Готовый перевод Transmigrated to the Republic Era: Stitching My Way / Открыть ателье в эпоху Миньго (Трансмиграция) [❤️]: Глава 74. Не спится

Собиравшееся с утра ненастье после полудня наконец обрушилось ливнем.

Цзян Лоя и правда никак не ожидала таких сюрпризов погоды. Когда она только заходила в это модное ателье, погода была лишь немного пасмурной, но стоило ей присесть в просторной приёмной и, взяв с журнального столика газету, прочесть пару историй, как за окном с шумом хлынул дождь.

Она встревоженно нахмурила брови и спросила у стоявшей рядом служанки:

— В машине есть зонт?

Служанка с заплетёнными в две косы волосами тотчас отозвалась:

— Есть, барышня, можете не беспокоиться. Даже если бы не было, можно попросить зонт в магазине.

— М-м, — Цзян Лоя слегка успокоилась.

Подняв голову, она посмотрела на живописную завесу дождя за белой решётчатой рамой окна. В сумрачной пелене колыхалось несколько летних цветов. Найдя эту картину весьма поэтичной, она отложила газету, встала и подошла к окну, любуясь видом снаружи.

— В этом ателье хоть и нет ни одного платья, но устроено здесь довольно уютно, — тихо поделилась она с сопровождавшей её служанкой.

— Да, барышня, — поддакнула та, хотя в душе была совсем иного мнения.

«Да пусть хоть как красиво обставлено — много ли наторгует такой магазин?»

Она взглянула на деревянную вешалку-турник, стоявшую у северной стены, — та была совершенно пуста. Что касается чёрного манекена из кованого железа в углу у окна, то и он представлял собой лишь пустой каркас из проволоки.

Такие большие помещения для торговли, а не сыскать ни единой вещи — совсем не походило на магазин одежды.

К тому же уже час дня, а хозяин до сих пор не вышел на работу. Непонятно, зачем барышне понадобилось ждать именно в таком месте.

Цзян Лоя, впрочем, не придавала этому особого значения. На самом деле она ждала всего лишь минут десять.

К тому же внутри было комфортно, а служащий ателье приготовил ей горячий чай, так что подождать немного — ничего страшного.

Гораздо важнее было то, что здешняя обстановка пробудила в ней одну её давнюю маленькую мечту — открыть магазин косметики.

Конечно, в её представлении магазин не должен быть таким безлюдным, место нужно выбирать непременно в самом оживлённом и бойком районе.

В магазине стояли бы тщательно подобранные ею косметика и украшения: пудреницы, пудровые зеркальца, губная помада, духи и портсигары; конечно, не обошлось бы и без западных брендовых сумочек и ювелирных изделий. Устроила бы она там маленькую зону для чаепития, а потом можно было бы приглашать сестёр и подруг в магазин поддержать её дело и пить послеобеденный чай.

Итерьер этого ателье вполне соответствовал её представлениям, вот только было здесь поистине слишком безлюдно и тихо.

Хотя место, где находился этот модный магазин, было на самом деле неплохим, он всё же располагался не прямо у дороги — лишь на перекрёстке стояла деревянная вывеска, и обычные прохожие, прогуливаясь по магазинам, скорее всего, проходили мимо.

Право, жаль. Почему же хозяин выбрал именно такое место...

Если бы Цзи Цинчжоу знал её мысли, он бы, наверное, объяснил, что это не магазин одежды, а всего лишь его мастерская.

***

Узнав, что пришла гостья, Цзи Цинчжоу велел А-Ю сначала проводить Цзе Юаня наверх отдохнуть, затем слегка поправил растрёпанные ветром волосы и, шагнув, вошёл в приёмную.

В комнате у окна стояли две женские фигуры, задумчиво глядя на дождь за решёткой окна.

— Прошу прощения, что заставил вас ждать, — голос Цзи Цинчжоу прервал размышления клиентки.

Цзян Лоя тотчас обернулась и увидела молодого человека в рубашке, стоявшего у комода у двери. С блокнотом в руке он взглядом указал ей на длинный диван и с ясной, открытой улыбкой произнёс:

— Присаживайтесь, пожалуйста, барышня Цзян. Вы, должно быть, пришли ко мне, чтобы сшить одежду? Если есть какие-то пожелания, прошу, без стеснения говорите мне.

— Вы — господин Цзи? — спросила Цзян Лоя, не скрывая удивления. Как же это Лу Сюэин ничего не сказала о том, что мастер Цзи такой молодой и статный!

— Да, это я, — Цзи Цинчжоу сел на одноместный диван справа и, скользя взглядом, заметил экземпляр журнала «Модный фасон», который он здесь не оставлял. — Это вы принесли? — спросил он. — Кто-то порекомендовал вам мой магазин?

— Именно, — Цзян Лоя, видя, что он держится приветливо и естественно, без излишней навязчивости, почувствовала себя вполне комфортно. Тут же она села на диван, взяла журнал и сказала: — Угадайте, кто порекомендовал?

— Тогда я предположу, что это, должно быть, барышня Лу?

— Как вы узнали?

— Потому что клиентов у меня не так много, а судя по вашему возрасту, вы примерно ровесница барышни Лу, вот и наугад назвал это имя, — Цзи Цинчжоу ответил с улыбкой.

На самом деле он просто заметил, что девушка, увидев его, слегка удивилась, словно его внешность и возраст не соответствовали её ожиданиям.

А если бы её порекомендовали Ши Сюаньмань или Фан Бижун, то, учитывая их характеры, они бы, даже если бы не привели подругу лично, непременно подробно рассказали бы ей о нём.

Только Лу Сюэин, скорее всего, поленилась бы лишнее говорить.

— Итак, что бы вы хотели сшить? — спросил он далее.

Цзян Лоя открыла журнал и перелистнула на страницу с чёрным бархатным вечерним платьем, расшитым розами. Протянув журнал молодому человеку, она сказала:

— Я хочу заказать платье в таком стиле.

Цзи Цинчжоу мельком взглянул и понимающе кивнул:

— Позвольте узнать, для какого случая?

Поскольку был рисунок для ориентира, вопросы о фасоне и стиле отпали сами собой.

Цзян Лоя задумалась на мгновение и ответила:

— Возможно, для какого-нибудь приёма или, скажем, бала... может, для того и другого. Кстати, в начале октября я, вероятно, поеду на дипломатический бал. Говорят, там будут очень известные писатели и учёные. Если бы вы могли закончить платье к этому времени, было бы просто замечательно.

— Начало октября, значит — примерно два месяца. Думаю, управимся, — Цзи Цинчжоу открыл блокнот, кратко записал повод и сроки, затем поднял голову: — Есть ещё какие-нибудь пожелания?

— Пока нет.

— А какова допустимая степень открытости? — спросил он, взглянув на журнал в её руках. — Открытые плечи допустимы, как на этом рисунке?

Цзян Лоя неуверенно покачала головой:

— М-м... лучше не надо.

— Хорошо, — Цзи Цинчжоу не удивился. Затем он перелистнул блокнот на чистую страницу и вместе с авторучкой протянул его собеседнице: — Цена за пошив вечернего платья на заказ обычно от пятидесяти до ста юаней. Если вас это устраивает, пожалуйста, оставьте адрес или телефон для связи. Как только эскиз будет готов, я свяжусь с вами, чтобы вы пришли взглянуть на рисунок и заодно снять мерки.

Что касается цены, Цзян Лоя уже слышала об этом от Лу Сюэин, поэтому вопросов не возникло. Она прямо в блокноте оставила номер своего домашнего телефона.

К этому времени дождь немного стих, и Цзян Лоя, воспользовавшись моментом, поднялась, чтобы попрощаться.

Цзи Цинчжоу одолжил им зонт. Служанка сначала проводила свою барышню до машины, а затем, уже под собственным красивым зонтиком, вернула одолженный зонт обратно.

Приняв гостью, он получил ещё один заказ, и вместе с ним на плечи легла дополнительная тяжесть работы.

Конечно, если посмотреть с другой стороны, по крайней мере, ближайшие три месяца можно не беспокоиться, что будет нечем заняться...

Цзи Цинчжоу записал имя и телефон новой клиентки в книгу учёта заказов, затем поднялся наверх и направился сначала в мастерскую в западном крыле, чтобы проверить, как продвигается работа над костюмом для барышни Фан.

Вчера перед уходом этот комплект в английском стиле был почти готов, оставалась лишь финальная глажка и отделка, а также изготовление подходящей кепки газетчика и маленькой поясной сумки.

После того как сегодня утром потрудились Фэн Эр-цзе и Сун Юйэр, Цзи Цинчжоу, открыв дверь мастерской, обнаружил, что блузка, юбка и жилет из этого комплекта уже аккуратно надеты на манекен.

Даже простая по форме маленькая поясная сумочка была уже сшита, оснащена латунной кнопкой-застёжкой и прикреплена к узкому кожаному ремешку на поясе.

Сейчас оставалась только недоделанной кепка, но Фэн Эр-цзе уже раскраивала её образец из макетной ткани.

— Если всё пойдёт гладко, то до конца рабочего дня сегодня закончим, — заметив, что взгляд хозяина устремился на неё, Фэн Эр-цзе тут же доложила о прогрессе.

Цзи Цинчжоу кивнул, подошёл к окну, поправил одежду на манекене, затем повернулся и начал распределять задачи:

— Тогда так. Задание для Юйэр на сегодняшнюю половину дня — сделать предварительную усадку двух основных тканей для комплекта госпожи Тан. С шерстяным драпом этот процесс немного сложнее, чуть позже я расскажу тебе, как это делается.

— А вы, Фэн Эр-цзе, просто закончите эту кепку. Как закончите — можете уходить пораньше. Если не успеете — не переживайте, уходите вовремя, а завтра утром продолжите.

Понимая, что работы накопилось уже целая гора, Цзи Цинчжоу всё же не проявлял ни спешки, ни беспокойства.

В конце концов, в их мастерской всего трое работников. Нужно не только за три месяца сшить двадцать три комплекта театральных костюмов, но и принимать индивидуальные заказы от клиентов — с этим просто физически не управиться.

К тому же Сун Юйэр после месяца эксплуатации её труда вряд ли захочет и дальше работать в этой сфере.

Поэтому он уже был готов нанять новых людей.

Нужно найти как минимум ещё одного закройщика и двух швей, а также купить ещё две швейные машинки — одной совершенно недостаточно.

К счастью, сбережений у него пока было достаточно. Сегодня после подписания договора он получил ещё сто юаней задатка, так что две швейные машинки мог себе позволить.

Сун Юйэр и Фэн Миньцзюнь пока не ведали, что их ждут бесконечные горы работы, и, услышав, что можно уйти пораньше, если сделать дело быстрее, приободрились.

Затем Цзи Цинчжоу объяснил Сун Юйэр правильный способ декатировки шерстяного драпа. Когда они вдвоём опрыскали весь отрез ткани водой, её нужно было оставить на время для пропитки, поэтому он временно покинул мастерскую и отправился в свой кабинет в северо-восточном углу.

Рисунки модной одежды, которые нужно было сдать в газету к середине месяца, плюс эскизы театральных костюмов и только что принятый эскиз вечернего платья для Цзян Лоя — он чувствовал, что весь август проведёт, утопая в кистях и чертежах.

«Если вычесть пять уже готовых рисунков одежды и предыдущие эскизы костюмов, которые я делал для собеседования, остаётся ещё двадцать пять. Получается как минимум по одному в день...»

«Если так считать, то ничего страшного, всего лишь по одному рисунку в день...» — мысленно успокоил себя Цзи Цинчжоу, легко выдохнул и толкнул дверь кабинета.

В комнате над головой с жужжанием вращался, гоняя воздух, потолочный вентилятор.

Прямо под вентилятором, в кресле-качалке, весьма расслабленно откинувшись, полулежал Цзе Юань. Пятками касаясь пола, он время от времени слегка подталкивал кресло ногами, заставляя его со скрипом покачиваться вперёд-назад.

Рядом стоял А-Ю и с выражением читал вслух газету.

Увидев, что дверь открылась, Хуан Юшу прервал чтение, слегка склонил голову и поприветствовал:

— Господин Цзи.

Цзи Цинчжоу кивнул в ответ, подошёл к столу-бабочке, привёл в порядок разбросанные бумаги, карандаши и наброски, затем опустился на стул с высокой спинкой и, повернув голову к Цзе Юаню, сказал:

— Слушай, может, пока прекратишь читать? Ты сегодня ведь ещё не спал после обеда, как насчёт того, чтобы вздремнуть?

— Боишься, что помешаю? — Цзе Юань мгновенно уловил его подтекст.

— Твой мозг почему-то проявляет особую проницательность только в таких каверзных местах, — фыркнув, усмехнулся Цзи Цинчжоу. Он действительно имел это в виду, но, конечно, чтобы кое-кто снова не начал втихую дуться, вслух он пояснил более честно: — У меня сейчас накопилось многовато работы. Двадцать пять эскизов нужно закончить в этом месяце. Когда А-Ю читает газету, я отвлекаюсь и не могу сосредоточиться.

— Зачем же взваливать на себя такую ношу? — с прохладцей в голосе заметил Цзе Юань и, постучав тростью по полу, дал знак Хуан Юшу, что тот может идти отдыхать.

Как только Хуан Юшу вышел и закрыл за собой дверь, в комнате мгновенно воцарилась тишина.

За арочным панорамным окном, которое словно обнимало стол-бабочку, моросил и струился мелкий дождь. Временами порыв ветра проносился над верхушками платанов, заставляя зелёную листву колыхаться и шуршать.

Водяная дымка, осевшая на оконных стёклах, хоть и размывала очертания, но делала летнюю зелень ещё более насыщенной и густой.

Плыла тонкая дымка, колыхались тени деревьев — вот только любоваться этим было некому.

Цзи Цинчжоу повернулся к столу и среди стопок книг и бумаг, наваленных в углу, отыскал черновик того самого объявления о найме. Затем он вырвал из блокнота несколько чистых листов, собираясь переписать объявление начисто, внеся правки. Потом он расклеит их на ближайших перекрёстках, где больше народу, чтобы побыстрее набрать достаточно рук.

— Ничего не поделаешь. Работа над журнальными рисунками и театральными костюмами для кино была оговорена давно. Конечно, могу и отказаться, если мне лень или не хочется это делать. Но как же молодой человек с амбициями может остановиться перед первой же маленькой трудностью? — легко ответил Цзи Цинчжоу на его предыдущее замечание, одновременно правя текст объявления. — Что касается заказов от клиентов мастерской, то к ним и подавно нужно относиться серьёзно. Только если каждый клиент останется доволен, можно получить ещё больше заказов. Вот, например, та барышня, что только что приходила, — её порекомендовала моя постоянная клиентка.

Цзе Юань внимательно слушал, как он рассказывает о своих рабочих планах. Не услышав того, что хотел, он спросил:

— А что насчёт меня?

— А что насчёт тебя? — машинально переспросил Цзи Цинчжоу. Не дождавшись ответа, он отложил ручку и задумался, а затем вдруг выудил из памяти одно давнее обещание.

Когда он в первый раз отправил эскизы в газету, то попросил Цзе Юаня побыть его моделью, а в качестве платы пообещал сшить для него костюм, точно такой же, как на рисунке.

— Ах, ха-ха, твой костюм! Я уже работаю над этим, всё под контролем...

Цзе Юань по одному только тону понял, что тот просто отделывается отговорками, а на самом деле уже давно забыл о своём обещании. Он не удержался и холодно упрекнул:

— Использовал и забыл. Ты вообще человек?

— Что-то ты нынче много разговариваешь... — пробормотал Цзи Цинчжоу, в голосе его слышалась смесь вины и раздражения. Он нарочно растягивая окончания, протянул: — Ну да, я не человек. Ночью я превращаюсь в огромного таракана и выгрызаю у тебя на лице огромный шрам.

— Не говори таких гадостей.

Цзи Цинчжоу рассмеялся от его тона и спросил:

— А что гаже — таракан или то, что я выгрызу тебе шрам на лице? — и тут же, не дожидаясь ответа Цзе Юаня, предупредил: — Только посмей сказать, что всё гадкое, — и будешь спать на полу.

Цзе Юань помолчал несколько секунд, потом нехотя ответил:

— ...Таракан.

— Вот это уже лучше.

Цзи Цинчжоу отложил в сторону переписанное набело объявление о найме, затем достал бумагу для акварели, предназначенную для эскизов, и выбрал карандаш с наточенным грифелем.

— Всё, я начинаю обдумывать эскизы. А ты давай ложись спать после обеда и не шуми.

Цзе Юань недовольно поджал губы и с силой оттолкнулся от пола ногой, отчего его кресло-качалка снова заскрипело и зашаталось.

Покачавшись немного и не дождавшись предполагаемых упрёков или жалоб, он угрюмо буркнул:

— Не спится.

— Не спится — и что я могу поделать... — рассеянно отозвался Цзи Цинчжоу, воспринимая скрип кресла как фоновый шум, на который можно не обращать внимания. — У меня же нет твоего божественного голоса и безупречной точности звука, иначе я спел бы тебе колыбельную, чтобы убаюкать.

— ...

У Цзе Юаня зачесались зубы.

Если бы Цзи Цинчжоу сейчас оказался рядом, он, кажется, не сдержался бы — схватил бы его за руку и укусил, чтобы выпустить пар.

Хотя на душе и было не слишком приятно, после этого Цзе Юань больше не шумел нарочно, чтобы не мешать ему.

Когда наступила тишина, все звуки вокруг стали отчётливо слышны.

Сквозь шум моросящего дождя он различал лёгкое шуршание карандаша по бумаге. Позже эти два звука незаметно слились воедино, и его сознание погрузилось в безмятежный сон.

А Цзи Цинчжоу в это время закончил первый набросок — с того момента, как он взялся за карандаш, не прошло и пяти минут.

http://bllate.org/book/14313/1421429