Готовый перевод Swapping / Обмен [❤️]: Глава 4

Он смотрел на меня так равнодушно, что я подумал, может, это и не он вовсе подарил мне то бельё. Его бровь слегка изогнулась, и я вдруг понял, что не выказал начальству должного уважения.

Я не мог до конца поверить тому, что тот козёл из магазина – президент White Entertainment, но по его походке и по тому, как он знал этот кабинет, стало понятно, что это и вправду президент Со Хо.

Я постарался сделать вид, будто не помню его. Президент тоже ничем не выдал, что мы с ним уже встречались. Может, это был кто-то очень на него похожий? Нет, даже близнецы не так похожи между собой. Или у меня какое-то расстройство, из-за которого я не могу распознавать лица? Как бы мне ни хотелось отрицать очевидное, я уже услышал те же мерзкие духи, что и вчера.

– Здравствуйте, я Чон Со Хон из юридического отдела.

Президент указал мне на неприметный диван в углу. Я подождал, пока он сядет, и сел следом. Подушки на его диване были ужасно неудобными.

Он попросил секретаря приготовить нам чай, а затем достал из кармана пиджака мобильный телефон и небрежно начал листать что-то на экране. Я взглянул на него украдкой, чтобы он не заметил.

– Я угадал с размером? – спросил президент, не отвлекаясь от телефона.

– Не имею понятия. Это что, был подарок подчинённому?

Если так, то это сексуальное домогательство на рабочем месте.

– Вы его не примерили?

Он положил телефон обратно в карман и наконец взглянул на меня.

– Я его выбросил.

Президент не удивился, увидев меня в своём кабинете, – значит, он уже вчера знал, что я на него работаю. Я всё ещё не понимал, зачем он вызвал меня к себе, а поскольку самостоятельно додуматься до причины я так и не смог, мне оставалось только ждать.

После короткого стука в кабинет вошла секретарь и поставила перед каждым из нас по чашке чёрного чая. Президент не стал брать чай в руки, и я последовал его примеру – похоже, он вообще не собирался его пить. Это был лишь дополнительный реквизит к нашей мизансцене.

– С какой стати вы подарили мне это? – всё это явно не было шуткой, президент казался серьёзным.

– Я хотел бы попросить вас об одолжении.

Если собирались просить об одолжении, вы выбрали не тот подарок!

– О каком одолжении идёт речь?

Не имеет значения, о чём он попросит: если это не примерка нижнего белья, я буду готов выполнить его просьбу.

– Я бы хотел, чтобы вы сняли Сон Джи с роли в новом фильме.

Я подумал, что ослышался.

– Актёр на роль в этом фильме уже был выбран, и это Ча Сан Хван, но Сон Джи удачно обошёл его.

В его голосе прозвучало сожаление, но в холодных глазах не промелькнуло ни одной эмоции.

– Я понимаю, о чём вы говорите, но разве у меня есть полномочия, чтобы снять Сон Джи с роли? – спросил я, слегка обескураженный. Он ведь никак не мог знать, кем мы с Сон Джи друг другу приходимся.

– Странно, что он клюнул.

Президент сложил ногу на ногу и взглянул на меня. Он смотрел долго и внимательно, словно любовался произведением искусства, которого как раз не хватало этой комнате.

— Странно, что он клюнул? – переспросил я, не в силах отвести от него глаз. Казалось, он привязал меня к себе своим взглядом.

Затем его губы разомкнулись:

– Вы совсем не во вкусе старика.

Я слишком поздно осознал, что его истинная натура скрыта от глаз красивым костюмом. Этот мужчина наверняка полагается на грубую силу, а не на закон.

***

Причина, по которой я не стал судьёй или прокурором после выпуска из Научно-исследовательского института судебной экспертизы, заключалась исключительно в деньгах.

Некоторые мои однокурсники учились юриспруденции по той же причине, так что в этом не было ничего необычного. Я закончил учёбу с отличием, поэтому мне предложили работу сразу несколько престижных юридических фирм. Я выбрал компанию Core, крупнейшую из них.

Моей первой защитой стало уголовное дело, которое все остальные адвокаты старательно избегали. Эта юридическая фирма обычно занималась гражданскими делами, но изредка брала на себя и уголовные.

Как оказалось, мой клиент был близким другом председателя Core. Прокуратура хотела приговорить его к пятнадцати годам заключения за подстрекательство к убийству. Компания ни за что не взялась бы за такое заведомо проигрышное дело, если бы не личная заинтересованность председателя. В итоге это дело поручили мне, новичку в фирме, так что я никак не мог отказаться.

При встрече клиент оказался презентабельным мужчиной в костюме. Если бы не длинный шрам под глазом, он выглядел бы вполне благовоспитанным. Он представился президентом строительной компании, но начальство заранее предупредило меня, что на самом деле он глава огромной мафиозной организации. Однако клиент говорил вежливо, и разозлить его казалось невозможным.

Мой подзащитный обвинялся в заказном убийстве землевладельца, с которым у него был спор по поводу покупки земли. Он утверждал, что эти обвинения несправедливы и кто-то нарочно решил его подставить.

Его искренность заставила меня поверить в его невиновность, но в ходе судебного разбирательства я кое-что осознал.

Чем дольше рассматривалось это дело, тем яснее я понимал, как обманчивы бывают внешность и слова – это касается как начальства, так и клиентов.

«Ты хоть представляешь, сколько денег я уже потратил на вашу шарашкину контору, мелкий ты засранец?» – так вежливый поначалу мужчина вдруг стал свирепым.

– Вы совсем не во вкусе старика.

Возможно, именно поэтому я вчера поймал себя на мысли, что президент Со Хо кажется мне до странного знакомым, хотя мы с ним раньше никогда не встречались.

– Не понимаю, о чём вы.

Я озадаченно взглянул на него. Будучи в то время адвокатом именитой юридической фирмы, я до конца защищал своего клиента, хоть и был уверен – тогда и до сих пор, – что мой подзащитный действительно виновен в подстрекательстве к убийству.

– Я наслышан о вас, – сказал президент, подразумевая, что навёл обо мне справки. – Кажется, вы были новичком в одной из ведущих юридических фирм страны, а затем в один прекрасный день неожиданно уволились оттуда и после долгого перерыва перешли в мою компанию.

Его компанию. Да, всё так. Я выпрямил спину, приняв позу подчинённого, внимающего своему начальству.

– Мои сотрудники не должны причинять ущерб моей же компании.

– Вы правы, президент.

Он сложил руки в замок и положил их на скрещенные колени. Выражение его лица было бесстрастным, но брови едва уловимо нахмурились. Он словно говорил: «‎Вы всё ещё не понимаете, чего я от вас хочу?».

– Полагаю, адвокату Чону вполне по силам уговорить Сон Джи.

– Вы заблуждаетесь.

Не знаю, как он узнал, что между Сон Джи и мной есть связь, но у меня просто нет другого выхода, кроме как отрицать её наличие. Когда он упомянул старика и его вкусы… какова вероятность, что речь шла не о председателе У Джи Тэке?

Мне казалось, президент Со Хо не отступит со своей просьбой так легко, но, вопреки ожиданию, он встал с дивана первым. Однако я не смог вздохнуть с облегчением.

Я хотел последовать его примеру и подняться на ноги, но он пригвоздил меня к месту своим взглядом. Протянув мне пульт дистанционного управления, президент нажал на какую-то кнопку, и белая стена напротив нас стала большим проектором.

– Сейчас и узнаем, – он нажал куда-то ещё, и белый фон, коротко вспыхнув, наполнился красками. Взглянув на экран, я застыл на месте. Президент вышел из кабинета, а я не повернулся даже на звук закрывающейся двери.

Настолько это видео завладело моим вниманием.

***

Молодой человек и старик, похожий на сморщенный изюм, лежали друг на друге. Казалось, старик пытался вобрать в себя юношескую энергию молодого человека, старательно сосущего его член.

[Малыш, ты так хорошо поработал ртом, что у папочки уже встал.]

Председатель хрипло рассмеялся.

[Ух, папочка! Быстрее, пожалуйста, вставь его! Ах, так хорошо!]

Мои кулаки непроизвольно сжались. Я услышал отвратительный звук шлепков плоти о плоть. С отвращением глядя на исчезающий в теле Сон Джи пенис старика, похожий на огурец, я почувствовал, что меня вот-вот вырвет.

[Ах! Хааа!]

[Да, папочка, так глубоко! Ах!]

Старик увеличивал темп проникновения, и его рваное дыхание заполнило мои барабанные перепонки. Мне было невыносимо слушать эти прерывистые стоны, – голова была словно в огне.

Внезапно старик начал сильно хрипеть, словно ему действительно не хватало воздуха.

[Папочка?! Папочка! Что с тобой? Ах!]

Сон Джи, лежавший на животе под стариком, попытался столкнуть его тело с себя.

[Ох… папочка, что случилось? Почему ты так закатываешь глаза? Ты что, шутишь?] – раздался полный паники голос брата.

В глазах председателя не виднелись зрачки, и рот его был открыт, как у мёртвого моллюска.

[Очнись!]

Сон Джи с размаху влепил председателю пощёчину. Когда реакции не последовало, он в панике склонился над телом и приступил к искусственному дыханию, а потом сцепил руки в замок и стал толчками надавливать старику на грудину. Но председатель так и не очнулся.

[Сто девятнадцать… Надо позвонить в 119!]

Сон Джи в спешке схватил мобильный телефон. Он позвонил в службу медицинской помощи, а затем набрал кого-то ещё.

[Хён! Хён, ты должен приехать! Скорее! Прежде, чем приедет 119!]

Он метался по комнате и хватался за волосы. Человеком, которому он только что звонил, был я. Перед глазами всё плыло, но видео было до ужаса чётким. Если бы кто-то посмотрел его, у него не осталось бы сомнений, что любовником председателя У Джи Тэка был мой брат, а не я. Мне было невыносимо наблюдать за паникующим Сон Джи. В конце концов, я пережил эту ситуацию ярче, чем смог бы показать любой фильм.

http://bllate.org/book/14526/1286740