Готовый перевод Disguise for a Class-A Threat / Маскировка для особо опасного [❤️][✅]: Глава 50. Фиктивная смерть

Ли Чжиянь обладал, пожалуй, самым опасным талантом в этом мире. Его способность носила красивое и на первый взгляд обманчиво безобидное название — «Морфо-Бабочки».

Казалось бы, что-то эфемерное, из области визуальных галлюцинаций — не более чем игра разума, безвредное оптическое наваждение. На деле же это было пламя, способное одновременно охватить и сжечь любое заражение, до которого только могло дотянуться.

Он не был целителем — искажённое он не лечил.

Он не был и носителем очищающего дара — устранять само заражение не умел. Единственное, на что он был способен, — это поджечь его. Целиком.

Это был чистый дар разрушения.

И хуже всего то, что дар не различал, где враг, а где союзник. Если Ли Чжиянь выпускал пламя на свободу — сгорали все.

Потому он крайне редко раскрывал свои способности на полную мощь.

В юности, когда ещё не умел себя сдерживать, он сжёг многое — случайно, из-за секундной потери контроля. Например, экспериментальное оружие, которое с таким трудом разработала Академия наук. Или редкие заражённые цветы, которые он почему-то решил вырастить у себя во дворе. Или одного особенно назойливого психопата из Центра по контролю загрязнений, который однажды пришёл его спровоцировать.

Если бы у того не оказался столь низкий уровень таланта, если бы огонь вспыхнул хоть чуть ярче, Ли Чжиянь, скорее всего, не успел бы его остановить. Тогда от него осталась бы только обугленная бумажка с ФИО.

Но Шэнь Цзи был другим.

Чу Е смотрел как Ли Чжиянь стоя на коленях перед разломом что-то бормочет себе под нос. Он понятия не имел, о чём бормочет Ли Чжиянь. Пламя продолжало бушевать, подпитываемое бесконечной порчей из глубин разлома. Ему было далеко до затухания.

— Раньше он мог, раньше он мог, раньше он мог— бормотал Ли Чжиянь, стоя у края разлома. — Он ел моих бабочек. А они такие же, как огонь. Почему сейчас не получилось?

Чу Е хмуро осмотрелся по сторонам:

— Ли Чжиянь, — наконец спросил Чу Е, — а где доктор Шэнь?

— Что-то я его не вижу.

Ли Чжиянь не ответил.

Он просто посмотрел на Чу Е. В его бледно-голубых глазах отразился шок. Та растерянность, о которой не знают, как заговорить.

Чу Е посмотрел на выражение лица Ли Чжияня — и сам застыл.

Через несколько секунд он перевёл взгляд туда же, куда всё это время смотрел Ли Чжиянь — в центр разлома.

— …Он… там? — голос его задрожал.

Гибель сотрудника Центра по контролю загрязнений в зоне поражения — обычное дело. Они знали, на что идут. Каждый, кто подписывался на эту работу, понимал, что может умереть в неизвестности, без имени и без могилы.

Но это же Шэнь Цзи.

Возможный S-классный мутант-целитель. Один из самых мощных и однозначно — один из самых достойных. Герой, который встал на защиту Q-города во время крупнейшей вспышки заражения.

Но главное — он был дорог Ли Чжияню.

Ли Чжиянь — странный, отстранённый, мощный до предела S-классник, у которого едва ли были друзья. Чу Е не припоминал, чтобы он вообще проявлял к кому-то интерес.

Шэнь Цзи был исключением. Для этого мира, для Ли Чжияня — он был важен. Слишком важен.

И теперь он — в пламени. В пламени, которое выпустил сам Ли Чжиянь, пытаясь сжечь искажение.

Это уже не просто проблема. Это катастрофа.

— Ли Чжиянь, спокойно! — Чу Е, мгновенно оправившись от шока, попытался удержать его на грани. — Это не твоя вина, ты не должен винить себя, слышишь? Не накручивай. Подожди. Давай сначала разберёмся. Может, ты просто ошибся. Может, доктор Шэнь не упал туда вовсе!

Он говорил быстро и чётко, не давая Ли Чжияню провалиться глубже.

Эмоции — опасны. Особенно в этом мире. Особенно для мутантов.

Чрезмерные эмоциональные всплески усиливают искажение. Ускоряют заражение. Даже для обычных людей это было смертельно. А для S-класса… токсично вдвойне.

Если Ли Чжиянь сейчас даст волю себе — потеряют не только одного возможного S-класса среди лечащих, но и самого Ли Чжияня — единственного S-класса атакующего типа, которого всё ещё можно было назвать разумным.

— Ли Чжиянь, не спеши с выводами!

Ли Чжиянь долго молчал, прежде чем ответить:

— Я очень… спокоен.

Спокоен настолько, что начал думать. Почему Шэнь Цзи не успел уклониться от атаки садовника? Почему оказался в огне? Почему стал этим… чёрным сгустком, свернувшимся комком? Почему этот комок так просто… сгорел, рассыпавшись в пепел?

Но именно он видел, как Шэнь Цзи был утянут вниз. Именно он ощущал, как его заражение растворилось, став этой чёрной массой.

Ли Чжиянь закрыл глаза. И оказался в ловушке собственных мыслей.

Если Шэнь Цзи действительно погиб, то это он — Ли Чжиянь — убил того, кто был ему дорог. Пусть и не нарочно.

Если же Шэнь Цзи жив… и всё это была инсценировка… тогда почему он выбрал именно его в качестве свидетеля этой “смерти”?

Что-то треснуло — но не снаружи. Где-то внутри.

⸻

Не так уж далеко, на склоне небольшого холма, Шэнь Цзи с глухим кашлем поднялся с земли. Лицо и без того бледное, сейчас было серым — от дыма, усталости и лёгкого раздражения.

— Это было чертовски рискованно, — пробормотал он, — умереть через “смертельное отступление” прямо в огне Ли Чжияня… стоит на секунду промахнуться — и смерть становится вполне настоящей.

【Но ведь не стала же. Всё сработало. К тому же у нас была способность Могильщика — со “смертельным отступлением” всё прошло по учебнику.】

Голос Системы, как всегда, звучал бодро и уверенно — будто подводил итоги на защите диплома.

【Теперь мы полностью синхронизировались с оригинальной сюжетной линией!】

【В книге: главный герой встречает Загрязнителя Хуэй, происходит контакт, затем Хуэй погибает загадочным образом.

В реальности: мы раскрываемся, вступаем в бой на стороне главного героя, потом — из-за одной ошибки — Загрязнитель Хуэй падает в пламя главного героя и погибает. Всё совпадает. Идеально!】

Шэнь Цзи нахмурился:

— Вообще-то, я не планировал всё делать настолько радикально.

【Ладно-ладно, моя ошибка.】

Система моментально сдала назад. Извинение прозвучало с такой скоростью, как будто его подготовили заранее.

— Не вини себя, — сказал Шэнь Цзи. Он стоял, глядя с холма вниз — на бушующее синее пламя, которое продолжало жечь землю внизу. — Я понимаю, это действительно был лучший момент, чтобы исчезнуть. Ты принял верное решение.

Он замолчал.

Но мысль, та, что оставалась где-то между строчками, всё же прозвучала — не в словах, а в паузе:

…но всё же. Всё же.

Шэнь Цзи мог с трудом разглядеть фигуру Ли Чжияня — тот стоял на коленях у самого края обрыва.

Он был повернут лицом к горящему Разлому, и даже сквозь расстояние, сквозь дым и жар, по какой-то необъяснимой причине становилось ясно: он страдает.

Видно было лишь очертания, немного силуэта — но это было достаточно.

Внезапно Шэнь Цзи почувствовал как что-то сдавило грудь.

Он не знал, каким был Ли Чжиянь в оригинале.

Но сейчас… эта боль, которую тот испытывал, была безусловно реальной. Настолько реальной что Шэнь Цзи показалось что и он ее почувствовал. В груди закололо сильнее.

【Уровень заражения у главгероя повышается,】 — вдруг сообщила система, сбивчиво. — 【Эм… почему?】

— …эмоции.. ему…больно.

【…А, да. Резкие эмоциональные всплески действительно могут повлиять на степень заражённости.】

Система попыталась вернуться к привычной сухости, но голос звучал как-то неуверенно.

Шэнь Цзи наклонил голову набок, затем едва слышно выдохнул. Потом опустился на колени — копируя позул Ли Чжияня. Его пальцы коснулись земли.

Грязь прилипла к коже, заползла под ногти. Он не обратил на это внимания.

Из уголков глаз — медленно, как расплавленное серебро — потекли капли.

Они скатывались вниз по щеке, вдоль шеи, сползали по рукам и исчезали в земле.

И подчиняясь его воле, эти нити мицелия потянулись вниз по склону холма, тихо, осторожно. В самую гущу жара и ужаса. Там, где должен был Ли Чжиянь — и его боль.

Ли Чжиянь резко распахнул глаза.

На земле, прямо перед ним — расцвёл крошечный цветок.

Он был прозрачным, почти хрустальным, белоснежным и меньше ногтя взрослого человека. Лепестки тянулись вверх в ленивом, утончённом движении, как будто красавица потягивалась после сна.

Цветок как будто понял, что его заметили — и в следующее мгновение бесшумно растворился в воздухе.

Но этого мгновения хватило.

В этот момент Ли Чжиянь ощутил, как вся тяжесть, весь ком в груди… исчез.

Ли Чжиянь улыбнулся.

Чу Е подпрыгнул от испуга:

— Ли Чжиянь, только не делай глупостей! — крикнул он, голос у него сорвался на фальцет.

— Ты о чём вообще? — с отвращением ответил Ли Чжиянь, поднимаясь с земли. — Надо уходить. Найдём, как выбраться и займёмся зачисткой.

— …А? — Чу Е застыл. Его буквально перекосило от контраста. Он уставился на Ли Чжияня с выражением человека, который только что видел, как кто-то плакал над могилой, а потом бодро предложил сходить за мороженым.

А Ли Чжиянь уже и правда начал осматриваться, прикидывая, в какую сторону идти.

Чу Е остался сидеть на месте. И с каждой секундой становился всё более напряжённым.

— Всё, конец. Окончательно рехнулся… — прошептал он.

Он сглотнул. Голос у него стал всё более тревожным.

— Слушай, может, тебе нужен психолог?.. Или, я не знаю… мутант-целитель?

Он помолчал, потом сам же себе резко ответил:

— Хотя нет, целитель же вызовет травматичные воспоминания! Нет, только психолог!

— Ли Чжиянь! — Чу Е с трудом поднялся на ноги и бросился вдогонку. — Вернёмся, я познакомлю тебя с надёжным врачом!

【Уровень искажения главного героя стабилизировался.】 — Система тяжело вздохнула.

【Насилу провернули такую красивую смерть, а ты берёшь и распускаешься цветами, как вишня на ветру, прямо перед главным героем. Это уже даже не саморазоблачение, это какая-то невыносимая наивность! Тьфу, блин.】

Шэнь Цзи промолчал. Это, по-твоему, наивность?

Он выдохнул.

— Ладно, система. Забудь. Главное — мы теперь свободны. Больше не обязаны следовать за сюжетом.

【Тоже верно. Хорошо, посмотрим, куда теперь держать путь.】

【Будем всё ещё соваться в Три Управления? В карантинный блок, к Стражам или в Центр по контролю загрязнений?】

— Там нас слишком быстро найдёт главный герой. Лучше держаться подальше от его маршрутов.

【Тогда что?】

— А как тебе Центр по утилизации и обезвреживанию загрязнений?

【…Ох. Ты ведь и правда хочешь исчезнуть, но только наполовину. Чтобы, не дай бог, он не нашёл… но и не потерял окончательно.】

【Ладно, ладно. Поиск начат. Полный вперёд с маленьким грибочком навстречу свободе!】

Шэнь Цзи усмехнулся.

Он ещё раз обернулся — и в последний раз посмотрел в сторону Ли Чжияня.

Надеюсь, в следующий раз, когда мы встретимся, я уже не буду тем самым “загрязнителем Хуэй”.

А ты — не будешь больше “главным героем”. Ты станешь просто Ли Чжиянем.

А я — просто Шэнь Цзи.

И тогда… мы сможем познакомиться заново.

Друг, я с нетерпением жду нашей новой встречи.

Он повернулся и пошёл прочь.

Ли Чжиянь, впрочем, тоже шёл прочь, в противоположную сторону. Интуиция подсказывала ему: где-то там должен быть выход.

Они уходили в разные стороны, но почему-то это казалось — словно они только что обнялись.

///

Завершение инцидента Чу Е поручать Ли Чжияню никто не решился. Как, впрочем, и самого Чу Е Центр по контролю загрязнений предпочёл оставить в стороне.

Его быстро и без лишних церемоний упаковали и отправили в ближайший карантинный блок в городе F, параллельно передав сообщение Чжоу Е с просьбой вмешаться и уладить последствия.

Искажённые с низким уровнем таланта вызывали недоверие, а местным сотрудникам Центра не хотелось рисковать: кто знает, поймут ли они, как работает логика Ли Чжияня. Проще было передать всё в руки Чжоу Е.

Чжоу Е пришлось бросить свой недоделанный сеанс стрижки и укладки и в слезах ехать латать последствия в саду ужасов.

Карантинный блок города F отнёсся к Чу Е с явной серьёзностью. Особенно его директор, Бай Сюйюэ.

Бай Сюйюэ лично взяла на себя наблюдение за уровнем искажения у Чу Е, внимательно изучила детали произошедшего и назначила терапию с крайней осторожностью.

И именно в тот момент, когда Ли Чжиянь уже собирался уходить, она вдруг окликнула его:

— Господин Ли, — голос Бай Сюйюэ прозвучал мягко, — скажите, доктор Шэнь уже покинул город F и вернулся в Q-город? Я не видела его сегодня.

Ли Чжиянь посмотрел на неё. Несколько секунд он молчал, прежде чем ответить:

— Вы его ищете?

— Да, — кивнула Бай Сюйюэ и с улыбкой продолжила. Улыбка заложила глубокие морщины на её лице, но при этом не лишила её тёплого, почти материнского обаяния. — Я очень надеялась встретиться с ним ещё раз. Хотела сказать: пациент, за которого он боролся, пришёл в себя.

— Правда?

— Я была готова к худшему. Уже подписала бумаги на перевод в Центр утилизации, думала, если доктор Шэнь сам скажет, что шансов нет, то я его немедленно отправлю. — С этими словами Бай Сюйюэ улыбнулась сквозь слёзы. — Но оказалось, доктор Шэнь действительно умеет творить невозможное.

— Он ведь был всего дважды, — продолжала она, — но именно за эти два визита уровень искажения упал с предельного до 52. Конечно, это всё ещё высокий показатель, но он уже поддаётся контролю.

— Пациент после пробуждения активно идёт на контакт, принимает лечение. Я уверена, что уровень можно снизить ещё больше.

— Поэтому я и хотела поблагодарить его лично, — сказала Бай Сюйюэ.

Ли Чжиянь кивнул:

— Понял. Если мы пересечёмся, я передам.

Бай Сюйюэ всё поняла без дополнительных слов. «Передам» означало: встречи не будет. По крайней мере, в ближайшее время.

К этому она была готова.

Шэнь Цзи обладал редким, исключительно сильным талантом к исцелению. По всем логическим законам он давно должен находиться под плотной защитой Центра по контролю загрязнений. Его затяжное пребывание в карантинном блоке Q-города объяснялось разве что молчаливым согласием между директором Вэнь и Ли Чжиянем.

Теперь, когда он вернулся под крыло Центра, это казалось не просто логичным — неизбежным.

— Благодарю вас, — с поклоном произнесла Бай Сюйюэ.

Попрощавшись, Ли Чжиянь направился в лечебный блок. Сейчас Чу Е находился в палате III категории.

Фактически его уровень искажения снижался быстрее, чем ожидалось. По оценкам Бай Сюйюэ, через неделю он достигнет стадии II, а через месяц сможет полностью восстановиться и снова считаться нормальным мутантом. Правда, с оговоркой: его талант пострадал и, вероятно, понизится с уровня B до B-.

Для Чу Е это были невероятно хорошие новости. Он уже мысленно готовился к жизни обычного человека, а тут оказалось, что шанс сохранить хотя бы B- всё ещё есть.

— Это, наверное, благодаря лечению доктора Шэня, — сказал он. — Я должен ему две жизни.

Ли Чжиянь кивнул:

— Должен.

Чу Е бросил на него быстрый взгляд. Видя, что лицо Ли Чжияня остаётся спокойным и почти равнодушным, он с осторожностью спросил:

— По поводу доктора Шэня… об этом нужно докладывать?

Очевидно, он говорил о якобы жертве Шэнь Цзи.

— Я оформлю его как пропавшего без вести, — ответил Ли Чжиянь с лёгкой улыбкой. — Раз уж мы с ним начали бодаться, не позволю списать его как погибшего. Его личность останется в системе. Пока не найдём, буду ждать.

Чу Е: …

Он ведь… умер?

Он посмотрел на Ли Чжияня, который с неожиданной для себя жизнерадостностью продолжал развивать мысль. И внезапно Чу Еу стало жалко его останавливать.

Это, кажется, был первый раз, когда Ли Чжиянь настолько открыто проявлял привязанность. Причём настолько, что отказывался признавать смерть — предпочитал объявить Шэнь Цзи пропавшим, только бы сохранить возможность его возвращения.

Даже этот непроницаемый тип вдруг оказался… немного человечным.

— Ну что ж, — пробормотал Чу Е себе под нос. — Придётся подыграть. Главное — стабилизировать ему эмоциональное состояние.

— Что ты сказал?

— Ничего! — быстро отозвался Чу Е. — Я полностью тебя поддерживаю! Так ты собираешься искать доктора Шэня? А что скажешь, если кто-то спросит, почему?

— У вас ведь… не такие уж близкие отношения?

Вроде бы пытался переманить, но до настоящего переманивания дело не дошло. Вроде бы друзья, но и дружбы там толком не было. И вообще, их знакомство длилось всего несколько месяцев.

Так что, строго говоря, Ли Чжияню действительно стоило бы найти какое-то объяснение. Хотя, Чу Е прекрасно понимал: Шэнь Цзи мёртв, и все эти поиски — в пустоту.

Но не может же он сказать: «Я ищу потерянную любовь всей своей жизни»? Это же откровенный бред!

— Я его брошенный супруг, — внезапно заявил Ли Чжиянь. — Как тебе, звучит внушительно?

Чу Е: …?

Увидев выражение лица Чу Е, Ли Чжиянь немного подправил формулировку:

— Тогда, может, вдовец?

Чу Е: …?!

Это уже ни в какие рамки не лезет!

— В любом случае, мне нужно связать себя с ним, — торжественно объявил Ли Чжиянь. — С этого момента я — мужчина, преданный воспоминаниям о своей любви. А мой холодный, бесчувственный возлюбленный… он жестоко бросил меня и исчез прямо у меня на глазах. Я обязан найти его и заставить осознать всю тяжесть своего поступка!

Чу Е страдальчески зажмурился и уткнулся лбом в локти.

Прости, доктор Шэнь! Умер — и даже после смерти не обрёл покоя из-за этого психопата! Обещаю, я сожгу для тебя как можно больше бумажных денег!

Или… или приходи и забери этого сумасшедшего с собой.

⸻

【Твоя учётная запись обновлена,】 — без лишних предисловий сообщила Система Шэнь Цзи. 【Тебя не выписали, не признали погибшим — ты просто значишься как пропавший без вести. Пропавший!】

【То есть, если подводить итог, наша маленькая инсценировка — она всё-таки сработала? Или нет?】

— Что-то в твоём голосе подозрительно много злорадства, — пробурчал Шэнь Цзи, устало потерев виски, словно отголосок внутреннего шума стал ощутимее именно в этот момент.

Он щёлкнул языком, как будто пробовал на вкус собственные сомнения:

— И ты всерьёз считаешь, что Ли Чжиянь не догадается? У него не одна бабочка была съедена грибами. А бабочки, между прочим, были заражением. Пока он был в ступоре — можно было надеяться, что прокатит. Но когда очнётся… маски послетают.

Система, вопреки своему обыкновению, не стала юлить. С Шэнь Цзи иначе и не сто́ит — начнёшь говорить намёками, сам же и запутаешься.

【На самом деле, ты просто не хочешь его обманывать. Все эти витиеватые объяснения, многослойные доводы, циркулярная логика — это не для меня. Ты уговариваешь себя.】

Шэнь Цзи не ответил. Просто посмотрел куда-то в сторону, не фокусируясь, будто пытался мысленно зацепиться за что-то надёжное, но всё, к чему ни тянулась мысль, оказывалось зыбким, ненадёжным или уже сгоревшим дотла.

В этот момент заскрипела дверь. Скрежет был не резким, а вязким, будто металл с усилием отдирали от ржавчины. В помещение вошёл кто-то — шаги уверенные, без суеты, но и без лишней демонстративности.

Человек был среднего возраста, лицо жёсткое, с угловатыми чертами, словно вырезанными топором по чужой анатомии. Он был одет в плотный защитный костюм — ткань чуть поблёскивала в складках, на маске тонкая пыль оставила тусклый налёт. Лицо было почти полностью закрыто, лишь глаза оставались открытыми: тяжёлые, сосредоточенные, не глядящие — пронизывающие.

— Значит, ты пришёл устраиваться, — голос прозвучал глухо, но не без интереса. Мужчина опустился на стул напротив Шэнь Цзи, корпус при этом даже не шелохнулся, будто встроен в конструкцию. — Тогда начнём с базового. В первую очередь — твой талант.

Смерть — так смерть. Сбежав по всем правилам фальсификации, он вместе с целым выводком откормленных грибов начал поиски нового убежища. После обсуждений с Системой выбор пал на Центр по утилизации загрязнений.

Но не на какой-нибудь филиал, а сразу на штаб-квартиру. Потому что, как известно, только в штабе может внезапно появиться главный герой.

В оригинальном сюжете Центра по утилизации загрязнений вообще не существовало, и Ли Чжиянь там ни разу не появлялся. Так что теперь Шэнь Цзи решил проверить, сколько продержится, прежде чем его найдут.

Переодевание было минималистичным: новая причёска, очки и немного коррекции лица с помощью садоводческого заражения. Никаких радикальных изменений.

【Просто используй тот тип заражения, о котором мы договаривались,】 — напомнила Система.

— Мой талант — сенсорного типа, — спокойно сообщил Шэнь Цзи. — Но уровень D.

Суровый мужчина удивлённо вскинул брови.

Внешне талант не казался выдающимся, но сенсорные способности — один из важнейших редких типов. После лечащих способностей — на втором месте. Притворяться исцеляющим мутантом Шэнь Цзи уже доводилось. Хоть и не сразу понял, чем это обернётся. Так что теперь пришла очередь прикинуться сенсорным. Тем более, Система могла незаметно подыгрывать.

Уровень — D. Специально занижен. Чтобы больше не было этих историй, где после пары «случайных» спасений высоко заражённых пациентов всё вдруг рушится.

— Сенсорный? — переспросил собеседник. — Почему тогда не в Стражи или карантинный блок? У них с сенсорными мутантами дефицит.

— Я… социофоб, — безмятежно сообщил Шэнь Цзи.

Собеседник: …?

Шэнь Цзи не отводил взгляда. Лицо оставалось всё таким же спокойным, а в глазах читалась искренняя убеждённость:

— Я социофоб.

— Я хочу работать только с трупами. С живыми людьми — нет желания.

Суровый мужчина: …

【Безупречно!】 — с восхищением выдохнула Система. 【Аргумент на уровне главного героя — абсурден, но ни к чему не придерёшься.】

Шэнь Цзи остался невозмутим. Главное — чтобы сработало.

— А, вот оно как… — пробормотал мужчина, опуская взгляд в документы. — Понял.

Ничего он не понял.

Центр по утилизации загрязнений хронически страдал от нехватки персонала. Порой до такой степени, что к волонтёрской работе привлекали осуждённых. Казалось бы, любой, кто сам приходит на собеседование, должен тут же получать должность. Но… тут заявляется субъект с фразами вроде: «Я социофоб, хочу работать с трупами» — и у рекрутёра начинает подгорать логика.

Мужчина забрал подписанные документы и анкету Шэнь Цзи, пробормотал что-то о том, чтобы ждать звонка, и удалился, пребывая в состоянии лёгкого помутнения.

По дороге он всё пытался решить: это у него поколенческий разрыв с молодёжью, или это конкретный экземпляр?

Тем временем Шэнь Цзи вышел из здания Центра. В кармане негромко пикнул телефон.

На экране — СМС без подписи, с перечнем внутренних правил Центра по утилизации загрязнений.

Тут всё стало ясно.

【Ну разумеется, «ждите звонка» — это формальность,】 — прокомментировала Система. 【У них нехватка кадров настолько критическая, что они бы и призрака, и загрязнителя на должность взяли.】

【А, погоди. Ты же и есть призрак-загрязнитель.】

Шэнь Цзи: …

Что ж, весьма досадно.

В этот момент телефон в кармане снова завибрировал.

Он опустил взгляд на экран — новое сообщение. Отправитель — хорошо знакомое имя: Ли Чжиянь.

Да, Шэнь Цзи не удалил контакт Ли Чжияня. Хотя и не ожидал, что тот ещё когда-нибудь напишет.

«Геморойный главный герой: Сегодня вечером собираюсь отомстить, приготовив грибной суп…»

Из-за предпросмотра на экране был виден только обрывок фразы. Слово «отомстить» выглядело особенно многозначительно.

【Почему ты не откроешь сообщение?】 — поинтересовалась Система.

— Потому что как только я его открою, оно станет прочитанным. А если оно станет прочитанным, это будет всё равно что признание: «Да, я жив». — Шэнь Цзи говорил абсолютно спокойно.

【…】 — Система зависла в молчании.

Что это вообще за логика? «Я знаю, что ты знаешь, что я жив, но я должен продолжать делать вид, что умер, иначе это будет неловко»?

Шэнь Цзи заблокировал экран и продолжил путь:

— Не отвечаем. Сначала найдём жильё. Центр по утилизации загрязнений выдаёт койко-место, интересно?

Позади Шэнь Цзи грибы выстроились в стройную колонну. Они покачивались, катились и топали, стараясь держать шаг — чем-то напоминая организованную группу дошкольников, отправившихся в поход по поручению строгого воспитателя.

Новое убежище!

Хэй-хоп! Пора захватывать новую территорию!

— Тут нет больших бабочек… — простонал один, обводя округу подозрительным взглядом.

— И маленьких бабочек нет! Фьють! — добавил другой, свистнув так, будто пытался позвать их.

— А здесь будут вкусные угощения? — донеслось с заднего ряда.

— Хозяин! Мы хотим обедать!

http://bllate.org/book/14472/1280405