Готовый перевод Quietly Hiding that I am a Man / Тихо скрывая, что я мужчина [❤️]: Глава 157. Фальшивая семья.

В детстве единственной причиной, по которой я ходил к той безымянной реке, было школьное задание на каникулы. Нужно было исследовать экосистему в устье реки — довольно обременительная домашка для начальных классов. Когда я объяснил отцу, зачем мне туда нужно, он неохотно взял отгул и повез меня.

Тот день выдался невыносимо жарким. Сколько бы мы ни шли вдоль берега, конца реки не было видно. Странно, но отец ни разу не взглянул на меня; он просто упорно шагал вперед. Боясь отстать, я, превозмогая боль в натертых ногах, сел ему на хвост.

— Папа, папа...

К закату он окончательно исчез из виду. С распухшим от слез лицом я бродил по округе, звя его. Отчаяние от потери и боль в волдырях на ногах захлестнули меня.

— Ын Су.

Внезапно отец, который пропал из виду, почему-то оказался позади меня. Он прижал меня к себе, и я уткнулся липким лицом в его потную грудь. Дрожащим голосом он прошептал мне на ухо что-то неразборчивое:

— Прости. Мне так жаль.

Только услышав его слезные извинения, я понял: я не потерялся. Он меня бросил.

В тот миг слезы высохли. Всё стало бессмысленным. Мой взгляд невольно обратился к мерцающей реке, чья поверхность в лучах заходящего солнца напоминала чешую. Река словно шептала мне холодным, насмешливым голосом: «Глупое дитя, в конце реки ничего нет. Совсем ничего».

— Ха-а!

я проснулся весь в поту. Видимо, провалился в глубокий сон, хотя собирался лишь прикрыть глаза на мгновение. Усталость после беспокойной ночи казалась невыносимой. Стряхнув остатки сонливости, я направился к палатке. Лангкот, ждавший снаружи, поприветствовал меня:

— Жанна.

— Как там соплеменники?

Пропустив вежливости, я перешел сразу к делу. Лангкот молча приподнял полог палатки. Внутри я увидел пациентов, у которых прекратилась рвота; они мирно спали. Лангкот, пораженный тем, как быстро жители пошли на поправку, заговорил с недоверием:

— Как тебе это удалось? Ты действительно сняла проклятие с нашего племени?

Разумеется, нет. У меня не было божественной силы для исцеления стольких людей. Я небрежно пролистал справочник Люка по травам и ответил:

— Ответ кроется в реке.

— В реке?

— Да. Эта деревня находится ниже по течению. Те поселения, что были вырезаны феями, находились выше. Сейчас в реке плавают трупы.

В оригинальной истории Люк понял, что всех больных объединяло одно — они жили у реки. Как раз в этот момент вернулись близнецы-кролики, собравшие нужные мне травы. Лангкот задумался:

— Теперь, когда ты об этом говоришь... люди, которые пили дождевую воду, потому что боялись изменения цвета реки, не заболели. Болезнь вызвала зараженная вода.

— Именно. Пока с телами в верховьях не разберутся, пейте только дождевую воду. Заваривайте эту траву как чай для пациентов. Для тех, кто в тяжелом состоянии...

Следуя методам Люка из оригинала, я осмотрел больных. Лангкот, который раньше был настороже, теперь смотрел на меня с тем же доверием, что и близнецы. Мне стало неловко под их взглядами, и я отступил.

— Я дам тебе кров и еду. Почему бы тебе не остаться здесь? Стань моей женой и...

— Видишь? Стоит мне отвернуться, и начинается вот это. Серьезно.

Джером, вернувшийся откуда-то, по-хозяйски положил руку мне на плечо. Лангкот помрачнел. После напряженной паузы он ушел. Джером хмыкнул:

— Завтра я повешу тебе на шею табличку «Замужем».

— Что там с Гороном?

— Лжесвятая как-то умудрилась полностью завоевать их доверие. Но есть одна странность.

Джером жестом велел следовать за ним. Мы вышли из деревни на боковую тропу. Послышался знакомый бой барабанов.

— Иди сюда.

Я подошел ближе. Перед нами стоял баобаб, чьи листья пожелтели, будто дерево умирало.

— Это Мировое Древо.

— Да. Выглядит оно неважно.

Жители собрались перед ним для ритуала. Женщина в маске вышла вперед, подняв голову ягненка и выкрикивая заклинания. Что-то в этой сцене было в корне неправильным.

— Помнишь, когда Фрейя пыталась призвать Парак? Она планировала использовать тебя и Марчена как жертв. Призыв божественного зверя требует живой жертвы — человека или крупного животного. Иначе зверь не ответит.

Действительно. Парак тогда ответил только потому, что принял меня за Майю. Божественные звери крайне капризны. Но эта женщина проводила церемонию без настоящей жертвы. Джером слабо усмехнулся:

— Жанна, как ты думаешь, что значит быть живым?

— К чему такие философские вопросы?

— Быть живым — значит иметь душу. И люди часто забывают, что душа есть не только у людей и животных.

У меня по спине пробежал холодок.

— Мировое Древо...

— Именно. Она планирует принести в жертву само Мировое Древо, чтобы призвать Оберон.

Принести в жертву Мировое Древо? Это было безумием. Всё равно что сжечь дом, чтобы убить блоху. Мировое Древо связывает измерения. Если оно падет, откроются врата, через которые хлынут тысячи монстров. Это уничтожит не только Восток, но и всю империю.

— Погоди. Разве не говорили, что она уже призывала Оберон один раз? Зачем ей жертва сейчас?

— Я тоже об этом гадал. Раз Горон ей верит, значит, она что-то показала, но...

Резкий крик прервал наш разговор. Из деревни в панике бежали жители. Причиной страха стали феи с гротескно вывернутыми конечностями. Горон, ошеломленный на миг, закричал:

— В деревню! Защищайте стариков и детей! Живо!

В отличие от беглецов, Горон в одиночку бросился на рой фей, которые облепили его, как саранча. Я хотел помочь, но Джером преградил мне путь:

— Я разберусь. А ты иди за той женщиной. Я скоро догоню.

Он указал на уходящую «Святую». Странно, но феи, атаковавшие всех подряд, её не трогали. Джером обнажил меч и бросился вниз по склону. Феи, почуяв его ауру, начали отступать.

«Верно. Сначала мне нужно выяснить, кто она такая».

Я бросился в погоню и нашел женщину у большого красивого пруда. Она прижимала окровавленную голову овцы к груди и что-то бормотала на неизвестном языке. Пруд начал бурлить, как магма.

«Она призывает Оберон».

Я вскинул лук и спустил стрелу. Она пролетела мимо её щеки, перерезав завязку маски. Маска упала.

— Стой! Иначе следующая стрела пронзит твое сердце!

Когда она повернулась ко мне, мои пальцы на тетиве задрожали. Её лицо показалось мне до боли знакомым. Дыхание перехватило.

— Ты... ты...

— ...

— Почему ты здесь?..

Видя мое замешательство, женщина слабо улыбнулась. Мой разум, и без того пребывавший в хаосе, окончательно опустел. Она молча смотрела на меня, а затем медленно разомкнула губы.

http://bllate.org/book/14699/1313559