Следуя за Василием в подземный паркинг, я увидел знакомую иномарку. В памяти всплыли воспоминания — несколько раз я уже ездил в этой машине. Похоже, вскоре после этого он сменил её на другую.
— Садись.
— Да.
Устроившись на пассажирском сиденье, я испытал странное чувство — будто вернулся в те времена, когда был его проводником. «Если хоть немного расслаблюсь, могу сказать что-то не то или повести себя слишком привычно, и он что-то заподозрит». Я напомнил себе быть предельно осторожным рядом с ним и молча уставился в окно.
Вскоре мы прибыли к знакомому ресторану.
«А, это место хорошее».
Я одобрительно кивнул про себя, переступая порог. Кажется, именно здесь мы чаще всего обедали с Василием, когда я работал с ним рядом с Ассоциацией.
Когда нас провели в тихую отдельную комнату, еда уже стояла на столе. По поднимающемуся пару было видно, что блюда только что подали.
Василий сел за стол и спокойно произнёс:
— Стейк подойдёт? На всякий случай я попросил приготовить немного морепродуктов.
— Да. Я ем всё, не привередничаю.
— Это радует.
Еда, как и ожидалось, еда оказалась вкусной. За шесть лет, проведённых с Василием, я привык питаться в дорогих ресторанах, и после возвращения ни одно блюдо не доставляло мне настоящего удовольствия. Но сейчас, неожиданно, я снова ощутил знакомый вкус.
Я с аппетитом ел, наполняя желудок. Однако, сделав несколько укусов, заметил, что Василий положил приборы и стал пристально смотреть на меня. «Неужели наблюдать за тем, как кто-то ест, действительно так интересно?» Неосознанно я стал ощущать на себе его взгляд, и рука замедлила движение.
В конце концов я отложил вилку и спросил:
— Почему вы на меня смотрите?
— Потому что мне нравится наблюдать, как проводник Квон Гидам ест с таким аппетитом.
— …Это немного чересчур. Не нужно так пялиться.
— Кто знает.
Василий улыбнулся игриво. Его поведение было полным противоположностью тому, каким оно было до регрессии, и я никак не мог к этому привыкнуть. Избегая его взгляда, я вновь занялся стейком, нарезая мясо на мелкие кусочки.
После еды мы вернулись в Ассоциацию, и сеанс проводничества продолжился.
«…Чёрт. Опять начинается…»
Примерно через час после начала мне снова стало хуже. Голова раскалывалась, а место, где был установлен подавляющий чип, будто вспыхнуло жаром.
«Так дело не пойдёт. Даже двух-трёх таблеток в день уже не хватит». Симптомы сегодня были сильнее обычного, но если принять лекарство сейчас, головная боль вскоре вернётся. Стиснув зубы, я решил потерпеть.
Мир закружился. Не выдержав головокружения, я зажмурился.
— ..?
Когда я снова открыл глаза, то лежал на складной кровати в углу комнаты для проводничества.
Сознание было затуманено, и я не мог ясно вспомнить, что произошло. Постепенно я ощутил прохладу на лбу. Мелькнула мысль: «Что это за холод?» — и я понял, что ладонь Василия покоится у меня на лбу.
— Василий?
— Очнулся?
— Почему я…?
— Ты упал во время проводничества. У тебя был жар, я решил тебя остудить.
Я был так ошарашен, что не сразу смог ответить. «Это точно тот самый Василий, который даже не взглянул бы на меня, если бы я был серьёзно ранен?»
Но холод на коже был настоящим. Я помолчал и тихо произнёс:
— Обычно, когда кто-то теряет сознание, вызывают скорую.
— А, так вот как делают обычные люди?
Вздох…
Я устало покачал головой. Ждать от Василия элементарного здравого смысла — мысль на уровне бреда сумасшедшего. «Может, стоит быть просто благодарным, что он меня не бросил».
Хотя, возможно, так было бы даже лучше. Пусть температура и спала благодаря его способности, но из-за продолжительного контакта место вокруг чипа будто готово было взорваться.
— У тебя хроническое заболевание?
— Нет. Просто сегодня неважно себя чувствую.
— Я уж подумал, что для обычных людей нормально вот так падать в обморок. Ты ведь и в прошлый раз тоже рухнул передо мной.
«Действительно… это уже второй раз, когда я валюсь в обморок рядом с ним». Учитывая, как Василий презирает слабость, казалось, он мог потерять ко мне интерес. «Пусть, это к лучшему», — подумал я, бросив взгляд на настенные часы.
Похоже, я пролежал без сознания довольно долго — уже почти время уходить домой. Но даже придя в себя, я чувствовал себя отвратительно.
«Нужно пораньше уйти и отдохнуть». Единственное, что огорчало — до выходных ещё далеко.
— Извините, что отключился во время сеанса. В следующий раз буду осторожнее.
— Всё в порядке. Разница в рангах слишком большая, телу тяжело. В следующий раз закончим пораньше.
Он говорил спокойно. Но то, что он ни словом не обмолвился о прекращении сеансов, лишь подтвердило — «да, он по-прежнему редкостный мерзавец».
К счастью, Василий не стал меня задерживать, и я вернулся за свой стол. Принял лекарство, выдохнул. В этот момент к своему месту подошёл Чо Уён, тоже вернувшийся после сеанса. Увидев моё бледное лицо, он ахнул:— Гидам, ты болен?
— Нет. Просто немного устал.
— Ты слишком бледный, чтобы быть «немного». У тебя сегодня было много запросов?
О том, что Василий лично выбрал меня, я никому не говорил, поэтому лишь натянуто улыбнулся и промолчал.
В этот момент глаза Чо Уёна округлились, он посмотрел куда-то за мою спину. «Что он там увидел?» — подумал я, обернувшись… и замер, встретившись взглядом с холодными серыми глазами.
Василий стоял в стороне и явно был недоволен. В голове вспыхнул сигнал тревоги.
Каждый раз, когда он смотрел так, кто-то оказывался ранен… или хуже.
Моё лицо мгновенно застыло. Я быстро подошёл к нему, стараясь держаться спокойно, хотя воздух между нами стал ледяным.
«Он же был в нормальном настроении… почему теперь злится?» Причину я так и не понял. Главное — увести его отсюда. В таком состоянии он словно бомба с часовым механизмом. Стоит кому-то задеть его — и всё вокруг превратится в руины.
— Эспер Василий, что-то случилось?
Я произнёс мягко, словно уговаривая обиженного ребёнка, но он молчал. Недовольство читалось явно, и меня раздражало, что я не понимал, отчего.
Пока я ломал голову, Василий наконец заговорил:
— Я отвезу тебя домой.
— Простите?
— Ты выглядишь плохо. Я отвезу. Всё-таки это отчасти моя вина, что ты упал в обморок.
«Что?..»
От неожиданности я онемел. Василий — и вдруг проявляет инициативу в помощи? Но, несмотря на слова, глаза его оставались холодными и безжизненными, и по спине у меня скатилась струйка пота.
Отказать хотелось, но людей вокруг становилось всё больше. Конец рабочего дня, сотрудники возвращались из сеансов, замечали нас и перешёптывались. Если тянуть, внимание лишь усилится.
— …Хорошо.
Я нехотя кивнул.
«Ладно, будем думать позитивно. Всё равно я бы не выдержал давку в метро в час пик. Доехать до дома на машине — даже удача».
Я быстро взял сумку и пошёл за ним. Позади нас офис наполнился оживлёнными голосами.
Я тихо выдохнул. «Они, наверное, никогда не узнают, что я только что спас им жизнь».
Мы спустились на лифте в паркинг. По пути к машине я то и дело косился на Василия, стараясь понять его настроение.
Теперь, когда я больше не был его личным проводником, любая ошибка могла стоить мне жизни. «Придётся полагаться на опыт шести лет и просто дотерпеть».
Продиктовав адрес, я сел в машину. Некоторое время мы ехали молча. Казалось, эта тишина продлится до самого конца пути. Но внезапно Василий заговорил:
— В ближайшее время я буду занят, так что, наверное, не смогу приходить. Не скучай слишком по мне.
— Кто бы тут по вам скучал…
Я был так ошарашен, что слова сорвались прежде, чем я успел их остановить. Слишком поздно я прикусил язык. Но, вопреки ожиданию, Василий не нахмурился — наоборот, тихо рассмеялся. Глядя на него, я почувствовал усталость.
«С каких это пор у него настроение улучшилось?..»
Вздох. «Да уж, понять его невозможно. Пытаться разобраться в таком сумасшедшем — только зря нервы тратить». Я молча выдохнул. «Ладно, главное, что я доберусь домой целым. Уже за это стоит благодарить судьбу».
___________________
Переводчик и редактор: Mart Propaganda.
http://bllate.org/book/14737/1315837
Сказали спасибо 0 читателей