Готовый перевод Ныряя в синеву небес, не забудь расправить крылья: Глава 111. Барсучья нора

Несмотря на то, что в городе сновали бандиты, простой люд, казалось, вовсе не печалили нововведения и порядки.

На широких улицах, заполненных лавками и тавернами, было оживлённо и шумно. Двери всех заведений были распахнуты, а зазывалы выкрикивали наперебой, приглашая прохожих заглянуть к ним на чарку вина или отведать только что приготовленных блюд. Столпотворение на улицах было таким плотным, словно с округи разом съехались все жители прочих деревень и посёлков.

Едва протискиваясь сквозь толпу, Шэнь Фэйсяо всё время оглядывался, боясь снова потерять мастера Цияня из виду. Шагающий вслед за молодым мужчиной Чжан Хэцзянь, казалось, думал о том же, замыкая их маленькую процессию.

Оказавшись на небольшом пяточке площади у фонтана, где было несколько посвободней, Шэнь Фэйсяо вновь оглянулся и, перекрикивая галдящую толпу, указал рукой в направлении чайной.

– Мастер Циянь, давайте зайдём сюда!

Большое здание, на втором этаже которого располагался закрытый игорный зал для городской знати, выделялось от всех прочих кричащей вывеской в зелёных цветах и парой развевающихся флагов ей в цвет с изображением барсука – герба клана Чу.

Ступая по улицам города, мастер Циянь то и дело подмечал, что флаги и вывески всех таверн были зачёркнуты чёрной краской, сменяя прежние изображения тигром, что свидетельствовал о захвате территории. Эта же чайная по какой-то причине отстояла своё право на неприкосновенность.

Едва трое спутников перешагнули порог чайной, как тотчас помещение погрузилось в абсолютную тишину. Мелодия пипы из угла зала смолкла, и все взгляды гостей вмиг обратились к молодому мужчине и двум парням по бокам от него.

Глядя на статную фигуру мастера в чёрном и его манеру держать себя, кто-то тут же зашептал, порождая волну обсуждений:

– Бессмертные пришли!.. С хребта Тяньцзинь спустились бессмертные!..

– Кто этот заклинатель в тёмных одеждах? Никогда его раньше здесь не видел!.. – тихо воскликнул юнец у стойки.

– Наверное, новый ученик или старший брат тех двоих, вышедший из уединения, – предположил управляющий за прилавком.

– Кажется, у него жетон мастера ордена!.. – закинул на плечо полотенце один из слуг и вытянул шею.

– Он слишком молод для мастера, – покачал головой какой-то мужчина, тоже стоящий за стойкой. – Должно быть, и впрямь старший брат той парочки.

– О чём вы тут трепитесь, – почесал в затылке винодел. – Ему может быть по меньшей мере лет сто, а то и больше!.. Снадобья бессмертного ордена и эти их… заклинательские штучки даже самого древнего старика сделают не моложе двадцати лет!

Три спутника продолжали стоять на пороге, осматривая весь зал на предмет свободного места.

Элегантные кушетки, стоящие в местах отдыха, были обтянуты расшитой золотом и серебром парчой, а голубые занавески были столь высокого качества, что казались лунной пылью, колышущейся на слабом ветру. Стены украшали богатые гобелены и расписные полотна, а не меньше полусотни стульев и столов были сделаны из редкого красного дерева, что свидетельствовало о немалых средствах, потраченных на изыск для гостей. Лестница, ведущая на второй этаж у правой стены, сияла позолотой в солнечных лучах. Недоступный сейчас для посещения игорный зал был закрыт алой лентой с колокольчиками, что издавали собой тихое позвякивание от малейшего дуновения ветерка. Тонкая вуаль закрывала собой широкие раздвижные двери, на которых даже с порога можно было разглядеть морду скалящегося барсука.

Всё здесь так и кричало о богатстве и вычурности. Однако, несмотря на то, что обычно это заведение принимало к себе только знатных особ, сегодня зал был битком набит простолюдинами, что воспользовавшись открывшейся возможностью заполонили всю чайную, о которой в городе ходило множество слухов.

Разглядев на поясах трёх новоприбывших гостей зелёные нефритовые подвески, один из прислужников мигом откинул поднос с вином за спину, который до этого нёс к столу местных выпивох.

Глаз управляющего дёрнулся, и всё же он ничего не сказал, поскольку захаживающие к ним бессмертные обычно оставляли столько денег, что сумма с лихвой могла окупить весь убыток, разнеси они хоть всю чайную. Что, впрочем, не было редкостью, оттого ремонт здесь случался чаще, чем можно было себе представить.

Расплывшись в подобострастной улыбке, прислужник мигом подскочил к новым гостям и склонился в низком поклоне:

– Прошу сюда, господа заклинатели, – указав рукой и всё также сгибаясь в поклоне, он проводил мужчину и юношей к главному столу, начисто смахнул с него крошки и в пару мгновений заставил тот свежей выпечкой и винными чарками.

Оглядев стол, прислужник решил, что тот заставлен недостаточно богато, поэтому тут же притащил ещё три кувшина лучшего вина и с десяток мясных блюд.

Народ вокруг них постепенно начал оживать, возвращаясь к своим чаркам и блюдам. Завёрнутый в плащ с капюшоном музыкант подобрался к ним ближе, наигрывая мелодию, а слуги принялись сновать меж столов и лавок, разнося блюда гостям и умасливая тех попробовать всё больше и больше вин и закусок.

Увидев, как два ученика тут же подхватили винные кувшины, мастер смерил их неодобрительным взглядом, но ничего не сказал.

Вместо этого он поднял чайную чашу и обратился к прислужнику:

– Кому принадлежит эта чайная?

Суетливый паренёк, занятый раздумьями о том, чем бы ещё заполнить пустые места на столе, тут же вздрогнул и собирался было ответить, но голос Шэнь Фэйсяо прервал его:

– «Барсучья нора» принадлежит сыну градоначальника Чу, Чу Цзысюю. Его отец всячески пытался привить сыну желание участия в жизни города и его управлением, но тот только и делал, что днями и ночами околачивался в игорных домах да борделях. Засранец он жуткий, честно говоря, – скривился он, подливая чай мастеру. – Впоследствии Чу Цзысюй так рассердился на отца, что покинул дом и на скопленное открыл свою чайную, – обведя рукой всё помещение, он продолжил: – Но она стала лишь прикрытием для его игорного зала, где он продолжил веселиться со своими дружками. Вскоре после этого отец и сын помирились и, боясь вновь расстроить своего дражайшего наследника, градоначальник Чу позволил ему развлекаться вдоволь, лишь бы тот снова не покидал отчий дом.

Чжан Хэцзянь хмыкнул, подтаскивая к себе блюдо с бараньими рёбрышками в кисло-сладком соусе:

– В итоге такая чрезмерная опека градоначальника Чу вылилась в то, что когда в город заявились разбойники, его сынок спрятался и носа не кажет, несмотря на то, что бандиты захватили власть в его доме, взяв в заложники и слуг и отца.

– Б-бандиты? – округлил глаза Шэнь Фэйсяо. – Здесь? В Цзянане? – тут же принявшись оборачиваться и глазея на всех с подозрением, он был остановлен мастером Циянем.

– Успокойся и не вертись, – спокойно сказал мужчина, отпивая зелёный чай. – В этой чайной их нет.

– Мастер, – поёрзав на месте, Шэнь Фэйсяо вытер вмиг вспотевшие ладони о халат и спросил: – Почему вы так уверены?

Вместо ответа мастер Циянь повернул голову к прислужнику, который тут же пояснил:

– «Чёрные тигры» обосновались в резиденции Чу, в город развлекаться они не выходят. Три дня назад они провозгласили себя новыми господами и в конце каждого дня требуют с местных торговцев налог с продаж, который превышает половину всей выручки! – не успев остановить негодующий выкрик, он тут же съёжился и упал на колени возле стола. – Всем торговцам в городе приходится трудиться без устали. Мы даже на ночь не закрываемся!.. А у тех, кто отказывается подчиняться или не хватает выручки для уплаты установленного порога, они забирают женщин и лучшие товары. Жену мясника с соседней улицы забрали этим утром, – махнув в сторону, он привлёк внимание трёх гостей к спящему у стены грузному мужчине, который даже во сне продолжал всхлипывать, сжимая в руках кувшин вина.

Шэнь Фэйсяо почувствовал, словно за шиворот ему бросили клубок змей, что своими холодными телами елозили сейчас по его спине.

Мастер Циянь спросил:

– Где сейчас сын градоначальника Чу?

– Никто не знает, – ответил прислужник, утирая слёзы рукавом. – Те головорезы ищут его по всему городу. Наверное, прячется у одного из своих друзей… – подумав немного, он покачал головой: – Хотя дома тех обыскивали вчера вечером и сегодня с утра, но самого Чу Цзысюя так и не нашли.

Мастер Циянь ненадолго погрузился в раздумья. Никто из троих парней не смел прерывать его, лишь по очередности подливая ему чай и подкладывая закуски. К которым молодой мужчина так и не прикоснулся, задумчиво потирая нижнюю губу тонким пальцем.

Мелодия пипы успела смениться трижды, когда он, наконец, спросил:

– Члены этой банды люди или заклинатели?

Прислужник с готовностью отозвался:

– Люди, насколько мне известно, – погладив подбородок, он задумчиво продолжил: – И всё же городские стражники не смогли их одолеть. Их главарь, Го Ян, настоящий головорез! Одним ударом он снёс дюжину стражников в первый же день своим молотом! А те ведь заклинатели были! Хоть и не столь могущественными, как бессмертные, – почтенно склонил голову парень. – И всё же, его никто не смог победить. Бродячие заклинатели, бывшие в тот день в Цзянане, вознамерились отбить резиденцию и вытурить негодяев, дабы помочь. Все так надеялись, что повидавшие разных тварей и демонов люди тотчас справятся с какой-то шайкой бездельников, однако и часа не прошло, как те в панике ринулись прочь от ворот и попрятались на подворьях!

Преисполненный негодованием Шэнь Фэйсяо хлопнул ладонями по столу и тут же неловко улыбнулся под метнувшимся к нему взглядом мастера Цияня. Сдёрнув с плеча прислужника полотенце, он принялся вытирать пролитый чай.

– Ты говоришь, что эти бандиты пришли три дня назад? – спросил прислужника Чжан Хэцзянь. – Тогда почему же прошение о помощи пришло только сейчас?

Прислужник понуро опустил голову и ответил:

– Мы всё надеялись, что кто-нибудь из городских заклинателей справится. Никому не хотелось навлекать на себя гнев бессмертных заклинателей по пустяковому делу.

Большинство местных хорошо помнили, как в том году просили одного из учителей бессмертного ордена помочь им с руслом реки, что обмелело из-за камнепада. В ответ на что тот лишь полностью перекрыл воду, свалив ещё больше камней, в назидание о том, что заклинатели не занимаются такой чепухой, как помощь простым смертным. В последствии область страдала от засухи, и если бы река сама по себе вдруг не справилась с непроходимым барьером, снеся каменную преграду, урожай в том году бы погиб, а тысячи людей остались бы голодать на всю зиму.

Услышав этот рассказ, мастер Циянь свёл брови к переносице и хотел что-то сказать, но лишь тихо выдохнул.

Шэнь Фэйсяо вскинул нос и тут же воскликнул:

– При князе Сяо такого не было! Даже будучи нашим правителем и одним из пяти великих генералов, он не чурался грязной работы! Я читал в записях своего учителя, что Сяо Вэнь не раз отправлялся в заливные рисовые поля, чтобы помогать крестьянам со сбором урожая! А также никогда никому не отказывал в помощи! Узнай он, что творится в его землях или увидь, как тот заклинатель обошёлся с вами, он бы сослал его на границу в каменоломни, чтобы сбить спесь грязной работой и выбить из него всю дурь! Хм!

Встретившись глазами с мастером Циянем, Шэнь Фэйсяо тут же замер. На миг во взгляде напротив проскользнула тень непонятных ему эмоций, но от этого его сердце вдруг начало изнывать от невесть откуда взявшейся тоски столь сильной, что казалось, словно затаённая горечь в янтарном взгляде передалась и ему, не в силах больше томиться на глубине чужих глаз.

Но то было лишь мгновение, спустя которое мастер опустил взгляд на свою чашу и, чуть замешкавшись, спросил:

– Значит… Сяо Вэнь твой герой?

Решив, что мимолётный отголосок тяжёлых эмоций в глазах мастера ему лишь померещился, Шэнь Фэйсяо неловко кивнул и с чуть меньшим запалом ответил:

– Я много читал о нём, но сам никогда не встречал. Слышал, что когда князь Сяо делал ежегодный объезд своих территорий, то часто проезжал через мой родной город. И редко кому удавалось заметить, что пока вся его процессия из конницы и экипажей шла впереди, он под личиной обычного стражника ехал позади всех. Говорят, он был ранен, поэтому уже много лет находится в уединении, – глубоко вздохнув, он добавил: – Но когда он выйдет, наши земли тоже воспрянут духом!

Повернувшись к прислужнику, Шэнь Фэйсяо со всей серьёзностью заявил, хлопнув себя по груди:

– Отныне, если что-то случается в городе, немедля шли прошения о помощи прямо ко мне и ничего не бойся! Я, Шэнь Фэйсяо, как ученик главы ордена Юньшань непременно сделаю всё, что в моих силах. Засранцы есть в любых общинах, но не все наши люди злодеи. Вот, например, наш мастер Циянь, – покивал он осоловело хлопающему глазами прислужнику, развесившему уши. – Костьми ляжет, но без помощи не оста…

– Фэйсяо, – негромко одёрнул его мастер и покачал головой.

Помня о том, что мастер тушуется даже под простой благодарностью, так что восхваления в его честь точно смутят его, Шэнь Фэйсяо тут же легонько шлёпнул себя по губам и улыбнулся:

– Мастер Циянь, так что же нам делать с тем сволочным сбродом?

– Да, – поддержал его Чжан Хэцзянь, хлопнув чашей по столешнице. – Мы не можем оставить город в лапах разбойников! Творя бесчинства под носом нашего ордена, они всё равно что плюют нам в лицо!

Мастер перевёл взгляд с одного ученика на другого и опустил глаза.

– Отправляйтесь в южную часть города, – сказал он.

Два ученика тут же приосанились, получив задание, и натянули на лица преисполненные серьёзностью выражения.

– Ступайте в тканую лавку и кузню, купите всё, что хотели, а затем закажите в таверне «Хмельной соболь» по миске стеклянной лапши и рисовому печенью, – продолжил мастер Циянь. – После того, как закончите с обедом, возвращайтесь обратно в орден.

Повисла небольшая пауза. Так и не дождавшись продолжения от мастера, Чжан Хэцзянь растерянно поинтересовался:

– А что… дальше? Нам привести с собой ещё людей из ордена? Взять больше оружия? Магических талисманов? – загоревшись глазами, он добавил со зловещими нотками в голосе, словно так и жаждал хорошей драки: – Я могу взять своего чжаньшоу! Бо разнесёт всю резиденцию в два счёта и выгонит этих крыс! А может быть и разорвёт!..

– Вы не будете участвовать в этом задании, – спокойно прервал его запальную речь мастер Циянь, допивая чай одним глотком.

Потянувшись к своему кошельку, он хотел расплатиться, но Шэнь Фэйсяо тут же остановил его, накрыв его ладонь своей.

– Мастер, не обижайте нас, позвольте нам заплатить! – улыбнулся он, зная расценки здешних блюд и вина.

И пусть они не съели и одной десятой от заставленных яств, выслушав скорбную весть от прислужника, они были намерены покрыть счёт за все блюда. Поняв это, служка тут же просиял как начищенный медяк, переводя взгляд меж мастером и учениками.

– Ты… – повернулся к Шэнь Фэйсяо Чжан Хэцзянь, не понимая, почему его друг так просто сдался. Сам-то он был готов и дальше упрашивать мастера взять их с собой на задание.

Похлопав друга по руке, Шэнь Фэйсяо улыбнулся ещё шире:

– Не волнуйтесь, мастер. Мы оплатим счёт, после чего направимся в «Хмельной соболь».

Посмотрев на него, мастер Циянь неуверенно кивнул, и спросил у прислужника:

– На каком подворье остановились бродячие заклинатели?

Получив ответ, он направился к выходу, не заметив, как музыкант оборвал мелодию пипы и выскользнул через дверь вслед за ним.

– Совсем умом тронулся!? – толкнул Чжан Хэцзянь друга в плечо, едва мастер шагнул за порог. – В самом деле хочешь позволить мастеру разбираться со всем в одиночку? Он впервые спустился в город и ничего тут не знает. К тому же я слышал, на прошлой неделе ящер учителя Ань укусил его!..

– Да не ори ты, – шикнул на него Шэнь Фэйсяо. – Эй, братец! – окликнул он собравшегося отходить прислужника и поманил его пальцем. – Иди-ка сюда.

༄ ༄ ༄

Мастер Циянь шагал по оживлённой улице, только теперь подмечая, что все торговцы лавок так стараются продать своё добро не для собственной выгоды, а чтобы не лишиться своего дела и жён.

Дети-зазывалы то и дело подбегали к бредущему меж лавок мастеру. Распознав в нём непростого горожанина, они накручивали цены втрое, уговаривая его купить поделки или фрукты. Сжалившись над парой торгашей, вид которых явно говорил о том, что до вечера им не собрать дань, мастер Циянь отдал своё серебро, обзаведясь несколькими поддельными амулетами и парой корзинок мушмулы, которые тут же отдал нищим, не сбавляя шаг.

– Господин заклинатель! Господин заклинатель! – кричал кто-то в толпе позади, пока мастер пробирался вперёд. – Господин заклинатель, постой!

Лишь когда цепкая хватка обхватила его запястье, мастер понял, что окрик был обращён к нему.

Схватив его за руку, незнакомец в чёрном плаще утянул его в пустой переулок.

Не дав мастеру сказать и слова, он сдёрнул с себя капюшон и перехватил пипу под мышку.

– Господин заклинатель, ты из ордена Юньшань? – спросил молодой парень лет двадцати. Увидев кивок мужчины, он представился: – Моё имя Чу Цзысюй.

В представлении любого, кто слышал о сыне главы города, тот выглядел как напыщенный сноб, разбалованный своим отцом и привыкший транжирить деньги, закутавшись в шелка и парчу. Однако парень перед ним был одет в простой тёмно-серый халат и обычные тканевые сапоги. Чёрные волосы разметались по плечам, а плащ за спиной был кое-где рваным и штопанным.

Словно прочтя мысли мастера, Чу Цзысюй торопливо пояснил:

– Меня ищут в городе, так что… Лучше скрываться среди простолюдин на самом видном месте. Никто и не подумает, что я прячусь в своей же чайной, – неловко проведя пятернёй по волосам, он продолжил: – Когда моего отца схватили, я направился просить о помощи бродячих заклинателей. А после, когда тем не удалось справиться с этими… – подавив желание ругнуться и сглотнув слюну в пересохшее горло, он исправился: – Разбойниками, то направил прошение в орден. Хвала Небу, один из бессмертных спустился помочь! Город и я так благодарны вам!

– Я ведь ещё ничего не сделал, – произнёс мастер Циянь, чуть склонив голову к плечу и смотря на него парой мерцающих сквозь прорези в маске глаз.

Чу Цзысюй уставился на него с надеждой и спросил:

– Господин заклинатель, ты уверен, что сможешь помочь? Ведь даже бродячие мастера остались бессильны…

Вновь увидев кивок мужчины, Чу Цзысюй перехватил свою пипу, оглянулся по сторонам и заговорщически зашептал:

– Тогда, я могу провести тебя в резиденцию через лаз. Я выкопал его, чтобы тайком удирать от отца. Он у меня не то чтобы строгий, но когда надоедал своими нравоучениями, я убегал под покровом ночи или водил через него подружек. Сейчас день, но если мы будем осторожными, то вполне сможем пробраться внутрь, – почесав в затылке, он спросил: – Или господин заклинатель хочет выждать ночи? Тогда шанс остаться незамеченными возрастёт.

– Это ни к чему, – произнёс мастер Циянь. Пару мгновений вглядываясь в бледное осунувшееся лицо юноши, он вытащил из сумки маленький бутылёк и протянул ему. – Выпей, молодой господин, ты едва стоишь на ногах. А раз уж ты отправляешься со мной, тебе понадобятся силы.

Чу Цзысюй напротив него замер. На миг в его взгляде проскользнуло потрясение, словно не ожидал от мастера такой щедрости, и после нескольких секунд заминки принял снадобье.

– Может, всё-таки вечера подождём? – спросил он, утерев рот от капель золотистого снадобья.

– Нет, – ответил мастер Циянь. – Идём сейчас. Мне бы не хотелось пропускать ужин.

Чу Цзысюй хлопнул глазами и подумал: «неужто так уверен в своих силах, что так быстро справится?»

Но, как бы то ни было, он лишь закивал и указал мастеру следовать за собой.

Пройдя по переулку, они свернули на улицу и прошли ещё несколько закоулков.

Чувствуя приятное томление в груди от выпитого лекарства, Чу Цзысюй ощущал, как всё тело наполняется силой, словно он проспал несколько часов на мягкой перине, а после подкрепился сытным обедом. Словом, силы было хоть отбавляй. Должно быть, зелье было высочайшего качества, – решил он.

Едва не срываясь на бег от переполнявшей его энергии, Чу Цзысюй всё рассказывал мастеру о пришлых бандитах. Их было немного – всего с десяток человек, не больше…

– ...Однако сил в них немерено! За пару часов они расправились со всей стражей в резиденции! Где ж это видано, чтобы прошедшие военную подготовку люди летали по залу словно мешки, набитые дерь… – оглянувшись на мастера, Чу Цзысюй неловко кашлянул: – Рисом. А вот я видел! Чуть души не лишился! Господин заклинатель, ты уверен, что справишься один?

Мастер Циянь коротко кивнул и посмотрел вперёд.

Перед ними простиралась высокая каменная стена. Даже за ней мастер ощущал сладкий запах цветов и слышал шум журчание источника.

– Это сад с задней части резиденции, – пояснил Чу Цзысюй и указал в сторону. – Я выкопал ход чуть дальше, вон там.

Приблизившись, он перехватил свою пипу и достал небольшой кинжал, принявшись отковыривать тяжёлые кирпичи. Подцепив два из них, вскоре он заставил остальной десяток рухнуть и указал в образовавшийся проём:

– Мои подружки постоянно жалуются, что лаз слишком маленький, но на больший у меня не хватило сил.

Проём был всего по пояс обоим мужчинам, так что им пришлось согнуться и направиться внутрь ползком на коленях. Вопреки ожиданиям о грязи и камнях в таком-то месте, лаз был вымощен плитами; лишь небольшие свисающие корни мешали пути, путаясь в волосах.

Они проползли ещё немного, когда свод небольшого пути стал приподниматься и вскоре вывел их к вентиляционному ходу.

Толкнув деревянную ширму, Чу Цзысюй свалился вниз с тихим стуком, словно ранее упомянутый им мешок с рисом.

Мастер Циянь грациозным движением спрыгнул следом и присел на корточки рядом с ним. Оглянувшись по сторонам, он подметил, что они оказались в небольшой кладовой, в которой хранились садовые принадлежности и горшки.

Отряхнувшись от пыли, Чу Цзысюй тут же прижал палец к губам, услышав шум откуда-то сверху.

– Над нами главный зал, – зашептал он. – Должно быть, главарь расположился там, но сколько их снуёт по всему поместью – мне неизвестно.

– Где градоначальник и стража? – спросил мастер Циянь.

Чу Цзысюй раздумал немного, а затем предположил:

– Вряд ли они на нижних уровнях. Используемые во времена наших предков клетки для слуг уже давно непригодны. Решёток там нет и, хранится лишь пшеница и коренья. Единственное защищённое место в резиденции, подходящее для удержания пленников, – это павлинья клеть на третьем этаже.

Мастер Циянь кивнул:

– Если хотите, можете остаться. Я найду их сам и выведу этим же путём.

Чу Цзысюй тут же отрицательно покачал головой:

– Там же мой отец. Я хоть и бестолковый сын, но всё ещё сын. Восемнадцать поколений моих предков проклянут меня, если я останусь и не помогу.

Мастер Циянь оглядел его сверху донизу и выдохнул:

– Как будет угодно молодому господину. Тогда ведите.

По мере того, как они миновали коридоры, эхо звучных голосов делалось всё тише. Наконец добравшись до витиеватой открытой лестницы, заканчивающейся высоким сводом резиденции с парящими фениксами, мастер и сын главы города миновали два пролёта, прежде чем выйти в широкий коридор.

Третий этаж был разделён на большие комнаты. Несмотря на то, что в резиденции градоначальника вот уже три дня властвовали разбойники, о чём ясно свидетельствовали разорванные гобелены и поломанные кушетки на нижних этажах, это место не утратило своего лоска. Коридоры, казалось, пропитались насыщенным чайным ароматом, а запах садовых цветов, проникающий в распахнутые настежь окна, окутывал сладостью и свежестью, прогоняя горький табачный смрад.

Расписные парящие павлины и цапли зависли на плотно закрытых дверях. Остановившись перед ними, Чу Цзысюй прислушался.

Глаза его вмиг распахнулись, когда до него и до стоящего за его спиной мастера Цияня донеслись тихие стенания, молящие о помощи.

Не мешкая ни секунды, Чу Цзысюй обнажил кинжал и рубанул по задвижке, запирающей двери.

Вмиг те распахнулись, открывая вид на золотую огромную клеть, в которой было заперто несколько человек. С завязанными ртами и скованные по рукам и ногам, пленники принялись толкаться, услышав шум от двери и ринувшись ближе к решёткам.

Мастер Циянь не мешкая шагнул вперёд, проходя мимо замершего Чу Цзысюя.

Увидев нефритовую подвеску на поясе мастера, пленники в один голос завыли, принявшись толкаться пуще прежнего и взирая на него с мольбой в перепуганных глазах.

Едва перешагнув порог зала, мастер тут же замер, уловив краем глаза несколько тёмных высоких силуэтов слева от себя.

По меньшей мере с десяток рослых головорезов расположились на расшитых парчовых кушетках, мирно попивая чай. Все как один застыли, увидев ворвавшегося молодого мужчину.

Холодное лезвие мигом прижалось к шее мастера, когда провожатый за его спиной со смешком прошептал:

– Вот тебе урок, маленький мастер. Не стоит верить первому встречному.

Мастер Циянь от Himise: 

_________________

Автору есть, что сказать:

Хотелось бы прояснить несколько моментов, которые вызвали у читателей затруднения.

События сейчас разворачиваются спустя пять лет с финала 109 главы, о чём говорится в тексте: «Все в ордене знали о суровом и вспыльчивом характере Ци Сюаньцзы, что вот уже пять лет замещал главу на его посту, ведя дела от его имени». В конце 108 главы Цзян Фэйсин передаёт старейшине Ци управление орденом, потому как сам уходит в массив вместе с Тан Цзэмином.

Такие персонажи как Цзян Фэйсин, Ци Сюаньцзы, Шэнь Фэйсяо и Чжан Хэцзянь уже появлялись в истории:

Ци Сюаньцзы (старейшина Ци и ныне заместитель главы ордена) – тот бессмертный, которого Лю Синь встретил в Яотинском храме в 65 главе, и появлялся в 106 и 108 главах.

Цзян Фэйсин – глава ордена, впервые появившийся в 106 главе.

Шэнь Фэйсяо и Чжан Хэцзянь – те два ученика, с которыми Тан Цзэмин подрался в 107 главе.

Я понимаю, что новых персонажей много, но тут, увы, никак. Всё-таки новая локация, новое окружение и тут не отделаешься всего парой имён.

Если вы вдруг что-то забыли, то не стесняйтесь уточнять в комментариях, темах или чате группы. Глоссарий в планах, но на него нужно время, поэтому пока что в конце глав я буду делать небольшие сноски с именами персонажей, как в этот раз.

http://bllate.org/book/14882/1323298