Готовый перевод Quietly Hiding that I am a Man / Тихо скрывая, что я мужчина [❤️]: Глава 52. Фальшивый призрак.

После минуты молчания Джером заговорил спокойным голосом:

— Моя родная мать была кукольницей, которая специализировалась на проклятых куклах. Так что «кукла для привязанности», которую она сделала для своего сына... в итоге стала выглядеть вот так.

— Почему она в одежде?

— Она была не самой приятной на вид. Каждый раз, когда я видел её, я кричал и плакал. Так что со временем она сама начала носить это покрывало. Мило, правда?

Это была удивительно душещипательная история, учитывая, что она исходила от Джерома. Неудивительно, что он так искусен в ручной работе. Талант, должно быть, передался от матери — как и те розы, что он крутил из носовых платков.

«Джерри, должно быть, уменьшительное от Джером».

Мать Джерома была любовницей герцога Михаэля. Несмотря на то, что она была дочерью бедного фермера, у неё был дар к магии проклятий. Она провела жизнь, запертая в отдаленной башне, где устраняла политических врагов Михаэля, пока не заболела. К тому времени, когда герцог пришел забрать маленького Джерома, её болезнь уже обострилась. В итоге Джерому пришлось оставить умирающую мать и переехать в дом герцога, где он обучался магии. Даже если он казался смутьяном, Джером прошел путь элитного имперского вундеркинда. Конечно, я не мог знать, что он чувствовал в то время.

Я молча посмотрел на него, прежде чем заговорить:

— Так... ты здесь, чтобы навестить старого друга детства?

Честно говоря, история о матери, сделавшей ему куклу, немного смягчила мое сердце. Может быть, даже у кого-то вроде Джерома, сумасшедшего как поганка, всё еще была человеческая сторона.

Почувствовав перемену в моем тоне, Джером слабо улыбнулся.

— Нет, я просто подумал, что мне будет легче завоевать тебя, создав меланхоличную атмосферу. Женщины всегда западают на мужчин с грустным прошлым.

В этот момент я убедился в одном: попытка понять, как работает мозг этого человека — это оскорбление всего человечества. Прищурившись, я скрестил руки на груди:

— Тебе действительно плевать, что я о тебе думаю, да? Мало того, что ты незаконно занял чужую хижину, ты еще и вытворяешь такое — ты хоть знаешь, как это неуважительно по отношению к...

— Жанна, прости, но... — Джером внезапно прервал меня со вздохом. — Ты можешь помолчать минутку?

Его резкая смена тона заставила меня замолкнуть. Для человека, который утверждал, что живет ради радости раздражать меня, то, как он «отшил» меня еще до того, как я успел высказаться, заставило меня почувствовать себя так, будто меня бросили. С раздраженным выражением лица Джером добавил:

— Ровно через 30 минут я планирую наброситься на тебя, так что мне нужно поберечь силы. Я понимаю, что тебе не терпится со мной поговорить, но...

— ...

— Я под большим давлением: хочу, чтобы твой первый раз был идеальным. Так что, пожалуйста, дай мне время подумать.

Джером закончил свой наглый бред и вернулся к книге. Мои кулаки задрожали на коленях. Я не мог затеять с ним драку, прекрасно зная, что проиграю, но это злило меня так, что хотелось кричать.

«Ладно. Раз уж я здесь, исследую это место. Может, найду что-нибудь полезное».

Как только я отвернулся, мой взгляд встретился с Джерри (куклой-котом). Он заколебался, а затем медленно подошел. В конце концов он свернулся калачиком на руках у Джерома, издавая мягкие звуки. Джером отложил книгу и взял Джерри на руки. Возможно, из-за того, что это место было их детским убежищем, Джером казался ментально расслабленным.

Пока он наслаждался воссоединением, я осматривал окрестности. От магических артефактов неизвестного назначения до стен, заставленных книгами — это был стереотипный дом волшебника прямиком из фэнтези-романа. Когда я провел рукой по корешкам книг, мое внимание привлекли светящиеся буквы. Я проследил за ними пальцами, и свет достиг карманных часов, висящих у меня на шее.

«Не может быть... Они реагируют на часы Майи?»

Как только я собрался вытащить подозрительную книгу, Джером окликнул меня сзади:

— Жанна.

Я обернулся с отсутствующим выражением лица. Я увидел, как Джером пытается снять с Джерри его маленькую одежку, пока тот извивается, сопротивляясь изо всех сил. Я ответил бесстрастно:

— Не мучай его сразу после того, как толкнул ту проникновенную речь, будто это самая естественная вещь в мире.

— Как думаешь, Хлое бы понравился Джерри?

Вздрогнув от неожиданных слов Джерома, я замер. Джером повернулся ко мне и оперся рукой о спинку дивана. В итоге Джерри, вырвавшись из его хватки, подбежал и спрятался за мной. После всей этой суеты о том, что он не хочет со мной разговаривать, теперь он вдруг завел беседу как ни в чем не бывало. Я ответил раздраженным тоном:

— Исключено. Она никогда не родится.

— Это было бы проблемой. Я правда хочу создать с тобой семью.

Его голос был слишком спокойным для веса этих слов. Почувствовав это, Джерри плотно обхватил мою ногу. Казалось, даже кукла присоединилась к попыткам убедить меня, понимая, что усилий одного его хозяина недостаточно. Я ждал, что скажет Джерри.

— Ня, нянят, Нянянянят.

— ...

Будто я могу это понять.

Я вздохнул, глядя на Джерри, который так старался убедить меня словами, которых я не понимал. Конечно, я знал, что Джером имеет в виду. Семья была одной из немногих вещей, которых ему не хватало. Разлученный с матерью в юном возрасте, Джером воспитывался в строгости, не зная отцовской любви. Это давление сделало его героем империи, но когда он запечатал в себе Мефисто, герцог Михаэль отвернулся от него. Джером перестал вписываться в идеальный образ сына.

У него никого не осталось. Карлайл предал его, отец бросил, а люди империи, которые когда-то его боготворили, в мгновение ока начали относиться к нему с опаской. В таких обстоятельствах я, должно быть, казался ему спасителем — тем, кто сохранил ему жизнь. Но я не мог быть его истинным спасением, я никогда не мог дать Джерому то, чего он желал больше всего.

— Ты даже не знаешь, что я за человек. А если бы я была убийцей? Или монстром? — я замялся. — И что, если бы я не могла иметь детей?

Джерому нужно было «кто-то, кто сможет построить с ним настоящую семью». Его разговоры о жене и Хлое, вероятно, исходили из этой глубинной потребности. Чувствуя странное чувство вины, я прошептал:

— Даже зная всё это, ты всё еще хочешь создать со мной семью?

Ответа не последовало. Похоже, даже Джером не ожидал, что я копну так глубоко. Но если я не отпугну его сейчас, он никогда не сдастся.

— Это лишь мое предположение, но кажется, тебе всё равно, кто это будет, лишь бы она могла дать тебе ребенка. Честно говоря, это просто... — я перевел дыхание. Джером всё еще улыбался мне. — Просто кажется, что ты хочешь хоть где-то быть своим.

В тишине слышался только треск поленьев в камине. Джером слегка наклонил голову и вздохнул.

— Хм, возможно, ты права.

— ...

— Я никогда по-настоящему не понимал, что такое привязанность, так что, возможно, я называю свое желание «быть своим» словом «любовь» на своих собственных условиях.

Скорость, с которой он принял мои слова, застала меня врасплох, заставив почувствовать себя неловко. Джером, постукивавший по дивану, словно в раздумьях, внезапно встал. Я рефлекторно отступил на шаг.

— В конце концов, тебе нужны доказательства, не так ли? Доказательства того, что мои чувства к тебе — не просто вожделение, а любовь.

В его дружелюбном тоне появилось что-то острое. Почему-то Джером выглядел немного подавленным. Когда я замешкался с ответом, он схватил меня за запястье и притянул к себе. От внезапной близости я оцепенел. Джером со слабой улыбкой заговорил снова:

— Когда такой монстр, как я, говорит о любви, конечно, ты думаешь, что за этим стоит какой-то скрытый мотив. Ведь так?

Я широко открыл глаза от удивления. Взгляд Джерома стал холоднее обычного. Я прошептал:

— Я не это имел в виду...

— Это не важно. Я буду доказывать это тебе всю ночь. Как раз вовремя...

Джером нежно погладил мое запястье. Как раз когда я собирался пресечь его двусмысленные действия, игривый голос прозвучал прямо над ухом:

— 30 минут истекли.

Свист.

http://bllate.org/book/14699/1313454