Готовый перевод Family’s Common Husband / Общий муж семьи (сборник полиамур) [❤️] [Завершено✅]: Глава 16 Ссора и примирение.

Перед началом учебы Мяо Цзинжун отвез Цюй Фаня в частную клинику их семьи для анализа крови, где проверил его на признаки беременности. Цюй Фань удивился полученным результатам медицинского обследования, недоверчиво переспрашивая красавца рядом с ним:

– Все ли было правильно выполнено? Как такое может так быстро произойти… подумать только, я беременный…

Эти сомнения и вопросы разозлили Мяо Цзинжуна, он не выдержал и вспыхнул. Когда он вновь заговорил холодным жестким тоном, у него было жуткое выражение лица:

– На днях я проверял твой пульс, что указывало на то, что я прав, ты беременен. Чтобы убедиться в своей правоте, я привел тебя сюда. Зачем мне лгать тебе, какая в этом выгода? Когда это я редко оставался ради тебя, мы так часто спали вместе?

Когда Цюй Фань услышал сказанное, его сердце дрогнуло, а уголки глаз покраснели, он стиснул зубы и ответил:

– Да, ты не знаешь, почему все это время я оставался у тебя на ночь? Откуда берется эта смелость, чтобы быть с тобой? Ты и Мяо Цзинчунь можете вдвоем жениться на мисс Чэнь, так почему же вы усложняете жизнь мне и А'Вэню?

Мяо Цзинжуна никогда в жизни не обвиняли в таком, он хотел повторить то, что сказал ранее, но когда увидел красные глаза Фаньфаня, сдержал свой гнев, затем отошел к окну и встал, пытаясь справиться со своими эмоциями.

Цюй Фань задыхался после сказанного собой, он уже осознал, что сказал лишнее. Причина его несдержанности заключалась в том, что ему было трудно смириться с тем фактом, что он забеременел.

Атмосфера между двумя мужчинами стала холодной и резкой, и напряжение между ними все еще не ослабло, когда прибыл другой брат Мяо. Как только Цюй Фань увидел Мяо Цзинвэня, слезы из его глаз потекли градом. Мяо Цзинвэнь почувствовал непрекращающуюся сердечную боль, увидев его обиженное лицо, он поспешно обнял их общую жену. К тому времени, как он вошел, Мяо Цзинжун уже справился со своим гневом, но как только тот увидел эту сцену перед собой, его гнев с новой силой попытался вырваться.

В конце концов, беременность была серьезным испытанием, к мысли о котором Цюй Фань все еще не успел привыкнуть, не говоря уже о том, чтобы медленно принять факт таким, какой он есть. Иногда он поглаживал свой живот, поражаясь чудесному присутствию в нем ребенка, иногда не мог поверить во все происходящее с ним.

Неизвестно, был ли этот ребенок от Мяо Цзинжуна или от Мяо Цзинвэня, отцовство Мяо Цзинчуня можно было исключить, потому что с ним он сближался на заднем дворе только во время второй ночи в брачной комнате.

Настроение и аппетит Цюй Фаня в течение первых трех месяцев беременности были не очень стабильными. Его рвало всем, что он съедал. За эти несколько месяцев он сильно похудел, и Мяо Цзинвэнь специально взял отпуск, чтобы ухаживать за Фаньфанем, пока его здоровье не улучшится.

Резиденция Мяо была огромной, Цюй Фань почти никуда не выходил, он ужинал в вынужденном одиночестве, поэтому тоска по двум своим другим мужьям, которых он так давно не видел, все сильнее давила на его сердце.

Хотя Цюй Фань не испытывал глубоких чувств к Мяо Цзинчуню, но нельзя было сказать, что к Мяо Цзинжуну он испытывал такие же отрицательные чувства, как при первых их встречах. В конце концов, первые два месяца, которые он провел в семье Мяо, почти всегда были с Мяо Цзинжуном, а также с людьми, с которыми он больше не имел сейчас дела. Он испытывал противоречивые чувства, вспоминая их каждый день.

Мяо Цзинвэнь словно прочитал его мысли и заметил, что Цюй Фань стал сильно отличаться от своего прежнего живого «я», которому нравилось шутить и улыбаться. Он догадывался, что это, вероятно, из-за его конфликта со старшим братом. Поэтому перед тем, как уйти на работу, он попросил Цюй Фаня:

– Фаньфань, можешь ли ты проявить инициативу, чтобы примириться с моим старшим братом? На самом деле, он тоже расстроен после вашей небольшой ссоры. Я слышал от А'Юаня, что сейчас он стал более вспыльчивым, чем обычно. Так что на самом деле, я думаю, он не сильно злится на тебя, а больше тоскует.

Цюй Фань опустил голову, думая о своих обидах, которые он все еще таил в сердце, и о том, что он сказал ранее, как он «поставил ногу» (1) на Мяо Цзинжуна, который не сказал ничего плохого. Поэтому после того, как Мяо Цзинвэнь ушел, он решил по собственной инициативе отправиться к старшему мужу.

Пробыв в резиденции Мяо Цзинвэня долгое время без особых движений, он уже запыхался и почувствовал усталость от слишком долгой ходьбы. Ему казалось, что коридор кажется странно бесконечным. Так он продолжал идти, пока не добрался до офиса Мяо Цзинжуна. Приблизившись, он услышал внутри кабинета звуки делового разговора.

Цюй Фань остановился, не решаясь войти, размышляя, стоит ли изменить время своего визита. Дверь внезапно распахнулась, и он увидел выходящего ему навстречу А'Юаня со стопкой папок в руках. Лицо того просияло от приятного удивления:

– Фаньфань.

Свое приветствие он произнес очень громким голосом, и люди, услышавшие его в кабинете, казалось, внезапно все разом замолчали, прислушиваясь.

Цюй Фань неловко улыбнулся. А'Юань наконец догадался, что говорил слишком громко, он успокоил свое радостное волнение, подойдя поближе к Фаньфаню, и спросил:

– Вы ищете старшего молодого господина?

– Он, наверное, занят… Я навещу его попозже... – когда Цюй Фань собирался уже уходить, он услышал голос Мяо Цзинжуна, раздавшийся из кабинета: «Входи».

Цюй Фань замер в нерешительности, увидев, что все, кто до этого присутствовали на совещании, вышли, улыбаясь и приветствуя его, в то время как он смог только робко улыбнуться им в ответ, так как чувствовал себя неловко. После того, как все наконец вышли, Цюй Фань выглянул из-за раздвижной двери в рабочий кабинет старшего мужа, поколебавшись, прежде чем медленно зайти.

Мяо Цзинжун не поднимая головы, просматривал какие-то документы. Увидев его, Цюй Фань почувствовал, что этот человек был слишком красив с его точки зрения, как будто он сошел с картины, написанной тушью (2), чья редкая белоснежная кожа, казалось, светилась при попадании света на нее.

Он простоял еще некоторое время, прежде чем Мяо Цзинжун закрыл папку и посмотрел на него без всяких эмоций в глазах, его губы были твердо сжаты.

Цюй Фань разволновался и прежде чем прошептать, сглотнул:

– Я… Я тебе помешал?

Мяо Цзинжун нахмурил брови и лишь промурлыкал в нос «эн».

Цюй Фань не мог смириться с таким безразличием, не мог больше это выносить, опустив голову, он сказал:

– Тогда я пойду сейчас...

Он уже собирался развернуться и уйти, когда услышал голос Мяо Цзинжуна:

– Ты уже потревожил меня, разве ты не хотел мне что-то сказать, прежде чем уйдешь?

Цюй Фань прикусил губу и проговорил слабым голосом:

– На самом деле, это ничего... серьезного, – он просто хотел помириться с ним.

Мяо Цзинжуна снова разозлило такое его поведение, и только что вызванная радость от прихода жены медленно угасла. Тогда он встал, чтобы закрыть дверь, прежде чем подойти к Цюй Фаню поближе.

У двух мужчин была очень большая разница в росте. Мяо Цзинжун был одет в чаншань, его длинные волосы струились вдоль спины, весь его облик напоминал героя в какой-нибудь древней исторической драме. Ранее непривыкшему к такой одежде Цюй Фаню сейчас она показалась очень привлекательной.

Мяо Цзинжун мельком взглянул на него, и только сжатые руки за спиной выдавали его беспокойство, его глаза были прикованы к животу Цюй Фаня, пока еще плоскому, без каких-либо видимых признаков ребенка внутри него.

Думая о ребенке, его сердце внезапно смягчилось. Когда он заметил маленькую ямочку на заостренном подбородке Цюй Фаня, его тон тоже смягчился:

– Ты плохо питаешься в последнее время? Ты так сильно похудел, что твое лицо лишилось своего жира.

Цюй Фань про себя начал ликовать, он не ожидал, что этот человек на самом деле будет так глубоко заботиться о нем, это тронуло его сердце. Уголки его глаз слегка покраснели, и он обиженно сказал тихим голосом:

– Я не мог есть раньше, но за последние два дня мне стало лучше.

– Естественно испытывать утреннюю тошноту во время беременности, это довольно распространенное явление. Тебе следует постараться есть почаще, балуя себя тем, чего очень хочется, я уже отослал А'Вэня заботиться о тебе, но ты при этом так сильно похудел.

– Он хорошо за мной ухаживает... – Цюй Фань заставил себя поднять голову, чтобы посмотреть на человека, стоящего перед ним. И когда их глаза встретились, он увидел в них беспокойство. Это заставило его глаза покраснеть еще больше, и, поскольку он не мог этого больше выносить, он протянул руки и обнял мужчину за талию, он говорил как обиженный ребенок –Просто короткая ссора, и ты так долго избегал меня, это слишком.

Мяо Цзинжун тоже обнял его в ответ и впервые извинился:

– Мне очень жаль, – он тоже скучал по этому человеку и каждый раз, когда он проходил мимо двери комнаты младшего брата, ему хотелось войти, но услышанные за дверью голоса, всякий раз останавливали его, он колебался и уходил.

Когда Мяо Цзинжун легко похлопал его по спине, успокаивая, он услышал еще более громкие рыдания в своих объятиях, и его сердце стало мягким:

– Прости, Фаньфань, я был таким упрямым в то время, теперь, даже если семейный закон будет нарушен, это не будет иметь значения. Даже когда это был всего лишь один из нас, кого ты любишь, мы настаивали. Ты был прав в этом, обвиняя меня. Но только я не наносил инь гу (3) на твое тело, потому что его не существует в этом мире, я тогда солгал тебе. Я все исправлю и аннулирую наш брак, тогда ты сможешь наконец жить счастливо вместе с А'Вэнем.

Во время этой длинной речи Цюй Фань становился все более и более запутанным, и ему потребовалось несколько минут, прежде чем он понял смысл сказанного. Он оттолкнул от себя Мяо Цзинжуна и в шоке уставился на него:

– Ты не хочешь... быть больше моим мужем?

Внезапно Мяо Цзинжун обнаружил, что его решение уже не казалось ему таким правильным, как раньше. На самом деле в глубине сердца он хотел совсем не этого, ненавидя себя за принимаемое им решение всем своим сердцем, он страдал от ноющей сердечной боли:

– Разве это не то, чего хотели вы с А'Вэнем?

– Ты снова собираешься жениться на мисс Чэнь?

Мяо Цзинжун почувствовал себя немного растерянным:

– Она уже замужем за кем-то другим и, вероятно, больше не посетит резиденцию Мяо.

– Тогда ты собираешься жениться на кому-то еще? Мяо Цзинжун, как ты можешь это делать? Когда ты уже столько раз переспал со мной? У меня даже есть ребенок в животе, может быть, он твой, ты же знаешь... – Цюй Фань совершенно не ожидал, что то, чего он больше всего желал ранее, действительно станет возможным, но ему уже этого совершенно не хотелось.

Мяо Цзинжун был озадачен:

– Разве ты не хотел, чтобы я сделал это? Вот почему мы поссорились тогда, и если это действительно мой ребенок, то мне жаль. Хотя, кажется, ты не желаешь иметь его от меня, я все еще надеюсь, что ты его родишь.

Этот снова и снова извиняющийся перед ним человек, заставил Цюй Фаня слегка усомниться в том, что на самом деле перед ним стоит кто-то другой с внешностью Мяо Цзинжуна, не являясь таковым на самом деле. Цюй Фань пристально рассматривал его лицо, но не нашел никаких признаков маскировки. Тогда он продолжил, даже с учетом того, как ему было трудно это произносить:

– Так ты... на самом деле совсем не любил меня, вот почему ты отталкиваешь меня.

Брови Мяо Цзинжуна нахмурились еще больше, когда он ответил:

– Разве ты сам хоть капельку меня любил? Разве это не является настоящей причиной, чтобы сбежать отсюда?

Двое мужчин ошеломленно уставились друг на друга, пока Цюй Фань, наконец, не улыбнулся спустя мгновение. Он снова обнял мужчину за талию и тихо рассмеялся:

– Мы действительно пара дураков. Мяо Цзинжун, извини, я сказал тогда те слова, потому что я была зол и пребывал в сильном шоке от новости, что забеременел. Вот почему я сказал столько лишнего. А потом ты не хотел со мной разговаривать, поэтому я специально не показывался тебе на глаза.

Мяо Цзинжун секунду смотрел на него неверящим взглядом, прежде чем медленно понять, сказанное только что ему, у него все еще кружилась голова, когда он спросил:

– Правда?

– М-м-м, я действительно люблю тебя, хотя все еще не так сильно, как А'Вэня, но я уверен, что со временем все измениться в лучшую сторону.

Мяо Цзинжун тупо уставился на него, затем на его губах появилась слабая улыбка, и он потер переносицу:

– Я действительно такой дурак.

—

Сноски:

1 Поставить на это ногу (作了手)) – в смысле сказать что-то, что заставляет кого-то смутиться, расстроиться или обидеться, особенно когда говорящий не ожидал такой реакции

2 Рисование тушью – первоначально возникло во времена династии Тан в Китае, но процветало в период Сун, в основном это водорастворимые краски, в качестве основы в которых используются только грунтовые чернила.

3 Инь гу (淫蠱) – обратите внимание, что в этом тексте инь означает непристойность / распутство, поэтому, когда оно было объединено с гу, подразумевается, что MJR тот, кто предположительно ответственен за эструс (похоть) QF.

—

Примечание переводчика:

Мои слезысссссссссс. Мне действительно нравится тоска между ними, потому что она казалась мне такой реальной. Например, в таких полиамурных отношениях, где среди партнеров может быть фаворит, как бы определенный человек справился с этим, особенно с отношением тада цунцуна (пояснение – необщительный мизантроп)?

Мой мальчик MJR – такой булочка с корицей и скрытый тролль. Я рад, что автор действительно углубил их отношения благодаря этой ссоре. Они оба такие милые, и на самом деле они самый невинный корабль среди них.

Наслаждайтесь

http://bllate.org/book/14556/1289578