Готовый перевод Island in the Sky [Apocalypse] / Парящий остров [Апокалипсис]: Глава 58. Команда отправляется в море

Катер мерно урчал мотором, взбивая за кормой пенные белые буруны.

Над бескрайней морской гладью, высматривая добычу, низко кружили морские птицы. В высоком небе громоздились пышные облака, похожие на бесконечные заснеженные хребты; вдалеке море и лазурный небосвод сливались в неясной туманной дымке.

Чжоу Юнь в надвинутой на лоб бейсболке стоял рядом с Цинь Му на носу катера, подставив лицо морскому ветру, и неторопливо беседовал с ним, глядя вдаль. Хуэйсин крутился у его ног; шерсть пса трепало ветром, но он продолжал с любопытством и волнением озираться по сторонам.

Цинь Му прямо-таки лучился бодростью:

— В штиль клёва не жди, волны нет — рыбалка дрянь. Сегодня и ветер, и волна что надо, да только вышли из прибрежных вод. В открытом море на ходу спиннинг не забросишь, дойдём до острова — там и начнём.

— Остров глухой, далёкий, ходу до него часов восемь. Зато добра там навалом! Я там таких гигантских груперов таскал — за настоящей рыбиной только в такие места и надо идти.

— По прогнозу несколько дней простоит отличная погода, сможем задержаться на необитаемом острове подольше. После катастрофы я ходил туда с людьми пару раз, но потом обнаружили там мутировавшее животное. Мы все были обычными людьми, рисковать не стали, сразу снялись и больше не возвращались.

Он с лёгким сожалением добавил:

— С виду вроде морского краба. Вернулись — Сяо Шэн долго ворчал, мол, взяли бы его, точно поймали бы тварь.

Чжоу Юнь улыбнулся:

— А где Сяо Шэн?

Цинь Му ответил:

— Учится управлять катером у брата Вана. Едва поднялся на борт, сразу за удочку схватился, я не дал — шило у парня в одном месте.

Брат Ван — нанятый Цинь Му старый капитан: темнолицый, просмолённый солью за долгие годы морских походов, тёртый мужик, отлично читавший погоду и знавший здешние фарватеры и острова как свои пять пальцев.

Чжоу Юнь усмехнулся:

— Видимо, ты раньше редко брал его с собой.

Цинь Му рассмеялся:

— Катер-то куплен незадолго до катастрофы. Я столько лет на чужих бортах горбатился, копил, придирчиво выбирал, взял подержанный рыболовный катер. Новый восемь миллионов стоил! Хоть и отечественный, но моторы импортные! Пробег был плевый, всего в пару морских миль, сошлись на двух миллионах. Думал, до конца дней буду катать туристов на морскую рыбалку и жить припеваючи. Кто ж знал, что конец света нагрянет.

Чжоу Юнь покачал головой и совершенно искренне заметил:

— Удача у тебя, конечно, редкая…

Ну и не везёт же этим братьям.

Цинь Му хохотнул:

— Да ладно, деньги на руках всё равно превратились в мусор. А так хоть катер остался! Из всей банды Старой Улицы только я судном обзавёлся! — Он заговорщически понизил голос: — В кредит брал, отдавать не надо.

Чжоу Юнь промолчал:

— …

С кормовой площадки для купания донёсся дружный смех: молодые парни с шутками и прибаутками втащили две полные сети и вытряхнули улов на палубу. Сеть за сетью извергала трепещущую морскую живность, и команда оживлённо загалдела:

— Гляньте, какой грязевой краб матёрый! Отличная добыча!

— Сребробрюшки, ставридки, барабульки — на уху самое то! Забабахаем похлёбку из морепродуктов, вон тех мелких кальмаров тоже туда закинем!

— А скат-то какой хорошенький! С сушёной редькой потушить — печёнка просто объедение!

— Отберите вон тех морских карасей, пожарим в масле!

Хуэйсин уже с любопытством сунул морду в кучу бьющейся рыбы, принюхался к ползущему боком крабу и наступил лапой на мелкого спинорога.

Чжоу Юнь подошёл и слегка шлёпнул пса по макушке:

— Смотри, клешнёй за нос цапнет.

Парни из банды Старой Улицы, заметив его, вежливо заздоровались:

— Доктор Чжоу.

— Доктор Чжоу, вам какую рыбку приготовить? Сейчас зажарим, тут камбуз есть.

Хоть они и не знали Чжоу Юня близко, но все состояли в отряде Цинь Шэна и отлично знали Хуэйсина, не раз видев, как пес одним плевком огня обращал зомби в угли. Понимая, что этот «доктор Чжоу», вышедший с ними в море, — хозяин грозного пса, они преисполнились искреннего уважения и держались подчеркнуто дружелюбно.

Чжоу Юнь ответил:

— Я в еде непривередлив, готовьте на свой вкус. Спасибо за заботу.

Цинь Му предложил:

— В каюте есть карточный столик, не хочешь перекинуться в карты? Если устал, можно прилечь отдохнуть. Бельё свежее, продезинфицированное. Как сварят рыбу, принесут тебе порцию с лапшой.

Чжоу Юнь понимал, что в его присутствии молодёжь будет стесняться, кивнул и спустился в каюту.

Едва они с Цинь Му скрылись за дверью, снаружи послышались восхищенные голоса:

— Ну у брата Му и посудина, всё есть, силища! Я на такой впервые.

— Несколько миллионов отвалил! Мой батя ещё тогда говорил: замахнулись братья Цинь, не по чину берут. Взяли бы быстроходную джонку на спаренных моторах, походили бы пару лет на износ — и в шоколаде. А вбухать миллионы в прогулочный катер обычному человеку не с руки, лучше б квартиру в хорошем районе купили.

Чжоу Юнь не удержался от улыбки и взглянул на Цинь Му:

— Что за джонка?

Цинь Му усмехнулся:

— Скоростной катер с навесными моторами, летает как стрела, до девяноста километров в час выжимает. Тысяч за сто с лишним можно было взять подержанный. Такие посудины контрабандисты берут. Доход бешеный, но и риск огромный: попадешься морской охране — без штанов оставят.

— Я же хотел взять приличный рыболовный катер, привести в порядок, чтобы глаз радовался. В Бэймин туристы валом валили, все любили арендовать катера для рыбалки, на острова кататься. Хотел с младшим братом честным делом заняться, на долгий срок.

Чжоу Юнь заметил:

— Разумный был расчёт.

Жаль только, что катастрофа смела все надежды простых людей на спокойную жизнь. На душе у него стало чуть грустно.

Снаружи снова послышались оклики:

— Брат Шэн!

— Сяо Цинь!

— Командир!

Это пришёл Цинь Шэн. Он шумно ввалился в каюту, увидел сидящих и плюхнулся на диван, вытянув длинные ноги:

— Скука смертная. Когда уже доплывём? — Он вытащил кинжал и принялся вертеть его в пальцах; клинок под действием силы то удлинялся, то укорачивался, меняя форму с круглой на плоскую.

Чжоу Юнь с улыбкой спросил:

— У меня есть приставка, хочешь поиграть?

Глаза Цинь Шэна тут же вспыхнули:

— Во что?

Чжоу Юнь достал из рюкзака игровой планшет и протянул ему:

— Можно подключить к телевизору, можно так играть, тут уже закачана куча игр.

Цинь Шэн торопливо уточнил:

— А картриджи какие?

Чжоу Юнь усмехнулся:

— «Майнкрафт».

Цинь Шэн застыл:

— …

Чжоу Юнь вытащил из сумки чехол с картриджами:

— Выбирай сам. Есть про морские путешествия, «Цивилизация», фэнтези, симуляторы полётов, стрелялки, танковые бои — всего полно.

Удовлетворённый Цинь Шэн выбрал шутер и принялся увлеченно жать на кнопки.

Цинь Му с неподдельным изумлением наблюдал за Чжоу Юнем:

— Доктор Чжоу, вы тоже играете в видеоигры?

Чжоу Юнь улыбнулся:

— А что, не похож? — Он вытащил из сумки книгу и раскрыл на закладке.

Цинь Му покачал головой и усмехнулся:

— На примерного студента не слишком вяжется.

Цинь Шэн подал голос:

— Братуха, ты просто не в курсе! Доктор Чжоу ещё и на мотоцикле гоняет, и дронами управляет. Отстал ты от жизни.

Цинь Му вздохнул:

— …

Чжоу Юнь вспомнил:

— Кстати, в этот раз я поленился тащить базовую станцию, поэтому дрон не взял. А так на острове было бы удобно провести разведку с воздуха.

Цинь Му помолчал немного, пристально глядя на Чжоу Юня:

— Мы с малых лет видели, как родители уходят в море. Едва научились ходить — уже собирали ракушек на отливе, отлично плаваем, повзрослели — сами пошли на судах. Можно сказать, сыновья океана. Но даже при этом каждый выход в море ощущается как смертельный риск. Особенно после катастрофы: рыбаки выходят на промысел, буквально держа жизнь на волоске. Почему же кажется, будто доктор Чжоу совершенно не переживает?

Вид у него был спокойный, на морской поход он шёл словно на увеселительную прогулку. И потом, имея такой превосходный инструмент разведки, как дрон, он отказался от него лишь потому, что тащить базовую станцию хлопотно. Скажи он хоть слово, они бы на себе доволокли её в море, невзирая на любые неудобства.

«Разумеется, потому что у меня есть куда более удобные способы разведки, чем дрон», — подумал Чжоу Юнь и с улыбкой произнёс вслух:

— Просто мне везёт чуть больше вашего.

Цинь Му снова промолчал:

— …

Затем беспомощно произнёс:

— Должно быть, у доктора Чжоу очень мощная сверхспособность, да ещё и Хуэйсин рядом? Сильным неведом страх, но ведь океан — это стихия, сила самой природы.

Чжоу Юнь мягко усмехнулся:

— Можно сказать и так.

Цинь Му решил посоветоваться:

— На днях, выполняя Ба дуань цзинь, я вроде бы ощутил слабое движение ци.

Чжоу Юнь сказал:

— Занимайся усерднее.

В конце концов, природный дар, как у Гуань Юаньфэна, способного в день пересадки кристаллического ядра поднять вихрь, встречается крайне редко. Если Цинь Му пробудит сверхспособность после укуса зомби, это само по себе станет выдающимся результатом.

Цинь Му вздохнул:

— …

Ему казалось, что доктор Чжоу держится чересчур безмятежно, из-за чего закрадывалось сомнение: не почудилось ли то тепло? Вдруг он просто слишком сильно жаждал обрести силу? Все эти дни он упорно крутил комплекс движений, но так и не смог вернуть то ощущение, даже банку с тутовым сиропом почти доел…

Чжоу Юнь тем временем охотно пояснил:

— Многие эсперы на начальном этапе с трудом осознают, что пробудили силу. Но немало и тех, чьи способности раскрываются лишь на грани жизни и смерти.

Цинь Му переспросил:

— На грани жизни и смерти?..

Чжоу Юнь с самым невозмутимым видом приободрил его:

— Например, во время схватки с мутировавшей морской рыбой ты мог бы попробовать вступить в ближний бой.

Даже если тому оторвёт руку или ногу, Чжоу Юнь сумеет всё пришить и восстановить.

Цинь Му выдавил:

— …Спасибо за совет.

Пожалуй, лучше обойтись: жить всё-таки хочется.

Чжоу Юнь поднял книгу, прикрывая лицо от рвущегося наружу смеха, но Цинь Му заметил насмешливые искорки в его глазах. Цинь Шэн всё так же самозабвенно резался в шутер. Цинь Му с лёгким вздохом поднялся:

— Пойду гляну, сварили ли лапшу.

Лапша с морепродуктами вышла наваристой и ароматной. Чжоу Юнь отдал должное местной кухне, а остатки мелкой рыбы, креветок и крабов перемололи в густую кашицу и налили Хуэйсину в глубокую миску вместе с лапшой. После этого Чжоу Юнь подсыпал ему порцию домашнего сухого корма. Только тогда пёс насытился и лениво растянулся на носу катера, задрёмывая под лучами солнца.

Матросы негромко переговаривались, поглядывая на собаку:

— Ну и жрёт же этот огненный дракон, обычный человек такого мутанта ни в жизнь не прокормит.

Готовясь к выходу в море, Чжоу Юнь лично накрутил огромный запас корма: порубил говядину, баранину, курятину и мясо мутировавшей рыбы, смешал с тыквой и морковью, добавил яйца, кукурузную муку, слепил плотные шарики, отпарил, запаял в вакуумные пакеты и обложил льдом в термобоксе — оставалось лишь время от времени подмораживать его силой. На всякий случай он прихватил ещё несколько десятикилограммовых мешков сухого сублимированного корма.

Если говорить начистоту, рацион у пса был сытнее, чем у большинства людей.

Погода стояла тихая, путь был знаком, и к необитаемому острову они подошли к пяти часам вечера, когда край неба уже полыхал яркими закатными красками.

На море царил штиль. Заходящее солнце освещало лазурную прозрачную воду, превращая её в цельный пласт зеленоватого хрусталя. На мелководье отлично просматривались снующие крабы и мелкие рыбёшки, а прибрежные рифы были густо усыпаны морскими уточками и устрицами.

Катер причалил к широкому пологому песчаному пляжу, куда лениво накатывали мелкие волны, ласково и бесшумно лижа прибрежный песок.

Очарование дикого островного пейзажа невольно расслабляло.

Однако Цинь Му строго скомандовал команде:

— Всем надеть защитные костюмы, застегнуть шлемы, проверить рации, взять оружие, не зевать. Старик Ван, остаёшься на катере наготове. Сойдёшь на берег, когда проверим периметр и разобьём лагерь.

Все натянули защитное снаряжение. Чжоу Юнь тоже облачился в костюм, прикрепил к плечу выданную Цинь Шэном рацию, надел шлем и натянул на Хуэйсина защитную попону из акульей кожи.

Цинь Шэн подошёл к Чжоу Юню:

— Я сойду первым с ребятами на разведку, подыщем безопасное место для стоянки. Вы со старшим братом оставайтесь на песке и контролируйте обстановку. — Он взглянул на готового к бою Хуэйсина и замялся: — Может, Хуэйсин пойдёт с нами?

Цинь Му возразил:

— Я знаю местность, я и поведу.

Чжоу Юнь, однако, посмотрел вглубь острова и неторопливо произнёс:

— Полагаю, прочёсывать ничего не нужно. У этой твари сильнейшее чувство территории.

Цинь Му опешил. Хуэйсин уже принял боевую стойку, спрыгнул на песок и яростно зарычал в сторону леса.

Цинь Шэн вскинул голову к зарослям и выдохнул:

— Матерь божья…

Из чащи на противоположной стороне острова напролом двигалось чудовище. Красно-оранжевый панцирь формой напоминал веретено с заострёнными концами, а из-под него росли жуткие, тонкие и острые, словно паучьи, суставчатые лапы. В размахе ног монстр достигал добрых полутора десятков метров, возвышаясь на высоту трёхэтажного дома.

Такое исполинское создание, не укладывающееся в рамки привычного мира, давило невыносимой тяжестью.

У всех перехватило дыхание, сердце заколотилось, адреналин хлынул в кровь. Сжимая оружие, люди застыли, охваченные первобытным ужасом.

Кто-то в панике выкрикнул:

— Уходим! Против этой дряни никакой репеллент от зомби не сработает!

Цинь Му не отрывал взгляда от твари:

— Это он. Сидел здесь ещё с осени. Тогда мы увидели только здоровенные красные лапы и дали дёру, так и не поняли — краб это или паук-мутант.

Обернувшись, он увидел, что Чжоу Юнь спокойно разглядывает чудище в бинокль. Спокойствие на его лице передалось и Цинь Му. Чжоу Юнь опустил бинокль и уверенно произнёс:

— Это краб. Видишь, боком идёт.

Цинь Му вгляделся внимательнее. Мутант действительно цеплялся за землю длинными острыми когтями с одного бока, подтягивая туловище, а лапами с другого бока отталкивался от грунта. Перебирая суставами, он двигался пугающе проворно, а впереди держал пару узких, длинных и смертоносных клешней.

Цинь Му прищурился:

— Значит, краб-паук-убийца. Живут они долго, до ста лет могут дотянуть. Эта махина наверняка и до конца света была немолодой. Тварь крайне агрессивная, обычно водится в холодных водах Восточно-Китайского моря, даже на акул охотится. Как её занесло к нам на юг?

Чжоу Юнь ответил:

— Крабы — падальщики. Этот мутировал, наелся досыта трупами зомби и в поисках пищи и для размножения проплыл вдоль берега, ничего удивительного.

Цинь Му смотрел на мощные клешни и омерзительно шевелящиеся ротовые придатки чудовища. Челюсти мерно сжимались и разжимались, перемалывая останки полусожранного гигантского угря. Мужчина судорожно сглотнул:

— Он жрёт. Мы ему трапезу сорвали, будет рвать и метать. Такие крабы створки моллюсков в крошку дробят. Пули его возьмут?

Чжоу Юнь произнёс:

— У мутировавших ракообразных панцирь становится невероятно прочным. Обычный свинец бесполезен, тут нужен гранатомёт или ракета.

Цинь Му замер:

— …

Он покосился на Цинь Шэна:

— Сяо Шэн тоже не пробьёт? Твои Иглы Цветов Груши… то есть метательные ножи пропорят броню?

Цинь Шэн стушевался:

— Наверное, только врукопашную. Но мерзкий же он, аж мороз по коже. Может, лапы ему по одной отрубать? У крабов они обычно легко отваливаются?

Он посмотрел на Хуэйсина, который неистово лаял на песке, горя боевым ражем, и смутился:

— М-да, у собаки и то смелости больше, чем у нас.

Цинь Му повернулся к Чжоу Юню. Тот стоял нахмурившись, не сводя глаз с краба-паука-убийцы, словно о чём-то размышляя.

Обстановка накалялась, и Цинь Му пришлось прервать его мысли:

— Доктор Чжоу, что делаем? Если сейчас дать задний ход, он, может, и погонится немного, но такие крабы только по дну ползают, плавать не умеют. Зрение у них слабое, слух острый: отойдём подальше — сам отстанет.

Чжоу Юнь ответил:

— Хорошая возможность потренироваться. Ждите на катере.

Цинь Му оторопел:

— А?

Чжоу Юнь уже спрыгнул на берег, сжимая в руке длинный клинок.

Подойдя к Хуэйсину, который грозно скалился на исполинского краба, он потрепал пса по загривку:

— Вымани его на открытый песок.

На ровном месте убивать сподручнее.

Хуэйсин молнией сорвался с места, метнувшись прямо под ноги чудовищу, и выдохнул струю пламени в выпуклые чёрные глазища краба-паука-убийцы.

Краб оказался на редкость проворным: приподняв туловище на восьми острых ходильных ногах, он увернулся от огненного вихря, хотя передние лапы всё же опалило. Взмахнув исполинской клешнёй, он попытался прихлопнуть обидчика, но Хуэйсин молниеносно увернулся и припустил обратно к воде.

Краб ринулся следом за собакой на пляж.

Без прикрытия деревьев жуткий бугристый панцирь и суставчатые конечности предстали во всём кошмарном величии. Тварь неслась боком, с бешеной скоростью молотя в воздухе клешнями, но задеть пса не могла.

Бойцы на катере наблюдали за тем, как собака в одиночку кружит вокруг краба, и взволнованно переговаривались:

— Ну и силища…

— Только огнём его, похоже, не пронять?

— А доктор Чжоу куда делся?

Цинь Му не спускал глаз с Чжоу Юня:

— Он обошёл сзади, заходит крабу за спину.

— Доктор Чжоу тоже эспер? Какая у него стихия?

— Да какая бы ни была, против такой махины сложно. У Хуэйсина вон сильнейший огонь, обычные зомби против него ничто, а тут не берёт.

— Почему-то холодать стало…

— Стемнеет скоро. Если засветло остров не зачистим, придётся ночевать в море на волне, а это верная гибель.

Чжоу Юнь остановился позади краба. По правде говоря, он давно не вступал в настоящий бой: с тех пор как осел в Тёмной Долине, всё время уходило на исследования, на передовую он не выходил. Впрочем, прикончить мутировавшего краба труда не составляло.

"Сначала проверим, какими навыками он обладает".

Чжоу Юнь поднял ладонь и глубоко вдохнул. Воздух вокруг резко остыл.

Люди на катере продолжали следить за тем, как краб крутится за вертким псом. Казалось бы, длинные острые ноги позволяли ему двигаться быстро, но сколько бы он ни щёлкал клешнями, попасть по Хуэйсину не удавалось. Напротив, пёс то и дело обдавал его струями огня, и усики возле ротового аппарата уже скрутились и почернели от гари.

По сравнению с собакой, быстрой как ветер, исполинский краб выглядел неуклюжим увальнем.

Когда очередная порция пламени ослепила твари глаза, краб пришёл в ярость. Раздувшись, он с шипением выплюнул из пасти струю чернильного тумана, и песок вокруг взорвался движением: из пустоты полезли бесчисленные мелкие крабы-пауки-убийцы!

Уродливые твари на тонких острых ножках кишели сплошным шевелящимся ковром, способным свести с ума любого арахнофоба.

Люди на катере ахнули:

— Он ещё и выводок призывать умеет?!

Все напряжённо уставились на Хуэйсина. Пёс, перемещаясь с невероятной лёгкостью, выдохнул на бегу струю огня и тут же испепелил наступавшую на него волну мелких крабов.

Бойцы перевели дух:

— Вот это пёс, зверюга!

Цинь Шэн вдруг вскинул голову:

— Странно… это ещё что такое?.. — Он снял с плеча белую крупинку: — Снег? В конце мая?!

Цинь Му указал на исполинского краба:

— Глядите туда!

Прямо над крабом-пауком-убийцей внезапно разразилась яростная метель.

Хлопья снега падали тихо, но густой, бесконечной пеленой. Температура стремительно рухнула ниже нуля, и движения огромного членистоногого начали заметно замедляться.

Песок в мгновение ока укрыло толстым сугробом, намертво вморозившим мелких крабов в ледяную корку.

Даже длинные лапы великана увязли в глубоком снегу, теряя былую резвость.

Тварь с трудом выдирала ноги из сугробов, но лишь глубже проваливалась в леденящую кашу.

Она неуклюже взмахнула клешнёй в сторону собаки, но из морозного воздуха с гулом вылетели два сверкающих ледяных лезвия. Вращаясь с бешеной скоростью, они полоснули по суставам, чисто отсекая обе огромные клешни.

Тяжёлые культяпки рухнули в снег. Разъярённый краб принялся молотить оставшимися восемью лапами, но толку от этого не было — зрелище выглядело нелепо.

Люди ошеломлённо распахнули глаза:

— Что это за сила?!

Цинь Му потрясённо прошептал:

— Стихия воды… Высокоранговая стихия воды, способная вызывать метель…

По его представлениям, даже эсперы стихии воды третьего ранга не могли обрушить столь масштабный снежный буран.

Чжоу Юнь тем временем уже стоял под бортом катера и махал Цинь Шэну:

— Где твои метательные ножи? Спускайся, целься по ногам. Остальные — пробуйте перерубать суставы, там панцирь тоньше. Кто боится — рубите мелочь на песке, потренируйтесь.

— Только держитесь подальше от пасти: он плюётся трупным ядом, там вирус зомби. Наденьте маски и не суйтесь под морду.

Цинь Шэн, очнувшись от оцепенения, спрыгнул на берег. Приблизившись к огромному крабу, он принялся метать свои клинки в сочленения лап.

Цинь Му спрыгнул следом с тяжёлым гарпунным ружьём, целясь в самое уязвимое место — щель под брюшным щитком, возле жабр.

Гарпун с глухим стуком вонзился глубоко в шов на панцире!

— Пробил! — обрадовался Цинь Му.

Однако краб с чудовищной силой дёрнулся назад. К гарпуну крепилась прочная цепь, и ружьё, зажатое в руках мужчины, рвануло с такой мощью, что Цинь Му оторвало от земли и подбросило высоко в воздух!

— Брат! — в ужасе заорал Цинь Шэн, бросаясь наперерез, но схватил лишь пустоту.

Ружьё вырвало из рук Цинь Му, ободрав кожу на ладонях в кровь. Он камнем падал вниз, но тут из метели выметнулся Хуэйсин: аккуратно перехватив мужчину зубами за ремень, пёс мягко и без видимых усилий опустил его на снег.

Цинь Шэн похолодел от пережитого страха. Увидев, как болтается в воздухе цепь, тянущаяся к застрявшему в брюхе краба гарпуну, он вспыхнул яростью. Вскинув руку, покрывшуюся серебристым металлическим блеском, он сжал пальцы — и металлическая цепь внезапно вытянулась, сама упав ему в ладонь.

Серебряная кисть намертво сжала звенья. Десятки тонких стальных цепей взвились в воздух с резким рассекающим свистом и с ювелирной точностью оплели острые ходильные ноги краба.

Мышцы на руках Цинь Шэна вздулись, металл залил плечо до самой шеи. Он с яростным рыком дёрнул цепи на себя: под скрежет железа четыре лапы с одного бока чудовища оказались намертво спутаны.

Не давая твари опомниться, Цинь Шэн выхватил у стоявшего рядом бойца тяжёлый тесак и шагнул вперёд. Оружие сверкнуло дугой и с сокрушительной силой обрушилось на открытый сустав спелёнатой лапы. Раздался громкий хруст, и несокрушимая кость переломилась надвое.

С каждой секундой краб сопротивлялся всё слабее. Он предпринял последнюю попытку плюнуть чёрным туманом, но ядовитое облако быстро развеялось на ветру.

Остальные бойцы с боевыми кличами бросились вперёд, по примеру Цинь Шэна врубая клинки в сочленения ног.

Вскоре все восемь лап были отсечены. Исполинская туша с глухим грохотом рухнула на песок, пару раз конвульсивно дёрнулась и затихла навсегда.

Цинь Шэн наступил ногой на брюхо краба, превратил ладонь в лезвие и взрезал шов на панцире. Под слоем густой золотисто-жёлтой икры он нащупал и вытащил чёрное кристаллическое ядро:

— Стихия тьмы.

Чжоу Юнь поморщился с неприкрытой брезгливостью:

— У животных-падальщиков такое бывает, у некоторых зомби тоже попадается, но толку от него мало. На рынке никому не нужно, берут разве что в лаборатории для опытов. Эх, неужели и на меня перекинулась ваша полоса невезения?..

А ведь рассчитывал на удачный почин. Ну надо же.

Цинь Му застыл:

— …

Цинь Шэн тоже лишился дара речи:

— …

http://bllate.org/book/14690/1312359