Готовый перевод Swapping / Обмен [❤️]: Экстра 2

– Чон Со Хон!

Яростный шёпот Ю Сон Джуна был слышен даже в другом конце комнаты.

– Убирайся!

Чон Со Хон, не ожидавший такой реакции Кима Чо Уна, вздрогнул всем телом. Председатель давно уже не ребёнок, а приказы отдаёт, как капризное дитя: вот так гонит его прочь… Адвокат ведь не похищал Со Хо, чтобы присвоить его себе, однако Ким Чо Ун ведёт себя так, словно у него отняли ребёнка. Но Чон Со Хон ведь не Аид* какой-то…

_____________

*Согласно мифу, Аид украл у Деметры, богини плодородия, дочь Персефону и заточил в своём подземном царстве, силой заставив её стать его женой. Деметра так скорбела по пропавшей дочери, что вся земля перестала плодоносить. Она искала Персефону по всему миру, а узнав о похищении, обратилась за помощью к Зевсу, который вынудил Аида вернуть Персефону. Он договорился с Аидом, что половину года Персефона будет проводить с матерью, а вторую половину – с ним в подземном царстве. Так появились времена года: весну и лето Персефона проводила с матерью, и тогда земля оживала, а осень и зиму, когда земля погружалась в сон, – с Аидом.

_____________

– Раз вы того желаете, я пойду. Тогда завтра…

– Ни завтра, ни послезавтра, чтобы ноги твоей тут больше не было!

– …Тогда вы признаете?

– Признаю? Признаю?!

Он растянул последнее слово, сделав на нём особое ударение.

– Сколько, по-твоему, это продлится?! Эти отношения между двумя мужчинами! Стоит президенту Со взглянуть на милых детишек, как он тут же передумает! Лучше успевай выпить побольше его крови и скопить деньги!

Председатель Ким – всё равно что оживший нож, режет даже словами.

– Что ж, если президент Со решит жениться, я его оставлю.

Ким Чо Ун вытащил какие-то документы из стола и швырнул их в адвоката. Притворяется больным, но так яростно раскидывается вещами. Чон Со Хон посмотрел на бумаги, которые прилетели прямо к его ногам. На них были анкеты с фотографиями разных женщин. Должно быть, председатель тщательно отбирал потенциальных невест для Со Хо.

Чон Со Хон, не изменившись в лице, поднял бумаги с пола и аккуратно положил их перед председателем.

– Думаете, мне есть до этого дело? До свидания.

Настроение его упало ниже плинтуса, однако он не собирался этого показывать. Адвокат склонил голову в прощальном поклоне, как вдруг створки двери позади него распахнулись.

Вошедший мужчина окинул взглядом комнату. Увидев Чона Со Хона, Со Хо удивлённо распахнул глаза. Выражение его лица явно спрашивало, что он тут забыл.

– Ты вроде уходить собирался?! Чего до сих пор торчишь здесь?

Ким Чо Ун жестом поманил к себе Со Хо, а затем замахал на Чона Со Хона, чтобы тот шёл прочь.

– Что ты тут делаешь? – шепнул Со Хо на ухо адвокату.

– Я захожу сюда иногда.

– Иногда?! Да ты торчишь тут каждый день, уже весь порог стёр! Наверняка хочешь побыстрее меня со свету сжить!

Старик, похоже, обладал острым слухом. Чон Со Хон мысленно цокнул языком.

Со Хо находил всю эту ситуацию странной. Зачем адвокату приезжать к председателю каждый день?

– Подождёшь меня в машине?

– Я приехал на своей. Подожду в ней.

Со Хо едва заметно кивнул и, не задерживаясь, прошёл мимо Чона Со Хона.

Тот поклонился, не глядя на то, наблюдает ли за ним Ким Чо Ун, и вышел из дома. Со Хо проводил адвоката взглядом, а затем сел на подушку, на которой тот только что сидел. За спиной раздался звук захлопнувшихся створок раздвижной двери.

– Адвокат Чон действительно приходит каждый день? – Со Хо задал вопрос не председателю Киму, чьё лицо до сих пор было перекошено от гнева, а Ю Сон Джуну.

– Каждый день – это, конечно, преувеличение, но довольно часто.

Со Хо в последнее время был целиком поглощён объединением акций Samjo Fashion и Chemical с Samjo Motors, поэтому оказался не в курсе ситуации. К Чону Со Хону была приставлена охрана, однако, если не происходило ничего примечательного, отчётов он не получал. Чон Со Хон не любил, когда за ним следили, и Со Хо старался идти ему в этом навстречу.

– Что насчёт У Джэ Ёна?

– Суд продолжается.

– Это правда, что он хотел нанять Чона Со Хона адвокатом?

– Вы говорили ему об этом?

– Я? Зачем? Если Чон Со Хон решит перейти на сторону У Джэ Ёна, кому из нас это пойдёт на пользу?

Со Хо усмехнулся.

– Он всё равно бы отказал.

У Джэ Ён нанял больше десяти адвокатов. Чон Со Хон не стал бы одним из них, даже если бы ему предложили миллионы. Если бы не родня У Джэ Ёна по материнской линии, в тот день адвоката Чона не ранили бы в бок и Со Хо бы тоже не пострадал.

– Пожалуйста, не мучайте президента Чона слишком сильно, – мягко сказал Со Хо с улыбкой на лице.

Ким Чо Ун выпучил глаза и задержал дыхание. Его тело затряслось. Казалось, вены на его лбу вот-вот лопнут.

– Это он меня мучает! Президент Со, ты и правда не собираешься жениться?! Как бы ты к этому ни относился, тебе нужен наследник! Если не хочешь вступать в брак, можно найти суррогатную мать, я сам воспитаю ребёнка!

– Спасибо, я приму это к сведению, – без раздумий ответил Со Хо.

Ким Чо Ун горько усмехнулся:

– Значит, всё же нет.

Со Хо улыбнулся одними глазами.

– Не доверяй этому человеку. Он хитёр, как сто чертей!

Ким Чо Ун кивнул в сторону двери, словно знал, что Чон Со Хон всё ещё стоит за ними. Со Хо обернулся, но, кроме тени сотрудника, открывающего раздвижные двери, там ничего не было. Ю Сон Джун тоже выглядел озадаченным, а Ким Чо Ун только сильнее сморщил лицо.

– Разве его там нет?

– …Не похоже, господин председатель.

– Этот чёртов проходимец, как ты вообще можешь ему доверять?! Тц-тц.

Председатель Ким сердито посмотрел на Ю Сон Джуна, а затем на Со Хо.

– Что мы делаем дальше?

– Всё согласно плану.

– Кхм, – Ким Чо Ун прочистил горло. – Тогда останься и выпей со мной сегодня.

Губы Со Хо слегка изогнулись, словно он растерялся от этой просьбы, но выражение его лица быстро стало бесстрастным. Ким Чо Ун ничего не заметил.

– Я увидел адвоката Чона впервые за неделю. Нам многое нужно обсудить касательно агентства.

– На всё отмазку найдёт.

Ким Чо Ун махнул рукой, разрешая ему идти. Со Хо попросил Ю Сон Джуна позаботиться о председателе, а затем вышел из комнаты. Он точно помнил, что аккуратно поставил обувь на входе, однако его туфли, как и туфли Ю Сон Джуна, стояли как попало. Похоже, Чон Со Хон, выходя из дома, отбросил их в сторону. Вполне в его духе.

Со Хо неспешным шагом направился по гравийной дорожке к выходу. Дойдя до парковки, которая находилась на довольно большом расстоянии от дома, он увидел Чона Со Хона, беседующего с Ли Чан У.

– Вы закончили? – Ли Чан У подошёл к Со Хо, как только заметил его.

– Возвращайся на машине президента Чона.

– Понял.

Услышав это, Чон Со Хон тут же сел на пассажирское сидение седана Со Хо. Тот сел за руль. Когда он уже завёл двигатель и собирался тронуться с места, адвокат Чон вдруг переключил коробку передач на нейтраль. Со Хо подумал, что тот хочет посмотреть на него, раз уж они давно не виделись, но адвокат повёл себя неожиданно.

– В чём дело?

– Подожди минутку.

Чон Со Хон выглянул в окно, словно зверь, притаившийся в зарослях, и оглядел окрестности. Только когда Ли Чан У отъехал, он наконец повернул голову к Со Хо. Раскосые глаза адвоката блеснули в темноте, а его губы стали влажными.

– Доставай.

– Что?

Он точно знал, что скрывалось за этим затуманенным взглядом, но нарочно сделал вид, будто не понимает.

– Тебе ведь не нравится это слово?

– Какое же?

– Хочешь, скажу прямо?

Прежде чем адвокат успел сказать слово «хер», Со Хо поцеловал его приоткрытые губы. Он крепко обхватил его затылок и впился в него поцелуем так, словно собирался проглотить. Ругательство так и не слетело с влажных губ. Их языки сплелись, двигаясь навстречу друг другу.

– Всё-таки я… терпеть не могу это слово.

Тёплое дыхание щекотало губы. Чон Со Хон, соскучившийся по аромату Со Хо, которого не ощущал, казалось, уже целую вечность, прикусил ему нижнюю губу и тут же отпустил. Ему и так нравилось делать минет, а от запаха Со Хо у него всегда пересыхало во рту.

Чон Со Хон опустил руку и нащупал член президента через ткань брюк. Вопреки внешнему спокойствию, тот уже был наполовину возбуждён.

Вжик. Адвокат расстегнул молнию и вытащил его наружу. Его рот тут же наполнился слюной, словно в предвкушении чего-то сладкого. Он слизнул прозрачную каплю с головки, а затем заглотил почти целиком, пронзая собственное горло.

– Ха… Если бы председатель увидел это, он бы упал в обморок, – Со Хо рвано выдохнул и запустил руку в волосы адвоката Чона.

Пряди волос, скользящие между пальцами, как и весь его вид отчего-то казался трогательным. Может, потому, что вместе с движениями головы с губ слетали приглушённые стоны.

Чон Со Хон опустился до самого основания, а затем выпустил член изо рта и поднял взгляд на Со Хо. Тот ожидал продолжения, но вместо этого адвокат достал носовой платок, вытер его член и убрал назад.

– Я просто давно не пробовал, – безразлично сказал он озадаченному Со Хо.

Тот лишь выдавил из себя смешок. Чон Со Хон прополоскал рот водой из бутылки, а затем пристегнулся. На самом деле он был бы не прочь зайти дальше, но за машиной уже маячил чей-то силуэт.

Похоже, Ким Чо Ун вышел прогуляться. Он хмуро смотрел в их сторону. Вряд ли он догадался о происходящем внутри машины – она ведь даже не тряслась.

– Прекращай изводить председателя.

Со Хо пригладил растрёпанные волосы адвоката Чона и взялся за руль.

Тот нахмурил брови. Прикосновение было приятным, но вот слова ему совсем не понравились.

– Изводить? По-вашему, это я его извожу, господин президент?

Со Хо продолжил ехать, не обращая внимания на его угрюмое выражение лица.

– Кто из нас ещё кого изводит? Вам даже подобрали кучу подходящих невест. Разве председатель ведёт себя так не потому, что вы никак не можете ему отказать?

После выписки из больницы мрачный Чон Со Хон лишь недавно начал приходить в себя. И Со Хо предпочитал вот такую, язвительную его версию.

Чон Со Хон в гневе часто произносил слова, о которых почти сразу жалел. Младший брат прекрасно знал эту черту, а вот сам адвокат Чон, похоже, нет. В душе он не был жестоким человеком. Именно поэтому Сон Джи всегда старался держаться поближе – знал, что брат всё ему простит и примет. В этом смысле кровные узы были очень мощным козырем в его рукаве.

– Скажите прямо.

– Ты прав. Скажу прямо: в моей жизни не будет ни брака, ни детей.

– …

Чон Со Хон приоткрыл рот, и на его лице отразилось недоумение. Это растерянное выражение лица разительно отличалось от того, что Со Хо видел в зале суда. Как только адвокат давал другим шанс узнать себя поближе, то тут же сбрасывал броню холодной отстранённости.

Со Хо помнил, каким он впервые увидел его. Непроницаемым и безэмоциональным. Если бы не Сон Джи, Чон Со Хон мог стать лишь одним из команды его юристов. Хотя Со Хо так и так наблюдал за ним после суда над Ли Чан У.

– Я не знаю, что будет с нами в будущем, но пока мы встречаемся, я хочу, чтобы вы чётко обозначили это председателю.

– По крайней мере ты признаёшь, что мы встречаемся.

Удлинённые глаза Чона Со Хона посмотрели в сторону. Не желая углубляться в разговор, он погрузился в свои мысли.

Прошло три месяца с тех пор, как его выписали из больницы. Он продал свою квартиру и собирался переехать к Со Хо, но тот сказал ему:

– Как только ты переедешь ко мне, назад дороги не будет. Хорошенько подумай, прежде чем перевозить вещи.

В тот момент адвокат думал лишь о том, что жить с Со Хо будет выгодно, однако всё оказалось не так просто. Жить вместе означает раскрывать все тайны друг друга. Чон Со Хон всегда был откровенен, однако с Со Хо дела обстояли по-другому. И адвокат не мог сказать, что хорошо его знал. Со Хо – один из членов семьи Samjo, который воспитывался в детском доме. Вот и всё, что ему было известно.

Вместо разговоров они предпочитали физическую близость, а по утрам каждый отправлялся на работу. До сегодняшнего дня у них почти не было свободного времени.

«Хорошо, давай жить вместе», – Чон Со Хон так и не смог сказать этих слов. Может, из-за груза ответственности, который ему пришлось бы нести. Хотя он говорил, что серьёзно относится к отношениям, все его связи на самом деле были мимолётными. Чтобы взять ответственность за свои чувства, требуется огромная сила духа. Поэтому адвокат поначалу и предложил Со Хо ограничиться лишь сексом.

Но в какой-то момент он уже не мог контролировать силу своих чувств, и тот факт, что из всех людей именно Со Хо полюбил его, дарил ощущение превосходства. Чувство собственной исключительности затягивает, словно наркотик. Одержимость адвоката предметами роскоши проистекала из желания ощутить себя особенным. Пост независимого директора огромного конгломерата, как и должность президента развлекательного агентства тоже были показателями его «особенности».

Ответственность, связанная с его должностями, обязывала лишь к посещению заседаний совета директоров и к подписанию документов, но с чувствами всё было далеко не так просто. Даже взять сегодняшнюю ситуацию – мысль о том, что Со Хо будет ходить на свидания с женщинами, заставляла кровь Чона Со Хона бурлить. Эмоции делают людей мелочными.

– Едем по домам?

– Ко мне.

– Вы на сегодня свободны?

– Завтра планирую поехать в агентство.

Чон Со Хон кивнул. Со Хо там ждала целая гора бумаг.

– С завтрашнего дня ты возьмёшь на себя все встречи в агентстве.

– Простите?

– Вице-президент поможет, так что не волнуйся. Но все переговоры с партнёрами будешь вести ты. В конце концов, в юридических вопросах ты разбираешься куда лучше него.

На въезде в Сеул, как и ожидалось, была огромная пробка.

– Разве я не номинальный президент?*

– …

Со Хо, сжимавший руль, заметно вздрогнул. Чон Со Хон не понимал, что в этой фразе могло его так удивить.

– Хотите сказать, я не прав?

Со Хо вдруг усмехнулся.

– Как-то раз я уже подумал, что ты собираешься мне брюки отстирать.

Отстирать?.. Адвокат Чон нахмурил брови. Но в голове быстро всплыла давняя фраза: «Может, мне вам отсосать? Тогда я смогу рассчитывать на встречу с вами?»

«Неужели он и правда услышал это так? Не думаю. Он просто дразнит меня сейчас».

_____________

*Тут игра слов, адвокат сокращает слово 바지사장 – «номинальный президент» до 바지, что означает «брюки». Со Хо вспоминает, как однажды (глава 10) не расслышал адвоката по телефону и подумал, что тот сказал 바지 빨다 – «отстирать брюки», а не 자지 빨다 – «отсосать член».

_____________

– Обожглись на молоке и теперь дуете на воду?

– Знаешь… – начал Со Хо, достав сигарету. Адвокат Чон успел вымотаться из-за долгого стояния в пробке. Со Хо прикурил сигарету и передал её адвокату, а затем достал себе вторую. – Если бы ты тогда согласился на встречу со мной, я бы вытащил тебя на телевидение. Но, конечно, не в прямой эфир – из-за твоих непристойных словечек у нас были бы крупные проблемы.

Чон Со Хон хотел было возразить, что он не так уж и часто говорит непристойности, но решил сначала спросить о другом:

– Согласился на встречу?

– В тот день, когда ты обозвал меня бандитом.

Если так подумать, влечение Со Хо к адвокату Чону было весьма странным. Ведь за все их встречи тот ни разу не оставил о себе приятного впечатления.

– Ты красив. Я решил, что ты мог бы стать достойным лицом юротдела моего агентства.

Чон Со Хон нахмурился ещё сильнее. Он не ожидал этих слов.

– Вы собирались отправить меня на какую-нибудь передачу, чтобы продвигать White Entertainment? Вроде тех адвокатов на кабельных ток-шоу?

– Многие адвокаты используют эту возможность, чтобы обзавестись связями. Почему тебе так претит эта мысль?

– Когда я работал в Core, они хотели выпустить буклет о компании и решили не привлекать для этого моделей со стороны, а использовать своих адвокатов. Даже тогда я отказался сниматься.

– Потому что тебе бы не заплатили?

– …

Адвокат не мог возразить – Со Хо попал в точку. Компания не собиралась платить моделям за фото на буклеты. Чон Со Хон решил, что не хочет продавать своё лицо за бесплатно. Если бы они заплатили, тогда другое дело.

Со Хон поразился тому, насколько хорошо изучил его этот мужчина.

Его машина уже была припаркована в гараже дома Со Хо. Ли Чан У приехал первым и присоединился к команде охраны. Путь от машины до дома показался адвокату бесконечным. Он снял пиджак на ходу, и только затем открыл дверь. Войдя в дом, поспешно стянул с себя галстук и бросил его на диван. Внутри раздался сигнал оповещения о включении системы безопасности.

– Вы в душ?

– Идём вместе.

Со Хо тоже снял пиджак и расстегнул пуговицы рубашки. На его груди открылась татуировка тигра, которую адвокат не видел уже целую неделю. Чон Со Хон разделся догола и вошёл в ванную, а там – в душевую кабину. Он не стал наполнять ванну, чтобы принять её вместе. Время драгоценно.

Он вспенил шампунь на волосах под тёплой водой и смыл его.

– Зачем ты это купил?

Со Хо прислонился к стеклянной кабине и скрестил руки на груди. Он кивнул на дорогие средства, которые адвокат купил в люксовом торговом центре. А затем закрыл за собой стеклянную дверь и выдавил немного геля на мочалку.

Душевая, которая казалась просторной, пока адвокат стоял в ней один, резко стала тесной, стоило Со Хо к нему присоединиться. Стёкла двери уже затянуло белой дымкой от влаги.

Со Хо взял адвоката Чона за руку и начал тереть ему спину. Чон Со Хон, явно наслаждаясь мягкими прикосновениями, позволил ему вымыть себя.

– Переживаете, что я не смогу сам как следует помыться?

– Ты и раньше не делал этого как следует.

Со Хо вымыл своё тело мочалкой. А затем его мыльная рука скользнула между ягодиц адвоката. Напряжённый вход внезапно расширился под натиском его пальцев и тут же сжался. Чон Со Хон прерывисто выдохнул и обнял Со Хо за плечи. Его руки соскальзывали, поэтому он сцепил пальцы в замок и прижался лицом к татуировке тигра.

Вода из душа уносила с собой белую пену. Со Хо снова и снова надавливал на плотно сжатый вход, и он постепенно становился мягче. Когда палец вновь скользнул внутрь, Чон Со Хон не удержался и укусил Со Хо за плечо.

Первые ощущения от растягивания всегда были неприятными, даже для него. Но Со Хо умело касался его внутри и наконец задел простату. В этот момент вода попала адвокату в глаза, и он часто заморгал.

– Ах!..

Они теснее прижались друг к другу. Твёрдый член Со Хо коснулся адвоката внизу. Чон Со Хон почти ощутил, как он заполняет его целиком. Со Хо добавил ещё один палец и развёл их внутри. Адвокат старался расслабить нижнюю часть тела, но оно упорно отказывалось подчиняться. Со Хо, словно чувствуя это, осыпал его лицо лёгкими поцелуями – от лба до подбородка. А затем переместил вторую руку на его ягодицы. Два пальца правой руки уже были внутри, и он добавил к ним средний палец левой. И грубо раздвинул мягкий вход.

– А!

Чон Со Хон вздрогнул и вцепился ногтями ему в спину.

– Не… раздвигайте так…

Его вход дёрнулся, пытаясь сжаться, но остался широко раскрытым.

– Я уже не в состоянии терпеть, – прошептал Со Хо ему на ухо и с силой раздвинул его ягодицы.

http://bllate.org/book/14526/1286829