Готовый перевод Swapping / Обмен [❤️]: Глава 78

Он распахнул двустворчатые двери. Первое, что я за ними увидел, – тёмно-синюю мягкую тканевую обивку стен. В центре комнаты стоял стол на четыре персоны. Похоже, официанты уже заходили сюда, – еда была подана.

– Я слышал, что президент Кан любит испанскую кухню, поэтому попросил приготовить именно её.

На столе виднелись блюда в красных тонах: гаспачо, лобстеры, паэлья и сыровяленая ветчина – хамон. Который, кстати, я очень любил. Правда, он лежал на дыне, и я никогда раньше не видел подобного сочетания.

– Я очень благодарен вам за такую заботу.

Растроганный Кан Сан Чжу сел на стул. Стол был устроен так, что с каждой из его сторон должно было сидеть по одному человеку. Мы с президентом Каном сели напротив друг друга, так что Со Хо оказался во главе стола. Несмотря на то, что Кан Сан Чжу – президент, который руководит самой Samjo в отсутствие председателя, сейчас казалось, что Со Хо занимает положение выше него.

Со Хо закатал рукава своего костюма и открыл гаспачо в фарфоровой чаше. Он налил суп сначала Кан Сан Чжу, затем мне. Наконец, наполнил свою тарелку и мягко улыбнулся:

– Давайте приступать к еде.

Мне показалось странным, что он сам подал нам блюда без помощи персонала. Обычно в таких местах работают официанты, которые обслуживают гостей.

– Как вы и сами знаете, господин президент… – заговорил Кан Сан Чжу, прервав тишину, нарушаемую только звоном столовых приборов, – они постараются разделить компанию прежде, чем будет принят законопроект, который воспрепятствует восстановлению права голоса казначейских акций. Вот почему я решил назначить заседание совета директоров в этом месяце. Если вопрос о разделении Samjo Motors будет решён, меня переведут в операционную компанию. Сейчас в Samjo Motors производят большую часть деталей для автомобилей, но вся производственная система перейдёт к дочерней компании.

Я отодвинул от себя паэлью, которая мне не понравилась, и попробовал дыню с хамоном. Сочетание этих вкусов тоже показалось мне неудачным, поэтому пришлось есть только хамон.

Во время еды я старался считывать атмосферу за столом. Со Хо, медленно подносящий ко рту кусочки лобстера, выглядел как утончённый джентльмен.

– Когда, ты говорил, состоится заседание совета директоров? – вдруг спросил он меня.

Я на мгновение растерялся, но быстро вспомнил дату.

– Двадцать девятого числа.

– Осталось не так уж много, – лениво заметил Со Хо.

Кан Сан Чжу заметно занервничал.

– При таком раскладе есть все шансы, что директорами будет принято решение о разделении Samjo. В этом случае я, голосовавший «против»… не смогу долго продержаться в операционной компании, меня заменят при первой же возможности.

Если холдинговая компания настоит на смене руководства операционной, то всё произойдёт именно так, как пророчит Кан Сан Чжу.

– Директор Чон, вы виделись с директором Хваном Но Ёном, верно?

– Да, виделся, – я отложил вилку и выпрямил спину. – Директор Хван сейчас в затруднительном положении, поскольку у зампредседателя есть на него компромат. Но при этом он действительно хочет завязать с наркотиками. Не могу утверждать, что он точно проголосует за нас, но удочку я забросил.

То, что Хван Но Ён так лебезит перед У Джэ Ёном, может означать следующее: либо он боится его из-за компромата, либо он подхалим, готовый отвернуться от него в любой момент, либо он просто психологически слабый человек.

К счастью, бывший судья совмещал в себе и первое, и третье.

Когда он молился те вечных полчаса, его молитва показалась мне очень странной. Хван Но Ён утверждал, что он – избранник Божий, и что Бог послал ему в помощь ангела по имени Чон Со Хон, чтобы спасти его душу и помочь ему перестать принимать наркотики.

Я не хотел сейчас пересказывать всю эту ерунду, поэтому просто смочил пересохшее горло водой. Со Хо и Кан Сан Чжу пили вино. Передо мной тоже стоял бокал, но пить алкоголь я точно не собирался.

– И какую же удочку забросил директор Чон?

– Веру.

Я легко улыбнулся. Со Хо, который знал всю историю от начала и до конца, едва заметно усмехнулся. Но это выражение его лица сменилось на бесстрастное так быстро, что Кан Сан Чжу, кажется, ничего не заметил.

– Веру?.. Считаете, этого будет достаточно?

В отличие от диалога с Со Хо, со мной он разговаривал более фамильярно.

– Признаться, я не знаю, как в итоге проголосуют члены совета директоров. Но если все заверения директора Хвана – правда, то он, скорее всего, проголосует против разделения компании.

– Нам надо быть уверенными на сто процентов, что он на нашей стороне.

– Я думаю, что решение вопроса о разделении на совете директоров – это в любом случае битва вероятностей. Разве у нас есть хотя бы один союзник, который на сто процентов на нашей стороне? – сказал я с лёгким укором, но так, чтобы он не воспринял это на свой счёт. – Просто сейчас вероятность того, что Хван Но Ён проголосует в нашу пользу, немного выросла.

Кан Сан Чжу провёл по губам своими толстыми пальцами. Со Хо, похоже, не собирался вмешиваться в наш разговор, – он отправил в рот очищенную от панциря креветку.

– Но если у вас нет полной уверенности, как я могу рисковать?

А разве любители приключений отправляются в неизведанные места только потому, что там точно безопасно? Если хочешь чего-то достичь, нельзя стоять на месте, нужно идти на риск.

– Прошу простить меня за дерзкие слова, но.. на самом деле, независимо от того, примут ли директора решение о разделении компании, зампредседателя всё равно попытается взять управление в свои руки.

Если У Джэ Ён сядет в кресло председателя, Кан Сан Чжу так и так будет для него неудобной фигурой, от которой он избавится при первой возможности. Так что президенту Кану остаётся только заткнуться и проголосовать против разделения компании. Пока он стучит по мосту, проверяя его на прочность, сверху уже прорвало плотину, которая смоет этот мост вместе с ним.

– Директор Чон, наверное, прав, но, господин президент…

Кан Сан Чжу повернул голову в сторону Со Хо.

– Продолжайте, – сказал тот.

– По моим подсчётам, семь голосов будут «за» и шесть «против». Если бы мы только знали наверняка, что директор Хван проголосует «против»…

– А я не уверен, что сам президент Кан проголосует «против».

Со Хо прищурил глаза и отпил вина.

– Нет… – растерялся президент Кан. – О чём это вы?.. Мне… обидно это слышать.

Со Хо достал из кармана пиджака телефон – на этот раз не его привычную раскладушку. Он положил смартфон на стол и разблокировал экран указательным пальцем. После пары движений из телефона послышалась аудиозапись.

[...Тогда почему бы вам не передать мне контроль над операционной компанией? Обещаю, что сделаю всё, о чём вы попросите, зампредседателя. В этом случае я буду готов проголосовать «за»…]

Со Хо остановил воспроизведение записи. Кан Сан Чжу, чьё лицо мгновенно побледнело, пошевелил пересохшими губами:

– Это…

– Звучит знакомо?

– Какого?..

Кан Сан Чжу замолчал и сжал руки в кулаки. Он ведь только что утверждал, что примет сторону Со Хо. Неужели замышлял предательство за его спиной?

– Я сказал это, чтобы успокоить зампредседателя. Хотел показаться жадным, чтобы усыпить его бдительность. Это всего лишь холодный расчёт, не более.

– Вот как. Но вы говорили так проникновенно, – бесстрастно ответил Со Хо.

– Да, это так, но всё же… Когда вы ведёте себя вот так, это очень затрудняет ситуацию.

Даже не осознавая, как стремительно он побледнел, Кан Сан Чжу вдруг сменил тактику и перешёл в атаку.

– Вы прослушиваете мой телефон, это подрыв доверия между нами!

Способность этого человека так быстро вывернуть ситуацию в свою пользу была поистине впечатляющей.

– Хорошо. Адвокат Чон, скажите, преступление по какой статье я совершил?

Ледяная атмосфера вокруг Со Хо так разительно отличалась от той, что царила, когда мы были наедине, что я вдруг отчётливо увидел в нём президента огромной компании, а не любовника, который проводит со мной беспечные ночи.

– …Вы нарушили статью три закона о защите конфиденциальности коммуникаций.

Если честно, я не мог точно вспомнить, какая это была статья.

– Подробнее.

Чёрт, да не помню я…

– Запрещается прослушивание связи, а также запись или прослушивание непубличных разговоров.

Я постарался собрать всё воедино по крупицам, что хранились в моей памяти.

– Я получил это от анонима. Это тоже считается прослушиванием? Я не знал, кому принадлежит этот голос.

Тогда Кан Сан Чжу сам себя выдал.

– Не считается.

Кан Сан Чжу внезапно вскочил со своего места и метнул взгляд на дверь.

– Президент Кан, сядьте. Мы ведь ещё ужинаем.

Я откинулся на спинку стула. Как и в первый день нашего знакомства, от Со Хо сейчас исходила опасность. И её чувствовал не только я, но и Кан Сан Чжу. Взгляд Со Хо на президента Samjo был настолько ледяным, что даже мои руки покрылись мурашками.

Не зная, как лучше поступить, Кан Сан Чжу в замешательстве опустился на стул и взглянул на Со Хо. С его губ сорвался долгий сдавленный выдох. Похоже, настало время для оправданий.

– Я… я думаю, что вы всё неправильно поняли. Президент Со, я вовсе…

Бам!

Я вздрогнул от громкого звука и непроизвольно отодвинулся на стуле назад. Со Хо обхватил голову президента Кана и с размаху ударил её о тарелку. Это произошло так быстро, что я не мог поверить своим глазам.

– Почему не слушаешься? – пробормотал Со Хо так, словно действительно не понимал.

Когда он вдавил лицо президента в разбившуюся пополам тарелку, мне послышался треск начавшего крошиться фарфора. Со Хо положил руку сопротивляющегося Кана на стол. А затем поднял вилку и с громким стуком вонзил её в эту руку. Моё сердце заколотилось как сумасшедшее.

– А-а-а-а!

От пронзительного крика у меня непроизвольно сжались руки. Я не отрывал взгляда от этой сцены, ожидая, что сейчас польётся кровь, но, к счастью, вилка воткнулась в миллиметре от мизинца Кан Сан Чжу. Его пальцы судорожно дёргались.

Со Хо выдернул вилку из стола и легонько похлопал ею по тыльной стороне ладони президента.

– Ты дёргаешься, и я промахиваюсь.

Мне показалось, он не попал специально, потому что думал только пригрозить, но, похоже, Со Хо и правда хотел воткнуть вилку президенту Кану в руку.

– Президент Со! – вскрикнул я в панике.

В конце концов, Кан Сан Чжу – действующий президент Samjo Motors. Подобное обращение с ним ни к чему хорошему не приведёт. Президент Кан с трудом поднял голову и бросил в мою сторону взгляд, умоляющий о помощи. На его щеке красовалась длинная царапина.

– Если не собираешься мне помогать, то сиди спокойно. Можешь пока доесть свою еду.

Со Хо ещё крепче сжал запястье президента Кана. Тот пытался вырваться, но безуспешно – он только сильнее смял скатерть и сбросил часть тарелок на пол.

– Я! Я был неправ! Я был неблагодарен и забыл, скольким обязан председателю!

Кан Сан Чжу опустил голову и прикрыл тыльную сторону ладони свободной рукой. Хотя его в любом случае уже не ударили бы, неуклюжий защитный инстинкт взял верх.

– Если председатель Ким узнает об этом, вы в тот же день лишитесь головы. Так что лучше бы нам закончить с этим сейчас, – неожиданно мягким тоном сказал Со Хо и погладил президента Кана по голове.

– Да, да! Спасибо! Спасибо вам!

– Можете проголосовать и «за», но советую вам хорошенько подумать. Этот ублюдок убил Кима Ги Чжона за то, что тот раскрыл информацию о подставных счетах. И убил юрисконсульта из-за завещания председателя. Думаете, он отпустит вас так легко? Зампредседателя непременно избавится от всех управленцев в компании.

– Простите. Меня, верно, бес попутал. Я боялся, что мы окажемся в невыгодном положении, и попытался спасти себя…

– Я ведь говорил, что позволю президенту Кану управлять компанией и дальше, пока он хорошо выполняет свою работу. Разве я когда-нибудь бросал слова на ветер?

– Нет. Ни разу.

Со Хо похлопал его по плечу. Кан Сан Чжу всё ещё лежал лицом вниз на столе. Я, до этого с беспокойством наблюдавший за ними, наконец выдохнул с облегчением. А затем Со Хо вдруг выкрутил Кану руку. Раздался истошный крик, и запястье президента выгнулось под неестественным углом.

Моё запястье сразу же заболело, поэтому я провёл по нему рукой, чтобы проверить, всё ли в порядке. Оно было ледяным.

Пока Кан Сан Чжу кричал и катался по полу, Со Хо сел на своё место и тщательно вытер руки влажным полотенцем.

– В этот раз я закрою глаза на ваш поступок. Но второго такого раза не будет. Подумайте об этом, президент Кан.

Кан Сан Чжу, который всё ещё стонал от боли, сумел выговорить короткое «да». Со Хо кому-то позвонил, и вскоре после этого за президентом пришли телохранители. Они увели его за дверь, пока тот обливался холодным потом.

Со Хо поправил потрёпанный стол, поднял опрокинутый бокал и наполнил его вином. Он взглянул на меня, вскочившего на ноги, и взглядом приказал мне сесть.

– Неужели это было необходимо?

– Считаешь, я должен был оставить в покое потенциального предателя, когда на кону стоит моя жизнь?

– …

Он прав. Если У Джэ Ён победит, Со Хо окажется в опасности.

– Если я проиграю, ты тоже умрёшь.

Как и я.

http://bllate.org/book/14526/1286814