Готовый перевод Survival Diary of a Petty Demon / Дневник выживания мелкого демона [❤️][✅]: Глава 29

В это время Юй Минъюй сидел в машине, склонившись над планшетом. Лоб упёрт в ладонь, взгляд прикован к записи с камер наблюдения.

В салоне царила тяжёлая тишина. Такая плотная, что казалось — воздух исчез. Городской шум оставался за стеклом. Здесь же каждый шелест, каждый щелчок по экрану звучал отчётливо, как выстрел.

Лу Ичжэнь за рулём старался не шевелиться. Он слушал: не музыку, не улицу — Юя. Каждый вздох, каждое касание пальцев к экрану.

Сегодня в «Цюньфанчжай» было непривычно людно.

Часть гостей — выпускники частной школы: шумные, пёстрые, самодовольные. Остальные — совсем иного рода. Люди, которые знали, что сегодня здесь празднуют 60-летие Ляна Юаня, генерального секретаря провинциального военного совета. И что Юй Минъюй обязательно появится.

Все понимали: между Юем и Ляном давние связи. Говорили, что именно военный совет когда-то обеспечил компании «Бо́лао Технолоджиз» монопольный выход на рынок.

Экономическая пресса любила накручивать скандалы. Якобы когда-то Лян даже хотел сделать Юя своим «золотым зятем»: предлагал политическую крышу, бизнес, доступ ко всем нужным кабинетам.

Но Юй Минъюй отказался.

Теперь, когда Лян Юань приближается к отставке, а Юй Минъюй и без всякой протекции уверенно набирает силу, в деловых кругах всё чаще шепчутся: неужели союз окончательно распался?

Но сегодняшний вечер, похоже, поставил все точки над «и».

Половина акций «Цюньфанчжай» принадлежит Юй Минъюю. И то, что Лян Юань отметил своё 60-летие именно здесь, звучало как вполне конкретный сигнал: все слухи о разрыве — домыслы. Связь жива.

Лян сиял. Юй Минъюй — наоборот.

Он продолжал смотреть в экран планшета. С камеры наблюдения снова и снова прокручивался один и тот же отрезок — парковочный карман рядом со зданием «Бо́лао Технолоджиз».

Чжэнлиньлу — улица престижная: офисы, стекло, белые воротнички. Подземной парковки всем не хватало, поэтому вдоль тротуара были выкуплены редкие наземные места. Полугодовая аренда стоила как половина квартиры. Там не парковались случайные люди.

И всё же — последние четыре дня, ровно в полдень, одно из этих мест занимала машина. Каждый раз разная, но все — явно дешёвые, пыльные, старые. И каждый раз после 17:30, как только Юй Минъюй выходил из офиса, машина трогалась следом. Ни раньше. Ни позже.

Он заметил это ещё в первый день. Тогда как раз направлялся в городскую библиотеку.

Машина держалась на приличном расстоянии. Водитель, судя по всему, считал себя умным — остановился за полкилометра от входа, стараясь не попасть в объективы.

С тех пор Юй Минъюй стал намеренно выбирать одно и то же место для чтения. И каждый раз, ровно в назначенное время, в зал вбегал один и тот же молодой человек — в бейсболке и чёрной маске. Он спешно окидывал взглядом помещение, находил Юй Минъюя и усаживался неподалёку.

Этот взгляд… Цепкий, прожигающий, будто вытягивающий изнутри больше, чем положено. Юй Минъюю становилось тошно.

Всё повторялось — до сегодняшнего дня.

Вдруг он вспомнил: у двери своей городской квартиры он уже ловил одного сталкера. Тот следил за машиной точно так же. Поведение совпадало до деталей. Похоже, это был один и тот же человек.

Кто он? Назойливый репортёр? Конкурент, недовольный его методами? Или, хуже, кто-то из людей Юй Циньяо?

Юй Минъюй устало провёл пальцами по переносицы. Не глядя, смял бумаги, лежавшие рядом, и отбросил под ноги. Шум в голове только усилился.

Сто уловок — и одна ошибка. Даже самый осторожный преследователь не мог учесть, насколько густо камерами покрыто здание «Бо́лао». Ни одна машина, ни один номер не проходили мимо.

— Шесть номеров? — переспросил Юй Минъюй. Голос был низкий, ровный. — Ты хочешь сказать, он сменил шесть машин за четыре дня?

— Да, — подтвердили записи. — Шесть разных машин. Приезжали в одно и то же время. Никто ни разу не вышел.

Лу Ичжэнь добавил, не поднимая глаз:

— Этот слот раньше арендовал человек, который сейчас за границей. Четыре дня назад место сдали в аренду. Всё совпадает.

Сменить шесть машин за такой срок — значит, у человека или мощные ресурсы, или за ним стоит команда. И в любом случае: кто бы ни был этот наблюдатель, он — угроза уже просто по факту своего существования.

Лу Ичжэнь на секунду замолчал, затем осторожно произнёс:

— Хочешь, я снова свяжусь с прежним владельцем парковки? Если повезёт — достанем данные арендатора. А по ним уже можно будет раскрутить остальное.

Юй Минъюй не ответил.

Этот сталкер… Ну что ж, особым умом он не блистал. Следил — и тут же заснул прямо в библиотеке, даже книжку не дочитал. Часа не прошло.

Серьёзно? Он правда думает, будто я — наивный первокурсник, которого можно вести за нос?

— Как думаешь, зачем он за мной следит? — бросил он, глядя в пространство.

…

Лу Ичжэнь открыл рот, мысленно перебирая варианты. Было их с десяток, но озвучил самый безопасный:

— Деньги?

Он не успел услышать ответ. В окно постучали — два уверенных, ровных удара.

Снаружи, опираясь на трость, стоял Лян Юйань. Увидев Юй Минъюя, расплылся в широкой улыбке:

— Господин Юй, раз уж приехали — чего сидеть в машине? Холодные закуски уже на столе, не меньше четырёх блюд. Все ждём только вас. Или мне вас лично за руку проводить?

Лян выглядел моложаво. Трость выдавала возраст, но в остальном — та же армейская выправка, прямой взгляд, лёгкий налёт вольницы, который годами не стирается. Порода чувствовалась во всём.

Юй Минъюй ответил вполголоса, пообещав в подарок подлинник «Нефритового бамбука» кисти Ван Фу. Лян расцвёл: засмеялся звонко, почти мальчишески — будто ему и впрямь не шестьдесят.

Чжу Сяо прибыл на вечер с братом и сестрой. И как только увидел Юй Минъюя, весь подобрался, вспыхнул, будто ждал его с самого утра.

Юй Минъюй, как всегда, держался спокойно. На губах — сдержанная, безупречно вежливая улыбка. Лян Юйань подводил его к армейским товарищам, и Юй Минъюй, склонив голову в лёгком поклоне, протягивал руку для приветствия.

На безымянном пальце кольца не было.

Чжу Сяо заметил это сразу. И только тогда позволил себе тихий, облегчённый вдох. Подошёл ближе, шаг почти неслышный:

— Господин Юй… — произнёс он, почти шёпотом, с трепетом, которого не смог скрыть.

Когда Юй Цинъя сообщил, будто Юй Минъюй недавно женился, Чжу Сяо впал в ярость. Разнёс полквартиры, швырял стулья, кричал до хрипоты. Но сколько бы ни рылся в интернете, сколько бы ни допрашивал своих информационных “крыс” — никто так и не сказал, кто этот загадочный супруг. Ни имён, ни фото, ни намёков.

Все решили, что Чжу Сяо просто сошёл с ума от ревности. Но он-то чувствовал: если всё настолько скрыто — значит, не случайно.

Если брак и был настоящим, он мог оказаться чисто формальным. Ради статуса.

А даже если не формальным — значит, его нужно сломать. У него были ресурсы. За спиной стояли Юй Цинъя и Юй Даоинь. И главное — уникальная дата рождения, идеально сочетающаяся с картой судьбы Юй Минъюя. Он знал: это шанс. Его шанс.

С тех пор, как они в последний раз пересеклись в Бишуйсе, Чжу Сяо не видел Юй Минъюя ни разу.

Да, у него было вилла в Янъюане, и он частенько “случайно” проходил мимо особняка. Но машины у ворот не было. Дом оставался пустым, как будто вымершим.

Он ждал.

— Малыш Чжу! — раздался голос Ляна Юаня, громкий, живой. — Брат с сестрой уже внутри, а ты чего тут с ветром обнимаешься?

Юй Минъюй ещё не успел ничего сказать, а Лян Юйань уже хлопнул Чжу Сяо по плечу. Будучи в родстве с его матерью, он знал парня с детства и читал его, как раскрытую книгу.

— Кого ждёшь, а?

Чжу Сяо вспыхнул, но неожиданно даже для себя ответил прямо:

— Господина Юя.

Юй Минъюй взглянул на него холодно, коротко кивнул:

— Пойдёмте внутрь.

Они двинулись по направлению к залу, но Чжу Сяо не отставал:

— Господин Юй, вы в последнее время… очень занятой? Я пытался вас найти, но всё не складывалось. В эти выходные вы будете в Янъюане? Я мог бы навестить вас?

— С какой целью?

— Просто… — Чжу Сяо отвёл взгляд. — Вы ведь сами говорили, что чувствуете усталость. А мама рассказывала, что в Яошане открыли новые термальные источники. Отличные процедуры — говорят, после них тело как заново рождается. Я на воскресенье записался. Можем поехать вместе.

Лян Юйань фыркнул, рассмеялся, покачал головой:

— Молодёжь — вечно всё окольными путями. Юй, тебе впору завидовать: такой преданный поклонник! Я бы и сам не прочь взять его к себе в зятья, да что-то всё не складывается. А СМИ только и делают, что подливают масла в огонь — с утра до вечера строчат о твоей «личной жизни».

Он перевёл взгляд на Юй Минъюя и, улыбаясь, добавил:

— Минъюй, тебе ведь уже за тридцать? Пора бы и вправду подумать о семье. А Чжу — и возраст подходящий, и глаз с тебя не сводит… Может быть?..

Чжу Сяо вспыхнул, подняв глаза — лицо порозовело до корней волос.

О браке с Се Аньцунем лучше знало бы как можно меньше людей. Меньше слухов, меньше сплетен, меньше проблем. Но, глядя на мягкий свет люстры, рассыпающийся янтарными бликами по залу, Юй Минъюй вдруг вспомнил: та самая ночь, крыльцо, лампа над входом… Се Аньцунь стоял у двери их дома.

Под фонарём лицо казалось почти прозрачным, как будто высечено из янтарного дыма. Худой, почти болезненно бледный. Но глаза — глубокие, будто вода в тёплом озере, в которую хочется погрузиться до самого дна. Тогда он смотрел так, будто одним взглядом понимал всё, что не укладывается в слова.

Юй Минъюй слегка прищурился… и внезапно улыбнулся:

— Я уже женат.

…

Наступила глухая пауза.

Лян Юйань замер, растерянно моргнув:

— Что?.. Когда успел? Даже мне не сказал? Кто же это? Из какой семьи?

Юй Минъюй лишь покачал головой. Ясный жест: имени не будет.

Лицо Чжу Сяо стало белым, как бумага. Он опустил голову, сжал кулаки — пальцы побелели. Воздух вокруг будто стал гуще, плотнее, натянут как струна. Но это был день рождения Ляна Юаня, и закатывать сцену сейчас было бы верхом бестактности.

Он это понимал. И потому сглотнул, выпрямился, силой натянул улыбку, уже готовясь произнести что-нибудь приторное…

И тут — будто укол между лопатками.

Чужой взгляд. Пронзительный, ледяной, ввинтившийся в спину так ощутимо, что он вздрогнул.

Чжу Сяо резко обернулся. В зале суетились официанты, как всегда — ни души с недобрыми глазами, ни единой подозрительной фигуры.

Может, почудилось?

Он нахмурился. Лёгкое, вязкое беспокойство не проходило. Будто по спине провели холодной рукой — не больно, не страшно, просто не по себе. Продолжать разговор не хотелось. Молча пошёл следом за Юй Минъюем и Лян Юйанем в банкетный зал — Хэ Хуа Тан.

Хэ Хуа Тан был просторным и светлым: десять круглых столов, расставленных по периметру, посреди — декоративная горка с крошечным прудом и изящным павильоном. Время от времени туда поднимались музыканты, исполняя классику на гучжэне и пипе.

Шум, смех, звон бокалов — всё, что так любят на юбилеях. Старики говорили тосты, обменивались байцзю и воспоминаниями.

Но Чжу Сяо не находил себе места. Что-то не давало покоя.

Он ещё не мог точно сказать, что именно, но с того самого момента — у входа, когда он стоял рядом с Юй Минъюем — его не отпускало ощущение, будто за ним кто-то наблюдает. Не прямой взгляд, не явное давление, а скорее присутствие. Незримое, но навязчивое, как будто кто-то читал его поведение строчка за строчкой.

Вокруг — обычные гости. Разговаривающие, смеющиеся, занятые. Официанты проходили мимо с подносами, никто не выглядел подозрительно. А всё равно казалось, что кто-то смотрит. Не в упор. Косвенно. Но смотрит.

— Малыш Чжу, ты в порядке? — спросил Лян Юйань, заметив его беспокойство. — Ты побледнел. Это кондиционер? Или тебе плохо?

Чжу Сяо натянул улыбку, покачал головой:

— Всё в порядке. Наверное, просто… вино ударило в голову.

— Сейчас скажу, пусть принесут тебе сока, — отозвался Лян, уже делая знак официанту.

Пока Лян Юйань обсуждал что-то с официантом, Чжу Сяо ещё раз украдкой огляделся. Затем, наклонившись ближе к Юй Минъюю, прошептал:

— Господин Юй, вам не кажется… что за нами всё это время кто-то наблюдает?

Снова. Стоило приблизиться, приблизить голос — и это ощущение возвращалось. Не явный взгляд, не прямое давление, а странное, едва уловимое чувство: как будто кто-то слишком пристально следит.

— Кто-то наблюдает? — Юй Минъюй опустил глаза в бокал. — Кто?

— Не знаю… но это с самого входа в Хэ Хуа Тан. Я не выдумываю. — Чжу Сяо чуть поёжился. — Может, папарацци? Или кто-то пробрался внутрь?

Юй Минъюй нахмурился, не ответил. В его взгляде что-то сдвинулось, будто он мысленно уже проверял планировку зала, углы обзора, маршруты официантов.

Чжу Сяо открыл рот, чтобы продолжить — добавить хоть что-то, чтобы вернуть его внимание, — но в этот момент зазвонил телефон.

Экран засветился. Номер незаписан, но последние четыре цифры — 0318. Он узнал их мгновенно.

Юй Цинъя.

Он вскочил, словно его окатили холодной водой.

— Простите, — бросил он через плечо и торопливо покинул Хэ Хуа Тан.

http://bllate.org/book/14471/1280322