Готовый перевод Судьба неизменна перед лицом смерти / От судьбы не убежишь: Глава 16. Опять всё пошло не по плану.

Попрощавшись, Цзин Фаньшэ собирался выйти из города, но ноги сами привели его в самую любимую лавочку Кайлэ. Из-за холодной погоды поздней осени двери чайной оказались закрыты, и теперь свежий листовой запах не распространялся по улице. Вздохнув от сожаления, заклинатель зашёл в лавочку и сразу вдохнул полной грудью, успокаивающий запах чая.

— Господин Ча! — закричал Е Цзы, за что получил от отца по макушке.

Приглушённо посмеявшись, заклинатель поклонился в приветствии и в мгновение ока оказался рядом с полочками, где обычно выставляли новинки:

— Есть ли у вас что-то интересное, уважаемые?

— Надеемся, вас это впечатлит, — хозяин лавки, Е Шуму, подпихнул своего сына к почитаемому гостю, а сам направился в другую комнату, где хранился редкий и труднодоступный товар.

Пробубнив нечто невнятное себе под нос, Е Цзы оказался рядом с Цзин Фаньшэ:

— Вот этот чай, про который я говорил в прошлый раз, Цихун. Ещё у нас появился «Золотой Юньнань».

— Цзы-эр, погоди маленько, — Фаньшэ неловко взмахнул рукой, — я хотел спросить про чай, который продал в прошлый раз. По возможности я бы хотел выкупить его назад.

Мальчонка открыл рот, чтобы ответить, но в последний момент замялся, и на его лице появилось виноватое выражение:

— Господин Ча, дело в том, что… — Цзы-эр исподлобья взглянул на удивленного Фаньшэ. — Пару месяцев назад его весь скупил человек в черном.

Успевший испугаться Цзин Фаньшэ, лишь покачал головой. Он думал, что их ограбили, чай сгорел или этот ребенок так увлекся и выпил все двадцать видов. Немного печально пожав плечами, заклинатель ответил:

— Значит у этого человека действительно хороший вкус.

— Ну вы скажите, Господин Ча, — Е Цзы обиженно надулся. — Мужчина пришёл весь такой хмурый и говорит: «несите всё»! Я уж перепугался, вдруг ограбить нас решил, но он попробовал несколько на запах и купил те, которые вы продали. На другие отличные чаи даже не взглянул.

Пока Цзы-эр возмущённо размахивал руками, Цзин Фаньшэ посмеивался с его рассказа.

— Значит у нас двоих хороший вкус!

На это мальчику уже нечего возразить. Он молча достал коробочку, чтобы Цзин Фаньшэ оценил его запах. Заклинатель улыбнулся сквозь маску.

Тут Е Мушу вернулся из задней комнаты, неся в руках три небольшие и интересные коробочки, что заклинатель не мог отвести от них глаза в предвкушении. Хозяин лавки поставил коробочки на стол, рядом друг с другом и по очереди открыл каждую из них, из-за чего комната тут же наполнилась поразительным ароматом:

— «Да Хун Пао», из северо-западной провинции Фуцзянь, «Те Гуань Инь» с южной плантации Мин Цинь и «Шуй Сянь» из пещеры бессмертных.

Глаза Цзин Фаньшэ опасно блеснули под капюшоном:

— А вы умеете удивлять…

— Всё для дорогого гостя, — участливо поклонился Е Мушу, рукой призывая заклинателя подойти и взглянуть на чай.

Первым делом Фаньшэ взял «Шуй Сянь», так как очень хорошо знаком с этими листьями. Благодаря ему произошло знакомство с хозяином лавки много лет назад.

Тогда они ещё путешествовали со стариком и шисюном, и по счастливой случайности спасли Е Мушу, когда он направился в эту самую пещеру бессмертных (пусть она называлась «бессмертных», пещера оставалась пещерой, поэтому там находилось много опасных тварей). Листья Шу-шу, как любил их назвать хозяин лавки, впитывали в себя светлую ци, благодаря чему полезны как для обычных людей, так и для заклинателей. Отсюда высокая цена и редкость.

— Надеюсь в этот раз не возникло проблем в пещере? — усмехнулся заклинатель, переходя к другому чаю.

Неловко улыбнувшись, Е Мушу покачал головой, предпочитая не отвечать.

— Я возьму немного, — сам себе кивнул младший Цзин, оплакивая похудевший кошелёк.

«Те Гаунь Инь» Фаньшэ пробовал, но южная плантация Мин Цинь была его самой любимой по производству чая, поэтому он сразу попросил отвесить немного. «Да Хун Пао» являлся редким чаем, за которым Цзин Фаньшэ охотился долгое время, поэтому купил сразу половину от всего.

Получилось невероятно дорого, но запах чайных листьев в руках радовал сердце.

Попрощавшись с родственниками Е, заклинатель с приподнятым настроением вышел из чайной лавки.

Когда Фаньшэ убирал чай в мешочек Цянькунь, ему под руку попался свиток, который всунул Жунъи Сяохуа. Он скривился, но удосужился открыть его, чтобы прочитать.

Сообщалось, что у горы на севере, в ущелье Мёртвых завелось какое-то чудовище. Уже отправленные на разведку заклинатели не вернулись. Конечно, Глава Ань не желал лично с этим разбираться, а просто-напросто послал на это дело другого. Небось ещё надеялся, что Цзин Фаньшэ по счастливой случайности останется там навсегда и перестанет раздражать его старческие глаза.

Невольно хмыкнув, он отправляется в путь.

***

Холодный ледяной ветер неприятно бил в лицо, и заклинатель постоянно отдёргивал улетающий капюшон, пытаясь удержать его на месте. Любимый зимний белоснежный плащ частично спасал от холода, но Фаньшэ всё равно приходилось согревать себя с помощью внутренней энергии ци.

Выдохнув холодный воздух, Цзин Фаньшэ оглядел местность в поиске временного укрытия или ночлежки. Находясь здесь уже третий день, ему оставалось только недоумевать где же обещанный монстр. Возможно, все посланные люди просто-напросто помирали от раздирающего душу холода, но никак не от чудовища.

Через пару часов непрерывного снегопада, наконец, вьюга заканчивается, и становится виден путь. Цзин Фаньшэ ускоряется, исследуя ущелье. Высокими прыжками перемещаясь по сугробам, он иногда останавливается, чтобы вытащить застрявший в сапогах снег.

Весь полученный азарт медленно вместе с ним помирал в холоде…

Раздражённо откинув толстый капюшон, Фаньшэ осматривает горы в поисках угрозы. Перед ним предстоит только прекрасный заснеженный, даже ослепляюще белый мёртвый пейзаж.

Не зря оно называется ущельем Мёртвых! Тут нет ни птиц, ни мелких зверьков, которые могли бы жить в условиях холодной погоды в своих толстых шкурках, ни животных, без разницы демонических или божественных.

Он пару раз ударил безобидные огромные камни, чтобы привлечь чужое внимание, но перед ним так никто и не появился.

Развернувшись, Цзин Фаньшэ собрался прошествовать обратно и заявить, что никого в долине мёртвых никогда не водилось, просто не надо отправлять людей в лютый холод, как снег под его ногами подозрительно быстро начинает разрастаться и увеличиваться в размерах.

И вот он стоит в нескольких метрах над землёй на непонятном мохнатом монстре.

Тварь — будто сплющенная толстая и гигантская красная панда. При этом морда страшно приплюснута спереди, из-за чего глаза выглядели плоскими и огромными, словно рисовые лепёшки. Ещё более странным являлся рот: тоже плоский, сморщенный с искривлёнными зубами. Фаньшэ уже серьёзно задумался, что в прошлом кто-то от скуки точно придавил животное со всех сторон.

Пока заклинатель, глупо хлопая глазами, с интересом рассматривал монстра под своими ногами, последний, не особо ценя такое внимание, начинает буйствовать. Размахивая головой и массивным хвостом, монстр крушит горы, опасно разбрасывая снег.

Спрыгнув с монстра, Цзин Фаньшэ достаёт из ножен меч, стремительно атакуя монстра. Но лапа под напором оружия растягивается и остаётся в таком же положении. От удивления, заклинатель отпрыгивает от твари подальше, но та… Словно потеряв раздражающий фактор, зарывается носом в сугроб, снова скрываясь под снегом.

Что бы это ни было, оно не являлось агрессивным и точно не собиралось есть кого-то. Больше похоже, будто это злодей-Фаньшэ нарушил её спокойствие своим присутствием и стоянием на чужой голове.

Разочарованно вернув меч в ножны, Цзин Фаньшэ развернулся, чтобы окончательно вернуться в тёплый и обычный мир. Но пройдя один ли по каньону, он замечает, как стремительно меняется окружающая аура: темнеет, как при сумерках, тяжелеет, что не вздохнуть и появляется ощущение чего-то опасного рядом. Рука возвращается на меч, а заклинатель замирает, прислушиваясь сквозь свистящий ветер.

Почему-то мёртвое ущелье резко перестало быть мёртвым, радуя Цзин Фаньшэ присутствием необычных монстров. Вот и снова кто-то решил побаловать его божественным горным драконом.

В этом мире существовало несколько видов живых существ, кроме людей, демонов и заклинателей. Животных тоже можно было разделить на три категории. Обычные, без развитого разума. Демонические из темной ци, которых привычнее называть «монстры», они немного умнее обычных и, как правило, агрессивнее. Самый последний — божественный, и хотя они так называются, с божествами у них мало общего. Они просто впитали в себя светлую ци и начали развиваться, со временем учась думать и говорить. Но, несмотря на это, с нежеланными гостями они разбирались очень старым и проверенным способом.

Выпучив глаза от удивления или страха, Цзин Фаньшэ полностью достав меч из ножен, рванул на нём куда подальше, пока горный дракон, громко клацая зубами, пытается догнать улетающую цель. Пришлось использовать все свои навыки во владении мечом, чтобы не пасть смертью храбрых.

Фаньшэ бы никогда не признал, что в этом мире есть кто-то, кого он боится. Но таковые всё же существовали, поэтому он по возможности всегда избегал их всеми способами. Все же храбрость дорого стоит, а ущелье Мертвых теперь навечно в списке мест, которые нельзя посещать.

Напряжённая погоня продолжалась долго, пока дракон не убедился, чтобы на его территории никого не осталось. Горный повелитель оказался умнее, чем заклинатель предполагал, и из-за устраиваемого драконом обвала пару раз чуть не оказался похоронен под грудой камней.

Еле отдышавшись и успокоив расшатанные нервы, Цзин Фаньшэ от усталости свалился в сугроб. Эту битву он выиграл (как хотелось думать), выжив. Теперь как-то надо отчитаться перед ублю… Главой Ань, и это дело очень тяжёлое и неприятное.

Вскоре лежать на снегу стало неприятно из-за намокшего пушистого плаща, поэтому пришлось встать и направится к ордену Даогуан.

Да-да, Ань Дуань, с которым у Цзин Фаньшэ и наставником Жунъи такие странные «сотруднические» отношения, являлся Главой самого популярного заклинательского ордена, расположенного неподалёку от Кайлэ. Но это не значило, что Фаньшэ являлся одним из них или работал на них. Скорее он стал наёмным работником, которому поручали самую опасную работы из-за его невероятной силы и… Других обстоятельств.

В общем, пока этот союз был удобен для обеих сторон, Фаньшэ и Ань Дуань проглатывали внутренние обиды и мирились с чужим существованием.

Спустившись с горы, заклинатель поменял меховую накидку и толстые перчатки на привычные, более тонкие.

На обратном пути он опять зашёл в деревеньку, расположенную вблизи гор, чтобы купить провиант и предупредить народ (на всякий случай, разные дураки бывают), что в горы лучше не ходить.

Милая улыбчивая старушка, взглянув на человека, пришедшего с гор, только махнула рукой и покачала головой, отвечая привычным для них северным диалектом:

— Да нихто в эти хоры и нэ суётся! Мы-ж нэ дураки какие-то, Будда упаси, — прижав руку к щеке, она промолвила, вспоминая. — Хоть тута до Вас и явился ещё один молодчик, красавенький такой…

— И куда он пошёл? — вздохнул Фаньшэ, размышляя, есть ли у него время и желание спасать кого-то.

Женщина с аккуратно убранными волосами махнула рукой в противоположную от гор сторону, в поле:

— Туды.

Успокоившись, Цзин Фаньшэ кивнул и заказал себе перекус, накинув женщине пару монет за приятный разговор и еду.

Проводив любезного мужчину, улыбчивая старушка продолжила работать, пока в её скромное заведение не зашел тот самый юноша, который направился помогать Господину И. Он выглядел уставшим, а его лицо блестело от пота, поэтому хозяйка решила угостить юношу чаем бесплатно. Да и любо было смотреть на такое красивое лицо и изящные манеры.

Так и не притронувшись к пиале с напитком, Си Ван кивнул, а женщина, желая поболтать с юным заклинателем, начала рассказывать о недавних событиях. Так разговор зашёл о человеке, пришедшем с гор и о его предупреждении.

— Дык и странный он-а! — совсем распалившись своим рассказом, хозяйка замахала руками. — В маскэ, с закрывающими культяпками и капюшонэ, на пол лица, что эта старуха не смохла разхлядеть ехо лицо, будто…

— Куда он пошёл? — крикнул Си Ван, резко вскакивая со своего места, шатая стол.

Испугавшись не на шутку, женщина махнула дрожащей рукой на запад.

Не теряя ни одной дорогой секунды, заклинатель рванул в указанную сторону. Усталость, неприятно давившая на мышцы, вскоре начала напоминать о себе, но Си Ван продолжал бежать, пытаясь найти глазами или хотя бы почувствовать присутствие знакомого человека рядом.

Но не смог.

Вокруг только лес и ни единого намёка на живую душу. Казалось, будто разговор, который мог дать ему подсказку, только померещился из-за чрезмерного желания и ожидания встречи с ним. Ощущение пустоты, несбыточной мечты и усталости заставили упасть на колени и припасть головой к земле.

Прошло уже столько времени, почему же они до сих пор не встретились? Учитель так сильно не желает видеть его или это из-за того, что Си Ван не стал тем, кем должен был? Что же тогда делать?!

***

Отношения Цзин Фаньшэ с людьми Даогуана были натянутыми. Очень. Словно струна, которую с одной стороны держал Главой ордена, а с другой наставник Жунъи, и она грозила порваться о Фаньшэ.

Использовав заклинание затемнявшее всё под капюшоном, чтобы лицо нельзя было рассмотреть, Цзин Фаньшэ вошёл на территорию ордена через толстый охраняемый барьер. Заклинатели, едва завидев паршивца Цзин, начинали разбредаться, боясь попасть в его поле зрения.

— Смотри! — с каждым шагом Фаньшэ слышал всё больше шепотков, — он что, вернулся?

— Я думал, он давно помер…

— Вот-вот! Не появлялся столько лет, а тут, видите ли, возник, здравствуйте!

— Эй, а шисюн Шань знает?

— И что этот паршивец опять тут забыл?

Кто-то мерзко захихикал и предложил:

— Спорим, сумасшедшему снова влетит от Главы? Его наставника здесь нет, кто его покрывать будет…

Каждая клеточка Фаньшэ кричала, что ему не нравиться здесь находиться, он не хочет здесь быть. Лучше бы не возвращался сюда никогда…

Было хорошо, когда Цзин Фаньшэ мог забыть о своих обязанностях и просто путешествовать с Си Ваном, не вспоминая о своих проблемах и о том, кто он на самом деле.

Но теперь это не важно, всё в прошлом. Теперь его спокойствие и умиротворение зависит только от Главы Ань.

Гордо подняв голову, Цзин Фаньшэ с прямой спиной шёл по направлению к главному зданию, не обращая внимания на ехидных гиен вокруг. Под внимательным градом презирающих глаз ему приходилось двигаться с особой осторожностью, так как любое неверное действие может неприятно аукнуться в будущем.

Перед самым входом один худощавый мальчишка в синяках падает Цзин Фаньшэ под ноги, преграждая путь. Его толкнул кто-то из компании, ожидая, что сумасшедший побьёт несчастного за это. Упавший парнишка побледнел и начал заикаться, должно быть, в попытках объясниться. Дрожа, он решил отползти под приглушенные смешки группы заклинателей.

Бросив мимолётный взгляд на юношу и на компанию, из-за чего та сразу замолкла, Цзин Фаньшэ продолжи путь.

Перед входом в кабинет главы Ань, стояли два одинаковых человека, главные помощники Главы ордена Даогуан. Но даже так у них было видимое различие. Если старший из-за узких вытянутых глаз был похож на хитрого и расчетливого человека, то младший походил на тупого барана.

Этих двух человек Цзин Фаньшэ видел каждый раз, как заявлялся в Даогуан, и каждый раз реакция на него одинакова.

Близнецы Шоу, Ю старший и Цзо младший одновременно уставились на Цзин Фаньшэ, не ожидая снова его видеть. Но после быстро сошедшего удивления, лицо Шоу Ю недовольно потемнело, а Шоу Цзо вылупился на Фаньшэ светящими от восторга глазами.

— Глава ордена сейчас занят, — старший близнец сделал шаг вперёд, тем не менее, не решаясь преграждать Фаньшэ путь.

Не сбавляя шаг, младший Цзин бросает небрежное «очень жаль» совсем не сожалеющим тоном и врывается в кабинет Ань Дуаня.

За большим столом, расположенным напротив двери, сидел мужчина в возрасте, хотя ни осанка, ни взгляд не выдавали в нём влияние возраста (у Фаньшэ примерное представление). Каждое его движение точно и изящно, пока он тонкой кистью писал что-то в свитках.

Помещение просторное и тихое, чтобы не мешать главе ордена. При этом на полках тут и там расставлены книги, вазы, а на стенах развешаны картины. Это могло показаться бедным для главного кабинета главы самого сильного ордена, но Фаньшэ знал о непомерной ценности почти каждого предмета в этой комнате.

Глава ордена не обратил внимания на то, каким возмутительным образом к нему ворвался Цзин Фаньшэ. Он недрогнувшей рукой вернул кисть на подставку и махнул широким рукавом своим помощникам, чтобы те закрыли дверь. И только после этого обратил свой взор на ворвавшегося заклинателя.

— Докладывай.

Пытаясь справиться с выпытывающим и безразличным взглядом Ань Дуаня, Фаньшэ вскинул подбородок и сложил руки на груди:

— Это был горный священный дракон.

— И что с ним сейчас? — без интереса полюбопытствовал Глава Ань, склонив голову, будто он общался с маленьким глупым ребёнком, и это ещё больше выводило Фаньшэ из себя.

Фыркнув, Цзин Фаньшэ съязвил, кивнув в сторону окна:

— Полагаю, готовится ко сну.

Рука Ань Дуань дернулась, и он мельком взглянул в окно, где уже начало темнеть. Неудовлетворённо дёрнув бровями, образовывая между ними складку, Глава продолжил:

— Народ недоволен твоим поведением, — взяв кисть в руки, Глава Даогуан говорил и писал одновременно. — Всё больше людей высказывается о твоём заключении ради блага остальных.

— Ого… — перебив, протянул Фаньшэ недовольно, — неужели я успел что-то натворить за эти пять лет моей медитации?

— Медитации?

Это неплохое оправдание отсутствия вестей от Цзин Фаньшэ. Не признаешь же, что он продолжал творить свои «злодеяния», но под другим обликом? Лучше сделать вид, будто ему не удавалось выходить на связь с этим стариком из-за длительной медитацией.

— Именно так, — пожав плечами, подтвердил Фаньшэ.

Брови Ань Дуань сошлись на переносице, а взгляд гневно потемнел.

— О таком принято предупреждать, — сквозь зубы прошипел старик, чуть не ударив по столу.

На что Цзин Фаньшэ безразлично пожал плечами и, не получив ответа или следующего задания, вышел из кабинета, возвращаясь к сестре.

Проводив взглядом заклинателя, Шоу Цзо начал прыгать, как заведённый, стуча брата по плечу:

— Слышал? Слышал? Настоящий горный священный дракон!

— Прекрати, не маленький уже! — Шоу Ю отодвинул от себя младшего брата рукой об его лицо.

Не обращая внимания на восторженные вопли, Старший помощник посмотрел на закрытые двери и будто самого себя спросил:

— Разве нам не должны были приказать подготовить письма другим Главам орденов об предполагаемой опасности?

Обиженным голосом, Шоу Цзо ответил:

— Может Глава сам их напишет? Да и вообще в ущелье Мёртвых никто не ходит… Но ты видел? Видел? Шисюн Цзин такой сильный и…

Не выдержав, Шоу Ю отвесил младшему брату подзатыльник и громко зашипел, помня, что Главе нельзя мешать своим шумом:

— Заткнись уже! Только и можешь, что болтать о нём.

Младший помощник завыл, словно белуга:

— У-у-у… Дагэ, ты совсем меня не любишь…

— Издеваешься?!

Отпрыгнув от брата, Шоу Цзо замахал руками:

— Нет-нет, совсем нет!..

Вздохнув, старший помощник взглянул на дверь, где находился Глава ордена, а потом в конец коридора, куда ушёл Цзин Фаньшэ, и прошептал:

— Что-то это всё мне не нравится.

— Ты про что?

— Иди, работай!

http://bllate.org/book/14784/1318565