Готовый перевод Island in the Sky [Apocalypse] / Парящий остров [Апокалипсис]: Глава 67. Горы Цзюи

Чжоу Юнь не спеша спустился с террасы. Хуэйсин следовал за ним шаг в шаг. Стоило войти в номер, как на него тут же уставились три пары глаз.

Цинь Му сказал:

— Чжучжу говорит, ты ходил говорить по телефону. У тебя что, есть сотовый с рабочей связью?

Чжоу Юнь ответил:

— Да, работает через особые базовые станции, не гражданские. Ну, как прошли переговоры?

Он понимал, что Чжу Чжуань, специалист по информационной безопасности, сразу догадается о природе сигнала, и отпираться не стал.

Цинь Му вздохнул:

— Всё в точности как ты и предсказывал. Градоначальник Гун и словом не обмолвился о посадках на базе в тюрьме Южной Горы, не спросил про гибель У Цзяо из банды Четырёх Морей и даже не заикнулся о моём теневом даре. Про гильдию эсперов стихии дерева тоже промолчал. Лишь поблагодарил за избавление народа от зла, сослался на свои трудности и всячески пытался задобрить.

Он взял со стола чашку с горячим чаем из хризантем и с наслаждением отпил. По телу разлилось тепло, открывая каждую пору. Выпить в такую жару горячего хризантемового чая оказалось на редкость приятно; доктор Чжоу определённо знал толк в комфорте.

Помещение гильдии под его руководством преобразилось: пара картин на стенах, несколько ваз с цветами, старинный треножник да расписные ширмы — и прежняя тяжеловесная мебель из красного дерева от банды Четырёх Морей мгновенно потеряла всю пошлую показушность, уступив место утончённости и уюту.

— Единственное, что его по-настоящему волновало: почему лекарства идут с базы Чжунчжоу и зачем нам понадобилось ехать туда в поисках дистрибьюторов.

— Я ответил, как ты учил: поставщики не хотят светиться на переднем плане. Он сразу отстал с расспросами, словно сам для себя всё понял, и поверил безоговорочно.

Чжоу Юнь опустился в кресло, закинул ногу на ногу и погладил послушного Хуэйсина по голове:

— Ты ведь не солгал.

Чжу Чжуань с неподдельным восхищением спросил:

— А зачем ты заговорил про его племянника и зятя?

Цинь Му пожал плечами:

— Просто дал понять, чтобы приглядывал за племянником, за чем же ещё.

Чжу Чжуаню всё равно было не по себе. На записях с камер он ясно видел, как у градоначальника Гуна взлетели брови и опустились уголки губ, плечи и спина мгновенно одеревенели, а зрачки расширились — явный инстинктивный телесный ответ на прямую угрозу.

Чжоу Юнь подлил кипятка в термос:

— Умные люди склонны всё усложнять. Он наверняка решил, что ты ему угрожаешь: мол, если он откажется сотрудничать, вы пойдёте по стопам банды Четырёх Морей и договоритесь с его племянником. Банда Четырёх Морей знала о ваших поставках в лечебницу, но всё равно полезла отбирать базу. Со стороны это выглядело как спланированная провокация и предупреждение.

Цинь Шэн вставил:

— Брат, ты ведь именно это и имел в виду! Ты сидел с такой слащавой улыбочкой, что у градоначальника лицо чуть судорогой не свело.

Цинь Му промолчал.

Чжу Чжуань тоже не нашёлся что сказать.

Опершись на спинку кресла, Чжоу Юнь слегка постучал пальцами по подлокотнику:

— Значит, готовьтесь. Раз одобрение градоначальника получено, набирайте людей на полную мощность, не жалейте кристаллических ядер. Будут люди — будут и ядра. Нужно как можно быстрее наладить работу в Аптекарском огороде Южной Горы, обеспечить бесперебойные поставки в аптеки Бэймина и скопить запас к отъезду Цинь Му.

— По опыту знаю: сезон дождей не за горами, скорее всего, снова зарядят затяжные ливни и придут паводки. Думаю, градоначальник Гун вылетит со дня на день, чтобы не застрять из-за непогоды.

— Нам тоже пора запасаться провизией, заранее прорыть водоотводные канавы, защитить посадки от затопления и приготовиться к тому, что долгое время нельзя будет выйти наружу.

— Я видел, почти все здешние эсперы стихии дерева вступили в гильдию. Не церемоньтесь с ними: пусть каждый день по расписанию служебный транспорт забирает их у городских ворот и везёт на посадки творить технику процветания.

Братья согласно закивали. В этот момент Чжу Чжуань достал откуда-то блокнот с ручкой, принялся быстро строчить и деловито уточнил:

— Выходит, в ближайшее время стоит посадить влагостойкие и быстро созревающие культуры? Что конкретно сеять?

Цинь Шэн шепнул брату:

— Брат Чжуань прямо отличник, ничего не скажешь.

Цинь Му пробормотал:

— Это же планёрка, начальство ставит задачи. Сяо Шэн, ты в офисах не горбатился, тебе не понять. Всегда найдётся тот, кто конспектирует каждое слово шефа и первым бежит подливать чай.

Его охватило острое чувство конкуренции.

Чжу Чжуань недоуменно поднял глаза:

— Вы же уезжаете из Бэймина, разгребать всё это придётся мне. Конечно, я должен всё записать.

Цинь Шэн вздохнул. Теперь стало окончательно ясно, почему он сам в школе перебивался с двойки на тройку.

Чжоу Юнь продолжил:

— По рису сейчас можно сажать поздние сорта. Погода стоит жаркая, так что засейте умеренно. Арахис, кукурузу и сою тоже можно немного посадить, но арахис боится сырости, его лучше разместить повыше, на склоне.

— Я заметил на территории фермы рыбные пруды. Пока есть время, наловите в водохранилище живой рыбы и запустите туда. Перед этим ил со дна нужно поднять и просушить, а затем высадить лотос и маньчжурский рис. Семена у меня есть, я выделю вам часть.

— По краям прудов посадите влаголюбивые овощи: водяной шпинат, сельдерей. Если вдруг грянет засуха, воду можно брать прямо из пруда.

— Заодно заведите побольше мясной птицы, тех же уток.

— Рабочих рук у вас предостаточно, парни из банды Четырёх Морей отъелись хорошо, телосложение у всех крепкое.

— Потратьте ещё кристаллических ядер, наймите толковых мастеров, постройте теплицы, закупите удобрения и ядохимикаты. Сяо Шэн может собрать людей и прочесать окрестности в поисках сельхозтехники и реактивов. У меня тоже кое-что осталось, Сяо Шэн заберёт при случае.

Подводя итог, Чжоу Юнь сказал:

— Дальше Чжу Чжуань со всем разберётся. Чего не хватает — сразу пиши список. Я буду периодически наведываться.

Чжу Чжуань тут же спросил:

— В спорткомплексе теплица и гидропоника уже готовы. Доктор Чжоу, выберете время взглянуть?

Чжоу Юнь кивнул:

— Да, на днях загляну.

Чжу Чжуань добавил:

— Внизу в столовой уже готовят обед, поешьте перед уходом. Есть какие-то предпочтения или ограничения в еде?

Чжоу Юнь покачал головой:

— Никаких.

Чжу Чжуань глянул на часы:

— До обеда полчаса. Включить кино? Или музыку? Я здесь установил акустику: есть фортепиано, скрипка, традиционный гучжэн.

Чжоу Юнь улыбнулся:

— Включи радио. Кажется, оно снова входит в моду.

Ему казалось, что Чжу Чжуань смотрит на него через слишком уж восторженную призму.

Чжу Чжуань отозвался:

— Да, правительство альянса крутит программы о своей политике, НИИ сверхспособностей даёт объявления о наборе специалистов, другие базы зазывают эсперов. На местной волне резиденция градоначальника обычно вывешивает вакансии. Кстати, надо было попросить градоначальника пустить рекламу лекарств «Синяя Птица».

Чжоу Юнь оживился:

— Отличная мысль. Цинь Му, приедешь на базу Чжунчжоу — обязательно дай рекламу на их волне.

Цинь Му тихо простонал:

— Вот ведь карьерист, житья от него нет.

Цинь Шэн непонимающе посмотрел на брата, и тот пояснил:

— Вернёмся из Чжунчжоу, а этот парень уже перевыполнит все планы. В школе учителя в нём тоже души не чаяли.

Цинь Шэн промолчал.

Чжу Чжуань настроил радиоприёмник. Из динамиков полилась песня доапокалиптических времён. Под лёгкую мелодию чистый мужской голос с лёгким металлическим призвуком негромко пел: «Я прошёл сквозь угрюмый лес, замёрзший ручей и морское дно с косяками рыб, но так и не смог взять тебя с собой… Остаётся лишь загадать желание, чтобы ты сам пришёл за мной».

Песня звучала беззаботно и свободно, слова тянулись лениво и нежно, с едва уловимой сдержанной недосказанностью и безнадёжной покорностью судьбе.

Чжоу Юнь отпил воды, обдумывая следующий шаг. Тюрьма Южной Горы стала неожиданной удачей, а Чжу Чжуань — настоящей находкой. Получив управляющего и базу в Аптекарском огороде Южной Горы, он наконец мог на время освободиться от рутины с рассадой и изготовлением снадобий, чтобы перейти к главной цели.

Добытое в море водяное кристаллическое ядро уровня повелителя он уже полностью усвоил. Запас энергии ощутимо вырос: боевая мощь водных и особенно ледяных техник заметно поднялась, увеличилось и число мутировавших растений, доступных для слияния.

Однако для равновесия сил требовалось поглотить столь же качественное древесное кристаллическое ядро уровня повелителя. Только так можно добиться устойчивого баланса стихий. У Гуань Юаньфэна оставались ядра ледяных волков и наверняка нашлось бы немало ядер от древесных мутантов, но ждать его возвращения слишком долго.

Пора уходить в горы.

Вспомнив наказ Гуань Юаньфэна, Чжоу Юнь почувствовал укол совести. Впрочем, он обещал лишь не выходить в море. Если обернуться за неделю — обещание нарушено не будет.

=====

На следующий день братья Цинь пригнали к Чжоу Юню уборочный комбайн. Цинь Му сказал:

— Твой урожай как раз подоспел. Посторонних сюда пускать не стоит, так что мы с Сяо Шэном всё уберём и отвезём на базу в Южную Гору, там зерно просушат и обмолотят.

Чжоу Юня тронула такая забота. За последнее время под действием ядра повелителя радиус его способностей расширился, так что рис и пшеница у озера, как и соя в лесу, дружно вызрели.

Братья работали сноровисто: оба были эсперами, сильными и выносливыми. За пару дней они собрали весь урожай, погрузили в кузов и увезли на ферму.

Заодно Чжоу Юнь велел забрать на Южную Гору всю домашнюю птицу и скот.

Цинь Му удивился:

— Не оставишь себе немного на еду?

Чжоу Юнь ответил:

— Я уеду на какое-то время. Автокормушки стоят, но если зарядят дожди, за хозяйством нужен глаз. Пусть Чжу Чжуань приставит людей, а когда вернусь — возьму сколько нужно.

Цинь Му насторожился:

— Ты же не собрался в море один? Лучше не надо: без нас ты легко собьёшься с курса.

Чжоу Юнь усмехнулся:

— Нет, я не в море.

В горы.

Видя, что тот не желает вдаваться в подробности, Цинь Му не стал лезть с расспросами, лишь бросил:

— Будь осторожен.

Хотя доктор Чжоу держался с ними открыто, Цинь Му видел: в глубине души тот оставался одиночкой. Всё, что касалось личных дел, он хранил при себе, был упрям и строго очерчивал границы.

Доктор Чжоу казался человеком-загадкой. Юньдин Шаньюань был для него лишь временным пристанищем. Любое решение он принимал твёрдо, точно зная цель. Его взгляд часто устремлялся куда-то вдаль, он нередко задумывался, словно что-то далёкое безостановочно манило его.

Чжучжу рассказывал, что во время телефонного разговора лицо доктора смягчилось, а голос звучал непривычно тепло и ласково — так говорят только с очень близкими людьми. Гражданские вышки связи в Бэймине лежали в руинах. Иметь доступ к связи, знать все новости с базы Чжунчжоу, да ещё те военные, которых Сяо Шэн встречал на горе… Собеседник на том конце провода угадывался без труда.

Кто-то, кто невероятно дорог доктору Чжоу.

Цинь Му прикинул это в уме, но развивать догадки не стал. Убедившись, что помощь больше не требуется, он уехал на Южную Гору и там тоже всё тщательно обустроил.

Магазин и гильдия в Бэймине окончательно встали на ноги, дела в Аптекарском огороде Южной Горы пошли своим чередом.

Вскоре из резиденции градоначальника пришла весть: пора собирать вещи, назначена дата вылета.

Чжоу Юнь собрал два увесистых чемодана и передал Цинь Му. В одном лежали кристаллы стихии молнии, сушёная рыбная лапша, свежекопчёные колбаски, рыбные шарики, домашнее тутовое вино и настойка на агаве. Второй чемодан доверху заполняли особые лекарства, приготовленные для Гуань Юаньфэна и его бойцов.

Он коротко напутствовал Цинь Му:

— На месте вас найдут нужные люди, просто передай им багаж.

Цинь Му сказал:

— По радио передавали, что во время съезда градоначальников устроят аукцион. Тебе что-нибудь нужно?

Чжоу Юнь ответил:

— Обо мне не думай. Мутировавшие растения, животные и ядра стихии тьмы сейчас дёшевы, скупай сколько сможешь, да о Сяо Шэне позаботься. Кстати, позавчера я проверил Чжу Чжуаня: у него обнаружилось сродство со стихией света. Такие кристаллы стоят баснословных денег, вам их сейчас не потянуть, так что оставим на потом.

Цинь Му вытаращил глаза:

— Что? Сродство со стихией света? У него же и фамилия, и сердце краснее некуда, как он не оказался огневиком? А я-то надеялся подколоть его!

Затем он с сожалением добавил:

— Будь он эспером, я бы из кожи вон вылез, но достал кристалл. А при простом сродстве покупать его бессмысленно. И какие вообще твари дают стихию света?

Чжоу Юнь пояснил:

— Так же, как кристаллы стихии молнии со стопроцентной вероятностью падают с электрических угрей и скатов, кристаллы света гарантированно дают светящиеся твари и растения.

Цинь Шэн усмехнулся:

— Это что же, со светлячков собирать? Да они же крошечные!

Чжоу Юнь улыбнулся:

— Мутировавшие светлячки далеко не крошки.

В горах как раз стоило обратить на них внимание.

Цинь Му призадумался:

— Выходит, глубоководные медузы… или светящиеся кальмары… Я ещё видел люминесцентные водоросли, в прибое невероятно красиво светятся.

Чжоу Юнь кивнул:

— Да, светящихся созданий больше всего в морских глубинах и пещерах. Жаль, в прошлый раз нам не попались мутировавшие медузы.

Морские глубины таили много ценного, но раз уж он дал слово Гуань Юаньфэну, стоило дождаться его отпуска.

Распрощавшись с братьями Цинь, Чжоу Юнь принялся собирать снаряжение для похода. Палатка, термоизолирующий коврик, походная плитка, солнечные панели, генератор, фонари, кемпинговая лампа, аптечка. В горах по ночам холодно, поэтому он уложил лёгкий пуховый штурмовой костюм, запасные трекинговые ботинки и сменную одежду.

Гнать в горы дорогую машину не имело смысла: дело не только в разбитых дорогах, по пути непременно попадутся бандиты, которые не станут церемониться с чужим транспортом. Машину Гуань Юаньфэна он пожалел и выбрал неприметный отечественный внедорожник на бензине и солнечных батареях. Загрузил запасные канистры с топливом, припасы, собачий корм собственного приготовления и сухпайки.

Когда самолёт с делегацией Бэймина поднялся в воздух, взяв курс на базу Чжунчжоу, Чжоу Юнь, укрыв ценные мутировавшие травы на крыше тридцатого этажа, посадил Хуэйсина во внедорожник и выехал из города Даньлинь.

Его целью был хребет Цзюи.

«Над горою Цзюи белые тучи летят, дочери Неба на ветре спускаются в дол».

Хребет Цзюи, где упокоился легендарный государь Шунь, на юге граничил с Лофу, на севере примыкал к Хэншани. Край высоких пиков и тихих озёр, обширных девственных лесов, где горные цепи вздымались одна за другой в таинственной тишине. В бескрайнем море тайги водились редкие звери, росли диковинные травы и мутировавшие растения.

До четвёртого ранга он не рискнул бы сунуться сюда. Но теперь его четвёртый ранг закрепился, шаг за шагом приближая пятый, и следовало воспользоваться временным преимуществом в силе, чтобы собрать ценную добычу.

От Даньлиня до хребта Цзюи насчитывалось около восьмисот километров. До катастрофы по скоростному шоссе путь занимал один световой день. Теперь дороги пришли в негодность, на трактах орудовали банды, а перед самым подъёмом транспорт всё равно пришлось бы бросить и идти пешком. Он запасся бензином и заклеил боковые стёкла плотной плёнкой, оставив прозрачным лишь лобовое стекло.

Первые сто километров по шоссе прошли гладко. Но стоило выехать на проспект Закатного Моря, как на пути стали попадаться волны зомби, стаи мутировавших обезьян и заражённые отары овец. Рассчитывая на прочность внедорожника, он просто давил на газ и нёсся напролом. Ближе к мелким городкам пошли завалы и бандитские засады.

Он действовал по отработанной схеме: замедлял ход, делая вид, что испугался препятствия, а когда дорожные грабители с криками окружали машину, распахивал люк на крыше. Хуэйсин молнией вылетал наружу, с ходу выдыхал струю пламени и бросался на врагов.

На этом всё обычно и заканчивалось. Большинству дорожных разбойников хватало одного взгляда на огнедышащего пса, чтобы в ужасе растащить брёвна, рухнуть на колени и отбивать поклоны удаляющейся машине.

Хуэйсин довольно запрыгивал обратно на крышу, протискивался в люк, получал от Чжоу Юня порцию ласки и, сжимая в зубах полоску вяленой рыбы, с радостью продолжал путешествие.

Путь выдался нелёгким и отнял немало времени. Кое-где асфальт провалился или был наглухо завален оползнями, приходилось делать крюк. В итоге почти четырнадцать часов ушло на то, чтобы добраться до деревни у подножия пика Разделяющего на Трое Камня в хребте Цзюи.

Этот пик вздымался круто и грозно, разделяя истоки трёх рек: Сяошуй, Куйшуй и Тошуй.

Деревушка у подножия давно обезлюдела. Грунтовку намертво затянул бурьян, и лишь старое бетонное покрытие кое-как держало колёса. Когда внедорожник осветил фарами улицу, из-под колёс брызнули крысы, жабы и ужи.

Ещё в студенческие годы Чжоу Юнь ходил сюда в поход с однокурсниками. Тропа считалась популярным туристическим маршрутом, в сети висели десятки путеводителей. Деревня служила стартом и финишем большинства треков, отчего превратилась в популярное местечко, обросшее ресторанчиками домашней кухни и гостевыми домами.

Он смутно помнил вывеску местного заведения под названием «Простая Трапеза». Там подавали рисовую лапшу на бульоне из домашних кур с лесными грибами — десять юаней за миску с правом доливать бульон сколько влезет, а сверху лежал подрумяненный глазун с жидким оранжевым желтком.

Спустившись с гор, уставшие и голодные туристы возвращались сюда на ужин: жареный копчёный окорок со свежим бамбуком, салат из папоротника, улитки с базиликом, хрустящий жареный угорь с солью и перцем, жареный рис с уткой в чайном масле на утиной крови и обжигающий масляный чай. После целого дня карабканья по склонам простая крестьянская еда казалась пищей богов.

Теперь от деревни остались одни руины. Дома стояли заброшенными, деревянные рамы рассохлись, глинобитные стены пошли трещинами, а черепица на крышах заросла травой.

Чжоу Юнь заглушил мотор. Ночь вступила в свои права. Первым он выпустил Хуэйсина. Пёс настороженно обежал машину, затем метнулся в ближайшие постройки, обшаривая каждый угол. Вскоре послышался хриплый вой, и Хуэйсин выгнал группу мертвецов прямо на деревенскую площадь. Один точный выдох пламени — и они превратились в факелы.

Затем пёс снова умчался в темноту, выманивая бродячих заражённых коров, овец и одиночных зомби.

Мертвецов оказалось немного, да и выглядели они истощёнными. Судя по всему, мутировавшие хищники давно спустились с гор и зачистили округу, а наружу выбрались лишь те, кто был заперт в домах, пока Хуэйсин не выбил двери.

По памяти Чжоу Юнь отыскал харчевню «Простая Трапеза». Подвесив кемпинговую лампу в зале, он оглядел покрытые копотью и пылью меню на стене и выцветшие плакаты с пейзажами.

Открыв багажник, он занёс внутрь пенопластовый короб и большой термос. Смахнув пыль со стола, постелил кусок плёнки, вылил в котелок наваристый куриный бульон, подключил портативную электростанцию к плитке, водрузил пароварку и поставил разогреваться рисовые колобки с угрём и сливой, паровые пельмени и порцию для собаки.

В дверях показался запыхавшийся Хуэйсин — закончил зачистку. В зубах он с гордостью сжимал фазана. Подбежав к ногам хозяина, пёс принялся тереться о колени. Целый день на сухом пайке в машине, а потом беготня за мертвецами — аппетит он нагулял зверский.

Чжоу Юнь не удержался от смеха, поднял несчастную птицу за лапу: тушка оказалась наполовину пропечённой, перья почти сгорели. Додумался же сначала опалить добычу! Чжоу Юнь вынул нож, соскоблил остатки перьев, отсёк голову и лапы, вспорол брюхо, выбросив кишки и оставив лишь сердце с печенью.

Разобрав полусырое мясо на волокна и удалив кости, он бросил его в кипящий куриный бульон, прогрел и смешал с разогретым собачьим кормом, вывалив угощение в миску.

Сам он поужинал колобками и пельменями, запивая горячим бульоном, быстро убрал за собой и вышел на улицу взглянуть на небо.

С наступлением апокалипсиса искусственный свет на земле погас. На бархатном чёрном небе каждая звезда сияла словно гранёный алмаз, через зенит протянулся величественный Млечный Путь. Вокруг стояла глухая тишина, и от взгляда в эту бездну накатывало щемящее чувство, будто во всём мире не осталось больше ни души.

Достав из багажника палатку, Чжоу Юнь расчистил место посреди зала, натянул тент, постелил матрас и встряхнул лёгкое гусиное одеяло. В горах воздух быстро остывал, к ночи температура могла упасть градусов до пятнадцати, но рядом с Хуэйсином холод не грозил.

Обустроив ночлег, он проверил окна и двери, вышел во двор и высадил у машины мутировавший кампсис. Получив порцию энергии, лиана мгновенно оплела внедорожник сплошным зелёным ковром — со стороны казалось, будто среди сорняков ржавеет брошенный кузов.

Стены самого дома он укрыл плетями мутировавшего треугольного кактуса, заставив кактус намертво вцепиться в кирпичную кладку, и лишь после этого вернулся в палатку.

После целого дня за рулём было приятно привалиться к тёплому боку Хуэйсина, укрыться невесомым одеялом и под мягким светом кемпинговой лампы прочесть главу на электронной книге.

В округе царило безмолвие, нарушаемое лишь кваканьем лягушек вдалеке, редким уханьем совы да глухими криками ночных тварей. На душе стало тихо и спокойно.

Отложив читалку, он бросил взгляд на смартфон у подушки и привычно нажал кнопку разблокировки. Индикатор сети показывал всего одно деление. Завтра, когда они углубятся в лес, связь пропадёт окончательно.

Чжоу Юнь заколебался. Время позднее… Гуань Юаньфэн, скорее всего, уже спит. Когда они жили вместе, тот вставал и ложился строго по часам, с армейской дисциплиной.

Но если не написать сейчас, завтра телефон окажется вне зоны доступа, и Гуань Юаньфэн начнёт изводить себя тревогой.

Поразмыслив, он отправил короткое сообщение: «Спишь?»

Экран мигнул почти мгновенно:

«Нет, дежурю, есть боевая задача. Почему так поздно не ложишься?»

Чжоу Юнь посмотрел на читалку:

«Читал книгу, не мог оторваться. Сейчас лягу».

«Ложись скорее. В темноте зрение посадишь».

Чжоу Юнь набрал ответ:

«Хорошо. Цинь Му и Цинь Шэн уже вылетели с градоначальником Гуном на базу Чжунчжоу. Во время съезда у вас наверняка будет завал по службе. Я как раз затеял одно важное исследование, так что в ближайшие дни буду звонить реже».

Гуань Юаньфэн ответил коротко:

«Понял. Но про еду и сон не забывай, не загоняй себя».

Чжоу Юнь с облегчением перевёл дух:

«Договорились. Мы тут заняли старую тюрьму Южной Горы, разбили посадки, чтобы обеспечить лабораторию травами, наладили производственную линию, так что дел невпроворот. На ферме связь ловит плохо, так что если не дозвонишься — не паникуй».

Гуань Юаньфэн ничего не заподозрил:

«Хорошо».

Через секунду пришло дополнение:

«Главное — не выходи в море. Я подал рапорт на отпуск сразу после окончания съезда, мне уже подписали двадцать дней по семейным обстоятельствам».

Сердце Чжоу Юня кольнул лёгкий стыд:

«В море точно не пойду. К тому же Хуэйсин всегда со мной, я в полной безопасности. Спокойной ночи».

«Спокойной ночи».

http://bllate.org/book/14690/1312368