Готовый перевод Plaything / Игрушка Герцога [❤️]: Глава 40

- Ммммммммм…

Я собирался сказать что-то вроде: «Подожди минуту, это немного сложно», но из моего рта вырвался лишь сдавленный звук. Никаких слов не последовало, потому что мою рубашку уже затолкали мне в рот.

Может, это было к лучшему? Эрцгерцог вряд ли бы послушался, если бы я попытался его отговорить. Напротив, он был из тех, кто не терпел сопротивления.

В любом случае, именно поэтому мне пришлось наблюдать, как Эрцгерцог наносит снадобье на мою грудь. Избежать этого всё равно было невозможно.

- Тебе нравится? – спросил герцог, потирая мои соски.

Он играл с ними, пощипывая их пальцами и целовал, пока они не затвердели.

Черт возьми… Если кому-то эти и нравится, так это тебе, а не мне.

Эти слова были готовы вырваться из моего рта, но я вовремя сделался. О, как же хорошо, я зажал рубаху зубами. Иначе пришлось бы прикусить язык, чтобы не выдать всё, что наболело.

Соски и ареолы горели, зудели, чесались и сводили с ума, будто сотни муравьев кусали их. Все мое тело дрожало, и я едва мог стоять. Мои бедра и икры, которые всё это время были в напряжении, свело судорогой, и я больше не мог стоять. В какой-то момент я оперся на бедра Эрцгерцога и сел на них.

Мой член уже давно стоял и пульсировал. Было странно, что он встал, хотя ничего особенного не происходило. Впрочем, было бы удивительно, если бы он не встал при такой-то стимуляции.

Мой лицо пылало, казалось, под кожей вот-вот вспыхнет пламя, дыхание сбивалось. Моя спина мелко дрожала от сладостного удовольствия. Голова была запрокинута назад, талия выгнута, и, обхватив мою талию одной рукой, Эрцгерцог снова коснулся губами середины груди, в солнечное сплетение.

«Гх… … фу… … .»

Это было в тот момент, когда я дрожал от огромной волны удовольствия.

Эрцгерцог вытащил край рубашки из моего рта. Затем поднял и снял ее. Рубашка бесформенной грудой упала на пол.

Задыхаясь от нахлынувшей свободы, я ощутил железную хватку Эрцгерцога на своем затылке — он резко притянул меня к себе.

Наши губы слились естественно, будто так и должно было быть. Языки переплелись в неистовом танце, слюна заполняла рот. Он с наслаждением втягивал в себя мой язык и губы, то лаская, то кусая нижнюю до боли.

А тем временем его пальцы безжалостно терли и щипали мои соски, и из моего заблокированного его поцелуем рта вырвался сдавленный стон. Тело горело, голова кружилась от нехватки воздуха, но он не отпускал. Я почти терял сознание — не то от удушья, то ли от переполняющего наслаждения. Что со мной происходило? Эта неукротимая страсть, этот безумный восторг — они сводили меня с ума.

Каждый раз, когда пальцы Эрцгерцога сжимали мою грудь, щипали соски до боли, всё моё тело извивалось в сладостной муке, дрожа от переполняющих ощущений. Вдруг грудь вспыхнула жаром - нет, горело уже всё тело, а в пояснице пульсировала странная, навязчивая боль.

Он продолжал изводить меня, чередуя жестокие ласки с поцелуями, будто наслаждаясь каждым моим стоном. "Ему так нравится целовать такого простолюдина, как я?" - мелькнуло у меня в голове. Слюна стекала по подбородку, я не знал, сколько раз мы то соединялись, то расходились для глотка воздуха.

Кусая мою нижнюю губу, он горячо выдохнул у самого моего лица и прошептал:

- Опустись на колени.

Эрцгерцог оттолкнул меня и встал, широко расставив ноги. Мои дрожащие колени сами подкосились, и я опустился перед ним. Его намерения были очевидны - он развязал шнурки своих брюк, освобождая вздымающуюся плоть. Я ощущал его возбуждение, когда сидел у него на коленях.

Он стянул нижнее бельё, освобождая член. Тот, выпрыгнув наружу, он казался пугающе огромным, я снова поразился его размеру. Даже просто глядя на эту пульсирующую громадину с набухшими венами, я понимал — мне будет больно.

Но, к своему удивлению, я не испытывал такого отвращения, как раньше. Хотя и удовольствия тоже. Может, дело в ситуации? Или я просто слишком возбуждён? Он пах… влажным, мускусным запахом кожи.

Обхватив губами толстую головку и проведя по ней языком, я резко заглотил член до самого основания. Рука Эрцгерцога легла на мою голову, пальцы вплелись в волосы. Почему-то это напомнило мне, как днём он гладил своего коня. Но вскоре все мысли растворились — только его плоть, заполняющая моё горло.

- Ух... Кх...

Честно говоря, я уже плохо соображал. Грудь покалывала, тело пылало, а спина непроизвольно выгибалась.

Дышать было невозможно, пока я работал ртом, но сохранять рассудок — тем более. Я просто лизал и сосал всё, что оказывалось во рту. Когда Эрцгерцог направлял мою голову, я покорно заглатывал. Как только его лобок коснулся моего лица, я сжал горло, как меня учили. В ответ над моей головой раздался его удовлетворённый стон.

Эрцгерцог всегда проявлял упрямство в таких делах. Этот ублюдок постоянно мучил меня, пытаясь изменить мое настроение. Но сегодня всё было иначе - он заставил меня остановиться прежде, чем успел кончить.

- Поднимайся.

Его голос, отдающий короткие приказы, звучал непривычно торопливо. Вместо того чтобы позволить мне самому подняться, он резко схватил за руку и потянул.

Едва я встал на дрожащие ноги, как он толкнул меня на стол. Вазы с круглой столешницы грохнулись на пол и разбилась вдребезги, но ему было наплевать.

Внезапно я ощутил жар Эрцгерцога, подступившего сзади. Нет, чёрт… Неужели он собирается войти в меня сразу, без подготовки?

Моя боль и опухоль после прошлого раза уже были невыносимыми, но теперь всё стало ещё хуже - моё возбуждение достигло предела.

Секунду... Подождите... Очнувшись, я в отчаянии резко повернул голову назад, пытаясь хоть как-то его остановить.

- Сожми ноги, - приказал Эрцгерцог и надавил на мою спину ладонью

Повинуясь, я тут же сжал бедра.

«Эээ?..!»

Я вздрогнул, ощутив твёрдую тяжесть, внезапно возникшую между моих ног. Его пальцы начали настойчиво тереть мою промежность, а затем я почувствовал - между бёдер упёрся возбуждённый член Эрцгерцога.

- Ха-ха, Иллик...

Он втиснул себя в меня, будто дырка была между моих ног, и начал ритмично двигать бёдрами.

Что за чертовщина сейчас происходит? Я не мог поспевать за его действиями какое-то время.

«С…!»

Губы Герцога обожгли мою кожу. Он методично исследовал мою спину - то нежно целуя, то болезненно кусая меня.

«Ах…!»

Острые зубы впивались в кожу, вызывая колющую боль, которая пульсировала волнами. Я не мог понять, что причиняло больше страдания — эти укусы или грубые ласки его руки, сжимавшей мою грудь. Боль странным образом переплеталась с удовольствием, заставляя меня содрогаться. Жар разливался по низу живота, пробуждая внутри мучительный, зудящий жар.

- Иллик… Иллик, ха… …

Горячее дыхание Эрцгерцога обжигало спину. Каждое прикосновение его языка оставляло за собой зудящий след, будто раскалённое клеймо проникало под кожу. Его ласки сосков смешивали боль с наслаждением, превращая всё вокруг в огненный, безумный водоворот.

Ощущения напоминали те моменты, когда он проникал в меня - те же яростные толчки, то же трение тел. Но теперь внутри была пустота, непривычная и раздражающая. Каждое движение его члена между моих сжатых бёдер вызывало странное жжение. Моё тело, уже распалённое и чувствительное, продолжало предательски дрожать.

Даже его жестокие ласки - укусы на спине, игра с сосками, ставшими не менее чувствительными, чем гениталии - не могли заполнить эту мучительную нехватку. Казалось, сам Эрцгерцог ощущал то же неудовлетворение.

- Хочу вставить… — прошептал Эрцгерцог, продолжая двигаться межу моих бёдер. От его прерывистого дыхания на моей шее, по коже побежали мурашки. А внутри... внутри оставалась мучительная пустота.

- Хочу заполнить тебя изнутри.

Он прошептал это, и его твёрдый, скользкий от возбуждения, член прижался к моей заднице. Я чувствовал каждое движение — сильное, настойчивое трение, наконец его воспалённая головка коснулась входа. Лёгкое скольжение по анусу ударило током, будто электрический разряд пробежал от копчика до затылка.

- М-мх… … .

- Хочу войти в тебя.

Кончик головки надавил на анальное отверстие, раздвигая чувствительные складки. Даже этого легкого прикосновения хватило, чтобы всё моё тело содрогнулось от странного, почти болезненного возбуждения. Чёрт возьми, лучше бы он уже вошёл…! Эти дразнящее проникновение лишь у входа — будто он в любой миг может войти, но не делает этого — были настоящей пыткой.

Щекочущее, дразнящее прикосновение... Нежно, но недостаточно. Мое тело уже позналo куда более глубокое удовольствие. Что-то вроде всепоглощающей полноты проникновения, когда жар трения внутренних стенок заполняет все естество блаженством. И тот безумный миг, когда он находит определённую точку и бьёт прямо в неё...

- Эй, Иллик. Иллик…

Неужели его низкий голос стал теплее — или это лишь игра воображения? Каждый раз, когда его хриплое дыхание касалось моего уха, под кожей разливался невыносимый зуд — такой, что хотелось разорвать барабанные перепонки. Лицо пылало, веки пульсировали от жара. Казалось, ещё мгновение — и кожа лопнет от этого накала.

Эрцгерцог водил возбуждёнными гениталиями вокруг моего ануса, его прерывистый шёпот смешивался с тяжёлым дыханием.

- Может, оседлаешь меня, а? Я слышал, ты отменный наездник.

- Нет… Это не …не надо… - Я беспомощно застонал, опустив голову.

Этого, конечно, было недостаточно. Боль в определённых местах говорила мне, что проникновение в моём текущем состоянии – не лучшая идея. Даже с маслом, после сегодняшней верховой езды, проникновение Эрцгерцога обречёт меня на долгие муки. И всё же... где-то в глубине я знал: за болью последует удовольствие, которое превосходит всё…

При одной только мысли об этом низ живота судорожно сжался. Мои и без того воспалённые от ласк гениталии болезненно пульсировали, а анус предательски подрагивал, будто умоляя заполнить его.

Не надо. Разум кричал об опасности, но тело помнило — помнило безумное блаженство, когда Эрцгерцог входил в меня и заполнял изнутри!...

- Фух…!

Эрцгерцог резко перевернул меня, заставив опереться спиной о стол. Мои ноги раздвинулись перед ним - в этот момент я уже был готов принять его.

- Ох...!

Но вместо ожидаемого проникновения его губы накрыли мои. Наш поцелуй был яростным - сплетённые языки, прерывистое дыхание, полная потеря ориентации. Казалось, он высасывал из меня последний воздух.

В то же время наши гениталии терлись друг о друга. Его бёдра ритмично двигались, создавая иллюзию проникновения, когда возбуждённая плоть терлась о плоть. Но трения было недостаточно, и его горячие пальцы сжали оба наших члена.

«Чёрт…!»

Герцог, не отпуская наши члены, наклонился и прикусил мой сосок. В тот момент, когда он схватил ареолу и впился в неё губами, я застонал: «А-а-ах…!»

- Господин … Подождите…!

В неконтролируемом порыве я выкрикнул это и вцепился в его плечо. В отличие от моей полной наготы, он оставался частично одетым - лишь слегка приспущенные брюки и рубашка, которую я сминал своими пальцами.

Какая же это была дьявольская пытка! Никогда прежде простые ласки не доводили меня до такого исступления. Всего лишь его губы на моих сосках - а я уже терял сознание от наслаждения. Внутри всё сжалось, затем взорвалось миллиардом искр - ослепительные вспышки кроваво-красного и холодно-синего в белоснежном вихре.

«… … !!»

Когда зубы Эрцгерцога впились в мой сосок, между наших прижатых друг к другу тел хлынула прозрачная жидкость. В тот же миг и он достиг кульминации - раньше, чем обычно. Горячие капли его семени растеклись по моей коже.

- Ах ах ах…

Моё тело сотрясали спазмы, будто бьющие разряды электричества. Казалось, я умру от бесконечного наслаждения, пронзающего всё мой тело. Даже когда уже нечего было извергать, внутренние мышцы продолжали болезненно сокращаться.

- Блять..., - выдохнул Эрцгерцог, изливаясь на меня, пока я ещё бился в последних судорогах удовольствия.

На его высоком лбу легла едва заметная складка. Его лицо сейчас отличалось от того, что я обычно видел после его кульминации. Он кончил, но, кажется, этого было недостаточно… — вот каким было его выражение.

Я смутно понимал, что он чувствовал.

Этого хватило для кульминации – технически достаточно, как ограничиться лишь игрой с сосками. Но этого было мало.

Хоть мы оба и кончили... а во мне оставалась тягостная пустота. Нельзя было игнорировать это странное чувство нехватки. Даже когда волны удовольствия ещё пробегали по телу, текущее состояние – было как лёгкое покалывание в груди – разительно отличалось от прежних всепоглощающих ощущений.

Нет… Ладно, секс с Герцогом всегда болезненным, а сейчас, тем более, не имело смысла снова продолжать. Да я и никогда не хотел этого. Но всё же это странное чувство незавершённости… было для меня в новинку.

Он шептал, что хочет войти в меня – так почему же остановился на этом странном полу-сексе? Хотя нет… Я, конечно, не виню его за то, что не довёл до конца…

Но как описать этот дискомфорт? Возможно, Герцог чувствовал то же самое – даже после эякуляции он не отстранился, а прилип ко мне и не отпускал. На мгновение он прижал лоб к моей груди, словно размышляя, не продолжить ли.

-…Чёрт.

С тяжёлым вздохом он приподнялся. Но вместо того, чтобы отойти, лишь отстранился на минимальное расстояние - ровно настолько, чтобы увидеть моё лицо, в то время как я оставался прижатым к столу. Этот небольшой промежуток между нами лишь подчёркивал неестественную близость нашего положения.

- Войска и наёмники со всего Мироса уже собрались.

Неужели именно сейчас он решил заговорить об этом?.. Однако если Великой Герцог счёл нужным обсуждать военные приготовления в такой момент, кто я был, чтобы возражать?

- Уже?

Папское послание прибыло всего три дня назад. Слишком мало времени для мобилизации всех армий, рассредоточенных по просторам Мироса.

- Я предвидел атаку Альянса. Подготовка началась уже давно.

- Ах, да... Тогда наши наёмники должны были уже прибыть из Роина.

- Если расчёты верны, они должны были явиться к полудню.

- Когда вы выступаете в Вербани?

- С первыми лучами завтрашнего солнца.

Я замер, на мгновение потеряв ход его мыслей. Выходит, пока я прохлаждался в замке, войска стягивались и готовились к походу.

Но тогда… почему я всё ещё здесь? Сейчас явно не время валяться в покоях Эрцгерцога?

- В таком случае... Я должен вернуться к наёмникам. Чтобы подготовиться к завтрашнему выступлению.

Но не успел я договорить, Герцог резко прервал меня:

- Если бы дело обстояло так, у меня не было бы причин учить тебя верховой езде.

Я снова не стразу понял его. А когда до меня дошло, я мысленно выругался. Блять, я же не рыцарь! Неужели ты собираешься взять меня с собой на поле боя верхом? С какой стати мне вообще понадобится скакать на лошади?!

Теперь, когда пазл сложился, я был ошарашен. Вот почему всё утро я провёл в седле... Всё это вело к тому, чтобы я оказался на поле боя.

Но что, если бы я не смог научиться? Верховая езда - не тот навык, который осваивается за несколько часов, даже при хорошей физической подготовке. Неужели он действительно собирался тащить меня в телеге?

Я ничего не понимал. Голова кружилась, хотя на самом деле - нет. Тело было вялым, но сознание оставалось кристально ясным. И всё же я не мог взять в толк - зачем Эрцгерцогу понадобилось тащить с собой в поход простого наёмника?

Тем временем герцог отошёл от меня.

В отличие от моего растерзанного вида, он, не снимавший одежды, а только расстегнувший брюки, с лёгкостью привёл себя в порядок: обтерся платком, застегнул брюки, поправил ремень и мгновенно вернул себе вид безупречного аристократа. Лишь лёгкий блеск пота на лбу выдавал недавнюю интимную сцену.

Пока мы говорили, моё дыхание немного выровнялось, и я попытался подняться со стола.

Но герцог ладонью прижал мою грудь, не давая встать, и платком методично вытер следы нашей страсти с моего тела.

- Я сам…

- Не дёргайся.

Нет, чёрт возьми, я сам могу сделать это! Но и на этот раз слова застряли в горле.

Я избегал смотреть на его руки, уставившись в потолок, пока он вытирал мою грудь, живот и даже между ног. От этих лёгких прикосновений по коже пробежала дрожь. Похоже, моё лицо снова запылало.

- Изначально я собирался вызвать тебя в кабинет, - произнес Герцог, тщательно вытирая мой лишенный растительности лобок. - Но мне доложили, что ты отдыхаешь. Должно быть, дневные тренировки вымотали тебя.

В действительности я просто уснул от усталости после верховой езды, омовения и ужина. Но я не стал поправлять его ошибочное предположение, сохраняя молчание.

- Меня беспокоит, что ты слабее, чем я думал.

- …

Я не знал, что ответить. Нет — но тогда он может начать «укреплять» меня слишком жестко. Да — но признаться вслух, что даже бег даётся с трудом, не хотелось. Честно говоря, я и правда не в лучшей форме. Но главное — моральное истощение от этой беспрерывной эксплуатации…

- Я приготовил для тебя кое-что. Но теперь это кажется нецелесообразным.

- ...Что именно?

- Подарок.

Подарок? Верховая езда, которой я мучился весь день, и то была бы более приемлемым "подарком". Но по тому, как он произнёс это слово, стало ясно - ничего хорошего ждать не стоит. Я и не подозревал, что простое слово "подарок" может звучать настолько зловеще.

Лёгкая улыбка герцога заставила кровь стынуть в жилах. Да, я уже боялся утреннего стука копыт, недоумевал, зачем мне всё это... Но "подарок" из его уст... Внутри всё сжалось от предчувствия, что ничего хорошего это мне не сулит.

Отказаться бы - да кто ж мне позволит? Видимо, моя тревога была написана на лице, потому что герцог вдруг усмехнулся.

- Не стоит так переживать. Эта вещь пригодится тебе на войне.

- ...Тогда это меч? Или доспехи?

- Примерно. Твоя прекрасная грудь заслуживает защиты.

Герцог улыбнулся и провел ладонью по моей груди. Жест не был похабным, если бы не его взгляд - тот самый, от которого кровь приливает к лицу. Эти проклятые янтарные глаза, пылающие неприкрытым желанием, сводили меня с ума. Разве не из-за них мое лицо пылало?

Но больше всего смущала его внезапная перемена. То вел себя как разумный человек, то совершал поступки, лишенные всякой логики. Ведь ни один здравомыслящий человек не станет вдруг хватать другого за грудь без причины.

Было странно, что он вёл себя так… сдержанно. Я ожидал, что он принудит меня к верховой езде, раз уж зашел этот разговор. Но вместо этого - загадочные намеки на какой-то "подарок". Неужели речь о нагруднике? Хотя... доспехи от Эрцгерцога действительно могли бы пригодиться. Но когда безумец начинает вести себя как нормальный человек - это всегда подозрительно.

- Мы выдвигается утром, так что сегодня тебе нужно отдохнуть. Этой ночью ты останешься здесь.

Герцог говорил это так, будто я вообще могу отказаться. Но что было дальше — ошеломило.

- Завтра ранний подъём, так что лучше лечь пораньше.

Что... Почему ты вдруг заговорил как разумный человек? Было странно и даже пугающе слышать, как он заботится о моём сне и состоянии. Эта неожиданная доброта буквально пробрала до мурашек. Чёрт возьми, мне бы привыкнуть к его обычным безумствам — но не к такому… лицемерию.

Даже когда он закончил вытирать моё тело, его прикосновения продолжали жечь кожу. А эти янтарные глаза будто прожигали насквозь.

- Эх… Погодите… Все оружие и доспехи остались у наёмников. Мне нужно хотя бы сходить за ними.

- Не обязательно, - голос Герцога был твёрдым. Я быстро закрыл рот, услышав тон, похожий на тот, когда он говорил, что не любит повторять дважды.

- Я уже всё подготовил для тебя. Не о чем волноваться.

С этими словами Герцог бросил на пол платок, испачканный различными телесными жидкостями. Ни ему, ни мне не было до него дела.

Он схватил меня за подбородок, заставив поднять голову. Серебристые пряди волос рассыпались по моему лицу, а янтарные глаза приблизились, словно гипнотизируя.

Затем его губы снова прижались к моим.

http://bllate.org/book/14541/1288152