Готовый перевод Until Death / До самой смерти [❤️][✅]: Глава 6-7

— Ты ведь знал, что Тао Вэй облажается, да?

Восьмигранная беседка с витражами в форме роз пряталась среди деревьев у реки. Внутри, на дощатом полу, сидел Лян И — по-турецки, босиком, с тарелкой холодной мускусной дыни в руках. Сочный ломтик застрял у него между пальцами.

С реки тянул прохладный ветер, лениво развивая тонкие занавеси у входа.

Солнце клонится к закату, свет — тёплый, мягкий, золотой. На противоположном берегу, над рощей бетеля, уже кружат птицы, возвращаясь в гнёзда.

Неприятная сцена у бассейна осталась позади. Тао Вэя вывели с территории. В саду всё вновь ожило: смех, музыка, всплески воды — до беседки доносится только лёгкое эхо, приглушённое густыми зарослями.

Пэй Цзяньчэнь сидел напротив, прислонившись к перилам. С его ракурса открывался вид на самую живописную часть поместья — участок лужайки, плавно скатывающийся к реке.

Как один из самых влиятельных кланов этого островного государства, род Пэев владел поместьем площадью больше десяти гектаров.

За фасадами в стиле Второй Французской Империи и ухоженными садами скрывались ещё и небольшой гольф-клуб, конюшня, тактический полигон, мини-зоопарк, два озера, соединённые рекой, и даже лесок, где разрешали охотиться.

Целый мир, выстроенный в пределах высоких заборов. Мир, где Пэй Цзяньчэнь был главным.

Но сейчас в нём не ощущалось торжества победителя. Он лишь вертел в пальцах пустую гильзу и задумчиво смотрел на траву.

— Тао Вэй всегда собирает пистолет одинаково: сначала вставляет возвратную пружину, потом направляющую. — Голос был ровный, почти ленивый. — Я это ещё несколько лет назад подметил. И вот, не изменил привычке. Старый косяк.

На первый взгляд — мелочь. Но в состязании, где на счету каждая секунда, такие мелочи становятся роковыми.

— А я-то думаю, чего ты такой спокойный был, — усмехнулся Лян И, вяло жуя. — Только вот скажи, ты ведь не мог знать наверняка. А если бы он и правда всё сделал правильно?

Пэй Цзяньчэнь не ответил сразу. Он чуть повернул голову и уставился куда-то в сторону — вглубь сада.

По тропинке, ведущей из леса к главному корпусу виллы, неспешно шёл юноша в белом. Сквозь рваную тень листвы он казался почти нереальным — как будто вышел не из чащи, а из сна.

Внезапно он остановился. Обернулся.

Из-за деревьев за ним выбежала девушка — короткое платье с цветочным принтом, босоножки, волосы взмокли, лицо пылало от бега.

— Я… я просто хотела сказать спасибо, — запыхавшись, проговорила Аманда. — Ты… ты не пострадал?

— Всё в порядке, — мягко ответил Вэнь Шуюй. — Но помог тебе не я, а Чэнь-шао.

Девушка, которая ещё недавно всеми силами старалась соблазнить Пэя, теперь, казалось, слегка сжалась.

— Я… я обязательно его тоже поблагодарю. Просто… — она понизила голос, — Уильям, ну, Тао Вэй… он злопамятный. А сегодня вы заставили его опозориться. Он этого не оставит, я точно знаю.

Шуюй лишь спокойно кивнул.

— Спасибо. Я передам Чэнь-шао, чтобы был осторожен. А ты сама тоже по возможности держись от Тао подальше.

— Со мной всё будет хорошо, — Аманда вдруг улыбнулась — ярко, с неожиданным озорством. — Моя мама когда-то служила у старика Тао, но давно умерла. Я теперь одна, ни к чему не привязана. Если запахнет жареным — у меня ноги быстрые, не сомневайся.

Шуюй не удержался и улыбнулся в ответ. Его обычно сдержанное лицо вдруг стало по-мальчишески открытым.

Аманда игриво пнула маленький камешек — ей явно хотелось поговорить подольше с этим неярким, но удивительно тёплым парнем.

Но вдруг что-то мелькнуло в её боковом зрении. Её лицо резко побледнело. Она попятилась, шаг за шагом, почти не поднимая глаз.

Пэй Цзяньчэнь медленно приближался — всё так же в шлёпанцах, руки в карманах, как будто просто вышел подышать после обеда.

— Чэнь-шао… — пролепетала Аманда, опуская голову всё ниже и пятясь назад, как испуганная лань.

Вэнь Шуюй с лёгким поклоном приблизился к Пэю Цзяньчэню:

— Управляющий просил уточнить: ужин подать в доме или накрыть во дворе?

Пэй не ответил. Вместо этого медленно поднял руку и кончиком пальца провёл по виску Шуюя.

На коже там темнел свежий след — неглубокая царапина. Видимо, один из осколков кирпича, отброшенный рикошетом от пули Тао Вэя, оставил на нём свою метку. После купания Шуюй просто обработал её йодом — и теперь рана уже начинала затягиваться.

Но сам жест… был слишком личным.

Шуюй немного смутился. Почувствовав на себе взгляд, он невольно обернулся. Позади — никого. Лесная дорожка пуста. Аманда, похоже, давно сбежала.

— Испугался? — спросил Пэй тихо.

— Нет, — ответил Шуюй сдержанно. — Я верю, что молодой господин всегда держит всё под контролем.

Губы Пэя чуть тронула неуловимая усмешка.

Он снова сунул руки в карманы, лениво развернулся и пошёл в сторону главного здания.

— Пошли. Я проголодался.

Глава 7

Вэнь Шуюй оказался рядом с Пэем Цзяньчэнем чуть больше двух недель назад.

В тот момент Пэй как раз переживал расставание со своей девушкой — франко-суманской красавицей, с которой они вместе учились в старших классах. Девушка бросила его. Причина была вполне в духе её утончённой натуры: она устала от нескончаемой толпы поклонниц, кружащих вокруг Пэя, и — главное — от его холодной невнимательности.

— Джейсон, я знаю, ты не легкомысленный человек. — Её голос звучал мелодично, даже в момент упрёка. — Но я хочу не только верности. Мне нужно, чтобы ты был внимателен ко мне, заботился о моих чувствах. Я хочу, чтобы ты был рядом не только физически, но и душой.

Она была из семьи музыкантов, с детства играла классику. В её походке, в каждом движении — изысканная грация. Даже жалуясь, она держала спину, как балерина, а тонкая шея тянулась вверх, словно у гордого лебедя.

Для любого юноши — даже такого, как Пэй Цзяньчэнь, привыкшего быть первым во всём, — возможность встречаться с такой девушкой была престижной. Она поднимала его статус в глазах окружающих. Ей можно было хвастаться.

Поэтому он не стал реагировать на её слова в духе подросткового упрямства. Вместо этого — задумался. И вполне искренне ответил:

— Но почему ты считаешь, что кто-то должен постоянно заботиться о тебе, следить за твоими эмоциями, быть твоей опорой? Ты ведь уже взрослая. Тебе восемнадцать. Ты не можешь жить самостоятельно?

Результат не заставил себя ждать: Илэна с гневом уехала в Париж. А Пэй — остался с новым статусом. «Бывший».

— Она тебя не влепила? — Лян И ржал в голос, когда услышал. — Хотя… да, она и правда любит драму. Но ты, брат, тоже не промах. Хочешь, чтобы тебя любили, — скажи пару ласковых, даже если для вида! У вас бы всё обошлось.

С самых ясельных времён Пэй был окружён девушками, которые липли к нему сами. Илэна — далеко не первая. Но, пожалуй, самая эффектная. Та, которую ему больше всего завидовали другие парни.

Так что он решил — стоит вернуть её.

Он купит ей бриллиантовое колье. Слетает в Париж. Скажет пару «нежных» — и дело с концом.

Экзамены уже сданы, выпуск окончен. К столичному военно-морскому колледжу он зачислен ещё полгода назад. Хотя частные уроки у наставников и график тренировок продолжались, сейчас у него — короткие каникулы. Идеальное время для рыцарского жеста.

Но его дед — Пэй Хао — решительно отказал внуку в поездке.

— Я как раз изучал свежий отчёт Госсовета безопасности. «Лэйя» снова зашевелились, — сказал он.

Как глава клана и человек, всю жизнь прошедший через железо и порох, Пэй Хао никогда не повышал голос. Но его низкий, ровный бас всегда умел пригвоздить к себе внимание.

— Скоро заседание Законодательного собрания. Седьмой законопроект не пройдёт — это ясно. Так что к концу года всё ещё будет неспокойно. Я хочу, чтобы ты сидел спокойно в столице. И каждый раз, выходя из дома, брал с собой всю охрану. Всех.

Хотя страна официально была независима уже несколько десятилетий, мир в ней оставался хрупкой иллюзией.

Помимо открытых и тайных схваток между двумя главными партиями, на сцене активно действовала ещё одна сила — радикальная организация, называвшая себя «Лэйя».

Сильные внешние покровители сделали их дерзкими и кровожадными. Они устраивали теракты против мирных жителей, организовывали покушения на чиновников и членов их семей, грабили банки и лаборатории.

Двенадцать лет назад боевики ворвались в лабораторию ядерной физики при Суманском университете оборонных технологий. Они пытались захватить образцы делящихся материалов, но, потерпев неудачу, устроили расправу.

Тогда был убит профессор — и трое его студентов.

Профессор носил имя Пэй Цзякай. Он был отцом Пэя Цзяньчэня.

Так что, когда старик выдвинул этот аргумент, Пэй Цзяньчэнь проглотил все остальные слова, не дав им сорваться с языка.

Как и любой юноша, он был полон бунтарства, энергии, желания действовать наперекор. Но именно в таких вопросах — когда говорил этот человек — он всегда молчал и слушал.

И, быть может, чтобы хоть как-то сгладить жёсткость своего запрета, старый генерал сделал один жест в сторону внука.

Он передал ему юношу по имени Вэнь Шуюй.

http://bllate.org/book/14473/1280465