Готовый перевод Don’t Study for Ph.D, You’ll be Off the Market / Степень доктора - статус холостяка: Глава 4: Видно, ум твой побежден безумьем.

«However, but a folly bought with wit, Or else a wit by folly vanquished» – «Видно, ум твой побежден безумьем, иль ты на глупость выменял его», цитата из пьесы Уильяма Шекспира «Два веронца» (акт 1, сцена 1).

С волнением от предстоящей встречи с кумиром, Вэнь Ди перерыл весь свой гардероб. К сожалению, даже самый искусный повар не сможет приготовить обед без продуктов. Как он ни старался комбинировать, из этих старых вещей невозможно было собрать ничего нового.

Он стоял перед зеркалом, разглядывая, свою простую белую рубашку поверх которой он надел пиджак, и, в очередной раз убедившись в отсутствии у себя чувства эстетики, он вздохнул и покачал головой:

– Придётся полагаться на своё личико.

Помучившись над грудой одежды, он услышал звук открывающейся и закрывающейся входной двери – вероятно это вернулась Юй Цзинъи. Ее индивидуальные занятия часто заканчивались поздно, иногда она задерживалась вплоть до десяти вечера.

Услышав звук шагов из гостиной, Вэнь Ди выскочил из комнаты, быстренько схватил яблочный сок из холодильника и протянул соседке:

– Держи, ты, наверное, устала.

Юй Цзинъи открутила крышку, сделала большой глоток и с облегчением выдохнула. Она уставилась на соседа, который в такой поздний час так тщательно уложил волосы, и сказала:

– Зачем ты надел пиджак в такой час?

Вэнь Ди кратко объяснил ситуацию с флешкой, делая акцент на своем восторге от перехода из статуса незнакомца в знакомого, а потом потянул ткань пиджака:

– Ну, что думаешь?

Юй Цзинъи внимательно посмотрела на него, затем кивнула:

– Нормально, очень по-молодежному.

– А как насчёт того светло-голубого пуловера?

Юй Цзинъи выглядела озадаченной:

– У тебя есть светло-голубая кофта?

Вэнь Ди вздохнул:

– Ты хоть раз вообще на меня нормально смотрела?

Юй Цзинъи на мгновение замолчала. Кто в здравом уме будет запоминать, что носит его сосед по комнате? Она бросила взгляд на свою простенькую толстовку и чёрный рюкзак и объективно сказала:

– Со вкусом у меня тоже неважно. Тебе стоит найти более компетентного советчика. – Помолчав, она почувствовала, что нужно подбодрить старого друга и развеять его тревоги, и добавила – И чего ты так нервничаешь? Ты же самый симпатичный парень на нашем гуманитарном факультете.

Вэнь Ди это нисколько не утешило:

– Эта выборка слишком неубедительна. Сколько всего парней на гуманитарном? – Затем он завёл старую обиду – Когда факультет снимал тот промо-ролик, ты не выбрала меня.

– Разве это произошло не потому, что Ю Цзунь тогда встречалась с тем придурком? Они тогда использовали бюджет факультета для своих любовных игр, зачем тебе было в это ввязываться?

Вэнь Ди вспомнил тот промо-ролик, который он сам же отправил в корзину. Режиссёром и главной звездой была сама Ю Цзунь, её парень был главным героем, всё дышало юношеским задором и энтузиазмом. После монтажа факультет даже разместил его на официальном сайте и крутил в главном корпусе. Она, наверное, не ожидала, что год спустя они будут рвать друг друга на части, желая сжечь все следы своей любви.

Видео оказалось долговечнее реальной любви. Пять лет спустя, когда новые лица сменили старые, а родившиеся после 2000-х стали основной силой в промо-роликах, Вэнь Ди наконец исполнил это желание для своей старшей подруги.

Погрузившись в воспоминания, Вэнь Ди снова осмотрел себя и покачал головой:

– Нет, я всё же думаю, что тот был лучше.

Юй Цзинъи наблюдала, как Вэнь Ди то выходил, то заходил в свою комнату, каждый раз меняя наряд и снова спрашивая её: «А как этот образ по сравнению с прошлым?»

Вся гостиная стала похожа на примерочную из старой романтической драмы. Она смотрела на Вэнь Ди с сложным выражением лица, думая, что его мозги, должно быть, совсем поехали от соседских упражнений со скрипкой. Повторив «да почти одинаково, все смотрятся хорошо» в десятый раз, она села на диван и открыла ноутбук.

Вэнь Ди как раз собирался спросить её, не делают ли брюки его ноги короче, когда заметил, что его советчик уже давно отвлёкся, немного рассердившись он сказал:

– Что ты делаешь?

– Хочу посмотреть, что это за бог такой, из-за которого ты так нервничаешь, – сказала Юй Цзинъи. Хотя Вэнь Ди часто болтал о «профессоре с математического факультета», она всегда была пассивным наблюдателем, считая это просто мимолетной влюбленностью, которая бесследно пройдет. Она не ожидала, что однажды они действительно встретятся. Самое время разузнать об этом человеке, чтобы старый друг снова не вляпался по уши.

– Я открыла официальный сайт матфака, который из них он…

Её слова резко оборвались, и Вэнь Ди посмотрел на неё, видя, как она замерла и глубоко вздохнула.

– Это его фото на удостоверении? – Юй Цзинъи уставилась на экран. – Как он выглядит в реальной жизни?

– Не хочешь посетить со мной лекцию по комплексной геометрии?

Юй Цзинъи проигнорировала его и продолжила смотреть на экран с недоверчивым видом:

– Как в Университете Ц может быть такой красавчик? За четыре года учёбы я не видела ни одного.

Вэнь Ди сказал:

– А?

Юй Цзинъи добавила серьёзно:

– Кроме тебя.

Вэнь Ди прищурился и уставился на нее, но она продолжила листать стайт, делясь мыслями:

– В романах каждый топовый университет заполнен парнями, красивыми как Пань Юэ1 или Сун Юй2. Я пошла в библиотеку Университета Ц в надежде увидеть каких-нибудь красавчиков в белых рубашках, читающих у окна. Но все, что я видела, это парни в шлёпанцах и старых футболках, с немытыми волосами. Это было так разочаровывающе. Парней так много, как же я не смогла найти даже тени красавчика? – Она покачала головой. –Видно, в те годы мне не хватало удачи, чтобы встретить хотя бы одного.

1Пань Юэ (247–300 гг. н.э.), известный поэт эпохи Западная Цзинь, славился не только своим литературным талантом, но и необычайной физической красотой. Его внешность так восхищала, что он стал символом мужской красоты в китайской культуре.

2Сун Юй был поэтом из царства Чу в период Сражающихся царств (ок. 340–ок. 290 до н.э.). Как и Пань Юэ, он также славился своей поразительной красотой. Имя Сун Юя также ассоциировалось с мужской красотой в китайской литературе и фольклоре.

Вэнь Ди сел на диван напротив неё:

– Он не заканчивал бакалавриат в Университете Ц.

Юй Цзинъи прокрутила вниз и увидела его трудовую биографию:

– А, он из соседнего университета. Ну, их математический факультет намного лучше нашего.

Вэнь Ди уже хотел сказать «тьфу», но осознал, что это правда – фундаментальные дисциплины в соседнем университете действительно были сильнее.

– Это действительно пугает, – сказала Юй Цзинъи, продолжая прокручивать страницу сайта. – Поступил в колледж в 13, докторская степень в 20, доцент кафедры в 26, научный руководитель аспирантов в 28. Он достиг за несколько лет того, на что у других уходит целая жизнь.

– Математика сама по себе склонна порождать молодых профессоров, – сказал Вэнь Ди. – Он получил докторскую степень в Принстоне. Я проверял, там есть и ещё моложе. Чарльз Фефферман и Джон Маклейн стали профессорами до того, как им исполнилось 24.

– Он действительно не человек. – Юй Цзинъи вздохнула.

Их окружали выпускники престижных университетов. На этой стадии многие студенты получали докторские степени в Гарварде, Йеле, Кембридже и Оксфорде, но стать доцентом на кафедре было всё ещё чрезвычайно редким достижением.

Есть разные уровни академических достижений – есть просто умные, а есть гении. Вэнь Ди был среди умных, но, поступив в Университет Ц, он быстро скатился с позиций провинциального отличника до бедного студента, самоуничижительно называющего себя «отбросом» всего за один семестр. Теперь его не только критиковал научный руководитель за отсутствие таланта, но и его академические достижения затмевались студентами младших курсов.

Он тоже хотел бы почувствовать, каково это – жить с зеленым светом на всем пути.

– Кстати, – Юй Цзинъи сменила тему, – расскажешь потом, как прошла встреча с ним. Я беспокоюсь о твоей способности здраво судить о мужчинах.

– Что? – Чувствуя, что его вкус ставят под сомнение, Вэнь Ди ткнул на экран и спросил с недоверием, – Мой вкус в выборе людей недостаточно высок?

Юй Цзинъи закрыла пугающую веб-страницу с резюме и серьезно сказала:

– Ты всегда влюбляешься в идеальных людей – красивых, умных, с хорошим семейным положением, преуспевающих во всём, кроме одного – они оказываются последними мудаками.

Вэнь Ди инстинктивно хотел возразить, но, вспомнив свой плачевный прошлый опыт, почувствовал, что она права.

– В этот раз все будет иначе, – попытался он убедить себя, – у меня есть предчувствие, что на этот раз всё будет по-другому.

Юй Цзинъи посмотрела на него так, словно хотела сказать: «Кажется, романтика – не самое подходящее дело для умных людей.» Затем она взяла свой ноутбук и удалилась в свою комнату.

– Не могу поверить, что потратила драгоценное время на учёбу, обсуждая с тобой мужчин.

Юй Цзинъи, как и многие молодые люди, живущие в эпоху медленного экономического роста и сложной ситуации на рынке труда, надеялась получить стабильную работу, поэтому она готовилась к экзамену для службы в Министерстве иностранных дел, параллельно работая. Днём, когда у неё не было занятий, она училась, а ночью, после работы, читала допоздна.

Вэнь Ди крикнул:

– Не хочешь перекусить? – но из комнаты не последовало ответа, видимо, она уже вошла в режим учебы. С исчезновением его советника ему пришлось самостоятельно решать свою дилемму с одеждой.

Вэнь Ди оглядел вещи на диване, спинках стульев и крючках на двери. В конце концов, он выбрал тот же наряд, что и в самом начале.

******

На следующий день Вэнь Ди встал рано и, еще раз проверив, что флешка работает, за пятнадцать минут до назначенного времени пришел к Третьему корпусу.

Он нервно расхаживал у входа, и когда прозвенел звонок, студенты хлынули наружу, словно прилив. Он сдерживал своё нетерпение, намеренно опустил голову и прислонился к двери, пытаясь выглядеть спокойным и собранным.

Когда толпа поредела, а его сердцебиение достигло почти двухсот ударов в минуту, знакомый голос окликнул его:

– Студент.

Вэнь Ди поднял взгляд, и человек, о котором он думал, появился перед его глазами.

В тот миг, когда тот увидел его, он явно опешил — парень перед ним был в простой светло-голубой оксфордской рубашке, джинсах и слегка поношенных белых кроссовках. Его черты были сдержанными, но утонченно изысканными. На фоне свежих цветов молодое лицо было чистым, как заснеженная гора под ясным небом.

– Здравствуйте, профессор, – он неосознанно выпрямился, – я Вэнь Ди.

Бянь Чэн стоял против света, его тень безмолвно окутывала Вэнь Ди.

Вэнь Ди мысленно отсчитал несколько секунд и начал задаваться вопросом: может, его китайский был плох, и профессор не понял его представления?

К счастью, Бянь Чэн наконец заговорил, повторив его имя:

– Вэнь Ди.

– Ди, как "флейта3", – сказал Вэнь Ди. – А, точно… – Он немного порылся в кармане, затем вытащил флешку и протянул её.

3笛子/笛: Флейта. Ди в имени Вэнь Ди — это 笛.

Бянь Чэн взял флешку без каких-либо лишних эмоций на лице, как будто перед ним стояла математическая формула.

– Спасибо, – сказал он, затем, держа флешку, засунул руки в карманы, словно собирался развернуться и уйти.

Сердце Вэнь Ди внезапно сжалось. Он так сильно мечтал об этой возможности, а не успел и трех слов сказать?

Кто знает, когда у него снова появится шанс встретиться с ним один на один?

– Постойте. – Он внезапно заговорил.

Бянь Чэн остановился и вновь бросил на него свой взгляд.

– Вы же сами говорили, что на ней важные файлы? Я ее вернул, а вы даже не поблагодарите как следует?

Тон был смесью формальности и дерзости. Возможно, потому что Бянь Чэн был довольно молод, Вэнь Ди чувствовал, что разговаривает со сверстником, а не с профессором.

Бянь Чэн, казалось, не был против такого расклада.

– Что вы предлагаете?

Собравшись с духом и ухватившись за возможность, Вэнь Ди мысленно подбодрил себя, что такой шанс больше не представится.

– Как насчёт того, чтобы вы угостили меня обедом?

Молчание Бянь Чэна было многозначительным.

Вэнь Ди быстро добавил:

– Не обязательно в ресторан, можно в столовой. Разве на третьем этаже «Цинфэня» не отдельный зал для преподавателей? Говорят, там кормят неплохо.

Даже Старина Лю ни разу не удостоился сводить его в такое место с хорошим качеством еды и доступными ценами. Вэнь Ди мысленно еще раз наступил на ногу своему научруку.

Бянь Чэн ответил не сразу, почти как зависший ИИ. У этого парня был высокий IQ, почему же он так медленно отвечает? На занятиях он был вполне красноречив.

Вэнь Ди начал потеть.

– Если это неудобно…

– Хорошо.

Вэнь Ди поднял бровь. Согласился вот так? Так легко?

– У меня сегодня есть планы, – Бянь Чэн взглянул на часы, – Вы свободны послезавтра в полдень?

Вэнь Ди быстро закивал:

– Да, да, да.

Бянь Чэн кивнул и сказал:

– Увидимся послезавтра в двенадцать, – после чего повернулся и ушел.

Очень прямо и ясно.

Поворот событий превзошёл ожидания Вэнь Ди. Он все еще стоял в ступоре на протяжении некоторого времени после того, как силуэт Бянь Чэна скрылся вдали. Лишь внезапный осенний ветер, ударивший его по лицу, вернул его к реальности. Запоздалое возбуждение захлестнуло его, и кровь в его теле запрыгала от радости. Он не смог сдержаться и, напевая мелодию, спрыгнул со ступенек и направился в библиотеку.

Назначенная на послезавтра встреча – хоть он сам её и выпросил – ощущалась как морковка, висящая перед ослом. С этой перспективой рутина его академической жизни внезапно обрела немного надежды.

Когда Бянь Чэн дошёл до здания математического факультета, ему позвонил друг. Бянь Чэн покачал головой. Он думал о том, что даже несмотря на то, что его друг был почти тридцатилетним, его любовь к сплетням не уменьшилась. Это было действительно раздражающе.

В ту же секунду, как он ответил на звонок, другая сторона уже начала забрасывать его вопросами:

[Вы встретились? Как всё прошло? Он тот самый человек?]

Бянь Чэн сказал, открывая дверь кабинета:

– Да.

[Боже мой,] – второй собеседник вздохнул, – [Что это за судьба такая...]

Бянь Чэн закрыл дверь.

– Однако, кажется, он меня не помнит.

[Что?] – другой воскликнул от удивления, – [Как это возможно? Как он мог забыть?]

Бянь Чэн подошёл к окну у своего стола и посмотрел на старое здание неподалёку. Он увидел, как Вэнь Ди припарковал свой велосипед у входа, затем побежал внутрь с рюкзаком.

– Не знаю, – сказал Бянь Чэн. – Но если он притворяется, то его актёрское мастерство действительно впечатляет.

Примечание автора:

Доктор Вэнь, которого я преследую:

1. Без автокатастроф

2. Без падений с лестницы (или откуда бы то ни было ещё).

3. Без лет ресета (нет)4.

4Отсылка к сеттингу/миростроительству одной из книг автора, «Reset Year».

Покупать мольбами лишь презренье,

Мильоном вздохов - только строгий взгляд!

Тяжелыми, бессонными ночами -

Мгновенье счастья! В длительной игре

Выигрывать лишь горесть неудачи,

Проигрывать ценой горчайших мук!

Нет, видно, ум твой побежден безумьем,

Иль ты на глупость выменял его.

— «Два веронца», Уильям Шекспир, перевод В. Левика (стихи) и М. Морозова (проза).

Дополнительно:

Буквальный перевод заголовка (恋爱汩没了人的聪明) был бы «Любовь топит мудрость человека».

http://bllate.org/book/14636/1299077