Готовый перевод My Eerie Family Won’t Stop Pampering Me / Моя жутковатая семья не перестаёт меня баловать: Глава первая. Стать пушечным мясом? Он что, спятил, что ли?

Глава первая.

Стать пушечным мясом? Он что, спятил, что ли?

С наступлением сумерек, объявших район Паньлун, у шашлычной «Большой Брат» вовсю сновало море посетителей, наполняя уютный вечер безудержным смехом и весельем. Аромат копчёного мяса мягко оседлал прохладный ветер, унося далеко за пределы заведения.

^{Паньлун (盘龙) — район городского подчинения городского округа Куньмин провинции Юньнань (КНР). Район назван по протекающей здесь реке Паньлунцзян.А еще Паньлу́н (свернувшийся / дремлющий дракон) — типичное название ЖК в Китае}

И несмотря на то, что в шашлычной почти не осталось свободных мест, Лань Юй одиноко примостился за маленьким столиком, терпеливо дожидаясь друга. Даже не притронувшись к меню, парень постучал по изношенному старенькому телефону, и поцарапанный экран загорелся.

Гость опаздывал уже на целых полчаса.

В море смеха дверь в шашлычную распахнулась, впуская прохладный ветерок, мягко струящийся по тёплому заведению. Лань Юй инстинктивно обернулся и, заметив знакомую фигуру, тут же встал.

Мужчина средних лет лениво расстегнул пуговицы тёплого пальто и собирался было уже непринуждённо сбросить его, но рукав одёжки внезапно дёрнулся, и, повернувшись, он встретился взглядом с подошедшим вплотную парнем.

— Прости-прости, задержался на работе, — Чжоу Хэшэн посмотрел на притихшего юношу, аккуратно подхватившего и сложившего пальто в предоставленную шашлычной сумку для хранения.

— Чжоу-гэ, сюда, — Лань Юй спокойно поставил сумку с вещами на свободное место рядом с собой и пригласил друга присесть, отодвинув стул и сев вслед за ним, налив мужчине горячий чай. — Сегодня ужин за мой счёт, я угощаю.

^{В разговоре между друзьями 哥哥 («гэгэ») используют как ласковое или дружеское обращение к старшему брату или к другу старшего возраста, близкого и уважаемого, без официального формального оттенка.}

Мужчина отмахнулся.

— Пацан, ты совсем недавно устроился на новую работу, — отсканировав QR-код в углу стола, Чжоу Хэшэн непринуждённо открыл меню. — Спасибо, конечно, за предложение, но для начала встань на ноги, а уж потом сколько угодно угощай меня ужином.

— Не переживай, один ужин не разорит меня, — спокойно ответил Лань Юй, упрямо посмотрев на собеседника. Даже если в его кошельке мышь повесилась, а дорогие рестораны были ему не по карману, парень всё равно хотел искренне отблагодарить своего благодетеля.

— Да-да, поговори мне тут ещё, ты же недавно спустил свои последние деньги на аренду, — весело поддразнил мужчина.

— Чжоу-гэ, всё правда хорошо, — покачал головой Лань Юй.

— Ты уже переехал? — сменил тему Чжоу Хэшэн, не желая слишком сильно давить на друга.

Парень кивнул.

— Если честно, я удивлён, что у тебя так мало вещей, — усмехнулся мужчина. — Всего лишь одна сумка? Пацан, и это всё? А я уж подумывал отпроситься с работы и помочь тебе с переездом. Но ты и без меня прекрасно справился.

Лань Юй неосознанно провёл пальцами по краю кружки.

— Ты и так очень помог мне, Чжоу-гэ. Словами не передать, как я тебе благодарен. Но я больше не хочу обременять тебя.

Чжоу Хэшэн посмотрел на понурого парня, и внезапно воспоминания их первой встречи пронеслись перед его глазами. Холодный ветер беспощадно жалил сновавших людей. Заведя машину, он как раз провожал своего друга на вокзал и на обочине заметил легко одетого и дрожащего молодого парня.

Час спустя, проводив друга, мужчина заметил всё того же бедного незнакомца, медленно шагавшего вдоль обочины с посиневшими губами. Чжоу Хэшэн сразу же смекнул, что парень забрёл не туда, ведь район был окружён дорогами и эстакадами. Мужчина остановил машину, думая просто подвезти замёрзшего незнакомца, но не успел он глазом моргнуть, как они каким-то чудом уже оказались у него дома.

— И что бы ты без меня делал, а? — пошутил Чжоу Хэшэн.

Старше на тринадцать лет холостой мужчина со своим домом и машиной, узнав, что Лань Юй сбежал из дома, не стал докапываться, заваливая вопросами. Чужие проблемы его не касались, он просто решил помочь бедному парню в трудной ситуации, и всё. И вот так, осыпав его морем благодарностей, смущённый Лань Юй на время поселился у него.

— Спасибо, Чжоу-гэ.

Даже сейчас Чжоу Хэшэн не мог понять, о чём только думал этот безрассудный малец. Без гроша в кармане он сел в первый попавшийся поезд, прихватив с собой только лапшу быстрого приготовления.

Лань Юй с содроганием вспоминал, как он, легко одетый, вышел тогда с вокзала в незнакомом городе, потерянно глядя на незнакомый, усыпанный снегом город, не зная, что делать дальше. От одного только воспоминания холодок пробегал по коже.

Если бы не Чжоу-гэ…

— Пожил бы ещё немного у меня, — проворчал мужчина.

Лань Юй покачал головой.

— Ты и так мне очень помог. Я не хочу садиться тебе на шею. Как только я заработаю денег — отдам тебе всё до копейки.

Поселившись у друга, парень тут же устроился официантом и, поднакопив немного денег, снял небольшую квартиру.

— А ты, как я погляжу, серьёзно настроен и будешь стоять на своём, — вздохнул Чжоу Хэшэн. — Что же, радует, что ты хотя бы хороший ребёнок и, в отличие от белоглазых волков, умеешь говорить «спасибо».

^{Белоглазый волк (白眼狼) — это метафора неблагодарного человека, который забывает помощь и добро, оказанное ему другими.. Неблагодарный человек.}

— Спасибо, Чжоу-гэ, — резкие слова мужчины немного успокоили Лань Юя.

Чжоу Хэшэн глотнул чай и посмотрел на молодого человека.

— Ты решил съехать с квартиры, потому что заметил… что я с кем-то встречаюсь? — вдруг спросил он.

Лань Юй молча опустил голову и нервно потёр пальцами край чашки, не собираясь отвечать на вопрос.

— Вот оно что. Ты… а, ладно, забудь. Раз уж ты съехал — хотя бы иногда звони или кидай весточку, — беспомощно вздохнул мужчина.

— Хорошо, Чжоу-гэ, — серьёзно кивнул парень.

На самом деле жить с Лань Юем оказалось до ужаса легко. Прожив с ним под одной крышей около трёх-четырёх месяцев, он иногда даже забывал, что в квартире был кто-то ещё. Парень редко выходил из комнаты, но когда Чжоу Хэшэну нужна была помощь — он всегда с готовностью рвался в бой, ни в чём ему не отказывая.

Послушный, очень внимательный и надёжный ребёнок.

Услада для глаз.

— Ой, да хватит уже! Что ты всё заладил, да если честно, ты настолько хорошо убирался и готовил, что я ещё «спасибо» должен сказать! Так что мы квиты.

— Я… правда? — Лань Юй поднял взгляд и, посмотрев ему прямо в глаза, осторожно спросил.

— Чистейшая. Да с тех самых пор, как я только купил квартиру, в ней никогда не было так чисто! Ты большой молодец! Благодаря твоему идеальному порядку я всегда с лёгкостью находил всё, что хотел!

Заметив едва уловимую реакцию молодого парня, Чжоу Хэшэн ещё немного похвалил его.

Лань Юй моргнул.

— На самом деле… Чжоу-гэ, твои привычки не меняются. Вот почему я так быстро во всём разобрался.

— Ты ведь всегда готовил только то, что мне нравится? Твоя стряпня поражает! Я никогда не говорил, что я люблю, а ты всё равно каждый раз угадывал! Потрясающе!

На лице Лань Юя по-прежнему не было ни следа улыбки, но, наслушавшись хвалебной оды, он слегка смягчился.

— Ты не особо привиредлив. Если блюдо тебе понравилось — ты сметаешь его в два счёта, но если нет — ты медленно разжёвываешь его, оставляя нелюбимое блюдо напоследок.

— Ого! Вот это да! Даже я не знал об этом! А ты, я смотрю, проницательный малый.

Глаза молодого парня заблестели от похвалы, и мягкая улыбка едва заметно расплылась на его бледном лике.

— Даже жаль, что ты съезжаешь. Я столько лет скитался по съёмным квартирам и менял соседей, как перчатки, но ты навсегда останешься моим любимчиком! — искренне, с долей сожаления сказал мужчина.

— У Чжоу-гэ появилась девушка. Я не хочу мешать вам, — Лань Юй отвёл взгляд.

— Нет-нет, мы ещё не встречаемся! — увидев реакцию парня, запылал мужчина и, взяв чайник, мягко отстранив руки всполошившегося Лань Юя, налил им горячей воды.

— Если вы начнёте встречаться, то я угощу вас ужином, — серьёзно сказал Лань Юй.

— Дурак, если мы начнём встречаться, то это мне следует пригласить тебя на ужин, — рассмеялся Чжоу Хэшэн.

К тому времени, как все блюда подали, мужчина уже сто раз успел переволноваться и покраснеть. В послушном и кротком парне он видел младшего брата, которого хотелось защищать, и за всё это время Лань Юй ни разу не проявил нетерпения, слушая его так внимательно, что казалось, будто он в любой момент достанет блокнот и начнёт записывать каждое слово.

Посмотрев на серьёзного молодого человека, Чжоу Хэшэн беспомощно рассмеялся.

— Ну, я рад, что ты недалеко переехал, — махнул рукой мужчина. — Так что мне грех жаловаться.

— Ещё раз спасибо, Чжоу-гэ… я… — снова поблагодарил Лань Юй.

— Ладно-ладно, ты большой молодец, а если перестанешь благодарить меня за каждый вздох — я дам тебе медальку. Лань Юй, к чему столько лишних слов? Если честно, это я должен поблагодарить тебя. Ты стирал, подметал полы, а когда я пришёл домой пьяный, даже приготовил для меня похмельный суп, — перебил его мужчина.

— Это мой долг, — тихо ответил Лань Юй. Он и так жил в чужой квартире и за чужой счёт… если бы он просто целыми днями валялся на кровати без дела — парень бы сгорел от стыда. Лань Юй постарался сделать всё, что было в его силах.

— Хорошо-хорошо, я дал тебе крышу над головой — ты помог мне с бытом. Так что мы квиты. Прекрати рассыпаться в благодарностях, — отчитал его Чжоу Хэшэн.

Лань Юй покачал головой.

— Но ведь…

— Ну вот, опять ты за своё, — мужчина нетерпеливо отмахнулся.

Пусть Чжоу Хэшэн думал, что он лишь немного помог, но для Лань Юя он стал спасительной соломинкой.

Пару месяцев назад он внезапно проснулся в чужом теле. Вот так просто. Без предупреждений. А хуже всего было то, что в голове калейдоскопом цветных фотографий проносились чужие воспоминания вперемешку с всплывающими образами из романа о человеке по имени И Линси.

Лань Юй долго переваривал сюжет новеллы, но, если вкратце, то жил не тужил на свете главный герой — И Линси, выдающий себя за незаконнорождённого ребёнка конкурирующей богатой семьи с многомиллионной корпорацией. До ужаса проницательный и смышлёный, он, будучи очень похожим на свою «новую семью», быстро привлёк внимание моря влиятельных людей, став «Белым Лунным Светом» в глазах могущественных гигантов и с лёгкостью манипулируя, загоняя в ловушку обезумевших от любви людей.

В книге также описывался персонаж с таким же именем, как и у него. Он был не просто пушечным мясом, а слабым местом главного героя. Они с И Линси жили и росли вместе, воспитываясь в одном приюте. Будучи единственным другом детства, прошедшим с ним через огонь, воду и медные трубы, И Линси до ужаса любил и дорожил Лань Юем. Даже после того, как семья И приютила главного героя, он не забыл о своём маленьком друге.

Но… настоящий Лань Юй был до ужаса мелочным маленьким паразитом. Увидев, как И Линси с лёгкостью поднимался по карьерной лестнице в свете софитов и, купаясь в богатстве, Лань Юй всё глубже и глубже увязал в порочной зависти. Желая пройтись по голове своего друга на пути к пьедесталу славы, он шаг за шагом оступался и топил себя всё глубже и глубже. На фоне его глупости главный герой сверкал талантом. Поэтому… благодаря непутёвому Лань Юю И Линси только всё выше и выше взбирался по карьерной лестнице, представая в выгодном свете в глазах больших шишек.

И по закону жанра Лань Юй в романе стал тем самым «отвратительным лучшим другом», подвергающимся нападкам со стороны влиятельных поклонников главного героя. Не в силах смотреть на страдания И Линси, большие шишки преподали урок наглому оборванцу.

Проснувшись в чужом теле с чужой памятью и найдя удостоверение личности с именем «Лань Юй», он почувствовал, как земля уходит из-под ног, оставляя оглушительную пустоту, а имя Чэн Линси в его контактах… только добило бедного парня.

Чэн — фамилия директора детского дома. До того как И Линси «нашли и вернули в богатую семью», его звали Чэн Линси.

В это трудно было поверить, но реальность даже не дала ему и шанса всё переосмыслить. Лань Юй отчётливо помнил болезнь, забравшую его жизнь в семнадцать лет. А теперь… проснувшись в новом теле, парень почувствовал лёгкость в каждой клеточке тела. Получив в наследство не только здоровое тело, но и удостоверение личности девятнадцатилетнего пушечного мяса вкупе с телефоном, разблокировавшимся при виде его лица.

Ужас!!!

Вместо родителей — посторонние люди.

Чужая семья.

«Лучший друг», которого он не видел ни разу в жизни.

И судьба, расписавшая всю жизнь за него, смешав в себе море угроз, играющих наперегонки с беспощадными похищениями и отравлениями, чтобы в конце своего саморазрушающегося пути он потерял руку и упал лицом в грязь.

Ужас сквозил в каждой строчке судьбы, во всю отыгравшейся на нём.

Вдобавок ко всему в первый день переселения Лань Юй нашёл на телефоне заметку «убежать из дома». Он попал в тело пушечного мяса прямо тогда, когда тот поссорился с семьёй и был на полпути к побегу…

Лань Юй не позволил бы истории воплотиться в жизнь, не позволил бы издеваться над собой только потому, что кто-то наслаждался его страданиями на строках книги.

Он ни за что на свете не собирался проигрывать судьбе.

Вот почему он твёрдо решил сбежать из дома.

Эмоции переполняли Лань Юя, утягивая на дно рациональности, и только тогда, когда он сел в поезд и потихоньку пришёл в себя, паника захлестнула его с головой. Оказавшись на заснеженной дороге в незнакомом городе на пару с леденящим душу холодом, парень чувствовал, как в голове разбушевалась пустота.

Чжоу Хэшэн стал для него лучом света в тёмном царстве, протянув руку помощи, став его первым другом и близким в этом до ужаса странном мире. Переехав на время к мужчине, Лань Юй ночами напролёт искал хоть какую-нибудь полезную информацию, и очень скоро никогда не читавший романов парень понял, что он «переселился в книгу», заняв роль пушечного мяса — расходного материала на пути к славе главного героя.

В самом начале своего пути Лань Юй с болью вспоминал о своём безрассудстве, не понимая, о чём он только думал. Но теперь… когда все трудности остались позади, он ни о чём не жалел.

— Ты не скучаешь по родителям? — спросил мужчина.

— Нет.

Как он мог скучать по тем, кого никогда не знал? А если говорить о «будущих родителях», бросивших своего ребёнка на произвол судьбы и молча наблюдавших за его страданиями, то Лань Юй не знал. Пусть он и не мог говорить за настоящего Лань Юя, но он уж точно по ним ни капельки не скучал.

— Ну а друзья-то у тебя были? — снова спросил Чжоу Хэшэн.

— Нет.

Уж лучше прожигать свою жизнь в одиночестве, чем полагаться на «друзей», обрёкших его на мучительную, полную боли жизнь.

— Так что ты планируешь? Остаться здесь? — спросил мужчина, положив кусочек мяса в тарелку Лань Юя.

— Да… я ни за что на свете не вернусь.

А зачем?

Вернуться, чтобы стать куклой в руках судьбы и поставить крест на своей жизни ради блага главного героя? Он что, спятил, что ли?

Примечания переводчика:

蓝玉 (Lán Yù) 

蓝 (lán) — синий, голубой; также ассоциируется с небом, глубиной, спокойствием, иногда — с чем-то холодным и отстранённым.

玉 (yù) — нефрит. В китайской культуре это один из самых благородных символов: чистота, добродетель, ценность, внутренняя красота, благородство характера.

Общее значение

«Синий нефрит» / «Голубой нефрит» — образ редкой, холодной, но драгоценной красоты.

玉 (нефрит) часто используют в именах, желая ребёнку честности, стойкости и высокой нравственности.

Сочетание с 蓝 добавляет ощущение одиночества, прохлады, дистанции — как что-то ценное, но не для всех доступное.

周贺生 (Zhōu Hèshēng)

周 (Zhōu) — полный, всеобъемлющий, обстоятельный; также распространённая фамилия. Ассоциируется с надёжностью, завершённостью, стабильностью.

贺 (Hè) — поздравлять, радоваться, чествовать; знак благих событий, удачи, признания.

生 (Shēng) — рождаться, жизнь, живой, рост; символ жизненной силы, продолжения, будущего.

Общее значение

Имя 贺生 можно понимать как «рождённый для радости», «приносящий благие вести» или «жизнь, достойная поздравлений».

В сочетании с фамилией получается образ человека надёжного, жизнелюбивого и тёплого, того, кто несёт стабильность и поддержку другим.

易灵犀 (Yì Língxī)

易 (Yì) — лёгкий, простой, изменчивый; также может означать «переменчивый» или «легко достижимый». 

灵 (Líng) — дух, душа, ум, сообразительность; также ассоциируется с живостью, духовностью, тонкой чувствительностью.

犀 (Xī) — носорог (реальный или мифический), но в китайской поэзии и именах часто символизирует остроту, проницательность, ясный ум, чуткость.

Общее значение

«Лёгкая, проницательная душа» или «тот, кто обладает духовной чуткостью».

Культурный подтекст

灵犀 отсылает к выражению 「心有灵犀一点通」 — «сердца соединены невидимой нитью», «тонкая духовная связь между людьми». Это имя несёт романтичный и философский оттенок.

易 добавляет ощущение лёгкости, гибкости и умения приспосабливаться к переменам.

Имя идеально подходит персонажу, который интуитивно чувствует мир, людей и события, сочетая в себе мягкость и проницательность.

http://bllate.org/book/14886/1341943