Готовый перевод Island in the Sky [Apocalypse] / Парящий остров [Апокалипсис]: Глава 49. Тёмные течения

Перед возвращением в город Даньлинь Чжоу Юнь специально сделал крюк на машине к морю, на рыбный рынок у пристани рыболовецкого порта Байшунь.

Город Бэймин специально выделил сюда охранный отряд для поддержания порядка: безопасную пристань огородили, а зомби отогнали прочь.

Весна только началась. В прошлые годы с мая по август обычно объявлялся запрет на рыбную ловлю, а весенний сезон добычи длился с конца марта по май. Когда теплело и таял снег, к сезону хлебных дождей температура поднималась, морская вода прогревалась, и огромные косяки рыбы подходили к мелководью — самое благодатное время для выхода в море.

Пристань деревни Юйван, ближайшая к городу Бэймин, находилась совсем рядом к западу. Большинство мелких рыболовецких шхун здесь принадлежали местным деревенским рыбакам. Из-за скромных размеров судов они не уходили далеко в море, и улов выходил ограниченным — не то что на больших рыболовецких сейнерах, которые уходили в плавание на десятки дней и возвращались с трюмами, забитыми до отказа.

Здешние лодочки обычно причаливали ближе к полудню и сразу же распродавали добытые морепродукты прямо на пристани.

Раньше Чжоу Юнь специально приезжал сюда за свежей морской рыбой. Он помнил, как шумно и оживлённо бывало здесь во второй половине дня, особенно по выходным: дороги возле рыбацкой деревни были заставлены машинами людей, приехавших из соседних городов специально за свежайшим уловом.

По вечерам жизнь кипела ещё ярче. Вдоль берега тянулись ряды одинаковых ночных закусочных с остроконечными крышами. Он до сих пор помнил, как огни порта сияли ярче звёзд, прибрежные лотки гудели от голосов, воздух наполняли дразнящие запахи жареных морепродуктов, а на лицах людей светились сытость и безмятежность.

Стоило ступить на рыбный рынок, как в нос ударил солоноватый морской дух. Несмотря на апокалипсис, рыбаки всё так же радушно зазывали покупателей; их кожа была сплошь темна и обветрена морскими ветрами.

Чжоу Юнь шёл по рынку. Свежего улова было в достатке: раки-богомолы, креветки, осьминоги, разнообразные морские улитки, пёстрые и зелёные крабы… Морепродукты были на любой вкус, попадались и элитные деликатесы вроде морских черенков, крупных омаров, сабель-рыбы, груперов и морских ушек, от которых так и веяло свежестью.

После конца света, доев все запасы в соседнем ресторане «Вершина Облаков», они уже давно не пробовали морепродуктов.

Свежие, бьющие хвостом креветки нужно опускать в кипящую воду ровно на десять секунд, тут же выключать огонь, накрывать крышкой и томить полторы минуты, затем добавить чуть-чуть сахара и соли и подержать ещё полминуты. Сваренные таким способом креветки получаются невероятно сладкими и сочными, упругими, не пересушенными, с ярким красивым цветом — объедение.

Жаль, бойцы спецотряда уже уехали, иначе они бы тоже наелись от пуза.

Чжоу Юнь набрал креветок, крабов, груперов, морских улиток и прочей живой рыбы, рассчитывая, что по возвращении сможет подержать их какое-то время в аквариумах ресторана «Вершина Облаков». Хуэйсин, шагавший рядом с ним, привлекал всеобщее внимание, и многие торговцы нахваливали:

— Хорош пёс! Прокормить такого, небось, целое состояние!

Чжоу Юнь между делом поинтересовался, продаются ли мутировавшие морепродукты. Торговцы дружно покачали головами: всё мутировавшее забирали заранее, начисляя в городе кредитные очки, на которые потом выменивали другие припасы. Любой эспер, подписавший договор об обслуживании в городе Бэймин, мог ежемесячно получать определённую норму мутировавшей пищи или питаться в специализированных ресторанах для эсперов.

Чжоу Юнь ожидал подобного, но один рыбак тихонько подсказал ему:

— Можно нанять лодку для выхода в море. Тогда любая пойманная мутировавшая рыба останется за нанимателем. Сейчас в море выходить опасно, но если нанять эспера для охраны, то вполне сносно. На базе есть эсперы, готовые браться за такие задания, если платить кристаллическими ядрами.

Чжоу Юнь поблагодарил знающего рыбака, выбрал ещё морских коньков, пригодных для лекарств, и повёл машину обратно в город Даньлинь.

Вскоре после отъезда Чжоу Юня, когда уже начало смеркаться, Цинь Шэн в полном защитном боевом снаряжении во главе своего отряда на машине тоже прибыл на пристань. Охранный отряд базы Бэймин делился на группы под началом эсперов. Цинь Шэн владел стихией металла и считался главарём банды Старой Улицы, поэтому собрал собственный отряд. Однако из-за отсутствия связей и влияния их сослали патрулировать самое опасное место за пределами базы — пристань, да ещё и регулярно ставили в ночные смены.

Сумерки сгустились. Стоило солнцу сесть, как дневное весеннее тепло тут же развеял колючий ночной морской ветер.

С моря тянуло солью. Цинь Шэн с десятком бойцов подошёл к кромке пирса и принял смену.

Их главная задача заключалась в дежурстве на вышке у причала: глядя сверху вниз на стоянку судов, они должны были не подпускать зомби близко.

Сторожевая вышка на пристани была построена на совесть, внутри можно было укрыться от ветра, перекусить и попить, разве что тоска одолевала.

На смотровой площадке на вершине вышки были устроены бойницы, откуда можно было стрелять из ружей и луков по земле. Заметив ночью одиночных зомби, их отгоняли или убивали меткими выстрелами. Если же накатывала целая волна зомби, оставалось забаррикадироваться на вышке и ждать утренней смены, которая поднимет по тревоге основные силы охранного отряда для спасения.

Сегодня Цинь Шэн, обойдя с дозором территорию, оставил нескольких человек на смотровой вышке, а сам с таинственным видом повёл оставшихся товарищей с мешком в руках прямо на песчаный берег.

Все эти парни выросли на Старой Улице города Бэймин. Едва научившись ходить и говорить, они уже бегали по пятам за взрослыми по этому берегу, собирая морскую живность, и знали здешние места как свои пять пальцев.

Цинь Шэн привёл их к пещере под высокой скалой. Эту естественную полость за долгие годы выточили в камне волны морских приливов. Внутри царил глубокий мрак, а на каменных стенах остались мелкие рыбёшки, крабы и ракушки от прошлого прилива.

Цинь Шэн встал у входа и поднял взгляд на смотровую вышку: оттуда как раз прекрасно просматривалось это место. Луна светила довольно ярко, а в бинокль ночного видения на вышке можно было в деталях разглядеть всё происходящее.

А-Хун с любопытством спросил:

— Брат Шэн, зачем ты привёл нас сюда? Хочешь поставить верши, чтобы полакомиться рыбой?

Перед приливом в расщелинах скал, пещерах или прямо на песчаном берегу часто расставляли закреплённые верши и ловушки с приманкой, чтобы после отлива набрать мелкой рыбы да крабов на перекус.

Однако Цинь Шэн принялся раскладывать в пещере дрова и каменный уголь, а затем приказал спутникам полить всё внутри керосином.

Парни хоть и удивились, но послушно выполнили указание.

В самом конце Цинь Шэн поставил в глубине пещеры тарелку, выложил туда несколько дохлых рыб и крабов, достал из сумки флакон с лекарством и тщательно опрыскал дохлятину.

Бойцы тут же зажали носы и пулей выскочили наружу. Даже Цинь Шэн опешил и поспешно натянул маску.

Закончив распыление, он подал знак отходить, и все вместе вернулись на смотровую вышку. Цинь Шэн прильнул к биноклю.

Бойцы сгорали от любопытства и засыпали его вопросами:

— Брат Шэн, это ты зачем?

— Ловушку ставишь?

— Зомби поймать хочешь? Запах один в один как от зомби… не отличишь.

— Брат Шэн, что за дрянью ты там брызгал?

Цинь Шэн ответил:

— Брат передал. Приманка для зомби, первоклассная штука с базы Чжунчжоу. Не галдите! Если сработает, выбьем себе монополию на это средство и будем торговать только мы на весь Бэймин.

Парни разом возбудились:

— Что за вещь?!

— Где Му-гэ откопал такую годноту?

— Если и правда выбьем право на эксклюзивную продажу, мы же озолотимся!

— С такой штукой обычные люди смогут сами устраивать засады, заманивать зомби и добывать кристаллические ядра!

Цинь Шэн осадил их:

— Тихо, ждите.

Под суровым лунным светом из темноты пляжа издалека донеслось глухое рычание.

Зомби показались. Они шатались, ковыляя в ночи: у одних болтались худые руки с белеющими сквозь лохмотья костями, другие волочили ноги, у третьих головы были неестественно заломлены набок. Луна озаряла их, отбрасывая пятнистые зловещие тени.

После конца света это зрелище стало для простых людей привычным кошмаром, а угроза волн зомби нависала неотступной тенью.

Но сейчас, глядя, как твари, шатаясь, одна за другой тянутся прямо в пещеру, все на вышке затрепетали от восторга.

— Сработало!

— Чудеса! Что это за запах такой? Почему он так нравится зомби?

— А рецепт к этой штуке есть? Если б сами варили, наварили бы в разы больше!

— Да там наверняка патент, кто тебе рецепт за просто так отдаст! Монополии на продажу уже за глаза хватит!

— База Чжунчжоу… слыхал, там есть НИИ сверхспособностей, они изучают зомби и способности! Это сто пудов тамошняя передовая разработка!

Цинь Шэн не обращал внимания на их галдёж, не отрываясь от бинокля и считая. Зомби, почуявших запах издалека, становилось всё больше. Он вёл счёт про себя, пока число не перевалило за десяток. Рыбы и крабов в пещере было немного, на всех тварей явно не хватит, больше медлить нельзя.

Он взял гарпунное ружьё, привязал к стальному гарпуну заранее заготовленный сверток с белым воском и трутом, щёлкнул зажигалкой, поджёг и прицелился в зев пещеры. Бах!

Пылающий стальной гарпун рассёк ночное небо и точно вонзился в груду хвороста перед входом.

Бум! Взметнулось яростное пламя. Зомби у входа в панике попытались метнуться назад, но проход был узким: пещера походила на тыкву-горлянку с широким нутром и узким горлом, Цинь Шэн выбрал её специально. Стоило одной твари застрять в проходе, как остальные сгрудились сзади, не в силах выбраться. Разума у них не было, а внутри уже всё было залито керосином, усыпано дровами и углём.

Огонь озарил глухую ночь, вой и предсмертные вопли зомби слились в сплошной гул.

Ребята со Старой Улицы восторженно взревели: обычные люди могут безопасно истреблять зомби!

В глазах Цинь Шэна яростно отражались языки пламени, и в его душе разгорелись столь же неукротимые амбиции.

======

Отель «Золотой лебедь».

Весенний день радовал ясным теплом. Розовые и нежно-голубые воздушные шары вперемешку со свежими весенними розами и шиповником превратили банкетный зал отеля в сказочный дворец.

Под сводами вестибюля плыла мягкая музыка. Высокая башня из бокалов с шампанским у входа переливалась искрами в свете хрустальных люстр. Перед ней среди живых цветов расправила сверкающие крылья пара золотых лебедей.

На длинном столе в центре высились горы изысканных яств. Только что выловленные из моря мутировавшие морепродукты, тончайшие местные десерты, разнообразные фрукты, которые на рынке сейчас днём с огнём не сыщешь, — глядя на это, гости могли подумать, будто вернулись в довоенное безудержное расточительство.

Приглашённые в безупречных костюмах неспешно вели беседы. Многие из присутствующих эсперов до апокалипсиса были никем, самым дном общества, но после катастрофы в один миг вознеслись в новый привилегированный класс. Теперь их встречали с подобострастными улыбками, пускали в этот недосягаемый прежде роскошный отель и позволяли заводить знакомства с теми, кто держал в руках бразды правления.

Градоначальник Гун, Гун Яньцин, сидел на втором этаже и сквозь стекло наблюдал за гостями-эсперами внизу. Держа в руках список, он спросил:

— А где этот Цинь Шэн со стихией металла? Почему его не видно?

Советник ответил:

— Вчера специально послали человека с приглашением. Но банкет уже близится к концу, наверное, у него возникли какие-то неотложные дела.

Гун Яньцин нахмурился:

— Разве он не был в числе главных кандидатов?

Советник мягко усмехнулся:

— Так и есть. Градоначальник сам поймёт, когда увидит: парень рослый, красивый, молодой, коренной местный. Родители умерли, семья простая, остался только брат, да и тот уехал на базу Саньчу. Даже если старшая барышня останется недовольна его положением, глядя на такое лицо, вряд ли сочтёт себя обиженной.

Гун Яньцин холодно усмехнулся:

— Ей подавай только этого смазливого Ло Юнькая. Никаких сверхспособностей нет, сидит на её шее, да ещё и гонор кажет, в примаки идти отказывается! Если б я сам ещё мог зачать детей, разве позволил бы такому сопляку ставить мне условия? В крайнем случае прибегнем к искусственному оплодотворению.

Советник вкрадчиво заговорил:

— Смените гнев на милость, градоначальник. Барышня ещё молода, ветрена, молодёжи подавай взаимную любовь. Искусственное оплодотворение ведь так вредит здоровью. Выберите нескольких красавцев, пусть пообщаются, возникнут чувства. Сейчас на всех базах полно эсперов. Если здесь не выйдет, можно присмотреться на других базах. Пока вы здесь, градоначальник Гун, эсперы слетятся сами, выбор огромен.

Гун Яньцин процедил сквозь зубы:

— Нужно как можно скорее взрастить своих людей и привязать к себе эсперов, иначе такую базу рано или поздно просто поглотят.

Советник с улыбкой добавил:

— Градоначальник проявляет величайшую заботу. Если всё подробно растолковать барышне, она непременно поможет отцу. Кому же ей помогать, если не родному отцу?

Гун Яньцин снова перелистнул список:

— Кто ещё пришёл? Раз этот Цинь Шэн не явился, чёрт с ним. Тёрся по бандам, едва среднюю школу окончил и ушёл в море с рыбаками. От смазливой морды толку мало, Сяо Шуан он всё равно бы не понравился.

Советник поспешно представил ещё нескольких кандидатов, указывая на них Гун Яньцину. Все они выглядели статно, их сверхспособности выделялись на общем фоне, и Гун Яньцин велел позвать дочь, Гун Фэйшуан.

Гун Фэйшуан была стройна, с манящими изгибами фигуры. Платье винного цвета с пышным подолом подчёркивало её белоснежную кожу. Сзади спина оставалась почти полностью обнажённой, и лишь несколько тонких цепочек из чистого золота перекрещивались на талии и лопатках. Она ступала плавно и грациозно, покачивая бедрами, словно тёмно-красная роза, сошедшая с масляного полотна.

Она поздоровалась с отцом:

— Папа.

Слегка приподнятые уголки её губ от природы придавали лицу кокетливое очарование, а в голосе звучали капризные нотки.

На самом деле Гун Яньцин безумно баловал дочь. Глядя на Гун Фэйшуан, он постучал пальцем по столу:

— Вот эти молодые парни — все эсперы, притом выше второго ранга. Посмотри их досье, если кто приглянется, я позову, познакомитесь.

Гун Фэйшуан опустилась на диван:

— Папа, я же говорила, что люблю Ло Юнькая! Зачем обязательно выдавать меня за эспера? Ло Юнькай — мой однокурсник, он во всём помогал мне за границей, я люблю только его, и он любит меня!

Лицо Гун Яньцина потемнело, голос повысился:

— Любит тебя, но в примаки идти не желает? Городу Бэймин нужен наследник! Семье Гун нужен наследник!

Гун Фэйшуан возразила:

— Подумаешь, я рожу побольше детей, пойдёт? Юнькай вырос за границей, он не может принять этот обычай с примаками. Но оставить одного ребёнка на мою фамилию — без проблем!

Гун Яньцин холодно отчеканил:

— Сейчас апокалипсис! Базе Бэймин нужен наследник со сверхспособностью, иначе люди не подчинятся.

Гун Фэйшуан нахмурилась:

— Папа! Это что, племенное разведение?

Брови Гун Яньцина сошлись на переносице, взгляд метал молнии:

— У меня только одна дочь. Боковая ветвь семьи Гун всё время пыталась навязать мне твоих двоюродных братьев, но я держал оборону. Я ждал лишь того дня, когда ты возьмёшь мужа в дом. Ты не хотела рано выходить замуж, хотела учиться за границей — в чём я тебе отказал? Теперь настало время исполнить свой сыновний долг!

Гун Фэйшуан скривила губы. Гун Яньцин тяжело произнёс:

— Если тебе так упёрлось выйти за Ло Юнькая — пожалуйста. Соглашайся на забор яйцеклеток, пока мы искусственно не выведем эмбрион и не подсадим тебе. Ролишь ребёнка-эспера — и выходи за кого твоей душе угодно.

Его низкий, весомый голос не терпел возражений в каждом слове.

Гун Фэйшуан в ярости вскочила:

— Не хочу, папа! Настал конец света, и вы все с ума посходили? В вас ни капли человечности не осталось? Забор яйцеклеток калечит здоровье! Я не стану! С какой стати?! Ради какого-то призрачного наследника со сверхспособностью ты силой пихаешь меня замуж за эспера? Плевать на ровню, плевать на образование, лишь бы семя было породистым?! Смешно до тошноты! Ты держишь меня за свиноматку, но я не стану до свадьбы рожать приплод от чужака! Как Юнькай на меня посмотрит?!

Гун Яньцин долго сверлил её взглядом. В горле у него пересохло, и спустя мгновение он выговорил:

— Потому что у твоего отца не осталось времени.

Гун Фэйшуан, только что кипевшая от злости, вдруг застыла:

— Что это значит?

Гун Яньцин смотрел на неё с глубокой скорбью:

— Рак желудка в последней стадии. Врачи подтвердили. Даже если вырезать, останется только тянуть время. Сейчас меня лечат высокоранговые эсперы стихии света, но пошли метастазы, стихия света пока не может это излечить.

— Гун Фэйшуан, если я умру, защитить тебя будет некому. Семью Гун ты удержать не сможешь, твои двоюродные братья разорвут тебя в клочья. Городом Бэймин ты управлять не сможешь: у тебя нет сверхспособности, нет моего авторитета и наработанного годами страха. Ты не удержишь этих эсперов, не сможешь командовать охраной.

— Тебе нужно как можно скорее привязать к себе эспера, чтобы он сложил за тебя голову. Взять примака — лучший выход.

— И как можно скорее родить наследника с кровью семьи Гун…

— Иначе, как только меня не станет, Чжунчжоу непременно пришлёт людей подчинить город Бэймин. Это ещё полбеды, с тобой обойдутся мягко. Но кто такой Ло Юнькай? Обычный человек. В этот век он тебя не защитит. Он сидит на твоей шее, но смеет воротить нос от того, что приходится прогибаться! Он надеется через тебя прибрать к рукам семью Гун, да только в апокалипсис законы не работают. У него нет реальной силы, женившись на тебе, он ничего через тебя не получит. Он подлый и глупый, на него нельзя положиться.

Гун Яньцин смотрел на побелевшую дочь и хрипло продолжал:

— Сяо Шуан, отец не сможет долго закрывать тебя спиной. Дальше тебе придётся идти самой. На ранних порах эсперы слишком слабы, им нужна наша организация, поэтому мы, простые люди у власти, пока держим верх.

— Но апокалипсис — это закон джунглей, здесь правит сила. Эсперы продолжают повышать ранги, и будущий мир неизбежно будет принадлежать им. Тебя слишком берегли, ты не видишь генеральной тенденции. Будь то Чжунчжоу или другие базы, сейчас у руля стоят те, кто держит армию, но в будущем тот, кто владеет эсперами, будет владеть миром.

— Тебе нужен муж-эспер, ты должна родить от него ребёнка со сверхспособностью. Только тогда ради семьи Гун, ради огромных выгод города Бэймин он станет с тобой единым целым и пойдёт на смерть ради тебя, ради семьи и детей.

— Без крепкой выгоды и уз крови одной благодарности за благодеяния слишком мало.

===

Чжоу Юнь не знал о скрытых течениях, бушевавших в городе Бэймин. Сделав этот ход, он вернулся на тридцатый этаж и с головой ушёл в фармацевтические исследования.

Раньше рядом был Гуань Юаньфэн, и Чжоу Юнь тратил кучу времени на тренировки и физические упражнения. Теперь же, без его надзора, он тут же дал слабину: временами он до самозабвения пропадал в лаборатории, изучая любимые мутировавшие растения и ставя опыты по экстракции. К сожалению, для подтверждения лечебного эффекта новых препаратов всё ещё требовались клинические испытания на больных.

В прошлой жизни он публиковал одну за другой важные научные работы, и его мобилизовали в лабораторию НИИ сверхспособностей в Тёмной Долине для закрытых исследований. Тогда он наивно полагал, что Лаборатория Тёмной Долины — это передовой научный центр, где собралась элита, чтобы спасать жизни и трудиться во имя будущего всего человечества.

Исследователям выделяли отряды охраны, обеспечивали финансирование и материалы, позволяя отрешиться от хаоса конца света и сосредоточиться на проектах. В сфере разработки препаратов и лечения больных они действительно добились выдающихся успехов и гремели на весь мир. Он и подумать не мог, какая отвратительная правда скрывалась в самых тайных недрах этого места.

Однако на первых порах в той лаборатории ему удалось вылечить множество пациентов и накопить колоссальный массив данных. Опираясь на прежний опыт, он мог создавать препараты из нынешних мутировавших растений, но требовалось больше историй болезней.

Впрочем, время ещё не пришло: обладание сокровищем без сил его защитить навлекает беду. Сейчас ему нужна была сила, способная гарантировать безопасность. Лучше пока готовить лекарства, доказавшие свою эффективность в прошлой жизни, а новые разработки отложить.

Он достал и осмотрел оставленное Гуань Юаньфэном ядро способности стихии дерева ранга повелителя. Качество было великолепным: чистые изумрудные лучи мягко мерцали внутри, напоминая прозрачный высокосортный зелёный флюорит.

Его продвижение на четвёртом ранге шло слишком медленно, требовалось куда больше упорных тренировок. К тому же стоило выкроить время и подтянуть стихию воды.

Гуань Юаньфэн поднимал ранг с такой поразительной скоростью именно потому, что постоянно участвовал в боях. В схватках на грани жизни и смерти, в мгновения внезапных озарений при столкновении с врагом и применении навыков ранг рос стремительно.

Вот почему стихия дерева развивалась так туго: на начальном этапе в бою от неё было мало толка, ранг рос за счёт подпитки растений, а для этого требовалась огромная, неустанная подпитка изо дня в день.

Упёршись в тупик, Чжоу Юнь решил попутно развивать стихию воды, чтобы сделать исток своего двойного кристаллического ядра стихий воды и дерева мощнее.

Ему требовались ядра стихий воды и дерева более высокого качества. В водохранилище удалось добыть немало из мутировавших рыб, и почти все Гуань Юаньфэн отдал ему для поглощения.

А ещё более ценные водяные кристаллические ядра можно было добыть только из морских мутировавших рыб. Но морские мутировавшие рыбы относились к свирепым тварям ранга повелителя, достать их было непросто. Кристаллическое ядро, добытое из поверженного ими в больнице повелителя зомби, относилось к стихии металла, и Чжоу Юнь отдал его Гуань Юаньфэну — ядра ранга повелителя попадались редко.

Размышляя об этом, он сел, скрестив ноги, и погрузился в сосредоточенную медитацию. Прогнав ци по малому кругу, он положил кристаллическое ядро на ладонь и начал поглощать силу древесного кристаллического ядра. Чистейшая, густая энергия стихии дерева ранга повелителя тонким ручейком потекла в его ладонь. Он закрыл глаза и снова пустил поток силы по телу. Внизу живота разлилось мягкое тепло, по всем костям и жилам разлилась неописуемая услада, тело наполнилось бурлящей мощью. Уровень двойного кристаллического ядра в даньтяне, долго стоявший на месте, наконец-то немного подрос.

После четвёртого ранга прогресс давался тяжело. Впрочем, если двигаться шаг за шагом, Чжоу Юнь в любом случае достигнет пятого ранга раньше, чем в прошлой жизни. Тогда он не слишком стремился к повышению рангов, предпочитая отдавать все силы исследованию мутировавших трав.

Но теперь он потерял нечто бесконечно драгоценное. Ему было жизненно необходимо стать могущественным, чтобы вернуть себе то, чем он дорожил больше всего на свете.

http://bllate.org/book/14690/1312350