—

Погода стояла довольно душная, и вскоре припустил мелкий дождь.

Юй Ли ушел из сада и, едва вернувшись к себе в комнату, получил видеозвонок от мамы.

Когда связь установилась, женщина окинула взглядом обстановку, в которой находился сын, и в ее глазах промелькнуло замешательство.

— Ли-цзы, ты сейчас дома у своего соседа по комнате?

Юй Ли утвердительно кивнул:

— Да.

Лицо матери сделалось сложным, она немного поколебалась и нерешительно спросила:

— Семья твоего соседа… они очень состоятельные, верно?

Она увидела фотографию со светлячками, которую ей прислал сын. На том снимке было отчетливо видно, что лужайки и цветники ухожены с поразительной аккуратностью и изяществом, а декоративное освещение выглядело невероятно дорогим — такое точно не встретишь в обычном городском парке. Не говоря уже о комнате, где Юй Ли находился прямо сейчас: пусть отделка и предметы интерьера были выдержаны в сдержанном стиле, в них всё равно безошибочно угадывались изысканность и роскошь.

Она знала, что Юй Ли переехал пожить к приятелю из университета, но никак не ожидала, что семья этого парня настолько… настолько богата.

Юй Ли на секунду замер, после чего подтвердил:

— У него семья занимается бизнесом, они живут на вилле.

Мама тяжело вздохнула:

— Тогда мы оказались кругом ему должны за такое одолжение. Знай я заранее, что у него настолько обеспеченная семья, я бы ни за что не позволила тебе переезжать. Перевела бы тебе немного денег, и ты мог бы спокойно пожить какое-то время в гостинице.

Юй Ли плотно сжал губы и мягко возразил:

— Скоро начнется учеба, так что я пробуду здесь совсем недолго. Мама, не волнуйся, я плачу ему за аренду и никак не обременяю его домашних.

Женщина покачала головой:

— Ли-цзы, мама вовсе не винит тебя, просто… — Она сделала короткую паузу. — Просто достаток нашей семьи оставляет желать лучшего. Как же ты собираешься отдавать ему этот долг человечности?

Юй Ли прекрасно понимал ее опасения. Финансовое положение их семьи и семьи Янь отличалось как небо и земля. Поэтому его мама переживала, что те способы отблагодарить за доброту, которые они способны придумать, для семьи Янь могут показаться совершенно незначительными и смехотворными.

Юй Ли мягко улыбнулся, стараясь ее успокоить:

— Мама, я всё прекрасно понимаю. Я сделаю всё, что в моих силах. И каким бы ни был мой способ отплатить за добро, если другие сочтут его пустяком — это их личное дело. Для меня главное — действовать с чистой совестью.

Едва договорив, Юй Ли сам немного удивился. Он и подумать не мог, что наступит день, когда он сможет так спокойно рассуждать на подобные темы. Будь это раньше, он определенно впал бы в те же тревожные думы, что и его мать.

Женщина все еще выглядела немного обеспокоенной. При тесном общении с людьми из слишком высоких кругов разница в уровне повседневной жизни и развлечений становится колоссальной. Она втайне боялась, что в душе у Юй Ли из-за этого возникнет горькое чувство неполноценности, которое может толкнуть его на неверный путь.

Однако юноша на том конце провода продолжал тепло и открыто улыбаться, оставаясь всё тем же послушным, хорошим ребенком из ее воспоминаний.

Она поджала губы и произнесла:

— Раз уж ты сам всё прекрасно понимаешь, то я не стану больше докучать тебе своими нотациями. Береги себя там.

Юй Ли послушно кивнул:

— Хорошо, я всё помню.

Повесив трубку, Юй Ли остался сидеть за столом. Он задумчиво смотрел на струящиеся за окном нити дождя и слегка болтал ногами под столом. Парень отчетливо осознавал, что в его мышлении произошли небольшие сдвиги, и всё это — благодаря тому времени, что он провел в поместье Янь, где дворецкий Хэ волей-неволей многому его научил. Возможно, к нему относились так исключительно из уважения к его дружбе с Янь Суем, но Юй Ли был безмерно благодарен и дворецкому Хэ, и самому Янь Сую.

В конце августа приближалась пора начала учебного года в Университете Y.

Работа Юй Ли в ресторанчике «Юйтинсюань» подошла к концу. В его самый последний рабочий день менеджер неожиданно разыскал парня и предложил ему подработку: через день отправиться в качестве официанта на круизный лайнер, где планировался банкет. Поездка должна была занять два дня и одну ночь, а оплата составляла целую тысячу юаней.

Этот грандиозный банкет на теплоходе устраивал владелец «Юйтинсюань» по случаю помолвки своей дочери, и для обслуживания мероприятия мобилизовали практически весь персонал заведения. Строго говоря, Юй Ли уже уволился и больше не числился в штате, но менеджер, помня о том, что парню перед началом учебы очень нужны деньги, всё равно решил предложить эту вакансию именно ему. Юй Ли оценил эту искреннюю заботу и с радостью согласился.

Спустя день Юй Ли поднялся на борт огромного круизного лайнера и вместе со своим коллегой, парнем по фамилии Ян, направился в каюту для персонала. Сяо Ян впервые в жизни оказался на настоящем теплоходе, поэтому пребывал в диком восторге и всю дорогу без умолку трещал обо всем подряд.

Он увлеченно говорил один уже довольно долгое время, но, так и не дождавшись от Юй Ли никакого ответа, с легким недоумением обернулся:

— Сяо Юй, ты чего молчишь? Тебя что, укачивает?

Юй Ли приложил ладонь к горлу и с явным трудом выдавил:

— Вчера вечером меня продуло на ветру, а сегодня утром проснулся — и голос пропал.

Его обычно чистый и звонкий голос сейчас звучал пугающе хрипло и сипло, из-за чего парень выглядел крайне жалобно. Сяо Ян не сдержал доброй усмешки:

— Ничего страшного, зато так ты кажешься солиднее и мужественнее.

Юй Ли лишь обреченно вздохнул, достал из кармана купленные леденцы для горла и закинул один в рот. Он посмотрел на коллегу, слегка потряс коробочкой с конфетами и знаками спросил: «Будешь?» Сяо Ян так активно болтал всю дорогу, что Юй Ли всерьез забеспокоился, как бы у того тоже не прихватило связки. Сяо Ян скромничать не стал, с веселым «хе-хе» подцепил один леденец и закинул в рот.

Раздался глубокий, протяжный гудок, и лайнер медленно отчалил, плавно скользя по глади реки.

Юй Ли распределили в ресторан в качестве официанта на дневную смену. Его работа заканчивалась уже в шесть часов вечера, после чего обслуживающий персонал имел полное право выйти на палубу и свободно отдохнуть.

Вся основная праздничная программа банкета как раз была запланирована на вечернее время. В этот час высокопоставленные гости дружно переместились в главный банкетный зал, поэтому на открытой палубе было совсем безлюдно. К этому моменту лайнер уже вышел в открытое море.

Смеркалось. Западная часть небосвода постепенно окрашивалась в сочные оранжево-красные тона заката; изредка над водой с криками проносились стаи чаек, которые то и дело пикировали к самой кромке воды, вылавливая выпрыгивающую серебристую рыбешку.

Юй Ли тоже впервые в жизни находился на морском судне и никогда прежде не видел столь завораживающего пейзажа. Он вышел к леерам, чтобы подставить лицо свежему морскому бризу, и сделал несколько красивых кадров на телефон. Однако стоило ему завернуть за угол надстройки, как его взгляду предстали двое до боли знакомых людей.

— Президент Янь, может быть, я все-таки помогу вам и провожу до номера? — Цзян Мяо стоял подле Янь Шитина, и его брови были тревожно сдвинуты к переносице.

Лицо Янь Шитина казалось пугающе бледным. Он негромко, глухо закашлялся, нахмурился и ответил глубоким, резким тоном:

— Я дойду сам. А ты немедленно возвращайся в банкетный зал.

Цзян Мяо поджал губы и в сильном беспокойстве принялся озираться по сторонам, как вдруг его взгляд скрестился со стоящим неподалеку Юй Ли. Помощник на секунду задумался, и его глаза мгновенно радостно блеснули:

— Президент Янь, я найду кого-нибудь, кто проводит вас в номер.

Янь Шитин недовольно нахмурился, но уже в следующее мгновение увидел, как к ним быстрым шагом направляется Юй Ли.

—


http://bllate.org/book/14496/1282974