Готовый перевод How Long Can Your Snowman Live? / Как долго проживёт твой снеговик? [❤️][✅]: Глава 5. Официальное заявление о браке

Вот это он, конечно, вжился в роль. Чжу Чжиси едва удержался, чтобы не показать большой палец — актёрское одобрение без слов.

С такой внешностью и такой подачей — академия, конечно, дело полезное, но парню давно пора в кино. С миссией. Образовывать шоу-бизнес изнутри. И, возможно, снаружи.

— Ай-ай-ай, какие вы милые! И так подходите друг другу! — сотрудница, вся светясь, с удовольствием отыгрывала второстепенную роль в этом фарсе. — Я уже столько лет здесь работаю, но Альфы с Бетами — это редкость. Обычно AO, как по шаблону. Наверняка у вас настоящая любовь, раз решились!

Вы не поверите, женщина…

Чжу Чжиси едва сдерживался, чтобы не расхохотаться. Пришлось отвернуться и уставиться на ледяное выражение лица Фу Жанъи, прикусывая губу.

Тот, похоже, тоже уже с трудом всё это переваривал. Он всё ещё улыбался, но спросил:

— Осталось что-нибудь?

— Да, только фото. Пройдёмте, вот сюда.

Они пошли следом за сотрудницей — рядом, но с безопасной дистанцией, как два человека, которых случайно загнали в одно фото.

Через пару шагов Чжу Чжиси начал, как обычно, смещаться ближе. У него была эта странная привычка — идти вплотную, будто проверяет, выдержит ли кто-то его боковой навал. Неважно кто — друг, коллега или, вот теперь, почти муж. У всех плечо в опасности.

— А твоё имя и правда — Жанъи? — спросил он вполголоса, почти заговорщически. — В смысле, как в “уступить ради справедливости”?

Жанъи - “Мудрый жертвует удобством ради других…”

Родители, видимо, в детстве уже раздавали детям моральные обязанности. С колыбели — сразу в житие.

Ответа не последовало. Чжу Чжиси обернулся — и тут же увидел, как сильно испортилось лицо Фу Жанъи.

Что такое? Я что, что-то не то сказал?

— Не твоё дело, — бросил тот коротко. Тон не повышал, но и до «вынеси за дверь» было рукой подать.

Чжу Чжиси мысленно закатил глаза.

Конечно. Такое имя — и такой характер. Родители хотели будущего мудреца, а получили ходячее недовольство.

Он чуть отстал, спрятался у него за спиной и тихо передразнил:

— Не твоё де-е-ело~

— Молодожёны, пожалуйста, вот сюда.

По указанию они встали перед камерой. Один — впереди, другой — сзади. Фотограф сделал пробный кадр — и сразу что-то почувствовал. Вроде пара выглядит красиво, гармонично. А вот атмосфера между ними — будто их вместе поставили за уши, по отдельным повесткам.

— Постоим поближе, а? Это же пойдёт на ваше свидетельство о браке! — радостно напомнила фотограф. — Так, высокий красавец, чуть правее, пожалуйста.

Фу Жанъи всё ещё пребывал в своей мрачной туче и не спешил подчиняться.

— И давайте-давайте, поулыбчивей! Это же свадьба, не похороны!

Фу Жанъи глянул на него молча. Нет, ну разве работа требует ТАКОГО энтузиазма?

Хотя… Он быстро понял: в этом помещении он не главный источник «тепла».

Потому что как только прозвучала команда, Чжу Чжиси резко прижался к нему боком, как магнит к холодильнику, и ещё рукой дотянулся до его лица — дёрнул уголок губ:

— Улыбайся давай.

И сквозь зубы, еле слышно, прошипел:

— Ну же, брат, давай уже улыбнись. А то щёлкать будут до ночи. Очередь же. Люди настоящие стоят, с чувствами. Не мешай чужому счастью. Карма догонит — я предупреждал.

Фу Жанъи всё-таки изогнул уголок рта. Но не остался в долгу:

— В зале регистрации тоже настоящие пары. Люди, которые хотя бы имя своего партнёра помнят. Так что ты бы помолчал.

— Помню, помню, — прошипел Чжу Чжиси с ангельской улыбкой. — Ваше благородное имя — теперь со мной навсегда. Улыбнулись и пошли дальше, а?

Фу Жанъи всё же выдал натянутую, но улыбку.

Чжу Чжиси выдохнул, глянул прямо в объектив и неожиданно подмигнул:

— Простите, муж у меня из породы немногословных. Улыбка у него — дефицитная вещь. Экономим.

Слово «муж» сбило Фу Жанъи с дыхания — будто косточкой поперхнулся.

— Вот это настрой! — обрадовалась фотограф. — Отлично! Три, два…

Раньше этот отсчёт для него ничего не значил. Просто формальность. А сейчас — как будто тумблер щёлкнул. Что-то сдвинулось.

На «раз» Чжу Чжиси всё-таки усмехнулся. Легко, но в этом было что-то вызывающее. И ещё — наклонился чуть ближе к Фу Жанъи, почти касаясь плечом.

— Чиииз, — выдал с блеском в глазах, в котором смешались насмешка и… азарт?

Вспышка. И вдруг — не ЗАГС вокруг, а какой-то затейливый аттракцион. Всё это выглядело до смешного нелепо. Будто их случайно запихнули в одну кабинку на американских горках. Прокатились, покричали, а на выходе вручили: «Поздравляем, вы — молодожёны!»

Ярко-красные книжечки в руках — не документы, а сувениры из павильона абсурда.

Фу Жанъи не дрогнул. Он вообще почти не двигался, даже когда держал их — как будто это был не брак, а временная акция по обмену взглядами.

Тем временем Чжу Чжиси уже расположился за уличным столиком у круглосуточного, как ни в чём не бывало, и вгрызался в бульон с начинками.

— Будешь? Редька — огонь, — предложил, подцепляя палочками.

— Нет. Сплошная пищевая химия.

— Один кусочек — не умру, — пробормотал тот, не отрываясь.

— Умрёшь. Просто немного раньше.

Вроде бы после такого стоило бы огрызнуться. Чжу Чжиси ведь на языке остёр, как наждак. Но нет — просто откусил редьку, пожал плечами:

— Ну, досрочно так досрочно.

Фу Жанъи оставил его умирать в гастрономическом одиночестве и развернул свидетельство. На фото — они. Живые. Смешные. Почти чужие.

— А разводиться мы тоже здесь будем? — вдруг спросил Чжу Чжиси, не глядя.

Фу Жанъи перевёл на него взгляд. В лице — что-то неожиданно простое, почти детское. Как будто он действительно хотел знать.

Фу Жанъи и сам удивлялся — Чжу Чжиси и правда не испытывал ровным счётом ничего.

Когда Фу Жанъи впервые предложил брак по договору, он ожидал хотя бы лёгкого ступора. Ну или саркастического вопроса в духе «а ты точно не пошутил?». Всё-таки предложение было, мягко говоря, из разряда неформатных.

Но тот только кивнул. Без пафоса, без вопросов. Как цыплёнок, который вдруг наткнулся на семечко: не планировал, но пригодится.

Словно сам ждал этой странной сделки. Может, у него тоже семья достаёт. Или, как и Фу Жанъи, сбегает от чего-то, только не говорит.

Фу Жанъи не стал копать. Не из деликатности — просто не считал нужным.

Всё равно. С самого начала всё было ясно: никакой драмы, только контракт. Брак с функцией выключенного звука.

— Ага. В разводной версии на фото будешь только ты, — обронил Фу Жанъи, разглядывая бумажку. — Можешь хоть в голос рассмеяться, никто не запретит.

— Не переживай, — сказал Чжу Чжиси, поднимая свидетельство к лицу. — На том снимке я точно буду повеселее, чем на этом.

Фу Жанъи посмотрел на него. Не потому что хотел что-то сказать. Просто заметил — у этого человека лицо совсем не как у остальных.

Сколько он видел за эти годы: лица, типажи, формы — все стирались, как надписи на запотевшем стекле. Проведи пальцем — и пусто.

А тут… черты не плывут. Не исчезают. Будто говорят, каждая по-своему.

— Чего пялишься? — Чжу Чжиси провёл тыльной стороной ладони по щеке. — Бульон уронил?

— Нет. Просто думаю, — коротко ответил Фу Жанъи. Взял свидетельство из его рук, аккуратно положил рядом со своим. Достал телефон.

— В ленту пойдёт? — тут же наклонился Чжу Чжиси, словно с интересом к статистике.

Фу Жанъи мельком на него глянул. Парень, похоже, и правда хотел, чтобы все знали: он теперь женат.

Фу Жанъи не стал отвечать. Сделал снимок, не глядя, и открыл WeChat. Начал печатать пост.

— Стой, ну ты чё, это же слишком палевно! — Чжу Чжиси выхватил у него телефон. — Так никто не делает «официальное заявление».

Фу Жанъи с интересом посмотрел:

— Ну и как, по-твоему, правильно?

— Не хочешь лицо светить — покажи хотя бы руки. — Чжу Чжиси убрал еду в сторону, положил оба свидетельства на стол. — Видел у кого-то: две руки поверх книжечек, иногда ещё котячью лапу или пёсика добавляют. Мило, но мы без этого обойдёмся. Совместных зверей у нас точно не будет.

— Ты вообще не устаёшь столько болтать? — не выдержал Фу Жанъи.

— Не-а. У меня кровь хорошо циркулирует, — Чжу Чжиси подмигнул.

Фу Жанъи закатил глаза так, как будто вся его нервная система кричала: «Спаси и избавь». Но промолчал.

— Короче, главное — две руки, — подвёл итог Чжу Чжиси. И тут же добавил: — Спокойно, я знаю, что ты не хочешь держаться за руки. Я сам всё сделаю. Левую на правую, закатываю рукав, вот так… Смотри! Почти как будто нас двое. Давай, снимай! Только не захвати локоть, ладно?

Фу Жанъи смотрел на это чудо, выгнувшееся в полуспираль ради нужного кадра, и одним глазом следил за экраном телефона.

Чжу Чжиси действительно выкладывался: старался создать визуальную иллюзию двух разных рук, хоть и становилось откровенно неудобно.

— Ну что, снял? — прошипел он, немного запыхавшись. — Если нет, я сменю позу.

Но тут услышал тихий, почти вкрадчивый вопрос:

— Можно я возьму тебя за руку?

— А? — он ошарашенно поднял взгляд.

С чего вдруг такая вежливость?..

— У тебя руки слишком маленькие. Смотрится неестественно.

— Да ну? — Чжу Чжиси потянул шею, глянул в экран. — И что, ты предлагаешь…

Он не успел договорить. Фу Жанъи уже аккуратно взял его за запястье. Отодвинул "декоративную" руку в сторону, затем своей ладонью едва накрыл оставшуюся.

Не соприкасаясь, но почти. Тепло не передаётся — но близость ощущается.

Щёлк.

— Готово, — спокойно сказал он.

— Ага… — выдохнул Чжу Чжиси.

Он посмотрел на свою «слишком маленькую» руку, сжал пальцы.

Да что он вообще несёт? Я этими руками и страусов ловил, и палатки ставил, и крокодилов голыми руками щёлкал. Сильные они, между прочим!

Он уставился на ладонь. Вдруг что-то вспомнил.

Развернул её — и замер. Таймер снова стоял.

Серьёзно?.. Даже когда кожа не касается кожи?

Это что, настолько работает?

— Готово, — как ни в чём не бывало сказал Фу Жанъи, уже выкладывая пост в ленту.

Чжу Чжиси не успел разглядеть фото — потянулся ближе:

— Эй, а текст под постом кто согласовывал? Покажи!

— Уже выложено. Сам посмотри, — безразлично ответил Фу Жанъи.

Чжу Чжиси на секунду завис, а потом дважды ткнул его в плечо указательным пальцем:

— Мы, между прочим, ещё даже не в друзьях в WeChat, муженёк.

У Фу Жанъи дёрнулся угол рта:

— Можешь так не называть меня?

— Почему? Тебе не нравится? Я думал, вам, Альфам, только подавай, чтобы вас называли "муж". — Чжу Чжиси искренне наслаждался его реакцией. — Ну, придумай что-нибудь сам, мы ж теперь официально. Надо как-то друг друга называть, а то вообще неубедительно будет. Хочешь, я тебя буду звать муж, а ты меня — му…

— Не нужно. — Фу Жанъи скорчил гримасу. — Называй меня по имени и фамилии. Любое другое обращение — портит мне настроение.

Профессор Фу, у вас вообще хоть раз в жизни было хорошее настроение?

Но вслух Чжу Чжиси был как шёлковый:

— Понял, Фу Жанъи. Прошу, добавь Чжу Чжиси в WeChat и перешли туда свадебное фото Фу Жанъи и Чжу Чжиси. Спасибо, Фу Жанъи.

Фу Жанъи посмотрел на него так, будто жизнь, и без того сероватая, стала ещё на тон темнее.

А Чжу Чжиси только хмыкнул и, получив фото, принялся его разглядывать — увеличивал, уменьшал, опять увеличивал.

И вдруг замер:

— О, баг нашёл.

— Какой?

— Обручальных колец нет! — поднял он экран. — Ну кто делает свадебную фотку без колец?

Честно говоря, сам он поначалу даже не заметил. Просто смотрел на руки Фу Жанъи.

Те были… выразительные. Длинные, чёткие, с красивыми суставами. И вот — тонкий, почти незаметный шрам на безымянном.

Светлая кожа только подчёркивала его.

И тогда он понял: обе руки — голые. Ни одного кольца. Ни на его, ни на Фу Жанъи.

— Тогда пошли купим, — вдруг сказал Фу Жанъи.

Чжу Чжиси чуть не поперхнулся.

— Да не спеши ты так, — отмахнулся он. — Мы же оба в этом первый раз. Без опыта. В следующий уже учтём ошибки.

Фу Жанъи снова поморщился. Ничего не ответил. Опустил голову и начал быстро гуглить ювелирные бренды поблизости.

Он понятия не имел, где продают кольца или ожерелья. Зато прекрасно ориентировался в брендах ингибиторных браслетов и ошейников — знал, какие надёжные, с мощной блокировкой и стабильной подачей.

Пару секунд он ещё колебался, потом решил позвонить Ли Цяо — тому это по душе, да и опыта в любви больше. Только собрался написать, как экран загорелся первым: вызов входящий. От [отца].

Фу Жанъи тихо втянул воздух, снял очки, потер переносицу, набрался хладнокровия и принял звонок:

— Да?

Он был уверен, что после поста отец рано или поздно позвонит. Но не ожидал, что настолько рано.

Вопросы посыпались, как шквал. Один за другим. Он откинулся на спинку, положил руку на стол. От бумажного стаканчика с бульоном остался только тёплый след. Он лениво водил пальцами по каплям. Ни слова не сказал — дождался, пока отец выговорится.

— Это не "просто кто-то". Это тот самый человек, которого вы одобрили. Мой научрук представил нас. Забылось уже?

Имя он не назвал. Но взгляд сам собой скользнул в сторону.

Чжу Чжиси куда-то исчез.

Без очков всё было размытым, как акварель.

Солнце зимнее, короткое — уже почти село.

В переулке небеса уходили в фиолетово-синие тона, по ним скользили розовые тени. С улицы тянуло сладким маслом — пекарня за углом.

Огоньки зажглись вдоль фасадов. И на огромной ёлке у круглосуточки загорелась гирлянда, мигая в такт рождественской мелодии.

Чжу Чжиси сидел на корточках возле ёлки, в руках — откуда-то появившееся кошачье лакомство. Он им завлекал упитанного рыжего кота. Свет гирлянд рассыпался по его белой пуховке, будто звёзды пляшут на снегу.

Когда отец на том конце спросил с лёгким недоверием — неужели он правда женился по любви, Фу Жанъи тоже ответил вопросом:

— Если бы не любил, разве стал бы жениться?

И тут же добавил ложь:

— С первой встречи понравился. Характер приятный, симпатичный. Общий язык нашли сразу.

Когда человек врёт, он всегда старается вплести немного правды. Так ложь звучит убедительнее — как торт, в котором сплошные ароматизаторы, но сверху положили четвертинку настоящей клубники.

И именно в этот момент он увидел, как тот самый рыжий кот вцепился зубами в уже пустую упаковку.

Чжу Чжиси судорожно тянул, пытаясь вырвать пакет из пасти — и даже тут проигрывал в перетягивании каната. Коту.

Фу Жанъи не удержался и рассмеялся вслух. Мысль о том, что его новоиспечённый супруг проигрывает кошке, сбила его с толку.

И именно поэтому он пропустил, как отец на другом конце предложил устроить совместный семейный ужин. Механически пробормотал «да, хорошо» — и теперь поздно было жалеть.

Потому что его родители уже всё согласовали напрямую. С будущими «родственниками».

— Ты что, не сказал, что будет ужин?! — ошарашенно выдохнул Чжу Чжиси, когда они стояли у входа в ресторан.

Фу Жанъи не собирался признавать, что прокол случился по его вине:

— Все нормальные семьи знакомятся после свадьбы. Мы и так от графика отстаём.

Не то чтобы они были парой без памяти влюблённых, решивших сбежать и тайком расписаться.

Чжу Чжиси молча сглотнул.

Он знал, что отец в восторге от Фу Жанъи. А вот брат... Брат — это другой уровень. За всю жизнь Чжу Чжиси не смог скрыть от него ни одного вранья. Распознавал с полуслова.

Быть высмеянным перед всеми — последнее, чего он хотел. А уж рассказывать о таймере — и подавно. Если бы не было шанса спастись, он бы и сам всё раскрыл. Устроили бы вечеринку прощания, с фейерверками, гробом на колёсиках и тематическим тортом.

Но ведь теперь есть шанс. Как он им скажет? Один засмеётся, другой — заплачет.

— Я правда не готов. Может, перенесём?..

Он уже сделал шаг назад, собирался удрать, но почувствовал, как пальцы вцепились в воротник и дёрнули назад.

Сила была нешуточная.

Чжу Чжиси поправил ворот пуховика, буркнув:

— Ну ты даёшь.

— Мои мама, папа и брат. Твои — тоже. Ты точно хочешь сейчас устроить побег? — сухо осведомился Фу Жанъи.

С таким составом сдаться было единственным выходом.

Вышли из лифта. У двери в отдельную кабинку ресторана Чжу Чжиси сделал глубокий вдох.

Сквозь дверь уже доносились оживлённые голоса. Обстановка внутри была такой тёплой, что казалось — не два идиота, внезапно расписавшиеся, собрались тут знакомить семьи, а две династии наконец-то поженили своих с детства обручённых отпрысков.

Он собрал волю в кулак, почти уже надавил на ручку… но его остановили.

— Подожди, — тихо сказал Фу Жанъи.

— А?

Тот слегка взял его под локоть, склонился к уху, и едва слышно произнёс:

— Не «дядя и тётя». Мама и папа.

http://bllate.org/book/14416/1274448