Готовый перевод Судьба неизменна перед лицом смерти / От судьбы не убежишь: Глава 24. Гробница Первого Лунного Принца. Часть первая.

Спокойно пожав плечами, Си Ван ответил:

— Не волнуйся. Я разобрался с детёнышами Притворщиков.

— Когда ты успел? — нахмурившись, пробубнил Цзин Фаньшэ, когда успокоился.

Ему может и повезло наткнуться на взрослых Притворщиков, которые первые напали, но найти недавно рождённых невероятно трудно. Да и как Си Цзи справился так быстро?

— Всё просто, — Си Ван пожал плечами. — Как известно, маленькие притворщики после рождения долго кормятся человеческим мясом. Поэтому их легко можно приманить, используя человеческую кровь.

Остановившись, Цзин Фаньшэ замер, переваривая слова, а потом схватил Си Цзи за предплечье и повернул к себе, возмущённо крича:

— Ты себя ранил?!

Помедлив с ответом, Си Ван качнул головой:

— Нет. Со мной была девушка.

Цзин Фаньшэ смог выдавить только смущённое: «А», — и отвернуться.

Проживая с сестрой с самого детства, он не мог не понять, что имел в виду Си Цзи. Ведь именно ему приходилось помогать цзецзе, когда она себя плохо чувствовала или когда у неё болел живот. В те дни он специально для неё заваривал горячий сладкий чай, который уменьшал боль, и бегал на рынок за чем-нибудь вкусненьким.

Си Цзи схватил его точно таким же образом и спокойным, но твёрдым тоном произнёс:

— Я помню, как в прошлом Фань-гэ ранил себя, чтобы нарисовать заклинание на талисмане.

Взглянув исподлобья на ученика, Цзин Фаньшэ ответил, как ему казалось, справедливым образом:

— Это другое, — заклинатель опустил взгляд, собираясь освободиться, но заметил, что на ладонях Си Вана остались следы цвета киновари. Кровь Притворщиков, которая попала на него во время боя, пусть и не была опасной, но всё равно было неприятно ходить испачканным в чужой крови.

— Почему же? — послышался негодующий голос Си Цзи, и Фаньшэ поднял на него голову. — Чем отличаются наши ситуации? Или может у нас разная ценность жизни?

Цзин Фаньшэ открыл рот, чтобы ответить, но не смог подобрать слов. Как Си Ван и предсказывал, оправдание было основано на этих двух вопросах. Ситуации у них были одинаковые, обусловленные спасением людей. А насчёт ценности, Фаньшэ бы поспорил. Си Цзи ещё молод, ему незачем проливать свою кровь. Да и учитывая разницу в их репутации... Было бы много людей, которые не хотели бы, чтобы он поранился.

— Твоя рука, — пробормотал Цзин Фаньшэ, меняя тему. — Тебе надо помыть руки.

Вздохнув, Си Ван принял его предложение:

— А тебе выстирать одежду.

Вернувшись к лёгкой атмосфере, Цзин Фаньшэ поднял на спутника взгляд и улыбнулся так, что его глаза немного сощурились.

Не отводя глаз, Си Цзи махнул рукой в сторону:

— В той стороне есть озеро.

Согласившись, они вместе неторопливо направились к воде. В воздухе снова повисло молчание, и Цзин Фаньшэ начал думать, каким способом можно её развеять.

— Фань-гэ, — Си Ван повернулся к спутнику, пока его глаза рассматривали лицо перед собой, — тебе обязательно использовать заклинание на капюшоне?

Недоумевающе обернувшись, Цзин Фаньшэ посмотрел на бывшего ученика, что они снова встретились глазами и, запнувшись, ответил:

— Ну да. А что?

— Я хочу смотреть на твоё лицо.

Брови Фаньшэ непроизвольно нахмурились, а сам он ощетинился, как готовый к бою кот:

— Зачем тебе моё лицо?

— Сложно понять, о чём ты думаешь, когда на тебе маска.

Взглянув на Си Вана, Цзин Фаньшэ подумал: «Тебя и без маски тяжело понять», — но ничего в итоге не ответил.

Когда озеро показалось, Фаньшэ весь напрягся и придирчиво начал его осматривать. Глубина, ширина, рыбы, которые там обитают... Но даже так он не торопился подходить к воде.

Когда Си Ван начал мыть в воде руки, Цзин Фаньшэ следил за изменением в воде, готовый оттаскивать оттуда своего бывшего ученика.

— Холодная, — кратко прокомментировал Си Ван, а потом повернулся и протянул руку, — давай одежду, я выстираю.

Сомнение появилось на лице у заклинателя, но неприязнь к воде с неизвестными рыбами оказалась сильнее.

— Ну конечно «холодная», — пробубнил Фаньшэ, протягивая верхнее одеяние и плащ с перчатками, временно надевая запасную накидку, — погода-то какая!

Молчаливо оглядев его внешний вид, Си Цзи нахмурил брови и уточнил:

— А на руки?

— Что «руки»? — пробубнил Цзин Фаньшэ, пряча их за спиной.

Кивнув вверх, Си Ван произнёс только одно слово:

— Солнце.

Подняв голову, Цзин Фаньшэ неприятно пощурился, а после махнул рукой, вновь опуская голову:

— Ненадолго можно.

Он уже собирался прогуляться вдоль озера и ещё раз его осмотреть, как в голове проносится странная мысль.

— Откуда ты знаешь, что мне нельзя находиться на солнце*?

Однако Си Ван спокойно отвечает, продолжая стирать и не поворачиваясь:

— Госпожа Бянь обмолвилась.

— Цзецзе?

— После цветка, когда Фань-гэ потерял сознание, она попросила выбрать для тебя комнату, чтобы окно находилось не напротив кровати, — после некоторого молчания, Си Ван оборачивается и дополняет. — Подальше от солнца.

Все подозрения, терзающие душу Цзин Фаньшэ, исчезают. Он опять подумал, что был готов несправедливо обвинить Си Цзи во всех грехах. Но многолетний опыт не мог так просто оставить его, разрешая полноценно доверять кому-то кроме семьи, да старика с шисюном.

— Понятно...

Тяжело вздохнув, он огляделся в поисках того, что поможет ему извиниться, но вокруг были лишь деревья и лес. И чёртово озеро.

— Фань-гэ, — неожиданно раздался голос.

— М?

— Что произошло в городе?

Уже готовый ощетиниться, Фаньшэ замирает с открытым ртом.

Но пожав плечами, он отвечает, будучи полностью уверенным, что ему верят:

— Да так. Сначала вышел из комнаты, когда проснулся. Там произошла стычка с людьми из Цай Фу, — Цзин Фаньшэ разворачивается на пятках и вперивается взглядом в Си Вана.

Озеро поблескивает на солнце, освещая цветы и фигуру мужчины. Сквозь одежду виднеются четко вычерченные спинные мышцы, переходящие в крупные прямые плечи. Черные волосы, собранные в хвост, двигаются в такт с его движениями.

Скажи, что этот человек — тот хилый мальчишка пару лет назад — никто не поверит.

— Что они сказали? — спрашивает Си Ван, ловя на себе взгляд и оборачиваясь.

Качнув головой, Цзин Фаньшэ подходит к нему, пытаясь разглядеть в своём спутнике остатки прошлого. Он забывает про свой страх перед водоёмами, думая, что да, это его ученик. Просто немного старше, но внутри-то Си Цзи не изменился. Всё такой же дико спокойный и непоколебимый, способный и одарённый.

Сев рядом, Фаньшэ хмыкает:

— Ну, они называли тебя «Братом Си», так что я подумал, вдруг они твои друзья. Они обвинили меня в краже, ведь я вышел из твоей комнаты.

— Я помог им однажды. И всё, — совсем невесело пояснил Си Ван, дёрнув плечом. — Мы не друзья.

Протянув задумчивое «О-о-о», Цзин Фаньшэ взглянул на руки, стирающие одежду. Но и они показались незнакомыми. В них так и бурлила сила и мощь. Вспомнив о его ладонях, Фаньшэ вздрогнул, а потом отвернулся в противоположную сторону от Си Вана.

Интересно, у всех людей такие тёплые, даже горячие руки, или только у него?

— Готово, — Си Ван выжал одежду, а потом остановился и взглянул на спутника. — Фань-гэ. Чтобы такое больше не повторялось, давай ходить вместе?

Уже готовый усмехнуться, Фаньшэ слышит продолжение и открывает рот от удивления.

— Я сам их побью, — заверяет тот.

— А-ха-ха-ха, Си Цзи! — Цзин Фаньшэ разражается смехом на весь лес. — И будут потом про меня говорить, что я испортил подающего надежды заклинателя праведного пути! Ха-ха-ха! Одному было скучно бить других, так ещё и друга прихватил?

Неожиданно к его лицу приближается Си Ван, и Фаньшэ замолкает. Глядя в тёмные глубокие глаза, словно ночное небо, на котором ярко светятся звёзды, Фаньшэ замирает, прикусив губы.

Придвинувшись ближе, Си Ван доверительно бурчит:

— Пусть говорят. Я не хочу, чтобы тебя обижали.

— Ничего я не обижен, — пробубнил Цзин Фаньшэ, когда Си Цзи отодвинулся и встал.

Ответа не последовало, но с помощью заклинания Си Ван быстро высушил одежду и протянул её своему спутнику. Потрогав сухую и тёплую одежду, Фаньшэ выдохнул:

— Ого. Уже в совершенстве владеешь этим заклинанием?

— У меня был хороший учитель, — пожал плечами прилежный ученик и протянул Цзин Фаньшэ руку, чтобы помочь встать.

Улыбнувшись, Цзин Фаньшэ надел перчатки и принял помощь, а после переоделся.

— Ну что, идём дальше?

Неразборчивые крики людей неподалёку доносятся в тот же миг, стоило только Си Вану нерасторопно кивнуть.

Услышав чужие голоса, Цзин Фаньшэ и Си Ван переглянулись. Стоило проверить.

Звуки привели их на тонкую, не до конца протоптанную тропинку, которая направила заклинателей к старинной каменной постройке и небольшой группе людей. Здание то было произведением искусства: резные, тяжёлые дубовые двери, за столько тысяч лет остававшиеся невредимыми, белоснежные колонны, поддерживающие навес и переплетенные лозой, где сквозь стебли и листья неясно узнавался узор, рассказывающий об истории Первого Лунного Принца. По стенам ползал длинный нефритовый дракон без зрачков**.

**Идиома «Последний штрих в рисунке дракона» (画龙点睛). Подробнее в конце главы.

Увидев эту картину, Цзин Фаньшэ приободрился, а Си Ван нахмурил брови, не желая подходить к этому месту.

Система, этот чёртов дух, тоже не осталась в стороне:

[Поздравляем! Начало миссии «Божественный меч для Главного Героя».]

Вышедшие из ниоткуда люди напугали исследовательскую группу заклинателей — два парня и две девушки — и они уставились на внезапно прибывших.

— Что за...

— Это Паршивец Цзин?

— И брат Си!

— Кто это?

— Недавно появившийся заклинатель! Он...

Прерывая все разговоры, вперёд выходит невысокая симпатичная девушка с круглым лицом. На ней было одето невычурное, а удобное платье тёмно-зелёного оттенка. На плечах висела пушистая накидка, а в её слегка растрёпанных волосах виднелась шпилька из золота с изображением дракона. На вид ей было около восемнадцати, но, не смотря на молодую внешность, вокруг неё летала аура собранной и ответственной девушки.

— Приветствую братьев на пути самосовершенствования, — заклинательница с уважением поклонилась в равной степени и Си Вану, и Цзин Фаньшэ. — Эту зовут Чу Лянь. Лекарь из клана Цай Фу.

[Поздравляем! Ключевой персонаж арки Гробницы Первого Лунного Принца! Чу Лянь, лекарь третьей руки ордена Цай Фу.]

Цзин Фаньшэ откровенно уставился на Чу Лянь. Она была не так проста, раз смогла стать лекарем третьей руки! Выше только второй, а после идёт главный лекарь! Он взглянул на Си Цзи и с удивлением заметил, как он не отрывая взгляда смотрел на Госпожу Чу. Такой взгляд был тогда в гостинице, внимательный и...

И тогда он был направлен только на Цзин Фаньшэ. Тогда он подумал, что это что-то значит, но теперь он окончательно запутался в толковании Си Вана. Может это ничего не значило, а Си Цзи просто?..

Цзин Фаньшэ нахмурился, ведь так и не смог придумать этому достойное объяснение.

— Приветствуем сестру на пути самосовершенствования, — Си Цзи моргнул и поклонился.

Вспомнив о приличиях, Паршивец Цзин тоже поклонился, оказывая уважение:

— Заклинатели Цзин Фаньшэ и его спутник Си Ван рады знакомству. Мы не принадлежим ни одному именитому ордену, — на скорую руку представился Фаньшэ, а потом бросил взгляд на древнюю постройку. — Позвольте полюбопытствовать, что это тут у вас?

Неизвестный за спиной Чу Лянь возмущённо открыл рот, чтобы ответить, что это не его собачье дело, но девушка их опережает:

— Недавно эта гробница появилась из ниоткуда, и Цай Фу отправил нас расследовать причину появления. Изучив рисунки на колоннах, мы выяснили, что это место принадлежит Первому Лунному Принцу.

— Шицзе! Нечего рассказывать что-то этому Паршивцу! — всё же возмущается юноша, у которого была серебряная подвеска с драконом.

Его глаза стреляют молниями в сторону Цзин Фаньшэ, а тот, не впервые встретившись к такой реакцией к своей персоне, только провоцирующе наклоняет голову и складывает руки на груди.

— Шиди Сян! — прикрикивает Чу Лянь, обернувшись на собрата. Повернувшись обратно, она низко кланяется Цзин Фаньшэ, что заставляет его неловко замереть. — Прошу прощения за своего бестолкового брата.

Впервые получив извинения (а за что? За простые слова, которые он постоянно слышит?!) Цзин Фаньшэ неуклюже машет рукой:

— Да нет... Это не вы должны извиняться Госпожа Чу.

— Как старшая сестра по обучению, я несу ответственность за их слова и действия, — эта девушка была не из робкого десятка. Она говорила справедливо и по делу, за что Фаньшэ сразу проникся к ней уважением. — Мы собирались зайти внутрь, но двое моих шиди так и не вернулись из ближайшего города.

Цзин Фаньшэ неловко поджал губы. Разве он не отрезал кисть одному из них пару часов назад?

Кашлянув, он пробубнил:

— Вы случайно не про город в двенадцати ли отсюда на юг?

— Всё верно, — согласилась Чу Лянь, качнув головой. — Вы их встретили?

Раздумывая, как ответить на этот неудобный вопрос, Фаньшэ только молча покачал головой.

— Они несправедливо напали на моего спутника, за что понесли наказание, — неожиданно произнёс Си Ван, а его глаза недобро блеснули.

Брови Чу Лянь приподнялись, и она уставилась на Паршивца Цзин. В её глазах медленно нарастало понимание, из-за чего пальцы начали подрагивать. Схватив подол своей юбки, она снова склонила голову:

— Прошу прощения за причинённые неудобства!

Выдохнув, Цзин Фаньшэ покачал головой.

— Да ничего страшного, Госпожа Чу... Однако давайте придём к соглашению. В вашей группе теперь не хватает двух человек, так что мы с моим спутником могли бы их заменить и помочь вам в изучении гро...

Внезапно схватив Цзин Фаньшэ за руку, Си Ван отдернул его, а потом, не извиняясь, потащил его дальше от поляны и стоящей посередине её постройки.

— Си Цзи! Эй, постой! Что ты делаешь?!

Остановившись и встав перед Фаньшэ, Си Цзи проскрипел с молчаливой яростью в глазах:

— Ты туда не пойдёшь.

Фаньшэ показалось поначалу, что он неправильно расслышал Си Вана:

— Что?

— Там очень опасно и тебе нет необходимости извиняться за действия других!

— Откуда тебе знать? И в любом месте может быть опасно, — подбирая слова, Цзин Фаньшэ качнул головой.

Послышался вздох. Си Ван схватил Фаньшэ за плечи:

— Это гробница.

— Я знаю! И я уже был в гробницах.

Лицо Си Цзи исказилось, а брови нахмурились. Он отчаянно думал о том, как бы отговорить Цзин Фаньшэ идти в гробницу.

А Фаньшэ бы и отказался, но знал, что в случае неповиновения системе им могут стереть память, чтобы вернуть всё в «норму». Поэтому он не мог отступить и не подчиниться. Не хотел вновь терять с трудом обретенное.

— Си Цзи... — Фаньшэ положил ладони на держащие его руки. — Всё будет хорошо, правда. Я очень сильный, ты же знаешь. И если что, я смогу всех защитить. Опыт в гробницах у меня есть, да и не извинения это за тех придурков.

Напряжение падает с лица Си Вана, и он вглядывается в темноту перед собой. И хотя в его глазах блестит недоверие, он медленно кивает.

— Тогда, — Си Цзи облизывает свои губы и шепчет, — Фань-гэ обещает, что будет снимать заклинание, когда мы наедине?

Чуть наклонив голову, Фаньшэ немедля отвечает, убирая темноту под капюшоном:

— Фань-гэ обещает. Доволен?

Руки исчезают с чужих плеч, и Си Ван кивает.

— И что Фань-гэ в гробнице будет рядом.

— Обещаю, — Цзин Фаньшэ пожал плечами, — это не трудно. Хотя это ты должен находиться рядом со мной.

— Хорошо. Си Цзи обещает, что всегда будет стоять рядом с Фань-гэ. Что бы ни случилось.

Снова услышав от него что-то странное, но невероятно серьёзное, Фаньшэ замер и открыл рот. Показалось, что это обещание было большим, чем казалось на первый взгляд, но время на раздумья ему не дали — Си Ван взял его за руку и повёл обратно на поляну.

— Мы поможем, — снова оказавшись перед Госпожой Чу, заявляет Си Цзи.

Волнение исчезает с лица Чу Лянь, и она снова кланяется:

— Благодарю старших за помощь. Но проблема ещё в том, что два моих шисюна ушли в город, чтобы пополнить запасы продовольствия и...

— Шицзе Чу, нам же это не нужно!

— У нас полные запасы, зачем ещё?

Заклинательница Чу опустила голову и пробормотала, оборачиваясь:

— Я знаю, знаю! Но это же гробница!

Цзин Фаньшэ покачал головой. Он тоже не понимал запасливость Чу Лянь, тем более, если все припасы у них были полны. Гораздо лучше, если они отправятся побыстрее и не будут тянуть дракона за усы.

— Госпожа Чу права, — как гром среди ясного неба произносит Си Ван, и все устремляют на него свой взор. — Мы не знаем, сколько пробуем в гробнице.

— Брат Си... — на взволнованном лице у Чу Лянь появляется улыбка.

Тот парень, который громче всех кричал, шиди Сян, снова встревает:

— Я никуда не пойду!

А остальные двое, парень и девушка, добавляют:

— А мы не закончили с переводом.

— Я сама пойду! — вскрикивает Чу Лянь, понимая, что от остальных она ничего не получит. Пусть она и была выше их рангом, но всё равно оставалась обычным лекарем. Ни силой, ни фехтованием дева Лянь похвастаться не могла.

— Нет, — Си Ван снова качнул головой, а после повернулся к молчаливо наблюдавшему Фаньшэ. — Фань-гэ, пойдём вместе?

Цзин Фаньшэ промолчал. Хотелось ли ему возвращаться в город, в котором он устроил огромный переполох, да и какому-то человеку руку отрубил?

Нет. Определённо.

— Идите без меня, я лучше прослежу за остальными.

Уловив в голосе сомнение и нежелание, Си Ван уточнил:

— Ты уверен? Если...

— Да, уверен-уверен, — перебил его Цзин Фаньшэ, а после махнул рукой. — В этот раз точно ничего не случится. Идите вдвоём, а я за остальными пригляжу. Верно, Госпожа Чу?

Взглянув, Чу Лянь бросила взволнованный взгляд на свою группу, а потом кивнула:

— Да. Всё верно.

Уговоры не сработали, и Си Цзи вновь приблизился к Цзин Фаньшэ, шепча:

— Фань-гэ, вдруг снова что-то случится?

— Си Цзи, возвращаться в город для меня сродни казни! Что произойдет, если я снова там покажусь? Может я и не виноват. Но вы всё равно идите вдвоём, а я тебя здесь подожду.

Взглянув в глаза, более не спрятанные под капюшоном, Си Ван кивнул:

— Хорошо.

Вскоре две фигуры покинула видимость поляны. Группа продолжила работу по расшифровке, а Цзин Фаньшэ присел под дерево, подальше от них. Он задумчиво смотрел на тропинку, которая вела в сторону города, пока не услышал знакомый пиликающий звук.

Цзинь!

[Хорошая работа! Знакомство Главного Героя с его Первой Любовью прошло даже лучше, чем планировалось.]

— С кем?

[С Чу Лянь. Её статус: первая любовь Главного Героя, которая должна погибнуть.]

*В случае витилиго, когда кожа теряет пигментацию, она становится более чувствительной к солнечным лучам. Причина заключается в том, что меланин, который обычно защищает кожу от ультрафиолетовых лучей, отсутствует или в недостаточных количествах в областях с витилиго.

Поэтому люди с витилиго должны быть особенно осторожны на солнце. Важно принимать меры для защиты кожи от ультрафиолетового излучения, чтобы предотвратить ожоги и другие проблемы.

**Во времена Южной династии (420-581 гг. до н. э.) жил генерал Чжан Сеню, он был известен своими превосходными навыками в живописи. Его картины были занесены в книгу «Знаменитые картины, том 7» династии Тан. Однажды монахи из храма Аньлэ пригласили Чжан Сеню, чтобы тот нарисовал им на стенах храма драконов. Чжан Сеню нарисовал четырёх драконов, но не стал дорисовывать им зрачки.

Когда монах спросил его, почему он не дорисовывает картины, Чжан Сеню ответил, что если он сделает это, то драконы оживут и улетят. Монах, конечно, не поверил ему, и попросил закончить работу.

Чжан Сеню стал дорисовывать дракону зрачки, но как только он сделал два последних мазка, неожиданно раздался гром, и сверкнула молния. Дракон внезапно ожил и улетел. Остальные недорисованные драконы остались на месте.

«Последний штрих в рисунке дракона» (画龙点睛) называют последним штрихом в шедевре, он является наиболее важной частью картины, а также любым другим важным делом.

http://bllate.org/book/14784/1318573