Казалось, яркий свет падал только на прямоугольный стол. Всё остальное в комнате оставалось во тьме. За этим столом сидели четверо: трое по бокам и один во главе. Лица этих демонов странные. Подвергнутые ожиданиям, они испытывали самые разнообразные эмоции. Только один сиял улыбкой острых зубов.
— Повелитель востока, Синь Чжунъэ, прибыл!
Массивные двери открываются, пуская толику света в эту кромешную тьму, тем самым освещая лики правителей других регионов.
Один из них, выглядевший как очищенная от чешуи толстая рыбина, вскакивает и тычет пальцем в сторону Синь Чжунъэ:
— И это новый правитель востока?! Выглядит как палка!
Чуть наклонив голову, чтобы лучше оглядеть этого демона, Цзин Фаньшэ попытался вспомнить что о нём говорила его главная советчица.
«Раскрыв какой-то свиток, Хун Мэйгуй начала объяснять:
— Так, ну правитель юга не изменился. Юань Байчи туповат, но держится благодаря силе и запугиванию, — лисица печально покачала головой, — он действительно страшно выглядит. С ним можно перебросить парой грубых слов, после них он успокаивается.»
После открытой нападки, все остальные правители замерли, ожидая ответной реакции.
— Благодарю, — улыбка проскользнула под фарфоровой маской, — если постараетесь, сможете выглядеть, как я.
Мужчина, сидящий во главе стола громко усмехнулся. Его бледные губы растянулись, показывая ряд острых и длинных белоснежных зубов. Такие вцепятся — живым уже не выберешься. Вскоре улыбку «прикрыла» рука с тонкими длинными пальцами и с такими же длинными и острыми ногтями черного цвета.
«Про нашего нынешнего правителя ничего сказать не могу, — Хун Мэйгуй разочарованно отбросила свиток с информацией. — Он нечасто показывается, но одного появления хватает, чтобы никто не сомневался в его силе. Будьте с ним осторожнее, его очень сложно понять.»
Правитель всех демонов, Гэчан Инхэн, сощурил глаза, и вперился взглядом в Синь Чжунъэ, будто пытаясь пролезть ему под маску, чтобы выведать всё самое сокровенное. Его душащаяся аура начала распространяться по комнате. Лица правителей сторон изменились, будто они начали задыхаться. А Цзин Фаньшэ только почувствовал, как тысячи рук вцепились в его, то ли пытаясь удержать, то ли намереваясь задушить.
Нацепив притворную улыбку, Синь Чжунъэ уставился на Гэчан Инхэна. Но тот лишь улыбнулся, снова прищурив глаза.
Аура пропала.
— Присаживайтесь, Синь-цзюнь, — правитель демонов махнул рукой, откинувшись на спинку трона. — Теперь, когда вы один из нас, мы должны поладить, верно?
— Ага, — появляется громкий высокий голос от самого незаинтересованного демона, который выглядел моложе всех. — До тех пор, пока на востоке не появится новый «сильнейший».
«— Хэли Дэшуй, повелитель запада, тоже тот ещё овощ, — Хун Мэйгуй безразлично пожала плечами. — Он, как и вы, относительно недавно вступил в пятёрку сильнейших, поэтому у него до сих пор случаются восстания. Но сестра пишет, что характер у него дырявый...
Советчица нахмурилась и приблизила свиток к лицу, откашлявшись:
— Дурной! Чёрт бы побрал её кривой почерк! Дурной, вспыльчивый... Ага. Мразь он короче.»
Для Цзин Фаньшэ повелитель запада показался ещё мальчишкой. Даже когда тот сидел, то становилось сразу видно его невысокий рост. Черты лица выглядели не такими острыми, как у повелителя демонов. Да и сейчас он сидел, как обиженный на родителя ребёнок.
Гэчан Инхэна махнул рукой, призывая правителя запада заткнуться:
— Ну-ну, Хэли-цзюнь, прояви немного снисхождения к новому обращённому. Он ещё не привык находиться в мире демонов, верно?
Уголок губы Синь Чжунъэ дрогнул быстрее, чем он это осознал.
— О, так это правда? — Правитель демонов с насмешкой ахнул. — Это было лишь моим предположением. Кто бы знал, что это окажется правдой? Незачем так смотреть, у меня нет никаких предубеждений насчёт обращённых.
— У меня есть... — пробубнил правитель запада, недовольно крутя в руках какую-то странную штуку.
Бросив Хэли Дэшую второй предупреждающий взгляд, из-за чего тот сильно напрягся, Гэчан Инхэн продолжил:
— Просто хочу напомнить. Обращённые не являются демонами изначально, поэтому от них я точно не потерплю безобразия, — демон наклонил голову и из его приоткрытого рта появился длинный раздвоенный язык. — Уже бывали случаи, когда обращённые думали, что представляют собой что-то великое... Эх, прекрасный запах крови стоял здесь ещё неделю.
— Ясно... — не слишком радостно отозвался Цзин Фаньшэ.
— Каковы ваши намерения? — прошелестел негромкий, но чёткий низкий голос. Молчавший до этого повелитель севера заговорил.
«Серьёзно кивнув, Синь Чжунъэ уставился на лисицу, которая развернула свиток ещё больше. Но не успевает она зачитать дальше, как выражение лица Мэйгуй меняется. Она кривит рот и снова приближает свиток к лицу, то крича, то бормоча:
— Хань Фэн?! Я думала он уже умер... Какого чёрта он стал правителем севера? Он же...
— Кто это?
Отодвинув от себя свиток, Хун Мэйгуй подняла глаза на Синь Чжунъэ и со странным голосом произнесла:
— Это третий муж моей мэймэй! Но я думала, что он уже давно умер!
— Что?»
Его Цзин Фаньшэ представлял несколько иначе. Напротив сидел демон с оленьими ушами и рогами, украшенными какой-то золотистой цепочкой. Его вид никак не намекал, что он нелюбимый муж в гареме хули-цзин. Одет просто, в темные некричащие цвета, хотя некоторые украшения ярко-красного цвета выбивались из образа.
— Ах, да, — Гэчан Инхэн кивнул, дополняя, — это тоже является важной частью.
Видя замешательство Синь Чжунъэ, Хань Фэн, неторопливо объяснил:
— Став обращенным и добившись высокой должности, что вы собираетесь делать дальше?
«Так вот оно что...» — верно догадался Цзин Фаньшэ.
Хун Мэйгуй упоминала, что люди обращаются в демонов из-за долгих негативных эмоций или под действием темной ци. И, вполне естественно, обиженные обращённые, почувствовав новую силу, захотят отомстить людям.
А с властью, как у Синь Чжунъэ, устроить войну будет проще простого.
— Разве демоны не хотят уничтожить людей? — с лёгким удивлением и непониманием спросил Фаньшэ.
Улыбка Гэчан Инхэна дрогнула, а его глаза недобро блеснули во тьме.
— Хотим — не хотим, но устраивать войну невыгодно для обеих сторон.
Повелитель запада, отложив штуку, которую вертел, негромко добавил:
— Пока что.
Повелитель демонов согласно кивнул, сложив руки в замок.
— На редкие нападения можно закрыть глаза, но масштабная война — уже другое дело, — злобный огонёк пропал из глаз демона, и он снова улыбнулся, показывая ряд острых зубов. — Но если сильно захочется — предупреди сначала меня. Я посмотрю.
Глава Юга, почищенная рыба, вскочила, вскрикивая:
— Ваше Величество!
Звонко рассмеявшись, Гэчан Инхэн встал со своего места и, остановившись позади Синь Чжунъэ, положил руки на спинку его кресла, шепча:
— Привыкай к миру демонов, обращённый.
И, снова весело хмыкнув, Гэчан Инхэн вышел из зала совещания.
И тут повелители как с ума посходили! Правитель Запада закинул ноги на стол, скатившись по спинке стула, снова начав крутить ту штуку, которая под его быстрыми пальцами начала менять свою форму. Правитель Севера не обратил внимание на этот балаган, молча направившись к выходу. Правитель Юга же выхватил какую-то смехотворную зубочистку, похожую на заострённую кость, и направил её в сторону Синь Чжунъэ с очевидной угрозой:
— Я убью тебя, сопляк!
Из коридора вновь раздался голос владыки демонов:
— Чуть не забыл!
Меньше чем за секунду ноги были убраны со стола, а меч спрятан в ножнах.
Из приоткрытой двери выглянул Гэчан Инхэн и, улыбнувшись смешавшемуся ужасу и удивлению на лицах подчинённых, приказал:
— Хань Фэн, объясни ему правила, ради Богини, — блеснув глазами, он добавил. — И остальным, а то они, кажется, забыли, как следует себя вести.
— Никак нет, Ваше Величество! — первым отреагировал правитель Юга, убирая руку подальше от ножен.
— Как прикажете, — участливо поклонился Хань Фэн, и Правитель демонов снова исчез за дверью.
Повернувшись обратно к участникам балагана, Правитель Севера взглянул на Синь Чжунъэ, думая о чём-то своём. И когда Цзин Фаньшэ уже начал ждать от него какой-нибудь странной унижающей фразы, тот просто повернулся к Правителю юга:
— Юань-цзюнь, во дворце собраний запрещено драться.
Забулькав, Правитель Юга раздражённо сжал плавники. Тут ему нечего возразить.
Тогда к ним подошёл Правитель Запада и, сложив руки на груди, предложил:
— Пошли на улицу. Я тоже хочу посмотреть, как размажут этого выскочку, — он посмотрел на Синь Чжунъэ высокомерно, с вызовом. Но, к его удивлению, они встретились взглядами.
Не удержавшись, Цзин Фаньшэ растянул губы в насмешливой улыбке:
— Ешь больше мяса. Может, вырастешь...
Хэли Дэшуй действительно небольшого роста. Он еле-еле доходил Синь Чжунъэ до плеч. Ребёнок или просто такое телосложение, Фаньшэ не знал, но в ту же секунду Повелитель Запада оскалился, а его глаза покраснели от ярости.
От яростной атаки Фаньшэ спас Хань Фэн, который без усилий схватил Хэли Дэшуя за одежду и повторил монотонно:
— Во дворце собраний запрещено драться.
После напоминания «ребёнок» покраснел и яростно запыхтел, почти выдувая пар изо рта.
Не чувствуя ни вины, ни сожаления, Цзин Фаньшэ направился к выходу, морально приготавливаясь к бою.
Как бы то ни было, правитель демонов держит других на коротком поводке, сотканном из страха и боли. Эти правила явно придумал Гэчан, раз этот мальчишка так быстро остыл. В будущем занять его место будет очень не просто. Да и по характеру и ощущению он какой-то ебанутый.
Но опасный.
Нельзя с ним сражаться. По крайней мере, до тех пор, пока он не узнает способности Гэчан Инхэна лучше. В любом случае...
— Здесь нормально? — поинтересовался Синь Чжунъэ у Хань Фэна, знатока правил.
Тот кивнул, но пояснил:
— За причинённые разрушения будете отвечать сами.
Шурх! — и Синь Чжунъэ приходиться блокировать удар от Повелителя Запада. Рука, которой он защитился, дрожит, а кость с хрустом ломается. Острая боль разносится по телу и колюще отдаётся в голове.
Приходится отступить.
Довольный оскал Хэли Дэшуя выводит из себя:
— Больше мяса надо есть. Может, и сила появится?
Придя в себя, Синь Чжунъэ бросает короткое «Хах» и левой здоровой рукой достаёт свой демонический меч. Мальчишка, паршивец, специально сломал ему правую руку, после того, как увидел у него висящее на поясе оружие.
Вот только Цзин Фаньшэ учил наставник Жунъи, поэтому он может сражаться любой рукой. Да и фехтование никогда не было его сильной стороной. Всё компенсировалось бешеной силой и способностями.
Взмахнув мечом, Правитель Востока сделал дразнящий жест, а после нагло вздёрнул подбородок. Провокация сработала, и Хэли Дэшуй, зарычав, яростно ринулся в атаку.
Битва нарастала, все внутренние ограничения начали пропадать. Атаки становились всё яростнее и яростнее. Пыль поднималась до красного солнца, мешая обозревать поле битвы. Земля и камни летели в разные стороны, и другим повелителями тоже пришлось защищаться.
Цзин Фаньшэ никогда не приходилось сражаться с настолько сильными соперниками. Все заклинатели были не его уровня, кроме, пожалуй, трёх человек, которых он серьёзно опасался. А с монстрами неинтересно сражаться, им не хватало хитрости и интеллекта.
Он был полностью поглощён битвой.
Ощущение свободы и использование всех своих возможностей покалывали пальцы, а дыхание сбилось от скорости. Наконец-то он использовал все свои силы!
Будет у него когда-нибудь ещё такая захватывающая битва?!
Полный восторг!
Из горла поднимается комок, и Синь Чжунъэ рвёт кровью.
Ошеломлённый, он замирает и прижимает руку ко рту.
— Ай-яй-яй... — пыль начинает оседать, и Фаньшэ видит, как к нему подходит Гэчан Инхэн. — Я же просил соблюдать правила.
Обернувшись, Цзин Фаньшэ видит, как его соперник трясётся на земле и давится от громкого кашля. В недоумении он поворачивается обратно, к повелителю демонов, но тот уже возвышается прямо над ним, чуть склонившись, и смотрит прямо в глаза.
Те ярко сияют, завораживая и пугая одновременно.
Лоб Гэчан Инхэна начинает дрожать, и на нём образовываются складки.
— Мои слова похожи на шутку? — кладя свою руку на шею Синь Чжунъэ и сжимая её, спрашивает он, — или ты не воспринимаешь меня всерьёз?
Складки на лбу заменяет открывшийся черно-красный с синими вкраплениями глаз.
В этот раз леденящая душу аура добирается до Цзин Фаньшэ. Она мерзкая, скользкая, холодная словно змея, которая сжимает его шею, а клыки гада готовы впиться ему в лицо, если он совершит малейшее неправильное движение.
Глаз во лбу покрутился и уставился на Синь Чжунъэ. Тот ожидающе замер, но ничего так и не произошло. Не снаружи, ни во внутренних ощущениях. Фаньшэ даже подумал, что это какое-то долго действующее оружие.
— Хм? — наклонив голову, Гэчан Инхэн отпустил шею правителя востока. — Неужели не работает на обращённых? Или это потому что ты...
Больше неподдерживаемый Цзин Фаньшэ упал на землю, содрогаясь в хриплом кашле, а Гэчан, потеряв интерес и сложив руки за спиной, медленно покинул территорию недавней бойни.
— Господин! — Хун Мэйгуй, вся бледная от страха и ожидания, подбежала к Синь Чжунъэ.
— Возвращаемся, — прохрипел Синь Чжунъэ, вставая и еле держась на ногах.
Без слов, Хун Мэйгуй перекинула его руку себе через плечо. Они вместе направились к выходу территории замка собраний. Остановившись, лисица, как могла, поклонилась в сторону Повелителя Севера:
— Я у вас в долгу.
— Не стоит, — Хань Фэн покачал головой. — Но как будете свободны, навестите Милулэ. Она скучает.
Дрогнув ресницами, Хун Мэйгуй кивнула со звоном длинных серьг.
— До встречи.
Цзинь!
[Задание: «Повелитель востока» завершено! Поздравляем!]
Цзин Фаньшэ, тяжело дыша, провёл взглядом исчезающее окошко.
После произошедшего в гостинице система редко появлялась и никогда ничего лишнего или интересного не писала. Только задания, только подсказки.
***
Остановившись у границы к людям, Цзин Фаньшэ скривил губы.
Наверняка старик уже уладил все дела с шисюном и... И ничего не расскажет Фаньшэ, как обычно.
Следуя своей традиции, Цзин Фаньшэ направился к заброшенному домику, чтобы отдохнуть и восстановить силы. Да и подлечиться после битвы. Сломанная Правителем Запада рука неприятно ныла и постоянно отвлекала. Однако, уже собравшись лечь на кровать, он замечает, что одеяло всё перекручено, а в нём кто-то шевелится.
Сглотнув, из-за чего горло заныло, заклинатель положил руку на меч, готовый ко всему.
Но не к белке.
Увидев человека, та не испугалась, а наоборот начала прыгать на кровати пуще прежнего.
— Эй, это же ты! — рука была убрана с меча, а заклинатель приблизился к белке. — Повезло тебе, что та птица до тебя не добралась, дурында.
Грызун ещё навернул пару кругов по кровати и быстро забежал обратно в скрученное в кокон тонкое одеяло.
— О, Будда... — вздохнул Цзин Фаньшэ и, когда уже собирался прогнать животное с кровати, то неожиданно вылезло из своего домика и положило перед человеком толстый орех.
Неожиданная благодарность застала врасплох, и рука, так и не тянувшаяся до одеяла, замерла. Нечасто его благодарили за спасение, предпочитая ругать всеми словами из-за разрушений после боя.
— Ладно, это мило, — поджав губы, признал Фаньшэ. — Но недостаточно.
Неожиданно схваченная белка пискнула. Зверёк выбирается из хватки заклинателя до того, как он успевает выкинуть её в окно, чтобы та вернулась в лес. Не желая сдаваться, грызун начинает быстро ползать по человеку под звуки возмущения и, в конце концов, забираясь ему в капюшон.
Устав от всего, Цзин Фаньшэ просто берёт сделанное грызуном дупло и переносит его на низкий столик. Туда вместе с белкой летит плащ. А сам он заваливается на кровать, сразу же засыпая.
Сны не снились. Были только кружащие линии и мимолётные картинки. Время от времени заклинатель в беспамятстве открывал глаза, уставляясь в скучную стену, а после вновь закрывал глаза.
Когда Фаньшэ шевелился, всё тело пробирала боль, заставляя его открывать глаза и стонать в подушку. В конце концов, он плюёт на всё и отправляется в Кайлэ.
Время ранее, но людей в безымянном городке много. На противоположной стороне в толпе Цзин Фаньшэ видит знакомый, сильно выделяющийся своим ростом и размером силуэт.
Наставник, ткнув в его сторону, закричал как ненормальный:
— Ты!
А Цзин Фаньшэ, как и полагается прилежному ученику, который долгое время не видел своего учителя, начинает от него убегать.
— Только попадись мне, я тебя на дерево вверх ногами подвешу! — раздаётся позади, из-за чего у Фаньшэ только прибавляется мотивации бежать и не останавливаться.
К превеликому сожалению, ему в ноющую спину прилетает тяжелый мешок с рисом. Подбитый таким странным образом заклинатель, плашмя падает на живот. Подоспевший наставник возмущенно хватает его за шиворот и начинает тащить по земле.
— Паршивец! Ты где столько времени был?!
Недовольный таким смущающим положением Цзин Фаньшэ пытается освободиться от хватки учителя, но из-за потраченных сил ему это не удаётся. Взглядов прохожих становится всё больше.
Остаётся только кричать в ответ:
— Да что опять-то?!
— «Опять»? — Жунъи Сяохуа с силой встряхивает нерадивого ученика, что у того голова трясётся, и выплёвывает. — Ты обещал мне участвовать в соревновании Цай Фу!
Снова сделав рывок, чтобы освободиться, Цзин Фаньшэ попытался ответить, но его перебили:
— Ты хоть представляешь сколько планов мне поломал? По-твоему, тебя легко отмазать перед другими старейшинами?
В конце концов, совсем обнаглев, Фаньшэ закричал на всю деревню:
— Так оно же летом!
Без слов наставник поднимает своего ученика на уровень глаз и неистово хрипит:
— А сейчас, по-твоему, что?!
Оглядев окружающий снежок, который ещё не успел растаять, Цзин Фаньшэ предполагает:
— Осень... — но тут он догадывается, что слишком много времени провёл в мире демонов.
Тонкая зелёная трава проглядывалась сквозь мокрые комья снега. Да, осень уж никак не могла быть.
В ужасе раскрыв глаза, Фаньшэ поворачивается к наставнику:
— А год какой?
Влепив ученику подзатыльник, Жунъи Сяохуа, сложив мощные руки на груди, отвечает:
— Уже следующий! Фаньшэ?..
Полученный мощный и неожиданный удар никак бы не навредил Цзин Фаньшэ в обычное время. Но после произошедшего в мире демонов, заклинатель пошатнулся и рухнул оземь.
На связи Лина Хун. В первую очередь: спасибо всем читателям, которые оставляют комментарии и нажимают кнопочку «спасибо», я очень рада вашей обратной реакции.
Также хотелось бы сообщить, что в скором времени у этого проекта будет новая обложка, не теряйте.
http://bllate.org/book/14784/1318567
Сказали спасибо 0 читателей