Готовый перевод Don’t Study for Ph.D, You’ll be Off the Market / Степень доктора - статус холостяка: Глава 59: Сколько бы ночь ни длилась, всё равно настанет день

Глава 59: Сколько бы ночь ни длилась, всё равно настанет день

«No matter how long the night is, the day will come» – Название из «Макбета», акт 4, сцена 3. Буквальный перевод названия «黑夜无论怎样悠长，白昼总会到来»

Физическая активность действительно творила чудеса, и оба проспали до самого рассвета. Вэнь Ди напевал мелодию, проснувшись, поздоровался с Цзян Юем с восклицанием, сел за обеденный стол и взял ломтик тоста.

– Не хочешь обмакнуть в джем? – спросил Бянь Чэн.

– Не надо.

– Давай, обмакни.

Вэнь Ди посмотрел на хлеб в своей руке, потом на Бянь Чэна:

– И так нормально.

Бянь Чэн достал из шкафа вчерашний клубничный джем.

Вэнь Ди не мог понять его настойчивость:

– Ладно тогда, совсем чуть-чуть.

Как будто Бянь Чэн ждал этого тайного сигнала, он сильно крутанул банку, и крышка отлетела.

Вэнь Ди какое-то время смотрел на банку, похвалил его «круто», а затем ложкой намазал джем на тост.

Бянь Чэн смотрел, как его партнер ест хлеб, и глубоко вздохнул про себя.

Вчера он сначала использовал полотенце, салфетки и перчатки, чтобы увеличить трение, но не помогло, затем он использовал фен и полил банку горячей водой, надеясь открыть крышку за счет теплового расширения, снова безрезультатно, потом постучал ложкой и обухом ножа по краю крышки, пытаясь выровнять внутреннее и внешнее давление, но все равно ничего, испробовав три физических принципа и сделав два звонка с жалобами производителям, он всунул под крышку открывалку для консервов, плоскогубцы и маленький нож.

Наконец-то! Крышка! Была! вскрыта!

Он уставился на банку с джемом, чувствуя удовлетворение от того, что отомстил за прежнее унижение.

Вэнь Ди, ничего об этом не знавший, просто сосредоточенно завтракал.

После короткого периода перебоев их совместная жизнь вошла в длительную стадию стабильности, и Вэнь Ди начал постепенно перевозить свою одежду и предметы первой необходимости.

Неделю спустя, в четыре часа дня, закончив с диссертацией и размяв мышцы, он решил вернуться и перевезти последние несколько книг, а затем попрощаться с жизнью в 302-й квартире окончательно.

Он шагнул в знакомую гостиную и увидел Юй Цзинъи, не работающую и не читающую, а сидящую за столом в ступоре. Она держала в руках листок бумаги, её взгляд был смутно сосредоточен на нём. Вэнь Ди сел рядом с ней и взглянул на три слова на бумаге - «Медицинская карта».

Он внезапно почувствовал нервное напряжение:

– Что случилось?

Юй Цзинъи была похожа на человека, только что проснувшегося от глубокого сна, её реакция всё ещё была немного замедленной. Через мгновение она медленно положила бланк и сказала:

– Возможно, я не смогу устроиться в МИД.

– Почему?

– Я не прошла медосмотр, у меня ненормальная функция печени, повышен уровень аланинаминотрансферазы, – сказала Юй Цзинъи. – Я не прошла ни первичную проверку, ни повторную.

Вэнь Ди посмотрел на свою соседку по комнате. В последнее время её цвет лица был немного желтоватым, но он никогда не придавал этому значения.

– Ты была у специалиста? – голос Вэнь Ди был мягким, словно он боялся потревожить ещё не проснувшегося человека. – Что сказал врач?

– Гепатит, слишком поздние ночи, нерегулярное питание и режим, плюс вирусная инфекция, – сказала Юй Цзинъи. – Врач сказал мне просто хорошо отдохнуть.

Вэнь Ди знал, что за последние два года она отчаянно копила деньги, надеясь выкупить обратно дом, который её родители продали ради неё. Она навязчиво ходила на курсы IELTS, готовилась к экзаменам и время от времени использовала аккаунт Вэнь Ди для просмотра лингвистической литературы. Она всегда была на взводе, пытаясь выжать из себя последние силы. Ему следовало предупредить её раньше, что если она продолжит в том же духе, рано или поздно её тело не выдержит.

Но он не ожидал, что крах будет таким сокрушительным.

Глядя на её выражение лица, Вэнь Ди почувствовал, будто во сне ступил в пустоту, его горло словно перехватило, и он не мог вымолвить ни слова утешения.

– Ничего страшного. Врач сказал, что это несерьезно. Я поправлюсь после приема лекарств, – Юй Цзинъи указала на пластиковый пакет на другом стуле. Вэнь Ди увидел, что он заполнен множеством коробок с лекарствами.

– Тогда приляг немного и отдохни на кровати, – сказал Вэнь Ди. – Что ты хочешь на ужин? Может, приготовлю тебе кашу?

– Не беспокойся, я не так уж плохо себя чувствую, – Юй Цзинъи взяла телефон. – Я просто позвоню Ю Цзюнь, мы же договорились встретиться сегодня.

– Тебе сначала нужно позаботиться о здоровье. Разве тебе не стоит сделать перерыв в занятиях IELTS на пару дней?

Юй Цзинъи пробормотала «угу», оперлась рукой о стол и медленно пошла в сторону своей комнаты. На полпути она вдруг вспомнила, что не взяла лекарства, развернулась и схватила пластиковый пакет. Вэнь Ди смотрел на её спину, его сердце сжималось от боли, словно в спазме.

Когда дверь спальни закрылась, Вэнь Ди вернулся в свою комнату, достал телефон и написал Ю Цзюнь, чтобы узнать, не смогут ли они найти пару дней, чтобы отвезти Юй Цзинъи в какое-нибудь живописное место для отдыха и восстановления.

Они набросали несколько планов. Вэнь Ди взглянул на время - уже давно прошло время ужина. Он вышел в гостиную и спросил Юй Цзинъи, что она хочет поесть, но ответа не последовало. Он снова постучал в дверь, но изнутри не было ни звука. Он осторожно открыл дверь и увидел аккуратно застеленную кровать, без малейших признаков того, что кто-то на ней лежал. Окно было открыто, занавески колыхались на ночном ветру, изредка касаясь края кровати. На столе лежал знакомый больничный пластиковый пакет, шелестя на ветру.

Никого не было.

Он снова посмотрел на погруженную во тьму гостиную, в нём поднялось чувство беспокойства. Он достал телефон и отправил Юй Цзинъи сообщение в WeChat, сказав, что планирует поесть в «Жичанге» и спросил, не хочет ли она, чтобы он принес ей куриные крылышки. Прошло много времени без ответа. Он спросил Ю Цзюнь, не ушла ли Юй Цзинъи к ней, и Ю Цзюнь ответила, что нет. Затем он позвонил Юй Цзинъи, но её телефон был выключен.

В животе у него словно застряло что-то холодное и твердое. Вэнь Ди положил телефон, сел в гостиной и стал думать, куда могла пойти Юй Цзинъи.

С тех пор как она приехала в Пекин, она всегда ходила туда-сюда между работой и домом, редко посещая другие места. Хотя у неё было несколько одноклассников в Пекине, кроме Ю Цзюнь, она ни с кем не была близка. Учитывая её характер, она не стала бы просто так навещать кого-то без предупреждения.

Это было серьёзно. Пекин такой большой, найти человека - всё равно что иголку в стоге сена.

Вэнь Ди покрылся холодным потом. Он подумал и отправил сообщение Ю Цзюнь, спросив, есть ли у неё идеи, куда могла отправиться Юй Цзинъи.

Ю Цзюнь сказала, что приедет немедленно, чтобы помочь в поисках.

Вэнь Ди схватил ключи и спустился вниз. У ворот жилого комплекса он полчаса ходил взад-вперед. У обочины остановилось такси, и из него вышла Ю Цзюнь, подбежав к нему.

Они обсудили ситуацию и решили сначала отправиться в университет. Это было ближе всего и место, с которым Юй Цзинъи была знакома лучше всего.

– Давай так, – сказала Ю Цзюнь. – Ты идешь на западную сторону Сюэтанлу, а я на восточную. Отправим сообщение, если что-то найдём.

Вэнь Ди кивнул в согласии. Ю Цзюнь отсканировала стоящий у дороги велосипед общего пользования и провела своей картой выпускника, чтобы войти в университет.

На западной стороне был лучший пейзаж. Вторые университетские ворота, аудитория, газон и лотосовый пруд - всё это были популярные места среди туристов и всегда были многолюдны. Но сейчас уже было за девять вечера, и вокруг бродили лишь несколько студентов.

Ю Цзюнь прошла мимо вывески «Воды и деревья Цинхуа»¹ и увидела худую фигуру у искусственной скалы. Она облегченно выдохнула.

¹«Шуйму Цинхуа» (水木清华) относится к известной достопримечательности в Университете Цинхуа в Пекине, часто переводится как «Waters and Trees of Tsinghua» и является названием живописной зоны на территории кампуса.

Она отправила Вэнь Ди сообщение в WeChat, сообщив, что все в порядке, затем подошла к Юй Цзинъи и села на другой камень у скалы.

– Я подумала, ты можешь быть здесь, – сказала Ю Цзюнь. – Помнишь? Ты нашла меня здесь на третьем курсе.

В тот год график Ю Цзюнь рухнул под двойным давлением учебы и общественной работы. Она страдала от хронической бессонницы, и принимаемый ею мелатонин полностью перестал действовать. Её руководитель на практике был бесполезным человеком, который мог получать чувство удовлетворения, только принижая стажеров, придираясь к её отчетам и отпуская саркастические замечания. Как раз когда она была на грани срыва, она обнаружила, что её парень изменял ей с первокурсницей. Все трое были на одном факультете, и новость быстро разнеслась по всему факультету иностранных языков.

В ту ночь, после того как она внезапно пропала, Юй Цзинъи нашла её здесь.

Юй Цзинъи уставилась на пруд, полный листьев лотоса, на мгновение замолчала и спросила:

– О чём ты тогда думала?

– Так же, как и ты, – сказала Ю Цзюнь. – Я думала, что я самый несчастный человек в мире, чувствовала, что у неба нет глаз. Я думала о том, чтобы проснуться и снова увидеть того босса, думала о том, что весь факультет знает, что мне изменили, и мне просто было так утомительно, так страшно и так не хотелось встречать завтрашний день.

Но она не прыгнула. Они просидели у лотосового пруда всю ночь, вместе наблюдая восход солнца.

– Помнишь, что ты сказала тогда? – Вечерний ветер поздней весны дул, тени в лотосовом пруду смещались, и Ю Цзюнь затянула пальто. – Счастливая жизнь или нет, нельзя судить до самой смерти. Если бы ты прыгнула, твоя жизнь навеки оказалась бы в ловушке неудачи.

Юй Цзинъи уставилась на пруд, погруженная в раздумья. Ю Цзюнь тихо сидела рядом с ней, наблюдая, как луна медленно опускается, пока не коснется верхушек деревьев.

Спустя долгое время Юй Цзинъи спросила:

– Мне так не везёт потому, что я всегда стремлюсь к тому, что мне не принадлежит?

Ю Цзюнь почувствовала, как в ее груди упало что-то тяжелое.

– Почему ты так думаешь?

– Я настаивала на поступлении в Кембридж, настаивала на работе в МИД, – сказала Юй Цзинъи. – Вещи, о которых мне не следовало мечтать.

Ю Цзюнь долго смотрела на неё. После пяти лет разлуки она чувствовала глубокую обиду на так называемую судьбу.

– Этот мир действительно сошёл с ума, если заставляет такого человека, как ты, думать о подобных вещах, – сказала она. – Ты заслуживаешь всего - лучших возможностей, лучших платформ. Они всегда должны были принадлежать тебе.

Юй Цзинъи ничего не сказала. Ресурсы должны были распределяться на основе способностей, но в итоге она не получила ничего.

Она вспомнила, что говорил Вэнь Ди во время Нового года: «Я надеюсь, что главные герои в романах все потерпят неудачу».

Это имело смысл, потому что, в конце концов, они не были главными героями и не имели удачи главного героя. Такому человеку, как она, чтобы преуспеть, всё должно было идти гладко. Вступительные экзамены в университет должны были пройти хорошо, выбор специальности должен был быть правильным, поиск работы гладким, выбранная отрасль на подъеме, у начальника должен был быть глаз на таланты, и её здоровье должно было быть в порядке... её семья должна была быть в безопасности. Если хотя бы одно звено давало сбой, всё рушилось.

Она допустила две ошибки.

Ю Цзюнь посмотрела на неё, и мысль, долго вертевшаяся в её голове, становилась всё яснее и яснее. Она взяла Юй Цзинъи за руку.

– Вернись и поступай в аспирантуру.

Лунный свет замер.

Спустя долгое время Юй Цзинъи заговорила:

– Ты что, шутишь?

– Нет, – сказала Ю Цзюнь. – Я знаю, ты всегда хотела заниматься академической деятельностью. Ты самый подходящий для этого человек из всех, кого я видела. У тебя есть способности, талант, ты серьезная, трудолюбивая, и ты так любишь лингвистику. Почему бы не вернуться и не поступить в аспирантуру?

– Я уже отказалась от этого.

– Разве нельзя снова взяться за то, от чего отказалась? – сказала Ю Цзюнь. – Твоя научная руководительница так тебя ценит, она тоже считает, что жаль, что ты бросила. Поговори с ней, возможно, в этом году Кембридж предложит тебе стипендию. Даже если нет, ты все равно можешь подать заявку на другие программы с финансированием. Почему бы не попробовать?

– Это... – сказала Юй Цзинъи. – Невозможно. Я изучаю лингвистику, не компьютерные науки. Даже если я стану известной, стану профессором в Кембридже, сколько я смогу зарабатывать? Стоит ли мне терять ещё несколько лет?

– Ты делаешь то, что любишь, ты достигаешь своей мечты, и это самое важное.

Юй Цзинъи слабо улыбнулась.

– Если бы у меня были деньги, я могла бы так думать, но простым людям какие мечты нам преследовать?

– Кто это сказал? – возразила Ю Цзюнь. – Мечты - такие эфемерные вещи, они и предназначены для того, чтобы их преследовали простые люди. У богатых людей нет мечтаний, для них это называется достижением целей.

Юй Цзинъи посмотрела на нее.

– Иди за этим, – сказала Ю Цзюнь. – По крайней мере, один из нас должен делать то, что любит.

Юй Цзинъи долго молчала и покачала головой.

– А что, если я не получу стипендию в этом году? – сказала она. – Я скопила немного денег, но они для покупки дома для моей мамы.

– Я одолжу тебе.

Юй Цзинъи была полностью ошеломлена. Выражение лица Ю Цзюнь было серьёзным, как на брифинге перед IPO. Она говорила серьёзно.

– А как же ты? – спросила Юй Цзинъи. – Разве ты не копишь деньги, чтобы снимать фильмы после сорока?

Ю Цзюнь рассмеялась.

– Я уже снимаю фильм, – сказала она. – Я жду, когда девушка из бедного уезда станет профессором в Кембридже.

Юй Цзинъи посмотрела на неё, и вдруг её охватило непреодолимое желание обнять её и бесконтрольно рыдать. Хотя ночь вокруг них всё ещё тянулась бесконечно, она почувствовала, что её тело согрелось. Это тепло разорвало тьму и зажгло луч света в ночи.

В этот момент по каменной тропинке у лотосового пруда шёл человек. Девушки подняли глаза и увидели Вэнь Ди с телефоном в руке.

Он протянул телефон Юй Цзинъи.

– Мама звонила.

Юй Цзинъи взяла телефон, помедлила, а затем поднесла его к уху.

– Мама.

На другом конце короткое время царило молчание, прежде чем её мать сказала одну фразу:

– Иди.

Юй Цзинъи замерла, и слёзы вдруг хлынули, свободно потекая, словно прорвавшая плотину вода.

– Я знаю, ты копишь деньги, чтобы купить дом обратно. Правда, этот дом был предназначен для твоего образования. Почему ты все время думаешь об этом? Ты собираешься пренебрегать своим здоровьем? – сказала её мать. – Я прекрасно жила у бабушки последние два года. Если ты не купишь мне дом, мне что, жить на улице?

– Но...

– Этот дом, купишь ты его обратно или нет, я всю жизнь проживу в этом уезде, – сказала она. – А ты должна отправиться в более дальнее место.

Юй Цзинъи позвала маму, и слёзы потекли по её лицу. Возможно, это слово обладало магической силой, одного его звука было достаточно, чтобы излечить все раны.

Вэнь Ди смотрел, как его соседка по комнате плачет на плече у подруги, и внезапно у него возникло предчувствие.

Возможно, на этот раз стипендия появится.

Возможно, сценарий не был предопределен.

Возможно, во вселенной существует некая исправляющая сила, и те разрозненные люди и вещи, после осадка времени и бесчисленных окольных путей, в конце концов вернутся туда, где им суждено быть.

Комментарии переводчиков:

блин а че за эмоциональные качели такие….? автор вообще не пощадила

– bilydugas

автор погоди куда ты мчишь я не успеваю эмоции менять емае

– jooyanny

http://bllate.org/book/14636/1328808