Готовый перевод Damned Thirst for Survival / Проклятое желание выжить: Глава 7. Одногруппники

Глава 7. Одногруппники

Цзян Ло сохранял настороженность.

Время было позднее, и полиция, проявив заботу, предоставила им отель для отдыха.

Под яркой луной и тусклыми звёздами Цзян Ло лежал на спине, положив руки под голову, и смотрел в потолок. В его сознании всё ещё мелькали образы жены владельца отеля.

Защита.

Это была единственная цель, позволившая матери вернуться к жизни, чтобы остаться рядом с сыном.

Для Цзян Ло любовь была чем-то незнакомым. Он никогда не имел ни друзей, ни чувства настоящей семейной привязанности. Конечно, он считал, что друзья ему не нужны. Что касается любви, то его к ней отношение было скорее равнодушным. Даже с однокурсниками с архитектурного факультета, с которыми он проводил целые дни, у него хоть и были хорошие отношения, но никто из них ничего не знал о его личной жизни.

Он жил один, умирал один, ел один*. У него не было семьи, о которой нужно заботиться. Для Цзян Ло это был идеальный образ жизни.

(* Он живёт в одиночестве, решая свои проблемы и заботясь только о себе, ничего не ожидая от мира, включая заботу, близкие отношения или поддержку.)

Медленно отпустив тяжёлые эмоции, которые, казалось, были ему чужды, он закрыл глаза.

Ночь прошла спокойно.

На следующее утро, спустившись на завтрак, он увидел молодого полицейского, которому было, вероятно, чуть более двадцати. Тот сидел за столом и поманил Цзян Ло подойти.

— Баоцзы, хрустящие палочки, острый суп — подойдёт?

Цзян Ло взял хрустящую палочку, разломил её на кусочки и обмакнул в суп.

Полицейский заговорил:

— Владелец отеля «129» проснулся, но его состояние оставляет желать лучшего.

Полицейский показал им видеозапись. На ней владелец отеля, лежа на больничной койке, крепко обнимал своего сына, не отпуская ни на миг, а по его лицу текли слёзы.

Он без остановки повторял:

— Жена, прости меня… Жена…

Его поведение испугало сына до слёз. Мужчина ещё крепче прижал ребёнка к себе, гладя его мягкие, тонкие волосики, в то время как его собственные слёзы продолжали беззвучно течь.

Из-за работы владелец отеля пренебрегал своей семьёй. В периоды финансового благополучия он не находил времени для близких, а когда деньги заканчивались, его мучила тревога, не дававшая сосредоточиться на семье.

В какой-то момент он придумал новый способ привлечения клиентов.

Он решил пригласить в отель свою престарелую мать, которую давно не видел, чтобы снять забавные видео с её участием, надеясь, что это привлечёт внимание к пожилым людям, которые становятся популярными в интернете. Если его мать станет знаменитостью, это может вернуть былую популярность отелю.

Когда он привёз мать в отель, их связь как матери и сына, несмотря на долгие годы разлуки, позволила ему почувствовать, что что-то не так. Однако он не придал этому значения, поскольку был полностью поглощён работой.

Его равнодушие и поверхностное отношение привели к столь трагическому результату.

Цзян Ло заметил, как чёрный туман на руке ребёнка постепенно рассеивался под звуки рыданий владельца отеля. Молодой человек проглотил последний кусочек хрустящей палочки и повернулся к Е Сюню.

— Ты это видишь?

Е Сюнь, отложив баоцзы, спокойно взглянул на Цзян Ло.

— Что именно?

— Чёрный туман, — уточнил Цзян Ло, — на левой руке мальчика.

Е Сюнь нахмурился, внимательно изучая ребёнка на видео, но затем покачал головой.

— Нет, я ничего не вижу.

Цзян Ло задумался.

Даже такой умелый человек, как Е Сюнь, не увидел чёрного тумана. Вероятно, и предыдущий владелец этого тела также не мог бы его заметить. Но почему тогда Цзян Ло его видит?

Единственное различие между ним и прежним владельцем тела — это их разные души и смерть Чи Ю.

Возможно, дух Цзян Ло, которым он теперь является, спровоцировал такие изменения? Или же это связано с тем, что Чи Ю находится рядом с ним, и именно поэтому Цзян Ло видит чёрный туман?

Цзян Ло надеялся, что причина кроется в первом.

Ведь каждый хочет верить, что у него есть какой-то особый дар.

После завтрака полицейский с улыбкой достал из-под стола рюкзак и протянул его им.

— Мы проверили данные о духе без головы. Он не совершал ничего дурного. Мы спросили его, чего он хочет, и он сказал, что хотел бы, чтобы вы взяли его с собой в университет.

Цзян Ло принял рюкзак, расстегнул молнию и заглянул внутрь. Там его встретило бледное лицо, которое натянуто улыбалось.

— Приветствую тебя, юный друг!

Цзян Ло поморщился и бросил рюкзак Лу Юю.

— Это твоя забота, — скучающим голосом произнёс он.

Лу Юй, держа рюкзак с заметным недовольством, усмехнулся:

— Забота? Это как? Закопать его?

Голова в рюкзаке разразилась слезами:

— Вчера ты называл меня братом Нин Сю, а сегодня просто отдаёшь другому. Разве можно так ранить мою душу?

Лу Юй, устав от воплей, застегнул молнию.

— Заткнись уже.

Полицейский продолжил:

— Сегодня утром мы обыскали бачки унитазов во всех номерах отеля «129». Мы обнаружили, что внутри спрятаны загробные банкноты. Мы проверим, кто из гостей это сделал. Вам не о чем беспокоиться.

Е Сюнь кивнул.

— На втором этаже отеля через окно вторгается разрушительная энергия. Пусть там поставят амулет с изображением «Гунфу» * — пятого сына дракона. Это должно её нейтрализовать.

(* Гунфу — один из девяти сыновей легендарного дракона. Его голова похожа на голову дракона, но более плоская, с рогами на вершине.)

Полицейский записал его слова и поблагодарил:

— Спасибо за помощь.

После прощания трое начали собираться в университет.

По дороге обратно Лу Юй и Е Сюнь уткнулись в телефоны. Цзян Ло заинтересовался этим, заглянул через плечо одного из парней и увидел, что они переписываются в групповом чате.

Чат назывался «В чрезвычайной ситуации зажгите благовония» и насчитывал восемь участников.

Чем больше Цзян Ло вглядывался, тем более знакомым ему казался этот чат. И тут он вспомнил, что это та самая группа, которую предыдущий владелец тела заблокировал.

Юноша открыл телефон, нашёл этот чат и зашёл в него. Там оказалось больше 99+ сообщений.

Цзян Ло пролистал вверх. Ну и молодцы, ничего их не волнует, даже тот факт, что он до сих пор в группе. А темы обсуждений касались исключительно сплетен о его отношениях с Чи Ю.

[Чжо Чжунцю: Когда вы наконец вернётесь? Пока я вас не увижу, не поверю ни единому слову о Цзян Ло и Чи Ю, что вы там нарассказывали.]

[Гэ Чжу: Странно, почему я раньше не замечал, что у этих двоих есть такая связь?]

Лу Юй не переставал писать в группе.

[Лу Юй: Чи Ю умер, тут не может быть никакой связи. На самом деле позиция Чи Ю была совершенно очевидной, просто мы этого не понимали. Кажется, я даже замечал что-то странное, но не упоминал об этом в разговорах и уж тем более никому специально не рассказывал.]

[Е Сюнь: Ты просто постоянно критиковал Цзян Ло.]

Сердце Лу Юя забилось быстрее. Он поднял глаза от телефона и осторожно посмотрел на Цзян Ло. Убедившись, что выражение лица того не изменилось, он облегчённо вздохнул. Раньше он действительно говорил о Цзян Ло много неприятного, и теперь ему было стыдно. Он не хотел, чтобы тот об этом узнал.

Лу Юй уже понял, что Цзян Ло совсем не такой, каким он его себе представлял.

Цзян Ло пролистал все сообщения. Оказалось, что Лу Юй и Е Сюнь обсуждали с друзьями из чата его предполагаемые отношения с Чи Ю.

Члены группы были в шоке. Никто не мог поверить, что всё это правда.

Чи Ю давно был влюблён в Цзян Ло? Он даже признался ему первым?

А его частые предложения остаться и позаниматься дополнительно — это было только ради того, чтобы проводить больше времени с Цзян Ло наедине?

Ха-ха-ха! Вас что, бесы попутали?

Вместо того чтобы поверить в роман между Цзян Ло и Чи Ю, все скорее готовы были подумать, что Лу Юй и Е Сюнь просто решили придумать эту историю ради шутки.

[Чжо Чжунцю: Как Чи Ю вообще мог влюбиться в Цзян Ло?]

Лу Юй ответил со всей серьёзностью:

[Лу Юй: А вы вспомните, как выглядит Цзян Ло.]

В чате на несколько секунд повисла тишина, после чего Лу Юй недовольно добавил:

[Лу Юй: На самом деле у Цзян Ло вполне приятная внешность.]

[Е Сюнь: Лу Юй прав.]

Подтверждение от них двоих перевело тон обсуждения в группе от недоверия и насмешек к настроению «возможно, так и было».

Цзян Ло бросил благодарный взгляд на Е Сюня и Лу Юя, радуясь, что не ошибся в выборе союзников.

Обмануть этих двоих было несложно, но убедить остальных из группы оказалось бы куда труднее.

Неважно, кем он был — прежним владельцем тела или нынешним Цзян Ло, — в глазах участников их группы он всегда оставался чужаком. Но при таких обстоятельствах, когда Лу Юй, который всегда презрительно относился к Цзян Ло, и хладнокровный Е Сюнь открыто подтвердили, что «Чи Ю был влюблён в Цзян Ло», это, конечно, увеличило доверие других к этой истории.

И уж точно их слова были убедительнее, чем если бы Цзян Ло говорил это сам.

И хотя сама идея такой пары может казаться эфемерной, кто же может запретить людям с богатым воображением сделать её реальной? Разве не так?

Когда машина приблизилась к университету, Лу Юй, размяв пальцы после долгой переписки, написал последнее сообщение:

[Лу Юй: Мы почти приехали. Если вы не верите, сами спросите у Цзян Ло. Даже если вы не уверены, что Чи Ю мог быть влюблён в него, хотя бы признайте, что у Чи Ю безупречный вкус.]

Цзян Ло:

— …

С тех пор, как он попал в этот мир, Цзян Ло уже не считал, сколько раз он был обязан своему лицу.

Убрав телефон, он на мгновение задумался, как разыграть перед другими роль человека, пережившего большую любовь и решившего измениться в лучшую сторону. Всё это было необходимо, чтобы убедить пятерых оставшихся одногруппников, которые, в отличие от Е Сюня и Лу Юя, были значительно сложнее.

Среди них был Гэ Чжу, наследник даосской школы; Чжо Чжунцю, старшая дочь семьи Чжо из шести крупнейших сект, занимавшаяся совершенствованием тела и духа; и Вэнь Жэньлянь, который, несмотря на вечную улыбку, делавшую его глаза почти невидимыми, всегда оставался загадкой для окружающих.

Один полагался на интуицию, другой — на опыт, а третий — на чтение сердец. Обмануть их было куда труднее.

Через десять минут машина остановилась у ворот университета.

Цзян Ло первым вышел из машины и сразу заметил привлекательного молодого человека, стоящего у ворот.

Тот был одет в короткие шорты и простую футболку. Его длинные, стройные ноги были настолько белыми, что им могли бы позавидовать иные девушки. На голове красовалась бейсболка, а сам он стоял, привалившись к стене, окружённый толпой девушек.

Увидев его, Лу Юй тут же нахмурился:

— До чего дошло, даже встретить нас вышел. Вот же сплетник.

Цзян Ло прищурился, пытаясь понять, кто это, но лицо молодого человека оставалось неразличимым. Вскоре тот заметил их, отошёл от девушек и дружелюбно протянул руку.

— И зачем вы притащили с собой что-то странное? — его голос был низким и хриплым, с грубоватыми нотками, будто он давно злоупотреблял сигаретами.

Он смотрел на рюкзак за спиной Лу Юя, внутри которого пряталась голова. Хоть сам дух никак не проявлял себя, молодой человек сразу понял, что он там.

Ни Е Сюнь, ни Лу Юй, казалось, не удивились.

Е Сюнь вздохнул:

— Он не даёт Цзян Ло прохода.

Молодой человек повернулся к Цзян Ло. Он был немного ниже его ростом и потому слегка поднял голову. Под козырьком бейсболки показалось утончённое лицо — черты были резкими, но в них всё же сквозила женская мягкость.

Глубокий взгляд и тонкие черты делали его внешность чем-то средним между мужской и женской. Однако Цзян Ло сразу понял: на самом деле это девушка.

Чжо Чжунцю внимательно осмотрела Цзян Ло с ног до головы, потом резко присвистнула и с лёгкой усмешкой сказала:

— У Чи Ю действительно хороший вкус.

Девушки, которые стояли вдалеке, постепенно приблизились, но остановились примерно в двух метрах, лица их пылали румянцем.

— Старшая сестра…

Чжо Чжунцю обернулась с видом лёгкой усталости, указала пальцем на Цзян Ло и сказала:

— Девочки, мне нравятся лица вроде этого. — Она ненадолго замолчала, а затем улыбнулась. — Но лучше всего, если грудь будет побольше. Я-то сама плоская, как доска.

Девушки покраснели ещё сильнее и быстро разбежались.

— …Я так завидую, — пробормотал Лу Юй.

Е Сюнь молча кивнул.

Чжо Чжунцю явно проявляла неподдельный интерес к Цзян Ло. Пока они шли обратно, она задавала ему массу вопросов.

— Ты хочешь сказать, что смерть Чи Ю не была несчастным случаем?

Скрестив руки на груди, она поднесла одну руку к подбородку, задумавшись, а затем вдруг рассмеялась.

— Интересно.

Цзян Ло тоже находил это интересным, но не показывал вида. Он улыбнулся, а затем заметил в стороне молодую парочку, сидящую на скамейке. Внезапно в его голове вспыхнула идея, и он тут же остановился.

Чжо Чжунцю проследила за его взглядом и сразу поняла:

— Так у вас было здесь свидание?

Красивый юноша с чёрными волосами улыбнулся:

— Это нельзя назвать свиданием.

На самом деле, Чи Ю действительно приводил сюда прежнего владельца этого тела, но исключительно для того, чтобы унизить его на глазах у других студентов.

Цзян Ло мягко посмотрел на цветы. Ему всегда нравились растения. После окончания второго курса, пройдя базовые занятия по дизайну, он выбрал специализацию в ландшафтном проектировании именно по этой причине. Когда в его лице больше не было вызова и высокомерия, оно стало напоминать тщательно отполированный драгоценный камень, сияющий чистым светом.

Его мягкий взгляд, улыбка, словно утренняя роса, порождаемая лёгким ветерком, напоминали что-то почти нереальное, оторванное от земного мира. Но в самой глубине этой утончённости таилась скрытая, противоречивая притягательность.

Чжо Чжунцю не смогла удержаться от того, чтобы дольше разглядывать его. Она подумала: «Любовь действительно способна изменить человека до неузнаваемости. Даже хулиган вроде Цзян Ло решил измениться. Это нечто более ценное, чем золото»*. К тому же Чжо Чжунцю не привыкла судить людей исключительно по их прошлым поступкам.

(*«Даже золото не сравнится с ценностью искреннего раскаяния» — это метафора, означающая, что человек, осознавший свои прежние ошибки и раскаявшийся в них, представляет собой нечто невероятно ценное.)

Она истолковала мягкость Цзян Ло как тоску по Чи Ю, а затем бросила взгляд на его шею. Чжо Чжунцю осторожно поинтересовалась:

— Я слышала, что Лу Юй сказал: прошлой ночью Чи Ю появился перед тобой?

Шея Цзян Ло была обмотана бинтами, что делало её похожей на нечто запретное. Он поднял руку, провёл пальцами по шее и вспомнил их последнюю встречу с Чи Ю. Его улыбка стала шире.

— Да, он приходил ко мне.

Даже после того, как призрак чуть не задушил его, пытаясь утащить с собой, Цзян Ло всё равно мог улыбаться. Это заставило Чжо Чжунцю окончательно поверить в то, что Цзян Ло действительно любит Чи Ю. Она потёрла переносицу, испытывая лёгкую головную боль.

— Невероятно. Ты ещё и улыбаешься? Ведь он пришёл, чтобы убить тебя!

Цзян Ло сделал вид, что не слышит, и произнёс твёрдым голосом:

— Чи Ю никогда не причинил бы мне вреда. Он просто сильно скучает по мне.

Чжо Чжунцю промолчала. Казалось, перед ней стоял безумно влюблённый человек, потерявший всякий рассудок.

Лу Юй не выдержал и начал говорить, но осёкся:

— Но твоя шея…

Цзян Ло мягко улыбнулся и тихо ответил:

— Наверное, он был слишком взволнован. Я знаю, он не хотел этого.

Чжо Чжунцю отошла к Е Сюню, указала на голову Цзян Ло и спросила вполголоса:

— Чи Ю что заставил его выпить отвар для усмирения души?

Е Сюнь тяжело вздохнул:

— Он любит Чи Ю и чувствует перед ним вину. Если Чи Ю попросит его умереть, он, наверное, согласится без колебаний.

— Нет, так не пойдёт, — резко возразила Чжо Чжунцю. — Мы не можем позволить Чи Ю убить Цзян Ло.

Для них было немыслимо позволить такому случиться на их глазах, ведь они знали, что это не было настоящим намерением Чи Ю.

Даже если он стал духом, даже если в нём зародилась идея убить любимого, чтобы забрать его с себой, они обязаны остановить его. Когда Чи Ю придёт в себя и поймёт, что натворил, чувство вины будет разрушать его изнутри.

Чжо Чжунцю и Е Сюнь обменялись взглядами и с пониманием кивнули друг другу.

Старый кампус университета Байхуа находился в центре города. Учитывая высокую стоимость городской земли, его территория была небольшой. Факультет естественных и общественных наук располагался в самой глубине кампуса.

Цзян Ло шёл за ними, сворачивая то налево, то направо, пока, сам не понимая, сколько поворотов они прошли, не оказался перед новой прямой дорогой.

Слово, вспыхнувшее в его сознании, было «ловушка».

Вид за узкой дорогой открыл просторную картину: большое здание университета стояло на берегу полукруглого прозрачного озера. Всё было расположено по канонам фэн-шуй, в стиле «нефритовый пояс охватывает талию».

Деревья и цветы росли в идеально продуманных местах. Цзян Ло осмотрелся и заметил золотистую дымку, которую трудно было уловить. Это было отличное место с благоприятной энергией, свойственной только местам с идеальным фэн-шуй.

При более внимательном взгляде становилось понятно, что здесь сливались энергия небес, дух земли, свет солнца и луны, сила гор, потоков воды и растений. Всё это наполняло место духовной силой и формировало «жилу дракона» * — энергетическую артерию земли.

(* «Жила дракона» — один из ключевых принципов теории фэн-шуй. Термин описывает форму гор, зданий и окружающего ландшафта. Он указывает на расположение позади объекта и исследует изгибы и кривизну «жилы дракона», чтобы определить место сосредоточения энергии.)

Это место с невероятным дизайном и гармонией указывало, что его проектировщик был даши * высочайшего уровня в фэн-шуй.

(*«Даши» — уважительное обращение, используемое для обозначения мастеров или выдающихся специалистов в различных искусствах. Этот термин также применяется для обращения к старшим монахам или к почитаемым религиозным наставникам.)

Цзян Ло неспешно направлялся к аудитории, а тем временем его одногруппники наблюдали за ним через окно.

Гэ Чжу, волосы которого были собраны в пучок, украшенный заколкой, был облачён в просторные одежды даосского монаха. Соединив руки перед собой, он с лёгкой улыбкой и чистым взглядом смотрел на приближающуюся снаружи группу. Его вид источал спокойствие и ощущение внутренней свободы.

— Смотрите, они вернулись.

Крупный парень, сидящий напротив Гэ Чжу, некоторое время смотрел в окно, прежде чем вдруг заявить хрипловатым голосом:

— Игрушка в руках Е Сюня была использована.

Гэ Чжу вздрогнул.

— Для выполнения просьбы от одного частного отеля нужна была мстительная кукла-призрак?

Куан Чжэн, внешне крепко сложенный и довольно молчаливый, коротко кивнул.

— Не беспокойся, её использовали совсем немного.

Гэ Чжу утёр холодный пот со лба.

— Напугал меня, бедного монаха, чуть не до смерти. Я уж думал, что Сяо Фэнь снова начала есть без разбора.

В процессе их разговора четверо снаружи вошли в помещение. Улыбка Гэ Чжу засияла, словно утреннее солнце, и он махнул им рукой.

— Добро пожаловать обратно!

Куан Чжэн, несмотря на свои угрожающие внешние данные, вёл себя весьма вежливо. Он молча отодвинул стулья, чтобы вновь прибывшие могли сесть.

Одного взгляда на своих одногруппников было достаточно, чтобы выделить добросердечного даоса Гэ Чжу и загорелого, крепкого парня — мастера оружейного ремесла Куан Чжэна.

Куан Чжэн обладал впечатляющими способностями. В эпоху, когда число талантов в мистических искусствах сокращалось, оружейные мастера стали редкостью. Однако Куан Чжэн выделялся своим мастерством в этой области. Помимо своих навыков, он был человеком с простым мышлением и трудолюбивым подходом, что обеспечивало ему блестящие перспективы на выбранном пути.

Пока Гэ Чжу и Куан Чжэн наблюдали за ними, Цзян Ло сел у окна, опёрся локтем на подоконник и одарил их лёгкой улыбкой.

Гэ Чжу слегка улыбнулся в ответ, его взгляд был прикован к Цзян Ло.

Черты лица — это окна души, как окна дома. Чтобы изучить чью-то судьбу, сначала надо обратить внимание на его кости и лицо.

Костную структуру нужно прощупать руками, а лицо достаточно рассмотреть. Пять чувствительных органов на лице собирают в себе жизненную энергию, и все внутренние органы, дух и душа человека проходят через лицо. Гу Чжу, изучающий это искусство много лет, мог одним взглядом определить жизненный путь и судьбу простого человека. Однако сейчас, сколько Гэ Чжу ни вглядывался, перед его глазами был лишь плотный чёрный туман, окружавший Цзян Ло.

Гэ Чжу резко вскочил, его голос дрожал:

— Это… это…

Цзян Ло, играя с прядью волос, с интересом посмотрел на него:

— Что такое?

Гэ Чжу подошёл ближе, его лицо стало серьёзным.

— Одногруппник Цзян Ло, разреши мне, этому маленькому монаху, посмотреть на твою ладонь.

Цзян Ло широко улыбнулся и протянул руку:

— Пожалуйста.

Гэ Чжу взял его руку.

Его пальцы были гладкими и мягкими, словно мох, а форма указывала на ум, изящество и признаки богатства. Однако при более внимательном изучении линии ладони оказались хаотичными, сбивающими с толку. Гэ Чжу напрягся, его глаза округлились, словно медные бубенчики, но он ничего не смог понять.

Вокруг все молчали, чтобы не помешать ему сосредоточиться. После долгой паузы Гэ Чжу отпустил руку Цзян Ло и, утирая пот со лба, вернулся на своё место с измождённым видом. Поднеся чашку-термос к губам, он слабо улыбнулся:

— Всё нормально. Мы должны помнить, что всегда найдётся кто-то более сильный. Есть горы, выше которых не взобраться, и судьбы, которые невозможно понять до конца. Просто продолжай стараться, и всё наладится.

Из-за двери раздался насмешливый голос:

— Гэ Чжу, снова пытаешься запудрить кому-то мозги?

Не успел он ответить, как в комнату вошли двое.

Первая — высокая женщина в красном платье с длинными волосами и бежевой шалью на плечах. Её элегантность и ослепительная улыбка привлекали все взгляды.

Это была Вэньжэнь Лянь, загадочная личность, известная своей склонностью к уединению.

Но на самом деле «она» была мужчиной, предпочитавшим женские наряды.

За ней вошёл симпатичный блондин-иностранец с зелёными глазами, которого звали Сорель. Он неловко почесал голову и извинился:

— Простите за опоздание.

Гэ Чжу вздохнул:

— Вэньжэнь, ты наконец-то здесь.

Та, сняв шаль, села напротив Цзян Ло, улыбаясь. Её длинные, густые ресницы закрывали глаза, как будто она ничего не видела.

— Ну что, Гэ Чжу, ты уже что-нибудь разглядел?

— Нет, ничего, — сухо ответил он. — Хочешь попробовать?

Гэ Чжу изучал гадание, а Вэньжэнь Лянь — прорицание.

Но Вэньжэнь Лянь отмахнулась, улыбаясь:

— Если ты не смог, я тем более не буду позориться. Вместо того, чтобы разбираться в этих таинственных вещах, я хотела бы задать Цзян Ло пару вопросов.

Подражая позе Цзян Ло, она опёрлась подбородком на кулак, а шелковистые пряди её парика рассыпались по груди. Вэньжэнь Лянь лукаво спросила:

— Одногруппник Цзян Ло, скажи, ты когда-нибудь спал с Чи Ю в одной постели?

http://bllate.org/book/14895/1571534