я вызову скорую.

Только тут до Сун Вэня начало доходить. Не обращая внимания на Сюэ Цзинмина, он аккуратно подхватил Лу Сыюя на руки и понёс в клинику, уложив его на кушетку в смотровом кабинете.

Доктор Дуань, только что поспешно перевязав рану своей жене, обернулся, чтобы осмотреть Лу Сыюя. Услышав от Сун Вэня описание симптомов, он быстро принялся за осмотр. Приподняв рубашку, доктор Дуань коснулся его живота. Едва он надавил чуть ниже, Лу Сыюй поморщился, перехватил его руку и задрожал, тихо кашлянув. Доктор аккуратно простучал область, внутри отчётливо слышалось бульканье жидкости. В этот момент Лу Сыюй, из последних сил сдерживавший тошноту, не выдержал, и его снова вырвало кровью.

— Постоянная тошнота и позывы к рвоте, так? — нахмурился доктор Дуань. — Здесь болит? Давно уже?

Лу Сыюй, несмотря на бледность и слабость, сохранял ясность сознания. Он слегка кивнул.

— У вас же раньше была язва желудка, верно? — продолжил доктор Дуань.

Лу Сыюй снова кивнул.

— Вы только что пили воду?

Очередной кивок.

Сун Вэнь при этих словах похолодел. Перед тем как они вышли, он сам налил Лу Сыюю стакан тёплой воды, даже не подозревая, насколько серьёзным было его состояние. Теперь чувство вины больно кольнуло его.

Доктор Дуань быстро прикинул ситуацию:

— Похоже, из-за язвы и высокой температуры произошёл сосудистый спазм и началось желудочное кровотечение. Его нужно уложить на бок. Ни еды, ни воды. На лоб холодный компресс, физическое охлаждение. Дайте ему немного «Юньнань Байяо», это временно остановит кровь. Я введу кровоостанавливающее и начну капельницу. Потом нужно будет полноценное обследование.

Рядом Чжан Ин закончила разговор с диспетчером и вздохнула, направившись готовить всё необходимое. Хотя клиника была маленькая, а оснащение скромное, базовые препараты у них имелись.

Сун Вэнь удивился, услышав про лечение с помощью «Юньнань Байяо». Это было не самое стандартное средство при таких симптомах. Зато Лу Сыюй даже не моргнул, оставался спокоен, будто всё это для него привычно. Он взял лекарство из рук Чжан Ин и без колебаний проглотил.

Сун Вэнь тем временем отжал влажное полотенце и аккуратно приложил его к лбу Лу Сыюя.

Затем доктор Дуань подложил под ноги подушку, чтобы улучшить приток крови к сердцу и обеспечить нормальное кровоснабжение мозга. Эффект от препарата должен был проявиться не сразу, и Лу Сыюю пришлось полежать. Доктор Дуань измерил давление — оно немного упало, пульс участился, но всё ещё оставалось в пределах допустимого.

Лу Сыюй лежал на боку, повернув голову, и несмотря на слабость, сохранял ясность сознания. Он крепко сжимал простыню, пальцы побелели от напряжения. Сун Вэнь, наблюдая за ним, сел рядом и тихо спросил:

— Всё ещё сильно болит?

Лу Сыюй слабо хмыкнул в ответ. Чёлка, пропитанная потом, прилипла к лбу. Сбивчивое дыхание, дрожащие ресницы и хмурый лоб придавали его тонкому лицу болезненно-прозрачный вид. Под глазами держалась стойкая краснота.

— Это было слишком опасно… — Сун Вэнь всё ещё не мог отойти от пережитого. Хорошо хоть, что это оказалось «всего лишь» желудочным кровотечением. А ведь если бы Сюэ Цзинмин попал ножом, он, наверное, не простил бы себе этого никогда.

— Я боялся, что он ранит кого-нибудь, — хрипло сказал Лу Сыюй, его голос немного прояснился. Он тихо кашлянул и добавил: — Но я победил.

— Да, ты победил. Ты был особенно храбр, — Сун Вэнь сжал его ледяные пальцы и осторожно вытер кровь между ними, — но, пожалуйста, впредь думай о безопасности. Всё должно быть в пределах допустимого, слышишь?

Он смотрел на Лу Сыюя и чувствовал, как внутри нарастает тревога. В моменты смертельной опасности тот будто терял инстинкт самосохранения, словно ему было всё равно жить или умереть. В нём была какая-то упёртая, немая отвага, даже отчаянность. Но Сун Вэнь не хотел видеть его таким. Он хотел, чтобы тот был для него как маленькое сокровище — упрямый, да, но целый, живой, тот, кого хочется оберегать, держать на ладони.

Лу Сыюй моргнул и тихо произнёс:

— Мне показалось, что я смогу его остановить.

Эти слова он произнёс почти оправдательно, как доказательство, что всё было продумано, что он не бросался в драку без оглядки.

В глазах Лу Сыюя блестела влага, прозрачная, как роса. Даже в смертельно опасной ситуации кто-то должен был действовать. Нападавшего нужно было остановить, иначе могли пострадать другие. Если бы не он — это сделал бы Сун Вэнь. Или кто-то ещё. Но, по мнению Лу Сыюя, лучше было положить конец прямо сейчас.

Сун Вэнь помог ему проверить температуру. После холодного компресса жар немного спал, опустился до тридцати восьми. Но стоило Лу Сыюю снова нахмуриться, а телу слабо вздрогнуть от боли, как Сун Вэнь понял, что страдание не утихло. Смотреть на это было невыносимо. Где-то в груди, глубоко, защемило так, будто боль, что испытывал Лу Сыюй, отзывалась в нём самом. Хотелось вырвать её из его тела и забрать себе.

Он накрыл Лу Сыюя, дал ему немного отдохнуть, а сам встал и тихо подошёл к доктору Дуаню:

— Доктор, можно ли дать ему обезболивающее?

— Второй благодетель, дело не в том, что я не хочу дать обезболивающее. Просто если мы введём его сейчас, потом, в городской больнице, всё равно придётся проводить повторную диагностику. Лучше пока потерпеть.

На самом деле, обезболивающее часто затрудняет постановку точного диагноза, и доктор не хотел перегружать организм Лу Сыюя лишними препаратами.

— А сейчас его состояние серьёзное? — снова спросил Сун Вэнь.

— У него уже была язва, — объяснил доктор Дуань, — а удар вызвал разрыв сосудов в слизистой, что и привело к желудочному кровотечению. К счастью, мы успели среагировать довольно быстро. Если кровотечение остановится, угрозы жизни не будет. А вот если не остановится…

Он запнулся. Потому что при тяжёлом желудочном кровотечении исход может быть фатальным. Но, взглянув на Лу Сыюя, он постарался успокоить Сун Вэня:

— Пока состояние стабильное. Он молод, восстановление должно пойти быстрее.

— А помимо кровотечения, как вообще лечат язву? — продолжал спрашивать Сун Вэнь. Он знал, что язва — хроническая вещь, но в подробностях не разбирался.

Доктор Дуань объяснил:

— Желудок — дело тонкое. Нужно есть вовремя, принимать лекарства по схеме, регулярно обследоваться. Исключить холодную пищу, по возможности отказаться от сигарет и алкоголя, больше двигаться и, главное, поддерживать хорошее настроение. Желудок — один из самых уязвимых для эмоций органов. Переживания, тревожность, подавленность напрямую влияют на него. В таких условиях язва развивается легко.

Сун Вэнь кивнул, усваивая новое. Теперь он понял: Лу Сыюй вовсе не был изнеженным, всё это уже давно давало о себе знать, просто он не жаловался.

Он вернулся к кровати. Лу Сыюй моргнул и взглянул на него, чуть приподняв голову. И тут заметил. что рукав рубашки Сун Вэня закатан.

Сдерживая боль в животе, Лу Сыюй попытался приподняться, но Сун Вэнь тут же удержал его, испугавшись, что тот снова начнёт харкать кровью.

— Спокойно, не двигайся. Доктор велел лежать неподвижно, ясно?

— Теперь, когда понятно, в чём дело, и рядом есть врач, уже ничего страшного не случится. А я всё равно особо не помогу, — хрипло проговорил Лу Сыюй и потянулся, зацепив пальцами его рукав. — У тебя рана?

На закатанном рукаве Сун Вэня остались пятна крови, о которых он и сам успел забыть. Услышав вопрос, он вспомнил, что в драке с Сюэ Цзинмином задел руку — на предплечье осталась неглубокая царапина. Сун Вэнь спокойно закатал рукав выше:

— Пустяки, просто царапина. Кровь уже остановилась. Потом попрошу у них йод и обработаю. А ты как? Лежи спокойно. Скоро приедет скорая.

Он взглянул на бледное, почти прозрачное лицо Лу Сыюя и сжал губы от нахлынувшей тревоги:

— Глядя на тебя сегодня… Ты ведь мог просто позвонить в 120.

— Тебе всё-таки лучше сделать прививку от столбняка, — Лу Сыюй, глядя на рану, которая уже не казалась серьёзной, наконец чуть расслабился, моргнул и тихо добавил: — Если бы я тогда вызвал скорую, ты бы не поймал Сюэ Цзинмина.

Сун Вэнь, услышав его голос, почувствовал, как тревога понемногу отпускает. Он улыбнулся краешком губ:

— Это всё благодаря тебе.

Пока они говорили, наконец прибыл Чжан Дахай. Ещё утром он относился к двум молодым офицерам с недоверием, но после всего, что произошло за этот день и ночь, сомнения развеялись окончательно. Услышав, что убийца пойман, он пришёл в восторг. Зайдя в клинику, тут же начал рассыпаться в похвалах:

— Офицер Сун, вы, оказывается, не промах! Я видел, Сюэ Цзинмин в наручниках у ворот!

— Просто совпадение, — отозвался Сун Вэнь.

В этой истории и правда было немало случайностей. Если бы у Лу Сыюя ночью не случился приступ, и они не пришли бы в клинику, жертв могло быть куда больше, а последствия даже представить страшно.

Взгляд Чжан Дахая скользнул к кровати, где Сун Вэнь осторожно ухаживал за Лу Сыюем. Молодой полицейский, бледный, с засохшей кровью у губ, лежал, сжавшись на простыне. Чжан Дахай вздрогнул от неожиданности и сразу спросил:

— Что случилось с офицером сяо Лу?

Сун Вэнь, заметив, что цвет лица Лу Сыюя немного улучшился, слегка успокоился. Не вдаваясь в подробности, он коротко ответил:

— Пострадал во время задержания. Небольшое желудочное кровотечение.

Чжан Дахай снова взглянул на бледный профиль Лу Сыюя, с влажным от пота лбом и окровавленным воротом рубашки. В голове промелькнула странная мысль: почему некоторые, даже будучи в таком состоянии, выглядят только лучше? Что-то в этом мальчишке вызывало невольную симпатию.

Чжан Дахай тихо вздохнул:

— Беречься надо. Надеюсь, с ним всё будет в порядке. Офицер Лу, вы держитесь там.

С этими словами он достал из сумки пару аккуратных свёртков.

— Ну что, офицер Сун, офицер Лу, я ведь правда вам благодарен. Я уже старый, толку от меня немного. Если бы не вы, кто знает, когда бы это дело вообще раскрыли. А вы и не курите, и не пьёте. Так что я принёс вам немного чая, который сами выращиваем, и вот ещё ягоды годжи, на солнце сушили. Без химии, без добавок. Заварите потом, хоть что-то от меня.

У Сун Вэня с самого начала сложилось не лучшее мнение о Чжан Дахае. Тот казался ему человеком хитроватым, осторожным до малодушия и откровенно посредственным. Но сейчас, слушая его слова, он вдруг уловил в них простую искренность и настоящую благодарность. Да, Чжан Дахай мог быть мелочным, не слишком решительным, с ограниченным кругозором, но точно не был плохим человеком. Говорить, что он «охраняет покой родного города», конечно, громко сказано, но ведь без таких, как он, кто знает, что стало бы с деревнями и пригородами?

Сун Вэнь молча смотрел на свёртки в его руках. Чжан Дахай, заметив это, неловко потёр ладони о бока и пробормотал:

— Да ничего особенного… это дёшево совсем, ну, пара юаней…

— Бери, — раздался тихий голос с кровати.

Лу Сыюй, лёжа, приподнял веки и посмотрел на Сун Вэня:

— Оставь немного для старшего брата Линь. Потом заварим.

Обрадованный тем, что с Лу Сыюем вроде бы всё в порядке, Чжан Дахай передал свёртки Сун Вэню и тихо сказал:

— Я понимаю, что допустил ошибку. Если бы не тот случай с утонувшим ребёнком… Я тогда не разглядел сути, и всё это вылилось в такое. Я уже всё изложил в рапорте, посмотрим, что решат начальство… Наш Лунин на самом деле хороший — и чай, и пейзажи. Не судите строго по нескольким паршивцам. Вы, главное, отдыхайте, восстановитесь. А потом загляните как-нибудь, я угощаю.

Сун Вэнь взял свёртки, поблагодарил и слегка усмехнулся, покачав головой:

— Еда тут правда вкусная, и вид хороший, и ночевать было где. Но вряд ли мы приедем ещё, разве что по заданию.

Чжан Дахай замер, решив, что снова сказал не то. Замявшись, пробормотал:

— Ээ… а почему?..

Сун Вэнь пояснил:

— Я начинаю понимать, почему между этим местом и Наньчэном такая разница, хотя расстояние вроде бы небольшое. Обычаи, отношения между людьми, взгляд на жизнь — всё иное. Люди здесь могут разбогатеть, стираются границы между деревней и городом, но различия всё равно остаются. Может, именно поэтому многие хотят уехать, рвутся в большие города, чтобы выбраться.

— Понимаю, о чём вы. У нас и правда много проблем. Некоторые обычаи только вред приносят. Предвзятость по отношению к женщинам, все эти изнурительные церемонии, суеверия, сплетни, сватовство по принуждению. Моя дочь вот домой возвращаться не хочет, боится, что силком выдадут замуж. Даже если у людей здесь есть деньги, от этого не избавишься за одну ночь. Есть предрассудки, что въелись в кости. Вон как в этом деле — всё из-за слухов, а в итоге погибла целая семья. Кто-то просто болтает, а у других рушится жизнь.

Он замолчал, лицо его помрачнело.

— Но это мой дом…

Сун Вэнь слегка улыбнулся и сказал:

— Этот случай особенный. А большинство людей здесь — хорошие. И есть те, кто возвращается, привозит новые взгляды, постепенно меняя всё вокруг. Изменения идут, пусть и медленно.

Чжан Дахай облегчённо вздохнул:

— Спасибо. Я понял. Ну что ж, может, судьба ещё сведёт.

В городе люди откровенничают с незнакомцами через экраны, не зная имён своих соседей. В деревне, наоборот: приватности нет, и вся жизнь проходит под гнётом слухов и пересудов. Но так устроено человеческое общество — поколения сменяют друг друга, шаг за шагом, продвигаясь вперёд. Жизнь продолжается. И становится всё лучше.

Когда Лу Сыюй понял, что разговор затянулся, он тихо обратился к Сун Вэню:

— Со мной тут есть врач, мне уже полегче. А вы с ним идите, разберитесь с делами по Сюэ Цзинмину. Оставлять его там опасно.

Сун Вэнь всё ещё волновался, не хотел уходить, но работа была работой. Он взглянул в окно, скорая уже подъезжала.

— Полежи немного. Я схожу уладить передачу, а потом вместе поедем в больницу.

— Угу, — кивнул Лу Сыюй и, свернувшись, закрыл глаза.

http://bllate.org/book/14901/1433384