Готовый перевод After the young master pretended to be nice, he became popular / Прикинулся паинькой и стал звездой: Глава 35. Смена стратегии

Глава 35. Смена стратегии

Услышав мольбу, собеседник презрительно усмехнулся.

— Господин Ма, внесём ясность: сегодня мы с вами сотрудничали впервые.

Музыкальный критик невольно сглотнул.

Верно. С этим человеком он работал впервые.

Зато с бесчисленным множеством других — уже успел.

Когда-то он и сам мечтал стать профессиональным музыкальным критиком: искать настоящие сокровища, находить среди множества новых песен произведения и исполнителей, заслуживающих внимания.

Но постепенно к нему пришла известность, и однажды кто-то предложил деньги за то, чтобы он с позиции профессионала очернил молодого певца, только что выпустившего свою первую песню.

Тогда, выполняя заказ впервые, он чувствовал себя неуютно. У исполнителя действительно было немало недостатков, однако и достоинства выделялись очень ярко.

Но ведь новичок не обязан быть небывалым гением. Недостатки для него естественны. Даже прославленные исполнители, которых называют королями сцены, не могут быть совершенно безупречными.

Он ухватился за слабые стороны и обрушил на них безжалостную критику. Молодой певец удалил свою песню, объявил об уходе из индустрии, а критик получил первое в жизни огромное вознаграждение.

— Господин Ма, деньги за нашу работу уже переведены на ваш счёт. Благодарим за сотрудничество.

С этими словами собеседник сразу повесил трубку.

Критик снова попытался позвонить, но телефон оказался выключен.

Он бессильно рухнул на пол, и в тот же миг его собственный телефон зазвонил.

Полный надежды, он ответил.

— Здравствуйте. Господин Ма Би, верно? Вас беспокоят из суда…

Молодые певцы, которых он прежде оклеветал, подали против него совместный иск. Он бросился открывать свой аккаунт, чтобы снова оправдаться, но обнаружил, что страница заблокирована. Даже войти в неё теперь было невозможно.

Тогда на телефон пришло сообщение.

[Господин Ма, чтобы вы не наговорили лишнего, мы приняли некоторые необходимые меры~]

Не прошло и минуты после появления сообщения, как оно исчезло. Когда он спохватился и попытался сделать снимок экрана, было уже поздно.

К-как всё могло так обернуться?

Он расправлялся с людьми с помощью слов, а теперь сам лишился даже возможности что-нибудь сказать в свою защиту?

Глаза Ма Би налились кровью. Словно потеряв рассудок, он стал биться головой о стол.

Впрочем, что с ним станется дальше, уже никого не интересовало. Увидев список истцов, пользователи сети перестали обращать внимание на музыкального критика, который раз за разом несправедливо унижал других.

Все переключились на иные события.

Например, на сегодняшний вечерний специальный выпуск шоу «Вперёд, стажёр!»!

Ведь не один Е Цзин сумел сегодня продемонстрировать способности, покорившие зрителей. Многие другие стажёры тоже обзавелись поклонниками.

А вечерний сюрприз заключался в экскурсии по общежитию участников!

Поклонники ждали этого события с особым нетерпением.

Забыв о дневных интернет-баталиях, все сосредоточились на предстоящей передаче.

И лишь один человек, глядя, как общественное мнение снова меняется в пользу Е Цзина, а число его подписчиков стремительно растёт, так сжимал телефон, что, будь у него достаточно сил, непременно раздавил бы его.

Ань Кэсин сидел у кровати, стиснув зубы.

Он написал своему менеджеру:

[Нас не раскрыли?]

[Не волнуйся, я нанял очень хорошего хакера. Он стёр все следы наших контактов с критиком.]

[А банковские переводы?]

[С ними тоже разобрались. До нас расследование не доберётся.]

Прочитав ответ, Ань Кэсин облегчённо выдохнул, но тут же снова почувствовал злость.

Таланта у него больше, чем у Е Цзина. Так почему? Почему Е Цзину настолько везёт?

Сам Ань Кэсин действительно считал, что популярность выступления Е Цзина была прежде всего заслугой других: аранжировщика, хореографа, даже того, кто придумал концепцию.

[Занимайся шоу. Впереди ещё много времени, и совсем не факт, что ты ему уступишь. Ты способнее и гораздо приятнее по характеру.]

[Знаю. Не забудь удалить переписку.]

Отправив сообщение, Ань Кэсин отложил телефон.

Он закрыл глаза и надолго погрузился в размышления, пока наконец не придумал новый план.

Открыв глаза, он вновь улыбнулся своей милой, безупречно чистой улыбкой, поправил одежду и вышел из комнаты.

После ухода Ло Чанфэна в общежитие Е Цзина вернулись и остальные соседи. Сегодня телефоны ещё оставались при участниках, поэтому о сетевом скандале знали практически все.

Едва вернувшись, ребята принялись утешать Е Цзина.

— Е Цзин, ты очень силён! Даже такой выдающийся музыкант, как Бай Ли, назвал тебя талантливым. Не позволяй им себя запугать!

— Точно! Заладили «профессионализм», «техника»… Да мы же стажёры! Разве не естественно, что пока не всё умеем?

— Один знаменитый король поп-музыки всю жизнь не мог брать высокие ноты. И что, помешало ему это стать королём сцены?!

Двое соседей наперебой поддерживали его, а третий стоял рядом, опустив голову, точно замкнувшийся в себе ребёнок.

Лишь когда к нему обратились:

— Инь Чэньхуа, ну скажи и ты хоть что-нибудь!

— он поднял голову и открыл очень светлое, почти болезненное лицо.

— Ты молодец.

Большинству стажёров было около двадцати лет, некоторым — всего шестнадцать или семнадцать. Возраст, когда жизненная энергия бьёт ключом.

Но Инь Чэньхуа выглядел до странности подавленным и совершенно не излучал юношеской бодрости.

Е Цзин посмотрел на него со сложным чувством.

Именно этого гениального товарища по группе убили в прошлой жизни.

У Инь Чэньхуа был безусловный музыкальный дар, словно он умел петь с самого рождения.

Ему достаточно было получить ноты, чтобы почти без репетиций исполнить произведение безупречно.

Благодаря печальному, болезненному облику поклонники бесконечно жалели и любили его, прозвав Меланхоличным принцем.

В прошлой жизни Е Цзин ладил с ним не особенно хорошо. У самого Е Цзина был вспыльчивый нрав: он всё делал стремительно и терпеть не мог людей, которые говорили медленно и по полдня выдавливали из себя одно слово. Тем более что и выдавленное слово у Инь Чэньхуа могло прозвучать так, будто он над кем-то насмехается.

Но теперь… Услышав холодное «ты молодец», Е Цзин ничуть не обиделся и вместо этого горячо ответил:

— Ты тоже молодец! Инь Чэньхуа, ты поёшь просто невероятно!

Инь Чэньхуа не находился в их комнате, но среди всех участников он уступал по оценке лишь Е Цзину.

Число его подписчиков в Weibo заметно выросло, и его имя довольно долго держалось в популярных темах.

Его голос словно поцеловал ангел: он был рождён для пения, рождён для того, чтобы стать певцом.

Если Е Цзин решил остаться ради самого удовольствия выступать, то Инь Чэньхуа был словно создан для того, чтобы взять микрофон и подарить всему миру свой дивный голос.

Разве такого человека можно не ревновать? В прошлой жизни Ань Кэсин чуть не сошёл с ума от зависти!

— Спасибо, — отозвался Инь Чэньхуа. Лишь после похвалы Е Цзина в его глазах мелькнуло что-то новое.

Двое других соседей беспомощно переглянулись и пожали плечами.

В этот момент им сообщили, что общежитие скоро придут осматривать представители наставников вместе с операторами.

— А-а-а-а! Наставники! — Один из соседей мгновенно запаниковал, пригладил волосы, подбежал к кровати и принялся всё раскладывать.

— Среди наших наставников есть певица Фу Юйюй. Он её обожает, — объяснили остальные.

Постоянных наставников на шоу было не тридцать.

Сегодняшнее роскошное жюри собрали ради громкого старта программы, а в повседневной работе лагеря участвовало лишь десять наставников.

— Я обязан предстать перед моей богиней в лучшем виде!

Он принялся убираться с поразительной скоростью.

И именно тогда на пороге появился Ань Кэсин с коробкой фруктов в руках.

— Можно к вам?

На его лице сияла застенчивая, мягкая улыбка, от которой словно становилось теплее.

— Конечно! Ань Кэсин? Ты так хорошо спел! И сам написал музыку и слова, да? Вот это талант! — Второй сосед, Лэй Ван, услышав голос, повернулся к дверям и приветливо улыбнулся.

После завершения съёмок все участники уже успели пересмотреть самые яркие выступления дня, попавшие в популярные темы.

В дальнейшем остальные стажёры одновременно будут для них и товарищами по общей жизни, и соперниками.

Увидев Ань Кэсина, Е Цзин машинально потянул стоявшего рядом Инь Чэньхуа на шаг назад.

Тот поднял голову, не понимая причины, но сопротивляться не стал.

Когда Е Цзин хвалил его, похвала была совершенно искренней. Инь Чэньхуа это почувствовал, и ему стало приятно.

— Ты тоже замечательный, Лэй Ван! Как здорово ты читаешь рэп! — Ань Кэсин поставил принесённую коробку фруктов на общий стол. — Я сам вырастил эту клубнику дома. Только вчера вечером собрал ягоды по одной. Принёс вам попробовать.

— Ух ты! — воскликнул Лэй Ван и тут же подбежал к столу. — Ты ещё и выращивать умеешь?

Не стесняясь, он взял ягоду, положил в рот и с готовностью похвалил:

— Вкусно! Очень вкусно!

Ань Кэсин перевёл взгляд на молчавших Е Цзина, которому от природы была свойственна холодная резкость, и Инь Чэньхуа, словно отгородившегося от всего мира своей угрюмостью.

— Е Цзин, Инь Чэньхуа, мне так понравились ваши выступления! Вы гораздо талантливее меня!

Он изменил первоначальную стратегию. Раз уж Е Цзин собирает столько внимания, почему бы не воспользоваться его популярностью?

Пусть сначала все поклонники Е Цзина поверят ему, а потом он шаг за шагом переманит их к себе.

Этот великолепный план Ань Кэсин придумал совсем недавно. Он доверял собственному актёрскому мастерству и врождённому обаянию своего лица.

Все эти годы перед ними не мог устоять никто: даже самые холодные люди, даже такой упрямец, как Мо Шаохань, в конце концов поддавались его натиску.

Неужели с одним-единственным Е Цзином он не справится?

Инь Чэньхуа, похоже, почувствовал исходившую от гостя недоброжелательность. Он растерянно посмотрел на Е Цзина.

Е Цзин внимательно изучал выражение лица Ань Кэсина. Тот держался настолько естественно, что чуть было не обманул даже его.

— Угу. Спасибо, — холодно ответил Е Цзин. С таким лицом он действительно умел напугать собеседника.

Ань Кэсин услышал этот равнодушный ответ и разозлился. Он сделал пару шагов вперёд, но стоявший рядом с Е Цзином Инь Чэньхуа неожиданно отступил.

— Наверное, он очень чувствителен к запахам, — пояснил Е Цзин, еле сдерживая подрагивание губ.

Истинная сущность Ань Кэсина пока не раскрылась, и Е Цзин не собирался начинать открытый конфликт.

Однако объяснение его поступка заставило Ань Кэсина яростно сжать кулаки.

Что это значит?! Что значит — «чувствителен к запахам»? Он что, хочет сказать, будто от него плохо пахнет?!

Но гнев продлился не больше секунды. Ань Кэсин тут же снова принялся играть свою роль: в глазах появилась обида, голос стал робким.

— Т-ты хочешь сказать…

http://bllate.org/book/14573/1291175